Флагман: прототип

19:07, порт Керчи. Стоя на одном из причалов Севастополь наблюдала за потемневшим небом, в котором то и дело проскальзывали молнии. Громкие раскаты грома слегка оглушали, море начинало бушевать, грозясь перейти в шторм. В один момент на горизонте начали светить прожектора, что были установлены на некоторых обвесах флотских дев, направлявшихся в зону Керченского и Таманского пропилов, которые находились под контролем Севастополь. С каждой секундой, прожектора приближались, а вместе с тем секретарь командующего черноморским флотом могла наблюдать мрачные лица в рядах. Начав по обычаю подсчитывать число флотских дев, которые приближались к порту, Севастополь не досчиталась двух флотских дев, от чего начала смотреть на подходящий флот с толикой беспокойства. Наблюдя за тем, как флотские девы постепенно начали входить в порт, Севастопль слегка нахмурилась, полагая, что на подкрепление напали и могли отправить на дно несколько флотских дев, что могло грозить появлением в худшем случае появлением двух новых химэ, что не могло быть хорошей новостью априори. — Не нравится мне эта атмосфера. — Прошептала канмусу, прикусив ноготок большого пальца левой руки. Медленно её взгляд перетек с эсминки, замыкавшей формацию, на линкор второй серии кораблей типа Советский Союз». — Полагаю, Уфа может рассказать мне куда как больше чем, то чем я занимаюсь стоя тут. — Вздохнув, канмусу поправила свою форму, направляясь в сторону уже отозвавшей свой обвес Уфе, которая о чём-то разговаривала с подчинёнными, явно объясняя им что-то важное. Медленно шагая, канмусу направилась к стоящим возле причала флотским девам. Девушка могла наблюдать, как у пары флотских дев обвесы распались, а в доках появились два корабля, которые девушка могла легко узнать. На позапрошлом заседании глав флотов, где ей довелось сопровождать сестру, Севастополь видела эту пару кансен, которые проходили тренировки после призыва с применением технологии сирен в Петроградском научном исследовательском институте имени Мендилеева. Чуть улыбнувшись, Севастополь посмотрела на означенную двойку кансен, которые, почувствовав на себе чей-то взгляд, синхронно повернули головы в сторону наблюдателя. В их глазах читалось лёгкое удивление, но оно быстро сменилось легкой радостью, все, же тогда Севастополь хорошо поладила с девочками, которые начали называть ту не иначе как старшей сестрой, хотя проходил слух, что среди эсминцев её называют мамой, но подтверждения слухов были не обнаружены. Заметив, что несколько её подчиненных смотрят в сторону, Уфа лишь тяжко вздохнула, потерев переносицу. Всё же та могла легко догадаться, кого те увидели, ведь такая реакция у этих эсминок была только на воплощения кораблей. Советский Союз, Ленин и Севастополь. Сделав лёгкие вывод, о том, что Советский союз не может находиться тут, так как та является флагманом Северного флота, а Ленин сейчас находится в Новороссийске, то оставалась лишь одна канмусу на кого могли подобным образом реагировать. Повернувшись в сторону, с которой шагала Севастополь, Уфа лишь скрестила руки под грудью чуть надув губы, всё же та откровенно завидовала старшим, ведь те находились в высоком авторитете среди всех флотских дев. Даже Севастополь находившаяся в тени старшей сестры смогла отличиться хорошими лидерскими способностями и умением быстро адаптироваться к ситуации. Хоть та и не могла в одиночку валить пачками врагов как Ленин, но авторитет Севастополь был непоколебим, а среди систершипов головных кораблей серий та стала неким идеалом того как должны младшие помогать своим сёстрам. Хотя переплюнуть, начавший расти семимильными шагами рейтинг верховного… Было бы очень сложно, а он всего не так давно был призван по меркам всех остальных флотских дев, но он уже получал свою долю влияния на флот. — Давно не виделись, Уфа. — Подойдя поближе Севастополь кивнула, протягивая руку для рукопожатия, на которое канмусу быстро ответила. — С вами