Осколки наших душ

      Дракон, лёжа на облаке, блаженно нежился в лучах закатного солнца. Однако, повинуясь какому-то порыву, спрыгнул вниз, походя при этом на сверкнувшую в небе молнию, и, зацепившись когтями за молодую секвойю, повис на ней, после чего залез на самый верх, оставляя на коре глубокие борозды.       — Осторожно! — крикнул ему Феникс снизу. Расправив крылья, он в два взмаха оказался напротив Дракона и, осторожно обхватив лапами ветки, чуть его притеснил. — Ты ведь не хочешь по своей неосторожности разрушить то, над чем я так долго старался?       Дракон отвернул морду, закрыл глаза и выдохнул.       — Ну, прости за неряшливость. Я не специально. Просто хотел... порезвиться немного напоследок.       Феникс улыбнулся и краем крыла бережно коснулся его морды. Дракон вздрогнул и посмотрел на Феникса чуть виновато.       — Ничего, я понимаю всё. Просто впредь будь осторожней. Ведь это… — Феникс всплеснул рыжим крылом и обвёл взглядом место, в котором они находились, — …залог нашего будущего.

***

      — Птенчик, вставай! Хос-сыпайся, ты в последние дни только и делаешь, что спишь! Хосс-это не дело!       Феникс сонно разлепил глаза, недолго посверлил ими косматую спину Акрукса, на которой лежал. Поднял взгляд вверх, на шумящие от ветра кроны, и несколько секунд спустя зажмурился снова.       — А ты только и делаешь, что ворчишь... я вообще-то делом занимаюсь.       — Хосс-ким? Силы восстанавливаешь?       — Сны смотрю...       Феникс ощутил толчок и рывок. Похоже, Акрукс через что-то перепрыгнул.       — Ты надеешься хосс-там найти подсказки на счёт нашей следующей цели?       — Именно, — буркнул он, зарывшись носом в шерсть на холке друга. — Но каждый раз, как просыпаюсь, ничего не помню, хоть убейте.       — Может быть, тогда не стоит искать?       — Поясни, — выдохнул Феникс. — Тебе что-то не нравится в моих снах?       Акрукс напряжённо замолчал, опять перепрыгнув через что то и, судя по ощущениям и звукам, на что-то вскарабкавшись.       — Хосс-это сложно.       — Ну, объясни попроще.       — Хос-рошо, — сказал тот через какое-то время и со странной для него серьёзностью продолжил: — Тогда я расскажу тебе всё. И начну с того, что я разочарован.       — Во мне? — уточнил Феникс, зобом предвкушая, что ничем хорошим их разговор не закончится.       — Ты тут ни при чём, птенчик.       — Хоть это радует...       — В походе, — Феникс заинтересованно открыл один глаз. Чтобы Акрукс — и жаловался на трудности. Это что-то новенькое. — Просто, это хос-сё слишком подозрительно пахнет. Слишком опасно. — Акрукс замолчал, стряхивая с головы еловые иглы, но Феникс решил пока ничего не говорить, только внимательно слушать. Пару минут спустя Акрукс продолжил: — Сначала ради поиска клада я был готов на всё. То есть, думал, что готов. И первое время хосс-так оно и было. Но... все эти твои сны, странные места, что будто были придуманы кем-то специально для тебя. Мы уже столько раз рисковали, попадали в западни, избегали смерти одним лишь чудом, и я задался хосс-просом: хосс-что же будет дальше? У меня очень плохое предчувствие. Кажется, будто скоро должно произойти нечто страшное. Не оставляет ощущение, что всё это время мы шли в какую-то ловушку.       — И что ты предлагаешь?.. — Феникс понимал позицию Акрукса, хоть и не мог разделить его точку зрения. Но не собирался переубеждать, ведь сейчас спорить с ним, казалось, было бесполезно.       Акрукс резко остановился, чуть свесив голову.       — Сдаться.       — И это говоришь ты? Тебе ведь это больше всего было надо. Я бы вообще отказался от поисков, если бы не твоё воодушевлённое рвение.       — Да, я хосс-был воодушевлён. И поэтому слеп. Есть ведь сотни кладов куда доступней. И они не связаны ни с подозрительными Драконами, ни со странными снами. Думаю, нужно остановиться, пока ещё не поздно. Пока удача всё ещё не оставила нас, — сказав это, Акрукс, совсем поникнув, прошептал: — Пока мы ещё живы...       — Хорошо, — Феникс спрыгнул на пожухлую листву и, пряча взгляд, пошёл прочь. — Возвращайся. Я не держу тебя.       — Хосс...       — Понимаю, смерть — это страшно. И не осуждаю тебя.       — Но я боюсь даже не своей смерти... а твоей! — эти слова заставили Феникса застыть на месте. — Все эти странные ловушки, артефакты, испытания с тобой связаны куда сильнее, чем со мной. Мне всего лишь являются неясные предсказания, которые я даже понимать толком не умею. Ориентируясь только на них, я втянул тебя во всё это. Столько раз подвергал опасности, а под контролем Защитника и вовсе чуть не убил. Я не хоссю так больше, не имею права... — договорив, он умолк на какое-то время, а затем отрешённо добавил: — Птенчик, прости. За всё, что тебе довелось пережить из-за меня.       — Нет... — сказал Феникс спустя минуту раздумья. — Это ты прости.       — Хосс-ты хочешь?..       — Акрукс, ты всё напутал. Втянул в это тебя я. Как ты правильно заметил, всё это связано куда сильнее со мной. Твои предсказания же не более, чем отголоски моего будущего. Ты всё это время из своей тяги к сокровищам, любопытства или дружбы пытался помочь мне с его осуществлением, в результате чего кучу раз рисковал и раз даже был мною предан. Поэтому, Акрукс, это ты... меня прости. И прощай, — договорив, Феникс бросился наутёк, боясь передумать и молясь о том, чтобы друг не погнался за ним.       И не погнался. Не бросился следом, не попытался остановить. И просто словно испарился. Через какое-то время Фениксу и впрямь начало казаться, что большой пушистый зверь, как и все пережитые ими вместе приключения, ему просто приснились.

