Готова отдаться мне без остатка?

Было страшно. Было больно. Было плохо. Было болезненно. Эти ощущения до сих пор не покидали сердце Мэй. Она до сих пор боялась даже выходить из комнаты. С самого своего пробуждения, девушка лишь судорожно обнимала самую большую подушку из всех, которые у неё были, свернувшись калачиком и обвив её рукам и ногами, как бы подсознательно прячась и ища защиты от внешнего мира, уходя в искусственный. Придуманный мир. Но она даже не подозревала, что ещё совсем недавно, Мэй точно так же убегала в Свитербург. В прекрасный, без изъянов город, созданный на поверхности её разума. На самом деле, она была даже не уверена, что вообще спала сегодня ночью. Неужели, Морфей выгнал её из своего царства? Казалось, что абсолютно все, что с ней происходит — это сплошной сон. Или лучше сказать кошмар. Не подумайте, что Сайфер не предпринимал каких-либо действий, чтобы вытащить девушку из кровати. Но каждый раз, заходя в её комнату и спрашивая: — И долго ты будешь здесь валяться? — В него летела очередная подушка. Но демон, решив, что Мэй должна просто усвоить этот урок и не повторять прежних ошибок, оставил её, на растерзание своим мыслям. Прошло много времени, чтобы понять, что она не позволит Сайферу смотреть как страдает из-за него, и даст ему ещё один повод для того, чтобы он считал себя правым, девушка быстро вскочила с алебастрово белой опочевальни, и беглым шагом направивилась к гардеробу. Изящное платье… Корсет платья украшен красивой драпировкой. Низ пышной юбки украшает широкая лента что делает шикарный и в тоже время нежный, хрупкий образ. Казалось бы — ничего необычного, но в тоже время безумно женственно. Заплаканные глаза куда-то пропали, а на их место пришли страстные, обжигающие, бархатные, проникающие - карие. В самом деле, описание карих глаз очень редко встречается в книгах. Ни один писатель не сравнит их с драгоценными камнями. Удивительно, но карие глаза считают скучными. Неинтересными. Возможно, действительно, карие глаза не драгоценные камни, не зелёные изумруды. Но зато, это вспаханные поля, черный чай — так любимый многими людьми. Это шоколад, который обожает Мэйбл. Ранее растрепанные волосы вдруг стали милой укладкой. Она решила показать себя. Показать, что ей все равно. Показать, что она не собирается плакать в сторонке. Девушка ещё долго стояла прикоснувшись к дверной ручке. Мэй не понимала, что именно, но что-то не давало ей опустить рукоять двери. Боязнь Сайфера? Собравшись с силами, она все же вышла. Даже не закрыв входную дверь. Девушка шла вдоль длинных, широких коридоров. Раньше она не замечала, но почти каждую комнату окружала стража. Каждый «охранник» не похож друг на друга. Странные, местами пугающие существа, внимательно наблюдали за каждым шагом Мэйбл. Это пугало. Как они тут оказались? Заложники Сайфера, как и сама Мэй? Остаётся только догадываться. Было странно со стороны девушки бесцельно бродить по нескончаемым холлам. Она как будто искала встречи с дьяволом, заходя в самые отдаленные уголки дворца. Уже отчаявшись «показать гордыню», Мэй собиралась идти обратно, но её остановило прелестное звучание. Очень мягкая музыка. Нота за нотой создавало целую историю вокруг всего, до куда только мог добежать каждый аккорд. Томно закрыв глаза и улыбнувшись, девушка пошла на исходное звучание, немного подтанцовывая музыке по пути. С каждым шагом звук все увеличивался, а история мелодии становилась только интереснее. Придя к источнику излияния аккордов и отварив дверь, желая увидеть того, кто настолько прелестно владеет инструментом. Она была почти не удивлена. Сайфер, сидя на чёрной, кожаной банкетке, длинными пальцами летая над клавишами и мягко ударяя по ним, буквально «вытаскивал» из фортепиано невидимые, хрустальные и такие хрупкие ноты. Заметив вошедшую к нему Мэй, так зачарованно наблюдавшую за демоном разума, он остановился. В очаровательной ухмылке он похлопал себя по ноге, как бы подзывая к себе, но как вы наверняка могли догадаться Мэй противилась и отказывалась, что очень не понравилось Биллу. Дьявол, быстро щёлкнул пальцами. Девушка даже не заметила, как подбежала к Сайферу, сев ему на колени, словно собачка Павлова. Это безумно разозлило Мэй. Она уже хотела приниматься ругать и обижаться на демона, но не успела. Его пальцы легко побежали по клавишам, вновь и вновь вырисовывая причудливые невидимые нотки. Мэй наблюдала за каждым его движением, её уже совсем не смущало то, что она сидит у Сайфера на коленях, тот, лишь блаженно улыбнулся. Остановившись от игры на фортепиано, он спросил: — Хочешь попробовать? — Но я же не умею… — Тихо промолвила в ответ та, как будто думала, что её не услышат. Но Повелитель разума лишь накрыл своими пальцами руку Мэйбл и управляя ей, они как одно целое играли одну симфонию. У Мэй сложилось ощущение, что это играет она. Что будто бы ей никто не управляет. Что нет никакого Билла Сайфера рядом. Лишь она. Но дьявол все же напомнил о себе, когда холодные губы прикоснулись к горячей шее девушки, а его руки быстро обвили талию Мэй, как будто говоря «Я заберу тебя собой в безумие». Она издала звук, очень похожий на тихий стон. Казалось, что она и забыла о том, что злилась на него. Девушка лишь словно кобра извивалась под руками своего гипнотизера. Всё бы так и пошло бы по склону, если бы Билл не произнес такие Незначительные, но открывающие глаза слова: — Какая ты сегодня податливая… Мэй лишь распахнула глаза. А ведь и вправду. Она с гордо поднятой головой шла показать всем, что «нет, я не сломлена», а в итоге оказалась в таком глупом положении. Отвратительно. Руки девушки невольно ударили по клавишам инструмента. Из фортепиано выбился отвратительный, режущий горячий воздух звук. Это уже не прежние хрупкие ноты. Это звук того, как они разбились. Ужасный. Душераздирающий. Она через силу встала с колен Сайфера, принялась в бега. Но прежде чем выйти, девушка бегло развернулась к дьяволу, дабы увидеть его лицо ещё раз, после чего, её тень лишь мелькала за стенами комнаты…