мы тоже давно не виделись, Белгород, Киев. — Улыбнувшись, кивнула паре эсминок Севастополь, на что те радости взирали на девушку. — Приветствовать мы… — Сказала Белгород, прижав свои рыжие кошачьи ушки к макушке, в то время как её хвостик махал туда-сюда. — Рады вас… — Продолжила фразу за подругой Киев, ушки которой стояли торчком при этом её кошачий хвостик дымчатого цвета, радостно крутился словно пропеллер. — Товарищ Севастополь. — В унисон проговорили они, подбежав к канмусу и обняв её, на что две другие девочки с легкой завистью взирали на Киев и Белгород, но Уфа чуть улыбнувшись помахала тем ладонью, от чего две оставшиеся девочки так же подбежали к Севастополь, начав оную обнимать и что-то весело рассказывать. — Это нормально? — Проговорила Молотов, смотря на Уфу. Достав из кармана штанов карманные часы, кансен, чьё корабельное тело появилось пришвартованным к одному из причалов, внимательно посмотрела на циферблат, который показывал 19 часов и 21 минуту. — Полагаю нам надо узнать у Севастополь, где мы можем разместиться. — Тебе проще, мне же с ней нужно будет еще, и поговорить о квадрате патрулирования и о нашем местоположении в акватории пролива и залива при начале блокады. — Тяжко вздохнула Уфа, тело которой оставалось напряжённым. Пожав плечами, Молотов будто сказала: «ничего не знаю, это твои обязанности». Посмотрев на облепленную эсминками Севастополь, не могла не улыбнуться Молотов. Кое-как освободившись от девочек, Севастополь грозно помахала указательным пальцем, на что Киев, Белгород, Ереван и Алма-Ата обиженно надули щёчки, но тут же подобрели, стоило секретарю флагмана Черноморского флота дать тем небольшой кулёк с конфетами. Отойдя от занятых поеданием конфет эсминок, Севастополь направилась к Молотов и Уфе, которые с интересом наблюдали за тем, что происходило на пристани пару мгновений назад. Отойдя в сторону, Молотов предпочла закурить, всё же та знала, как Севастополь не любит запаха табака и то что бывает очень больно если сможешь разозлить линкор не любящий запах табака… — В чём причина задержки? Вы должны были прибыть намного раньше. — Встав рядом с Уфой, Севастополь повернула голову в сторону, взирая на бушующие волны. — Мы были в Феодосии, помогали отбить атаку глубинных и сирен. Минск и Баку вышли из боя с серьёзными повреждениями, поэтому нам пришлось оставить их там. Я слышала, что главная атака пришлась на Новороссийск, а так же враги сильно ранили Марат, я сама видела. Мы тогда вовремя подоспели и помогли зачистить акваторию с восточной части города, а после мы дозаправились и пополнили боеприпасы и направились сюда. — Как там, Марат, сильно пострадала? — Сказать точно я не могу, по крайней мере, хрен она признается, а так на вид сильно. Форма в решето, раны и подпалины на одежде и коже, а так же дырка в носовой части обвеса. — Проговорила подошедшая Молотов, выкинув окурок в урну. — Ладно, Молотов можете с девочками заселяться на третий этаж общежития. — Кинув ключи, которое со звоном приземлились в раскрытую ладонь воплощения лёгкого крейсера. — На счёт ванн, они пока работают как и столовая, так что у вас есть час на поесть и искупаться, а потом на боковую. Вам надо отдохнуть завтра всё начнётся. Полагаю это будут два дня без сна и на сухом пайке. — Хм, поняла. — Нахмурив брови, кивнула канмусу. — Я присмотрю за этой мелочью… — Начав уходить, Молотов повернула голову и прошептала. — …а вы там не шалите… — Сказала она ускорившись, в то время как Севастополь покраснела и сжала ладонь в кулак. — Это была случайность! — Выкрикнула она, кинув в канмусу небольшой камень, который девушка подобрала с земли, но Молотов ловко увернулась от пущенного в неё снаряда убегая прочь отобрав у эсминок кулёк с конфетами, от чего те негодуя устремились в бег за «воровкой». — Ну, хоть ты скажи! — Посмотрев на Уфу, прокричала паникующая Спевастополь. — Успокойся, она просто подшучивает над тобой. Все и так знают, что то твоё