***

      Прошло немало дней с тех пор, как Акрукс ушёл. Точнее, ушёл именно Феникс, но не это важно. Важно то, что с тех пор он не находил себе покоя. Сбился с пути и заблудился. Совсем как тогда, в лабиринте.       — Лабиринт... — сидя в заброшенной норе, Феникс вслушивался в шум дождя и, теребя в крыле золотой крестик, отрешённо смотрел на чёрную, как смоль, звезду. Казалось, когда несколько недель назад Акрукс съел «Драконью чешуйку» и звезда только вылупилась из яйца, она была светлее и чуть отливала изумрудом и медью. С тех пор утекло немного времени. По меркам Феникса — не больше мгновенья. Но ему казалось, прошла целая жизнь.       Он перевёл взгляд на белую звезду. Та тоже выглядела темнее. Возможно, из-за освещения. А, может быть, на неё просто попала грязь.       Ухватившись за эту мысль, Феникс другим крылом потёр её... и она отвалилась.       — Ч-что?! — он неверяще уставился на свой сломанный кулон. Где-то в глубине души зародилось беспокойство и страх. — Что произошло?.. Почему? Я же ничего...       Через несколько секунд страх стал превращаться в панику. Взглядом отыскав какую-то сырую полоску коры, Феникс схватил её и, вложив звезду обратно в выемку, примотал. Так крепко и быстро, словно бы от этого зависела его жизнь. Теперь, сверля взглядом перевязанный кулон, он немного успокоился, решив пока не воспламеняться, чтобы не дать коре сгореть, а камушку снова выпасть, а то и вовсе потеряться.       Когда дождь кончился, он вышел в мокрый лес и, ступая по жгущей лапы лесной подстилке, пошёл куда-то, где для него ещё осталось место. Хорошо было бы выбраться и попасть в зону следующего испытания. Луч, что выбился из кулона, когда чёрная звезда оказалась на положенном ей месте, указал на Восток. Они с Акруксом сбились с пути ещё тогда. Феникс не знал, почему всё ещё продолжал на что-то надеяться. Хотя, быть может, он просто лгал себе, потеряв надежду вместе с Акруксом, ставшим неотъемлемой частью чего-то, без чего Феникс умирает, всё больше с каждым прожитым им днём. Ещё в лабиринте Феникс понял, насколько Акрукс стал ему дорог.       В сером небе громыхнуло, и снова начался дождь. Феникс отошёл уже слишком далеко от своего укрытия и возвращаться смысла не видел. Поэтому он продолжил идти в выбранном недавно направлении, стараясь обращать поменьше внимания на затекающие под перья редкие капли и отпрыгивающие от лесной подстилки брызги, что слепили глаза. Лапы болели так, будто вот-вот откажут. Было холодно, но Феникса бросило в жар. Если бы он воспламенился, то немного охладил бы себя, наверно. Или наоборот, повысил бы температуру настолько, что он, несмотря на свою устойчивость к огню, просто сварился бы. От этой мысли его почему-то начало трясти. Он улыбнулся. Почему эта появившаяся в голове картинка показалась ему столь забавной?       Споткнувшись о корень, Феникс плюхнулся в жгущую морозом листву. Сил хватило только на то, чтобы встать. Он не мог больше идти. Феникс запрокинул голову и, вздрогнув от хлопка упавшей на переносицу капли, закрыл глаза. Кто бы мог подумать, что он умрёт столь бестолково? Так глупо, как, наверное, ещё не умирал ни один Феникс: вымокнув под слабеньким летним дождичком.       — Дракон... похоже, это конец. Я заблудился. Снова, — тихо всхлипнув, он охрипшим от скопившейся в лёгких влаги голосом прошептал: — Я... ещё недавно дал обещание. Найти тебя. И правда старался. Старался, но ничего не нашёл. Только потерял... друга. И, кажется, себя самого, — договорив, он тихо заплакал. Так тихо, чтобы шум дождя сумел заглушить все его всхлипы. — Прости меня...       Из-за спины, звуча чуть громче, чем боль в висках, послышались шорохи. Продавливая почву, они хлюпали, становясь всё громче, и в один момент стихли под самым носом. В тот же момент, противореча всем законам природы, закончился дождь. Приложив усилие, Феникс приоткрыл глаза, видимо, чтобы узнать, в чём же дело. И увидел нависший над ним силуэт большого зверя. Дождь не кончился. Просто зверь, промокнув насквозь, ловил собой все предназначенные Фениксу капли.       — Ак... рукс?       — Хосси... наконец-то нашёл тебя, — его голос был слаб, а вид измучен. Он свесил голову, чтобы взглянуть Фениксу в глаза. — Птенчик, тут рядом есть укрытие. Пойдём туда.       Феникс раскрыл клюв, но заговорить получилось не сразу. Даже это уже было сложно.       — Н-не могу. Ноги... онемели.       — Тогда я тебя понесу.       Взяв Феникса в пасть так осторожно, чтобы не навредить клыками крошечному телу, Акрукс измученно заковылял в чащу леса.