столкновение с Кронштадт и ваше падение друг на друга с последующим жарким поцелуем всего лишь случайность. — Пожав плечами, проговорила Уфа, наблюдая за тем, как лицо её знакомой налилось румянцем. — Ладно-ладно, это случайность, но вот подкаты со стороны Кронштадт после этого случайностью сложно назва… — Не напоминай! — Ударив кулачком по макушке Уфы, Севастополь грозно смотрела на подругу. Достав платочек и утерев им начавшие появляться слёзы, Севастополь вздохнула, пытаясь унять раздражение. — Я по мальчикам, хотя во флоте у нас не так уж и много нормальных и без заскоков. — Ну, если ты хочешь, то отличись в зачистке черноморского бассейна, и я уверена что сама знаешь кто, обратит внимание на тебя. — Показывая указательным пальцем на верх, Уфа приобняла подругу пытаясь так выразить свою поддержку. — Надо только постараться. — Правда?.. — Ага. — Показав большой палец, канмусу хотела таким образом подбодрить подругу которая слишком эмоционально реагирует на шутку связанную с Кронштадт. — Ладно, нам пора идти. — Вытерев платочком глаза, чуть улыбнулась Севастополь. Некоторое время спустя.  — …а теперь посмотри вот сюда. — Над расстеленной на столе картой склонились Севастополь и Уфа. — Ваша группа встанет вот тут. Между косой Чушка и Тузлинской косой, позади основного флота, с вами будет небольшая резервная группа вместе с авианосцем Сталинабад, она обеспечит нам прикрытие с воздуха в этой блокаде. — Указывая на карте определённые места, Севастополь проводила пальцем с одной отметки на другую. — Нам очень повезло, что канал этот небольшой, с одной стороны растянувшаяся Чушкинская коса позади Тузлинская коса. — Под конец, проведя пальцем вдоль Чушкинской косы, Севастополь перевела взгляд на Уфу. — Что думаешь? — Думаю что это вполне приемлемо, но разве не проще было бы взять противника в клещи? Тут и вот тут. — Указав порты Крым и Кавказ. — Слишком рискованно, если мы отвлечёмся на центр, то с запада и востока вдоль побережья глубинные могут свалить, если же весь флот будет сосредоточен в центре, сражаясь с противником, этот самый противник свалит, обойдя нас с двух сторон. — Ты исходишь из того что Химе будет их контролировать и целенаправленно выводить. — Нет, смотри. — Указала на Керчь-Еникальский канал Севастополь. — При таком расположении флота мы имеем мобильность резервов. Пока мы находимся на передовой, у вас будет возможность при поддержке Сталинабад, вы сможете выяснить, на каком направлении намечается прорыв сил противника. Более того именно туда в качестве усиления пойдет одна из двух резервных групп, как ты понимаешь Сталинабад будет во второй, так как ей предстоит направить последнюю группу в возможный участок прорыва противника. — Хм, теперь понимаю. — Задумчиво поводив пальцем по столешнице, Уфа присела на близ стоящий стул. — Подкреплений не будет, ресурсы ограничены, но с твоим планом я согласна. Полагаю я тоже последовала бы ему за не имением больших сил флота. Как говорится: «Нам бы ночь простоять да день продержаться». Эта фраза идеально описывает наше положение. — Да, наши поговаривают, смогут добраться до нас только на вторые сутки и это с учетом дозаправки и пополнения боезапаса в море. Эх, день и бессонная ночь ожидают нас. — Скрестив руки под грудью, Севастополь так же позволила себе присесть на стул. Посмотрев на настенные часы, канмусу лишь вздохнула. — Мы засиделись, пора идти отдыхать. Предупреди всех, что в десять часов надо быть уже в порту. — Хорошо. — Кивнула Уфа, вставая с места и начиная помогать Севастополь убраться в комнате. — Кстати от твоей сестры нет новостей. — Свернув карту и положив её в тубус, Уфа пошла к шкафу. — Да, с ней все хорошо, а как ты и говорила, Марат, действительно, сильно досталось. — Повернувшись Севастополь могла наблюдать как Уфа уже стояла у двери дожидаясь свою подругу. — Она сейчас находится на ремонте, Кронштадт… Она вроде бы повреждений не получила, так что она сейчас направляется в портовый город, где она обязана быть. — Хм, хорошо, если всё действительно так. — Открыв дверь, из комнаты вышла Уфа, а следом за ней и, закрывшая дверь, Севастополь. Дойдя до лифта они говорили на разные темы, стараясь не касаться темы проведения операции, сирен или глубинных. Они старались провести это время тишины в спокойствии без разговоров об их ежедневной и ежечасной работе. Спустившись на первый этаж с помощью лифта, пара канмусу неспешно направилась через парк базы прямо к зданию общежития. Pov Севастополь — Боевой строй, разворот эскадры на правый борт! — Вытянув руку в правую сторону, прокричала я, начав перекладку рулей. Дождавшись того момента, как большинство из кораблей соединения смогут вести огонь, я на миг прикрыла глаза. — Огонь из всех орудий, подавить вражеский патруль. Москва, пусть твои самолеты прорываются к основному флоту противника. — Будет исполнено. — Раздался голос авианосной кансен за моей спиной, а после послышались несколько выстрелов, мимо пролетели искрящиеся пули, которые вспыхнули, стоило проморгаться, как вместо них уже летели МиГи. От некоторых из них отсоединились ракеты, направившись в сторону противника, несколько эсминцев были тут же уничтожены. По полю боя раздались крики противника. Одному из эсминцев гуманоидного типа даже оторвало руку. Вовремя прикрыв свой левый борт щитом, в который вгрызлись несколько снарядов, тем самым я так же обеспечила и защиту одной эсминке. Благодарно посмотрев на меня та лишь кивнула, увеличив свою скорость, мы с ней тут же поменялись местами и она тут же выстреливает двумя концентрированными веерами торпед в сторону флота противника, как и её пять боевых подруг. После чего те резво вновь отошли на правый борт, не желая принимать на свои мало-бронированные тела град снарядов, что тут же последовал, стоило эсминкам пустить свои торпеды. В мой щит вновь врезались как бронебойные, так и фугасные снаряды, но щит с гордостью выдержал и это. Мы не оставили врага без ответного подарка, из шести моих орудий вырвались огни знаменуя о том что снаряды были отправлены в строну противника. Посмотрев на башню «С» я могла наблюдать за тем, как по двум орудиям расползлась вязь светящихся из нутрии желтых трещин, за которыми тут же последовал взрыв. Вся башня пришла в негодность, благо боекомплект не подорвался, но стволы и механизмы вращения башни придется менять. — «Сестра… Одолжи мне свою силу, Ленин…» — Подумала я со всей силой сжимая ручку щита. Раздались десятки взрывов, от приближающихся кораблей противника, которые напоролись на пущенные ранее торпеды. — «Суворов, как у вас протекают дела с противником?» — «Терпимо, но знаешь, эти семь часов сражения выматывают, не успеешь отбиться от первой волны и пополнить боезапас, как тут, же надвигается вторая…» — Орудия вспомогательного 152-го калибра пришли в движение, стоило тем навестись, как те тут же пустили в противника шесть снарядов. — «…в общем и целом, у нас всё терпимо, Славянина говорит о том же. Что у вас?» — «У нас аналогично, но в эту волну их куда как больше. Полагаю, наши с другой стороны быстро продвигаются, так что нам надо продержаться ещё немного, от Сталинабад есть новости?» — Уклонившись от снаряда, который влетел в воду в нескольких метрах от меня, я невольно поморщилась, от того что один из снарядов попал в башню 100-го орудия, оное выводя из строя и у одного повреждая орудия. — «Нет, прорывов же нет пока, ладно я отключаюсь, новая волна на подходе, да и надо транспортники отвести». — Мы вновь поменялись местами с эсминцами, которые пустили веера торпед и вновь прятались за спины более тяжелых товарищей. — «Поняла, до связи.» — Посмотрев на остатки флота противника, я не могла не улыбнуться тому, что пока блокада идет без потерь с нашей стороны. Выдохнув, я поняла, каким же долгим был этот бой. Добив оставшихся противников, мы приступили к небольшому и столь скоротечному отдыху. Раскрыв упаковки с галетами, мы