***

      — Почему ты вернулся?       Феникс и Акрукс сидели рядом, спрятавшись под корнем дуба. Они глядели в темноту и слушали дождь.       — Потому, что волновался за тебя. И скучал. С тех пор, как ты убежал, я не мог найти себе места.       — Ты же знаешь, я не отступлю, — выдохнул Феникс и встряхнулся. Проклятая вода, несмотря на то, что он в три раза повысил обычную температуру своего тела, никак не хотела высыхать. — Ты бы мог уйти, куда бы только захотел. Вместо того, чтобы... подвергать себя опасности в очередной раз. Тебя же вода тоже может убить.       Акрукс печально оглянулся на него и снова устремил взгляд во тьму.       — И что бы я потом один делал?       — Ну, хотя бы... жил, как раньше.       Акрукс помолчал и несильным ударом лапы бросил лежавший рядом камушек под дождь.       — Как раньше уже не получится. Хосси... слишком привязался к тебе, птенчик. Мы ведь, как и было предсказано, всё-таки стали друзьями.       Слова Акрукса тронули сердце Феникса, ведь он чувствовал по отношению к нему то же самое. Но он попытался это скрыть, продолжив по-прежнему холодно:       — И что теперь? Заставишь себя пойти со мной? Если так, то не надо, я... справлюсь и сам.       — И вовсе не заставлю. Пусть меня и страшит будущее, но мне действительно нравилось путешествовать с тобой, птенчик. Это были самые яркие, интересные и весёлые деньки в моей жизни, пусть иногда и становилось страшно. Я очень не хотел, чтобы они закончились. Но что-то, хосс-кое-то предчувствие, напугало меня так сильно, что я готов был разрушить твои мечты, порвать со всем, лишь бы не допустить возможности свершения такой судьбы, — Акрукс обернулся на слушающего его Феникса, прижав уши.       — Да, я много думал над этим. И, знаешь что? Вероятно, ты прав. Я и сам не ожидал таких испытаний и даже пару раз сожалел о том, что согласился пойти с тобой. Неясное будущее внушает страх, но, знаешь, я... не могу позволить себе сдаться. Дракон верит в меня, и что-то в моей душе отчаянно требует найти его. К тому же, если я отступлю, то... больше не буду чувствовать себя живым. Поэтому лучше я умру, попытавшись, чем до конца отведённых мне бессмысленных тысячелетий буду жалеть, что когда-то я этого не сделал.       — Он тебе настолько важен?       — Да. Я сам не знаю, почему. Но у меня такое чувство, что мы с ним крепко связаны.       — Хосс-даже важнее меня? — вопросил Акрукс слегка опечаленно, но вздрогнул под озадаченным взглядом Феникса.       — Конечно, нет. Как ты вообще мог подумать такое? Как бы не сложились обстоятельства, Дракон никогда не заменит мне тебя. Ведь именно ты всё это время был со мной рядом, рисковал жизнью ради меня. Мы столько пережили вместе, — положив на лапу Акрукса своё крыло, Феникс поднял на него взгляд и сквозь боль улыбнулся. — Ведь мы стали друзьями. Ты — моё настоящее. Дракон же — лишь мечта.       Акрукс переменился в лице. Видимо, понял для себя нечто важное.       — Даже если эта мечта станет явью?       — Даже так, — Феникс кивнул, прикрыв глаза, и вновь посмотрел в темноту.       — Знаешь, за эти пару недель я многое переосмыслил, — заговорил он спустя какое-то время. Феникс перевёл на друга вопросительный взгляд. — Я понял, что действительно хоссю помочь тебе с исполнением твоей мечты. И окончательно решил сделать это.       — Ты уверен? — спросил Феникс, внимательно слушая.       — Да, — склонившись над Фениксом, Акрукс приобнял его, почти не касаясь. Феникс удивлённо уставился на него, несколько ошарашенный столь внезапным дружеским порывом. Акрукс задрожал и всхлипнул. Казалось, все эмоции, которые тот столь долго подавлял в себе, вырвались наружу в один миг. — Давай продолжим путь вместе! Я больше тебя не брошу! Буду кормить, носить, защищать. Хос-чешь, моя голова послужит тебе тренировочной площадкой для взлёта? Моя шерсть будет твоей кроваткой.       — Акрукс, не перебарщивай, — Феникс попытался затрепыхать крыльями, но, наткнувшись на препятствие, лишь распушил перья. А затем улыбнулся. — Ты мой самый лучший друг, Акрукс.       — И ты мой тоже, — тот счастливо всхлипнул. — И мы теперь всегда-всегда будем вместе!       — Акрукс, спасибо тебе за всё.       Стоило расслабиться, как на Феникса свалилась вся усталость, накопленная за последнее время. Сознание куда-то утекало. Вслушиваясь в дыхание и уже непонятное ему бормотание друга, Феникс уснул.

***

      С тех пор минула всего пара месяцев. На протяжении этого времени друзья практически не сдвигались с места, заживляя раны и набираясь сил для того, чтобы продолжить путешествие, которое обещало быть ещё труднее и опаснее, чем прежде. День и ночь сменяли друг друга. В обществе Акрукса время просто летело, этот странный зелёный зверь грел Фениксу душу. И Феникс ощущал, как что-то в его ещё недавно порванной душе стремительно заживает, но вряд ли она уже когда-нибудь станет такой, какой была, ведь прошлое оставило на ней свои отметины. Но, может, эти изменения и к лучшему?       — Эй, Акрукс, вставай! Ты уже часов сорок как спишь! — стоя напротив Акрукса, сопящего под стволом поваленного дерева, Феникс лапой потрепал его шерсть в попытке выдернуть из мира грёз и мечтаний. — Акру-у-укс! Ну же, просыпайся! У меня для тебя кое-что есть!       — М-м-м... хось? — с трудом разлепив глаза, Акрукс распахнул их так широко, что они стали похожи на две маленькие планетки. — Это... это же! — он неверяще заморгал и улыбнулся, обнажив белоснежные клыки. — Мои любимые!..       На широком листе перед Акруксом лежала горка разноцветных ягод, тех самых, которые он так обожает. Феникс помнил, что за дни своих одиночных скитаний совершенно точно видел усыпанный ими куст, но прошёл мимо, ибо Акрукса рядом не было. С утра он решил немного прогуляться и снова на этот куст наткнулся. Как оказалось, тот был совсем недалеко. Собрать их все было непросто, но ещё сложнее было их до Акрукса дотащить. Несколько ягодок по дороге всё-таки потерялось.       — Хос-сибо тебе, птенчик! Я так хос-счастлив! — Акрукс радостно воскликнул, сверкнул глазами, а затем, наколов одну ягоду на коготь, отправил в рот и разомлел.       Феникс улыбнулся, пронаблюдав за этой сценой.       — Как твои раны?       — Хосс-мально, а фьто? — невнятно пробубнил Акрукс, уже успев набить щёки. — Фам-то как?       — Мои раны уже полностью зажили, — Феникс мечтательно поднял взгляд к небу. — Сегодня мне опять приснился сон. Впервые за всё это время. Я растолковал это как знак, что настала пора нам вновь отправляться в путь, — он снова перевёл взгляд на Акрукса, который, пока Феникс говорил, уже успел затолкать в рот все ягоды и теперь, пытаясь их пережевать, походил на большого счастливого хомяка. — Акрукс, ты готов к этому? Если всё ещё не уверен, мы можем повременить с этим.       С усилием заглотив всё то, что было у него во рту, Акрукс приложил лапу к ушам.       — Всегда готов, сэр! Веди!