перекусили. — «Может, и вправду обойдёмся без потерь?..» — Стоило мне так подумать, как на горизонте начала появляться новая волна, в которой были несколько элитных глубинных особей гуманоидного типа. Не успела я отдать приказа о перегруппировке, как с неба раздался звук группы реактивных самолетов, которые пустив ракеты прямо над соединением под командованием Севастополь, не дожидаясь попаданий по целям, те начали разворачиваться и уходить в сторону Новороссийска. Раздались взрывы, крики раненных и оставшихся в живых врагов. — Полагаю это помощь от сестры. — Тихо прошептала Севастопль, до которой донеслись два похожих взрыва с востока и с запада. end Pov Севастополь Немного ранее Новороссийск. Развернувшись к рабочему столу спиной и заведя руки за спину, Ленин смотрела в окно, наблюдая за пробегающими по тротуарам флотскими девами, которые спешили куда-то. Медленно её взгляд перешёл на качающиеся макушки тополей, на её лице появилась лёгкая улыбка, которая тут же пропала. Связь кораблей систершипов давала о себе знать, но из-за расстояния она лишь смогла расслышать: «Сестра… одолж… силу…» Pov Ленин — «Хм, странно всё это… Может что-то произошло? Не могла же она просто так воспользоваться нашей связью?» — Невольно я начала волноваться за Севастопль, которая по планам сейчас должна была держать блокаду залива и пролива. Уперевшись в подоконник, я непроизвольно начала нервно постукивать пальцем о пластиковую стенку окна. — «Может, я зря волнуюсь… Может с ней всё хорошо?.. Хм, лучше уж я сделаю хоть что-то, чем просто буду тут сидеть, и накручивать себя». Отойдя от окна, я медленно подошла к столу. Мой взгляд пал на телефон, ещё немного помявшись я тяжко вздохнула, плюхнувшись на кресло и чуть не уехала на нем прямо в стену. Кое-как вернувшись на прежнее место, я подняла трубку телефона, не забыв набрать небольшой номер. Медленные гудки, с каждой секундой казалось, что они становятся всё длиннее и длиннее, но в один момент гудок сменился привычным голосом Ульяновск. — Ульяновск слушает. — Раздался буднично-бодрый голос авианосной кансен. — Доброго дня… — О, Ленин! Что случилось? Помощь нужна? — В один миг голос Ульяновск стал более собранным, на той стороне провода зашуршала бумага. Ленин так и представила, серьёзную подругу, которая, поудобней сев на стуле, взяла ручку или карандаш готовая начать записывать. — Мне нужно чтобы ты отправила в Таманский залив, пару звеньев МиГов 31-х. Пусть помогут в зачистке местности от глубинных, если будут сирены, то пусть их тоже уничтожат. — Положив ногу на ногу, я ожидала ответа, от задумчиво хмыкнувшей Ульяновск. Послышались шорохи, видимо та записывала приказ или листала список тех флотских дев, которые могут помочь в выполнении задания. — Хорошо, тебя поняла. Я постараюсь что-нибудь придум… — Затихла она, с другой стороны послышался какой-то голос. — Ладно, смотри. Я сейчас сама всё сделаю, но Ленин ты же знаешь что моя авиагруппа не такая уж и большая? Так что я разделю её на три части, но основную я направлю в центр, или куда укажет Сталинабад. Я с ней только что поговорила по радиосвязи, она предоставит мне разведданные. — Хорошо, тогда рассчитываю на тебя. — Угу, но давай так, услуга за услугу. Я помогаю тебе, а ты поможешь с перестройкой в общежитии авианосный флотских дев. — Я подумаю что с этим можно сделать, но после всей этой операции по зачистке, сама должна понимать, что сейчас все заняты. — Хорошо, договорились. Пока. — Положила трубку Ульяновск, от чего вновь раздались гудки. Положив трубку телефона на её место, Ленин выдохнула. Развалившись на кресле, она прикрыла глаза и положила руки на живот, соединив ладони между собой. Открыв глаза, канмусу долгое время взирала в белоснежный потолок, на котором расположилась люстра, освещавшая помещение. Прикрыв глаза, та слегка придремала, но чуть позже её разбудил телефонный звонок. Это была Ульяновск, которая доложила об уничтожении трех групп гулибинных. end Pov Ленин Следующий день. 3:17 Керчь-Еникальский канал. Бой всё продолжался, волна за волной, остатки глубинного флота, подгоняемые флотскими девами, зачищающими Азовское море, с каждым часом сражались всё упорней и в большем количестве, чем впервые их атаки. Они будто обезумели в своём желании покинуть акваторию, которую через небольшое горлышко, соединяющее два моря, блокировал изрядно потрёпанный флот под командованием Севастополь. Лишённая башен с орудиями в 152-а миллиметра, на левом борту, Севастополь намеренно подставляла правый борт, на котором было достаточно башен ПМК в более или менее работающем состоянии. Стоя на воде и наблюдая за последней волной надвигающегося противника, она осмотрела своих раненных и потрёпанных боевых подруг. Раздавались раскаты грома, сверкала молния, а вдалеке слышался звук от канонады одной из групп зачистки. Стряхнув с штанов кусок тела одного из глубинных, чьи тела в обилии плавали и орошали свою кровью море на десятки метров вокруг. Погладив одну из двух уцелевших башен главного калибра, на которой виднелись подпалены вперемешку с осколками, что застряли в бронелистах башни, Севастополь сжала ладонь своей рук в кулак. — «Сталинабад, это Севастополь мне нужны все твои самолеты, что у тебя есть». — «Поняла, я наблюдая вашу ситуацию, с востока и с запада флот зачистки уже близок, а вот у северного проблемы, там оказывается сильное сопротивление в то время как большая часть отступает». — Переведя взгляд на горизонт, где уже отчетливей виднелись силуэты противника. — «Расчётное время прибытия пять минут». — Раздался голос авианосной кансен по радио связи. — «Уфа ознакомлена с вашим положением, резервная часть флота выдвигается вам на поддержку». — «Хорошо, жду». — «Стой, что значит жд…» — Резко прервав связь, Севастополь ещё раз обвела всех близстоящих флотских дев взглядом. — «Приблизительно, отсталость десять километров, скорости хода оставшихся у эсминок торпед… Его должно хватить, чтоб они попали по противнику в момент, когда тот будет в пристрельной зоне моего ГК». — Уйдя в размышления, Севастополь одернула себя, ведь каждая секунда была важна. — Слушайте приказ. Всем эсминцам пустить торпеды направленным веером в направлении противника. — Стоило той проговорить как эсминки резво вышли чуть вперёд, чтобы не задеть своих товарищей. Раздались звуки массового пуска торпед. — Теперь же все вы отходите к резерву, как встретитесь с подходящими сюда союзниками поступите под командование Уфы, которая наверняка будет прорываться сюда. — А как же вы?.. — Раздался тихий голосок одной из флотских дев. — Я буду сдерживать силы противника, пока вы отступаете. Живей, живей. Идите отсюда. — Помахала раскрытой ладонью Севастополь, начавшая набирать скорость и направляясь вслед пущенным торпедам. Послышался скрежет поворотных механизмов. Чуть повернув голову, Севастополь могла наблюдать, как эсминок насильно подталкивает Мурманск. Раздался громкий выстрел из шести орудий, унося за собой шесть фугасных снарядов. В стане противника начали мелькать вспышки, означавшие выстрелы. Выставив перед собой щит, Севастополь развила максимально возможную в её потрёпанном состоянии скорость. На миг её скорость спала, всё из-за попавшего в щит снаряда, который чуть уменьшил набранную канмусу скорость. Позади, раздавались крики некоторых эсминок, которые не желали оставлять флагмана одну наедине с врагом. В один миг голоса, позади девушки смолкли, что заставило заместителя главы черноморского флота начать поворачивать голову, как мимо неё пролетел самолет, который продемонстрировал Севастополь подвешенную к его «брюху» торпеду. Над головой канмусу начали пролетать группы бомбардировщиков, в то же время, огибая её, стараясь прижаться к воде, пролетали самолеты, которые несли торпеды. Вдалеке уже раздавались первые взрывы, от напоровшихся на торпеды корабли глубинного флота, которые издавали громкий вой, заходясь в предсмертной агонии. Отведя щит