***

      — Ва-а-ах... — восхищённо выдохнул Акрукс, задрав морду наверх, когда заметил, что земля под их с Фениксом лапами неожиданно устремилась к небу, образуя обрывистый каменистый склон, местами поросший хвойным лесом. — Хос-это да. Впервые вижу такую высокую гору.       Отчасти Феникс был с другом согласен. Гора смотрелась по-настоящему внушительно. Вот только у него, в отличие от Акрукса, почему-то создавалось впечатление, что когда-то он эту гору уже видел. Быть может, даже не один раз.       Внезапно перемотанный кулон приглушённо вспыхнул звёздным светом. Феникс сначала хотел развязать его и посмотреть, в чём дело, но потом на него накатили сомнения. А вдруг его сокровище просто развалится?       — Ой, хось, — Акрукс удивлённо перевёл взгляд на грудь Феникса. — Ты только посмотри! Это знак, знак!       Феникс, погрустнев от нахлынувших воспоминаний, чуть отвернулся.       — Ну да. Наверное, это значит, что нам нужно лезть на гору. Или копать под гору... Или, может, пещеру какую искать.       — Хосси... — задумчиво протянул Акрукс. — Давно хоссел спросить. А зачем ты свой кулончик-то перевязал?       Феникс постарался подобрать слова, чтобы ответить.       — Ну… он, так сказать, перестал внушать мне доверие. Странно он… повёл себя недавно.       — Но, хосси, если ты его не развяжешь, то мы так и не поймём, что нам делать.       Феникс хотел сказать что-нибудь в опровержение, пусть и сам не знал точно, что, но Акрукс опередил его новым выкриком:       — Ну же, подумай! Если он сейчас погаснет, мы можем упустить что-то важное!       Увидев уверенность во взгляде друга, Феникс всё-таки решил свой страх не слушать. К тому же, ему действительно было интересно. Хоть и боязно немного. Он изогнул шею и принялся расклёвывать кору.       — Ох, — выбившаяся из кулона яркая вспышка на несколько секунд его ослепила. Чуть притухнув, она трансформировалась в луч, что указал не в сторону, не под гору, а на самую её вершину, а то и вовсе куда-то в небо. — Это же... — Феникс снова перевёл взгляд на кулон, от которого камни хоть и не отваливались, но доверия не внушали. — Чёрт, я так и знал, что лезть придётся. Он точно не сломался?       — С чего вдруг? — Акрукс вопросительно моргнул.       — Да так, — вздохнул Феникс, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями. — Ладно, это не столь важно. Куда важнее, что я совершенно не понимаю, как нам удастся забраться на эту отвесную стену.       — Ну, например, — ненадолго задумавшись, Акрукс ухмыльнулся и щёлкнул когтями. — Обойдём. Где-то наверняка есть тропа.       — Ну да... — он поднял взгляд в направлении исчезающего луча. — Как будто есть другие варианты.

***

      — Ну же, давай, ещё немного... — подбодрил Феникс.       Акрукс, вцепившись когтями в скалу, пытался подтянуться, но безуспешно.       — Не могу. Я выдохосся... — проныл тот в ответ, продолжая, тем не менее, скрестись задними лапами об отвесный склон. — Мы уже лезем часов... пять. Без отдыха, без еды, — наконец, его лапа за что-то зацепилась. — Мне нужен переры-ы-ыв! — из отчаянного рвения или из-за чистой случайности, но, забив по камню всеми лапами, Акрукс таки сумел выбраться на пологую площадку и, как только Феникс спрыгнул с его головы, шумно выдохнул и, обмякнув, упал на землю.       — Ура! Я сделал это! Сделал! — победно выкрикнул Акрукс, с усилием отодрав пузо от скалы. — Ну и как высоко мы уже залезли? — взглянув вниз, он заметно приуныл. Феникс прекрасно понимал его разочарование.       — Ну да, первые три метра ты преодолел успешно. Такими темпами до вершины доберёмся всего за... — Феникс задрал голову, оценивая высоту горы. — Лет за двадцать. Если подумать, для нас, магических существ, это действительно ерунда.       — Хосси-и...       — Кстати, Акрукс, — Феникс вернул на него взгляд. — А почему ты не прыгнул? В прыжке мы очутились бы здесь всего за секунду.       — Но я не мог... — всхлипнул тот. — Помнишь, недавно мы проходили мимо ягодной поляны?       — Конечно, — кивнул Феникс. — Еле тебя оттуда увёл, чтобы всё не схомячил.       — Но те ягоды... они были такие вкусные!       — К чему это всё?..       — Хосс-к тому, что, когда ты уснул, я не смог с собой совладать. И скушал всё, так и не сумев хосстановиться.       Феникс округлил глаза.       — Прям всё?       — Всё-всё.       — Что ж, тогда понятно, почему ты так резко потолстел. И это даже объясняет, почему ты так долго не мог забраться на этот камень. Но как же нам теперь быть? — Феникс огляделся в поисках ответа... и нашёл. Маленькая тропинка, заросшая травой, которую они поначалу проглядели, прекрасно просматривалась с этого ракурса. — Да! Акрукс, слезаем!       — Хосси?! — возмущённо выпалил тот, одарив при этом Феникса самым недовольным и капризным взглядом из всех, какие ему только доводилось видеть.       — Эм... ну... — Феникс пальцем робко указал на тропу. Акрукс переменился в лице.