в сторону, Севастополь лишь на инстинктах успела переложить рули, резко уходя влево, в то место где она могла находиться, если бы пошла вперед не сворачивая, приземлилась бомба. Сопровождавшие бомбардировщики истребители тут же ринулись наперерез вынырнувшим из грозовых облаков самолётам глубинного флота. Завязался воздушный бой, в небе то и дело мелькали самолеты, что работали звеньями, прикрывая хвосты друг друга истребители планомерно уничтожали вражескую авиацию, но и в их рядах шли потери. Резко уходя в сторону Севастополь, вновь уклоняется от града снарядов, успевая выставить щит на левый борт при этом, уходя вправо, она принимала на щит град осколков от фугасных снарядов, которые детонировали из-за тел уже павших глубинных. Не снижая набранной скорости, канмусу выставила вперед часть обвеса, где расположились орудия главного калибра, которые вновь изрыгнули снаряды, что убили одного или трех глубинных. Ей некогда было разбираться, в том скольких противников она убила, ей было важно отвлечь врага и задержать его до того как резервный флот встретится с её подчинёнными. — Сестра… Дай мне сил. — Проговорила она, вонзая свой щит что напоминал древнерусский щит напоминавший каплю. Воткнув острие щита в голову вынырнувшего из-под воды глубинного эсминца И-класса, она не теряя скорости, откинула тело в сторону. Раздались звуки опускающихся орудий, выстрел, за выстрелом. Всё шесть фугасных снарядов угодили в тыл наступающих глубинных, повреждая их орудия, лишая конечностей, перемалывая в фарш их тела и опаляя их огненными струями горючего вещества буквально выжигая глаза тех врагов, что были поблизости. Позади Севастополь всплыли прошедшие под водой враги, но они тут, же были расстреляны из уцелевших установок ПМК. Выставив перед собой щит канмусу использовала его как таран, таким образом, уничтожив пару эсминцев, прежде чем резко убрать щит в сторону, она могла наблюдать оскал линкора Ру-класса, но он сошел на нет стоило орудиям Севастополь выстрелить прямой наводкой. Уничтожая как линкор так и находящиеся по близости эсминцы Ни и Ро класса. — А-а-а-а! — Закричала Севастополь стоило выпрыгнуть из-под воды одному из эсминцев Ро-класса, но откусанная часть обвеса тут же была с силой воткнута ему в глотку, от чего одна из острых частей вышла с обратной стороны. — Вы все тут подохните, сраные уёбки! — Прокричав это на всю округу, Севастополь будто вошла в режим берсерка, начав своим щитом шинковать всех глубинных, что попытаются пойти на сближение. В оставшихся орудиях ПМК ускорилась перезарядка, орудия выплевывали снаряды то промазывая, то попадая в цели. Врагов становилось всё меньше и меньше, а ран на теле Севастополь всё больше и больше. Последние самолеты сбросили бомбы, улетая прочь, но уже их сменили более современные 15-е МиГи, которые прилетели со стороны наступающего флота зачистки. Бой продолжился с новой силой. То и дело защищаясь щитом, Севастополь по возможности им же наносила удары по подобравшимся на дистанцию удара глубинным. Ещё одно из орудий главного калибра вышло из строя, снаряд взорвался внутри орудия, заставляя его раскрыться словно бутон цветка. Спустя некоторое время подошедшие к полю боя флотские девы могли наблюдать одинокую фигуру. Из рассечённого лба стекала кровь, заливая левый глаз, шатаясь на ногах, на водной глади стояла Севастополь. Вдруг рядом с ней всплыло уже мертвое тело глубинного, в которое тут же прилетел снаряд из башни ПМК. Именно в таком состоянии посреди участка моря усеянного трупами и кровью, нашли канмусу. В один момент её ноги пошатнулась и она упала на спину. Поддерживаемая на воде, она подняла руку, которую сжала в кулак и тихо прошептав: «Я справилась… Сестра…» Это были последние слова Севастополь, что услышала Уфа, на полной скорости приближаясь к подруге. Положив указательный палец на сонную артерию, канмусу выдохнула. Пульс был, но всё же стоило поторопиться и отнести её на базу, где ту подлечат.