***

      Жёлто-рыжее солнышко приятно пекло, но потихоньку остывало, начав свой путь к краю неба, и изредка пряталось за светло-сиреневыми облачками, часть из которых уже осталась внизу. Поначалу тропа была широкой и ровной, поэтому Феникс с Акруксом шли бок к боку и размышляли о чём-то своём и порой беспечно разговаривали о всякой ерунде, но спустя несколько часов пути тропа сузилась. Под лапами то и дело появлялись камни, а огромные, похожие на корни пласты перекрывали проход, поэтому Фениксу пришлось вернуться на спину друга. Акрукс, переварив съеденные ягоды ещё в начале пути, ловко скакал с камня на камень, огибал и перепрыгивал препятствия, но откровенно ленился, заваливаясь отдыхать всё чаще, хоть и явно уставать не успевал. Но не ему, Фениксу, попрекать Акрукса в медлительности.       — Есть хочу... — захныкал вдруг Акрукс и оглядел голый склон. Хвойный лес давно остался внизу, а здесь не росло ничего, кроме редких клочьев пожелтевшей травы. — Хос-сколько нам ещё карабкаться?       — Не знаю, — ответил Феникс, взглянув наверх. Повисшее над их головами облако плотно закрывало вершину, не позволяя даже предположить, как долго ещё предстоит идти. А порой и ползти: всё зависит от наклона.       — Ох, нет, — Акрукс взревел и опять плюхнулся, подмяв под себя лапы. — Мы умрём здесь! Проголодаемся, состаримся и облысеем!       — Акрукс, ну что ты? — Феникс добродушно улыбнулся, вздохнул и, вскинув голову, стал наблюдать. Облако сильно сместилось и истончалось, будто порвалось под напором холодного ветра, как хлопковое. — А-акру-укс...       — Чего? — подняв морду с земли, Акрукс застыл в изумлении, как и сам Феникс секундой ранее. Теперь меж редеющих магических волокон проглядывала поросшая травой заветная вершина.       — Ур-ра! — крикнул Акрукс и рванулся, да так, что привыкший к его медлительности Феникс чуть с него не слетел. Бодрыми прыжками зверь быстро преодолел последние десятки метров и, забежав в чащу, нашёл там свои ягоды и принялся есть, неустанно бормоча что-то и предовольно хоссикая. Быстро поняв, что Акрукса сейчас лучше оставить в покое, Феникс слез с его спины и прошёлся вперёд по плоской поверхности, чтобы оглядеться. Ели, лиственницы, пихты и сосны, что росли на этой вершине, противореча всем законам природы, казались куда больше и выше, чем внизу. Создавалось впечатление, что они тянутся к небу, пытаясь ветвями захватить его в плен.       — Ох, ты, — он удивлённо улыбнулся, пройдя мимо сосны со стволом шириной с несколько Акруксов. Все растения были странные, но всё чаще на глаза попадались самые настоящие гиганты. Даже кустарники с любимыми ягодами Акрукса стояли почти голые и походили на деревья.       Наткнувшись на рыжую отвесную стену, Феникс скептически заморгал и хмыкнул.       — Мы же на вершине. Откуда здесь взялась скала?       Присмотревшись получше, Феникс вытаращил глаза и упал на хвост, всё ещё надеясь, что ему померещилось, но чем больше смотрел, тем сильнее убеждался в своей догадке.       — Птенчик! — подбежав к нему, Акрукс обеспокоенно встал рядом. — С тобой всё хосс-рошо?       Не без труда подобрав отвисшую челюсть, Феникс сглотнул и выговорил, указав дрожащим крылом на стену перед собой:       — Акрукс, как думаешь, что это такое?       Тот повёл ушами и задумчиво хоссикнул.       — Наверное, гора, — он переполошился. — Так мы что, ещё не на вершине?!       — Нет, — мотнул головой Феникс, не отрывая взгляда от стенки. — Ты ошибаешься. Мы действительно находимся на вершине горы. Но перед нами, Акрукс, не гора. Это дерево.       — Хосси? — судя по выражению его морды, сначала Акрукс, видимо, подумал, что это шутка, но когда пригляделся и осознал страшную действительность, сел рядом и стал молча смотреть круглыми, как смородина, глазами.       Стена уходила вправо и влево, закругляясь лишь чуть-чуть и тая в ветвях деревьев, что казались теперь крохотными. Тёмно-рыжая шероховатая поверхность была испещрена углублениями и трещинами, что придавали ей рельеф древесной коры. Не сумев дотянуться взглядом до сокрытой ветками и облаками верхушки, Феникс перевёл глаза на Акрукса, на морде которого легко читались искренние отчаяние и ужас.       — Это действительно дерево?       — Да...       — Хос-сна или ёлка?       — Секвойя, если судить по коре.       — Мы что, туда полезем, хосси?..       — А это вообще возможно? — отрешённо выдохнув, Феникс встал и медленно приблизился, коснувшись крылом прогретой солнцем поверхности. — Даже для секвойи это древо слишком большое. Нам не вскарабкаться по стволу, это невозможно, — изнурённо помотав головой, Феникс прислонил её к коре и, постояв так немного, повернулся, чтобы взглянуть туда, где исчезает ствол.       «Ты снова сдался?..» — тихий шёпот. Феникс проморгался, попытавшись понять, откуда донёсся этот тихий, почти как дыхание, звук, но, поняв, что никого не увидит, вернул взгляд за ствол.       — Нет.       — Хоссь?       — Нет, я не сдамся, — Феникс зашагал вдоль, осматривая, изучая, ища, за что бы зацепиться. Это древо казалось неприступным. Но разве могло такое быть? Почему тогда свет в кулоне вёл его сюда? Почему Дракон во сне указывал путь и нашёптывал советы?       «Должен быть способ забраться», — подумал он и, задрав голову, хихикнул и победно закричал:       — Вот он! — Феникс указал на засохшее дерево, что, надломившись, прислонилось к стволу гигантской секвойи. — Акрукс, я нашёл его!       — Хосс, — повеселев, тот запрыгнул на ствол и, подав Фениксу лапу помощи, пропустил вперёд. Там, где стволы соприкасались, на секвойе имелась зарубка. Видимо, упав, маленькое дерево засохло не сразу, а продолжало расти, вдавливая кору секвойи внутрь.       — Ого! — воскликнул Феникс, забежав на площадку, и заворожено уставился в проступающую из-под коры глубокую тьму. — Тут есть проход! — и засмеялся, бегая туда-сюда под носом подошедшего следом Акрукса. — Тут есть проход, тут есть проход!       Остановившись рядом с отнюдь не весёлым другом, Феникс окинул его подозрительным взглядом, но, когда Акрукс улыбнулся, коснулся крылом его лапы.       — Это действительно судьба. Не переживай, всё будет в порядке, — и, весело повернувшись, убежал в дупло. Воспламенившись, Феникс увидел дорожку из гнилых, отслоившихся от дерева кусков древесины и коры, которая, кружа внутри ствола, уводила куда-то наверх.       — Жутко тут, — сказал Акрукс, тихо подошедший сзади.       — Не важно. Верь, с нами ничего не случиться.       — Верь — не верь, а опасность всё равно есть.       — Я пойду первым, чтобы освещать дорогу, — проигнорировав слова Акрукса, заявил Феникс и зашагал, но был остановлен сильной лапой.       — Хосси... не буду переубеждать, — сказал он в ответ на недоумённый взгляд. — Просто… давай, впереди пойду я.       — Ну ладно.       Кивнув, Акрукс неуверенно сделал первые шаги. Под его лапами всё скрипело и потрескивало, но не разваливалось. Феникс старался держаться поближе, чтобы освещать другу путь, но тот как специально отбегал вперёд, а окликать его казалось бессмысленным. Феникс уже давно заметил, что порой Акрукс стал вести себя крайне странно. Это началось спустя пару дней после выхода из лабиринта и продолжалось до сих пор.       «Что же произошло там с тобой, — в который раз Феникс задал мысленный вопрос. — Акрукс».       — Мы пришли, — хоссикнул тот, выведя Феникса из транса. Стенки дерева куполом сходились на потолке, а из дупла лился свет. Солнечные лучи, косо падая, проникали внутрь ствола, и далее поддерживать огненную оболочку было не нужно. Акрукс свободно вышел наружу.       — Это вершина?       — Нет, — донеслось из света, и, последовав за другом, Феникс тоже всё понял. Укутанная облаками зелёная вершина горы, такой мощной и огромной, скрывалась внизу. Над головой же до сих пор возвышалось дерево. Оно загораживало кроной созвездия, которые только что проявились на лазурно-фиолетовом небе, прорезаемом огненными лучами.       За всё то время, что они шли внутри ствола, им удалось преодолеть не больше половины всей высоты.       — Хос-смотри-ка, — Акрукс вильнул хвостом. — Там есть что-то вроде площадки.       — И правда, — подтвердил Феникс и залез на спину другу. Неподалёку в коре имелась большая зазубрина. — Допрыгнешь?       — С лёгкостью. Главное, ты держись.       Еле успев угукнуть, Феникс зарылся в мех, чтобы его не сдуло. Прыгнув, Акрукс приземлился точно на цель.       — Смотри, а там ещё одна! — указал Феникс крылом на зарубку.       — Хосси! — Акрукс быстро вошёл во вкус и, находя всё новые площадки и уступы, прыгал по ним быстро, но осторожно. Вскоре стали попадаться и ветви, прыгать по которым Акруксу явно куда больше нравилось.       — Вот как, — улыбнувшись, Феникс прикрыл глаза. — Всё-таки оно там есть, сокровище. Значит, всё было не зря.       В кроне светлело. Акрукс летел наверх словно стрела — большая и пушистая, малость неуклюжая, зато надёжная. Вершина становилась всё ближе и ближе. Наконец, подтянувшись на ветке, Акрукс вскарабкался на груду древесных стволов и, завалившись на плоскую поверхность, выдохнул и прикрыл глаза.       — Хоссь, вот мы и на месте.       Привстав, чтобы осмотреться получше, Феникс изучающе обвёл взглядом сложенную из еловых стволов пологую площадку, сквозь которую в нескольких местах пробивались могучие ветви секвойи.       — Правда, это вершина? Не так я её себе представлял.       — А хосси не удивился, — легко признался Акрукс, снова встав. — Кажется, я что-то такое уже видел. Или же мне просто кажется, что всё так и должно быть.       — Мне тоже кажется знакомым это место, — кивнул Феникс, в мыслях прикидывая, и продолжил: — Интересно, что здесь делают деревья? Как ты думаешь, Акрукс?       — Хосс-нятия не имею, — промычал он. — Может быть, их кто-нибудь сюда принёс?       — Кто-нибудь драконских размеров? — хихикнул Феникс и, перепархивая со ствола на ствол, стал оглядываться в поисках третьего артефакта. Отчаянная пульсация в кулоне явно подтверждала, что он тут есть, и Фениксу не терпелось поскорее пройти это испытание. — Ты не видишь его?       — Нет, — послышалось откуда-то снизу, а сразу после из-под бревна высунулась лохматая, усыпанная трухой голова. Улыбнувшись ему, Феникс продолжил осматривать сооружение, а Акрукс лазил где-то внизу.       — Это странно, — сказал он наконец и, погрузившись в раздумья, сел. — Оно ведь точно где-то тут. Просто мы почему-то не можем его найти.       Акрукс хоссикнул, а Феникс поднял взгляд на небо, такое широкое и необъятное... и прищурился, что-то в нём заметив. Это была маленькая рыжая точка. Она не опускалась и не снижалась, просто висела на одном месте, периодически покачиваясь и колыхаясь на ветру.       — Акрукс, ты тоже это видишь? — уточнил он, указав вверх кончиком крыла. — Или мне искра в глаз попала?       Выскочив наверх и подпрыгнув ближе, Акрукс с задумчивостью протянул:       — Ты о чём, птенчик? — он обвёл взглядом небо, звонко хоссикнул, а хвост его встал трубой. — Да! Вижу! Это оно, точно оно! Но... оно так высоко.       Переглянувшись с погрустневшим Акруксом, Феникс ободряюще улыбнулся.       — Это ерунда. Ты его достанешь!       — Как, хосси? — не понял он.       — Ты хорошо прыгаешь!       Акрукс со всё нарастающей печалью поднял взгляд на зависшую в воздухе точку.       — Но оно же так высоко... у меня не получится, — выдохнул он и упал на живот, невнятно что-то бормоча. Похоже, друг проваливался в депрессию.       Феникс перевёл взгляд с Акрукса на точку и обратно. Его вдруг посетила неплохая мысль.       — Есть идея, — когда Акрукс, наконец, понуро поднял взгляд, Феникс был уже почти уверен в успехе.       — Ммм... какая?       Феникс ухмыльнулся и щёлкнул пальцами.       — Всё очень просто. Мы забираемся на одну из тех веток, ты прыгаешь так высоко, как можешь, и в прыжке подбрасываешь меня. Так у нас должно получиться!       Акрукс неохотно поднялся и всё ещё неверяще, с безнадёжностью взглянул на Феникса.       — Думаешь, получится?       — Думаю, да!       — Ну... что уж. Мы через столькое прошли и сейчас в тупике. Сдаваться сейчас очень грустно, — Акрукс встал прямо под рыжей точкой, о чём-то задумался, а потом напружинился и уверенно, с привычным азартом поднял взгляд. — Попытка не пытка, в конце-то концов! Давай провернём это забавное дельце!       Воодушевлённый, обрадованный тем, что друг пришёл в норму, Феникс подбежал к Акруксу.       — Только у меня один вопрос… — вновь с ноткой неуверенности заговорил Акрукс. — Как я подброшу тебя в прыжке, если ты будешь сидеть на моей спине?       — Бери меня в зубы и прыгай! — уверенно заявил Феникс. — Как тогда, под дождём. Пастью и подбросишь.       — Но... ты же такой хрупкий и маленький. Слишком опасно, не могу согласиться. Вдруг я нечаянно тебя пополам перекушу?       — Не перекусишь, — Феникс улыбнулся и поднял взгляд на Акрукса. — Я тебе доверяю.       Во взгляде Акрукса что-то поменялось. Казалось, он и сам стал доверчивее. А ещё теплее. Словно бы он вдруг осознал нечто для себя очень ценное. Улыбнулся.       — Ладно уж. Раз ты, шеф, так говоришь, то что мне, простому помощнику, тут права качать?       — Шеф? — он в недоумении склонил голову.       Акрукс улыбнулся.       — Хосс-нечно! Ведь именно благодаря тебе мы стоим здесь сейчас, а не у подножия, скребя лапками отвесную стенку.       — Но я же не сделал почти ничего, — от неловкости Феникс отвёл взгляд и почувствовал, как пылают щёки. — Ты сделал куда больше. Нёс меня почти всю дорогу. В одиночку я ни за что бы сюда не добрался.       — На то ты и шеф, а я помощник, — Акрукс хихикнул и расчесал усы когтями. — Ты каждый раз находил решение. Хос-понимал, как дальше быть.       — Но... только это.       — Этого хосстаточно! — улыбнувшись, он выждал небольшую паузу, кажется, настраиваясь. — Готов?       — Разумеется.       —Ну, тогда держись, — Акрукс наклонился и, осторожно взяв крошечное тело Феникса зубами, поднял его над землёй. Феникс при этом испытал смешанные чувства. Ещё месяц назад он бы не смог предположить, что его когда-нибудь без задней мысли зажмёт в зубах такое огромное животное.       — Хос-фыф, пвыгаю, — пробубнил Акрукс, присел, напружинился и прыгнул на ближайшую ветвь. Цепляя когтями кору, он вскарабкался на самый кончик и, оттолкнувшись, изо всех сил прыгнул наверх. Феникс в тот же миг почувствовал остроту клыков друга. Перед глазами всё покатилось, и, когда зубы разомкнулись, Феникс совсем растерялся. Он только и успел, что получше разглядеть рыжее пятно, которое оказалось пером, за миг до того, как начал стремительно падать.       — А-акру…       — Хосси! — зубы снова сомкнулись на теле, пока он был ещё в воздухе. Это Акрукс отскочил от пола, как мячик, чтобы поймать Феникса, не дав ему разбиться о сухие деревяшки.       Плюхнувшись на спину, Акрукс разомкнул пасть и медленно, расслабившись, сполз по стволу, пока ошарашенный от произошедшего Феникс, начиная выпутываться из цепкой шерсти на животе друга, выходил из ступора.       — Хосси... ну всё. Провалилась задумочка.       Высвободившись, Феникс резко вскочил, заставив Акрукса вздрогнуть и посмотреть ему в глаза.       — Ещё нет! Это была лишь первая попытка!       — Но мы были далеко. И это ведь так опасно. Хосс-нужно что-то другое придумать.       — Это ещё не конец! У нас получится!       — Ну, раз ты так говоришь, шеф… Хосси! — Акрукс, в долю секунды состроив серьёзную рожицу, потряс головой, кажется, приводя себя в чувства. — Включаю боевой режим! Будем пытаться, пока не получиться!       Феникс удовлетворённо зажмурился и подпрыгнул.       — Так держать!       — Хосси, да, — серьёзность потихоньку куда-то спряталась. Акрукс вдруг облизнулся и мечтательно поднял взгляд на перо. — Хосся, ну или… пока пёрышко не устанет висеть и само не опустится передохнуть ко мне в брюшко.       — Я не думаю, что такое возможно… — в лёгком замешательстве ответил Феникс, захихикал и ойкнул, когда клыки Акрукса снова сомкнулись на его теле.       — Так-с, попытка номер два.       Акрукс неразборчиво хоссикнул и вновь прыгнул сначала на ветку, раскачался на ней, чтобы придать себе скорости, оттолкнулся. В этот раз Фениксу удалось сохранить самообладание, не растеряться. Когда зелёный зверь со всей силы подкинул его вверх, Феникс уже был уверен в победе. Перо становилось всё ближе и ближе. Ещё чуть-чуть, пара метров, и Феникс его схватит. Так он думал. Пока перо не начало опять отдаляться. Точнее, это он стал падать. Теперь казалось, что это было неизбежно с самого начала. Так близко — и так недосягаемо. Ведь Акрукс идеально выполнил свою часть работы. Прыгнуть выше невозможно.       Когда Акрукс вновь поймал его, Феникса вдруг осенило.       «Прыгнуть… прыгнуть невозможно!»       — Акрукс! — воскликнул он, как только тот оказался внизу. — Повтори это! Сейчас же повтори это!       — Хос-с…       — Никаких вопросов, просто сделай!       Акрукс послушно приготовился к прыжку.       В этот раз всё должно быть иначе. Ну и что, что у Феникса раньше не получалось? Если когда-то и должно получиться, то сейчас!       Казалось, Акрукс уже не так высоко прыгнул. Он слабел, ведь вложил все силы в предыдущие прыжки. Повиснув в воздухе, Феникс не отводил глаз от пера. Как и ожидалось, он не допрыгнул. Но это ничего не меняло.       Поняв, что начинает падать, Феникс ухмыльнулся и впервые за долгое время расправил крылья. Маленькие, бесполезные и слабые. Но сейчас это не имело значения, его переполняла уверенность. Взмах, ещё один. Перо не отдалялось, наоборот, было всё ближе. Силы тем временем быстро кончались. Крылья ныли и деревенели, а голова с непривычки закружилась. Перед глазами плыло, и даже красивое рыжее перо теперь казалось расплывчатым пятнышком. Только небо оставалось чётким.       Небо... залитое светом огненного заката пурпурное небо. Даже звёзды видны. Если он видит звёзды, то и звёзды за ним наблюдают. И он среди них. Он — белый Дракон, ради которого Феникс прошёл весь этот путь.       «Дракон?»       Феникс проморгался, приводя себя в чувства. Возможно, это расстояние — последнее, что его теперь с ним разделяло. Всего-то какие-то… жалкие полметра!       Нет, Феникс не пришёл в норму. Усталость никуда не делась, но голова теперь была ясна. И сердце, казалось, пылало. Как и он сам. Феникс даже не заметил, когда воспламенился. Он махал крыльями так, словно от этого зависела вся его дальнейшая судьба. Ветер сбивал, отбрасывал в сторону, а сил в крошечном теле уже не осталось. Когда заветное перо оказалось на расстоянии захвата, Феникс приготовил клюв, чтобы схватить его, и… вдруг понял, что у него отказали крылья. Они больше не слушались, даже не ощущались. Будто просто исчезли. Когда перо уже настолько близко, но клювом всё же не дотянуться.       Вырвавшись с границы отчаянья, Феникс перевернулся в воздухе, чтобы из последних сил вскинуть лапы вверх, и сомкнул пальцы. Окутавшее его тело пламя погасло.       — А?.. — падая, Феникс неверяще глядел на трепыхающееся в его лапе рыжее пёрышко. У него получилось. Получилось пройти испытание. Сердце переполнила неописуемая радость. Но, увы, радоваться не осталось сил. Глаза слипались, а сознание уплывало. Мягко подхваченный верным другом, Феникс уснул.

***

      На вершине дерева свито гнездо. В гнезде, устало прикрыв бордовые со зрачками-крестами глаза, сидела огромная рыжекрылая птица. Рядом с ней, обвив крепкий ствол змеиным телом, примостился Дракон. Его лунная чешуя магически переливалась в свете огненного заката, подчёркивая его величие и загадочную красоту. Поэтому, лишь заметив в его потускневших глазах-сапфирах столь несвойственную ему усталость, тень обречённости и грусть в улыбке на покрывшейся морщинами морде, можно было заметить, что он умирает.       — Дорогой мой Дракон, — начал Феникс, подняв взгляд на начавшее покрываться звёздами небо. С каждой секундой они сверкали всё ярче, напоминая о недавнем путешествии. — Как ты уже знаешь, скитаясь по просторам Вселенной, перелетая от одной звезды к другой, я слышал множество историй и легенд. В том числе и о Фениксах, которые, когда их жизненные силы заканчивались, сжигали себя, чтобы возродиться из пепла.       Дракон внимательно слушал. Его глаза-сапфиры, что до этого то и дело закрывались, теперь глядели на Феникса прямо, не моргая. Остатки грустной улыбки быстро испарились с его морды.       — Но, — продолжал Феникс. — Мы ведь огненные птицы, а потому не можем сгореть. Это походило на вымысел, но я всё равно стал искать тот чудо-огонь. И однажды, на одной далёкой планетке… — Дракон напрягся, когда Феникс, разгребя лапой ветки, вытащил из гнезда подсвеченную алым капсулу, украшенную магическими письменами. — Наконец нашёл.       Приглядевшись, можно было рассмотреть в её сердцевине несколько малюсеньких бордовых, чуть белёсых искр. В ярости они вспыхивали и метались, будто бы пытаясь вырваться из пленившей их магической тюрьмы.       — И ты воспользуешься им? — вопросил Дракон как никогда серьёзно.       — А как... ты сам-то думаешь?       Капсула раскололась на две части. Вырвавшиеся из плена искры превратились в языки огня.

***

      — Хосс-нет, не надо, нет! — Акрукс в ужасе распахнул глаза и сразу метнул взгляд на маленького Феникса, мирно сопящего у него под боком. С птенчиком всё было в порядке. С тех пор, как они с Акруксом выбрались из лабиринта пару дней назад, ребёнок постоянно спал.       — Хосс?.. — Акрукс моргнул, пытаясь вспомнить, что ему снилось только что. Но, сколько ни пытался, всё было как в тумане и распадалось в сознании с каждой секундой, вскоре исчезая окончательно. Однако что-то жуткое, опасное, поселилось в его душе тогда. С того самого дня он начал бояться. Путешествия, которое ставит всюду ловушки, судьбы, слепо ведущей их за собой, будущего, что подстерегает их, затаившись в тумане на неведомой тропе, каждый шаг по которой может стать последним. Если тропа обвалится, если кто-то из них двоих оступится, всё будет кончено.       Конечно, поняв, что его паранойя лишь вредит Фениксу, Акрукс сдался. Запрятав беспокойство в глубины сердца, он продолжил поддерживать друга во всём. Однако, если бы Акрукс однажды всё же вспомнил тот жуткий сон и ту страшную участь, что настигла огненную птицу, он бы сделал всё на свете, лишь бы не допустить исполнения страшного пророчества и защитить Феникса от грозящей тому беды.       Если бы он только знал.       Если бы он только вспомнил.

***

      — С тобой всё в порядке, птенчик? — вопросил Акрукс, дожёвывая перо, когда Феникс только открыл глаза. Они были в лесу на вершине горы. Стояла глубокая ночь.       — Ты отнёс меня сюда?       Акрукс кивнул.       — Там было небезопасно. Так... как ты себя чувствуешь, хоссь?       — Не знаю, — признался Феникс честно. Крылья до сих пор гудели. Летать оказалось очень сложно, и не привыкшие, совершенно не натренированные конечности ощущались теперь как деревяшки. Феникс попытался подняться, но, лишь шевельнув лапой, ойкнул. Она затекла.       — Тебе больно? — вопросил Акрукс перепугано, подставив лапу ему под спину.       — Совсем чуть-чуть.       — Заживёт, — поспешил он его успокоить. — Ты так вырос за это время. Ты стал настоящим героем, хосси!       — Да ладно тебе, — хмыкнул Феникс. — Засмущал.       — Хоссь, — Акрукс напрягся. Феникс сразу понял, что сейчас случится, и закатил глаза. Вопя и хоссикая, Акрукс убежал в кусты.       Перекрывающие небо чёрные кроны мерно покачивались, скрипели и выли. Здесь, под ними, было тихо, но наверху дул сильный ветер. Вероятно, если бы Акрукс не догадался спуститься с Фениксом на гору, с той вершины их бы просто сдуло.       — Что же теперь?.. — выдохнул Феникс. Более-менее разработав ногу, он встал. Попытался шевельнуть крыльями, но не тут-то было. Они отозвались тупой болью и так и остались висеть вдоль тела. — Дракон, я найду тебя. Что бы ещё не приключилось, найду.       — Феня! — Акрукс торопливо выбрался из зарослей на трёх лапах, в четвёртой что-то удерживая, и подбежал к нему.       — О, ты уже?       — Вот, держи камушек, — он разжал лапу, в которой поблёскивала маленькая рыжая звезда. — Можно, я вставлю?       — Ладно... — протянул Феникс, и Акрукс в ту же секунду торопливо вложил сокровище в выемку. Кулон вспыхнул светом. — Ты какой-то суетливый, в чём дело?       — Некогда, — кинул он, подталкивая Феникса лапой в направлении, в котором только что бегал. — Иди туда, и хос-сам всё увидишь! Ну же, хосс-стрей!       Смерив Акрукса подозрительным взглядом, Феникс двинулся туда, куда теперь указывал рассеянный поток света из креста. С трудом, от напряжения не то в ногах, не то в душе. Странные чувства завладели им. Не хотелось идти. Но идти было надо. Акрукс неугомонно метался и, всё-таки не выдержав, выбежал вперёд и встал на краю обрыва, слабо подсвеченного бордовой аурой. Запах гари. Когда Феникс приблизился к скалистому склону и взглянул вниз, у него душа ушла в пятки. У подножия горы, прячась за подсвеченными алым пластами облаков, посреди чёрного, как нефть, леса, растянувшегося вдаль на многие километры, полыхал пожар.