История Кусамы Новаки

Глава 4. Тоненькие деревца сакуры уже начали просыпаться после зимы, и на них виднелись маленькие зеленые почки, переливающиеся на солнце от капель весеннего дождя. Он начался и закончился совсем внезапно, оставив после себя чистое и до умопомрачения глубокое небо, запах свежести, влажные тротуары и людей, промокших от неожиданного каприза погоды. Весна вступала в свои права, и в сердцах людей просыпались самые светлые и добрые чувства. Прошел уже год с момента аварии, унесшей жизни родителей Новаки – семилетнего жителя Саппоро. Сама природа будто приглядывала за ним – сначала уберегла от темного дыхания смерти, теперь позволив не ему забыть свое прошлое - ибо так легче пережить случившееся. Он знал о своей прошлой жизни только от медсестры Харуки Яасэ, она приходила к нему время от времени после происшествия и приносила сладости. Все ребята в его группе наблюдали за этим и втайне считали его счастливчиком, что у него кто-то есть. Кто – то, кто может его усыновить. Тема усыновления, конечно, была особо болезненной среди этих детей – когда за кем-то приходила супружеская пара, они издевались над ним, поддразнивая и насмехаясь над ним: -« Кто в этот раз-извращенцы или владельцы подпольного цеха?». Ходили слухи, будто большинство людей, усыновляющих детей, делают это либо в целях удовлетворения своих извращенных сексуальных фантазий, либо для работы в нелегальных подвалах по производству ширпотребной обуви. Откровенно говоря, разговоры эти в большинстве своем были притянуты за уши, но никому не хотелось оказаться в рабстве-первом или втором. Кроме того, каждый из них втайне надеялся, что все-таки его усыновят добрые и любящие родители, что у них тоже будет семья и не придётся давиться на новый год сухим печеньем и кислым апельсином, поэтому в детях уже поднималась зависть, тщательно прикрываемая нахальством и дерзостью. Новаки же был по прежнему тихим и немного отстраненным ребенком, сильно отличавшимся от своих сверстников и внешностью и поведением. Когда небольшая группка мальчишек собиралась поиграть в футбол, он только издалека наблюдал, предпочитая оставаться в стороне. Поначалу это воспринимали как высокомерие, каждый считал своим долгом перемыть кости новенькому «шлагбауму», но со временем разговоры поутихли. Немаловажным поводом послужили и неоднократные вмешательства Новаки в конфликты, возникающие между особо задиристыми-он всегда их разнимал, если кто-то ранился, он непременно помогал ему добраться до медпункта пытался утешить. Уже через пару месяцев после его появления, детский дом принял его в свою атмосферу и дети просто решили для себя, что это долговязый хоть и странный, но в принципе не плохой парень. Сила же его осталась с ним, несмотря на аварию. Новаки понял, что может забирать боль, так же внезапно, как и в первый раз – одна из девочек в его группе упала с качели, и он случайно оказался рядом. Решив ей помочь, он нечаянно применил свою силу. Но в отличие от первого раза воспринял это более спокойно, будто подсознательно знал о своей особенности и применял её крайне редко. Хоть груз ответственности все так же лежал на его плечах, Новаки остерегался слишком привлекать к себе внимание, понимая, что живет в стае маленьких волков в человеческом обличии, без своего желания ставших такими. Особым удовольствием для него было катание на стареньком казённом велосипеде, когда воспитатели «выгуливали» детей в городском парке. В эти моменты Новаки чувствовал, что стоит ему разогнаться еще немного, и он взлетит, это было невероятно приятное ощущение - ветер в лицо, люди и деревья мелькают справа и слева, а ты быстрее, гораздо быстрее их. Все так же он считал себя чуть более выносливым и сильным, чем окружающие дети, и, когда ему, как самому большому не доставалось конфеты или яблока, он покорно говорил: «Ничего страшного, я все равно не хочу». И вот, когда уже он всерьёз начал задаваться вопросом «А не переоцениваю ли я себя? Может быть, я не такой уж и выносливый? Может, я точно так же нуждаюсь в том, чтобы быть настоящим ребенком?», жизнь подкинула ему шанс. Как и подобает посланнику судьбы, его новый «папа» пришел, как говорится, «при параде» - галстук, деловой костюм, серьёзный вид и очки на носу. Господин Кусама Харада вошёл в большую гостиную, когда дети после тихого часа разбежались по углам и играли или смотрели телевизор. Он тихонько в углу обсуждал с воспитательницей цель своего визита: -«Понимаете, мне нужен тихий, здоровый ребенок, желательно мальчик, знаете ведь, эти девочки постоянно просят всяких кукол, косметику, духи и прочее. У вас есть спокойный мальчик? И постарше - лет 7-8». Потом они куда-то удалились и через четверть часа Новаки позвали в кабинет старшей воспитательницы. -Познакомься, Новаки, это господин Кусама Харада. Он работает инженером в компании «Hokkaido». Он хотел бы тебя усыновить. -… -Мы с женой давно хотим детей, думаю, тебе будет хорошо с нами - поправив очки, сказал тот. Его улыбка обнажала слегка желтоватые зубы, отчего казалось, что рот просто огромный. Кожа с горчичным оттенком немного лоснилась, а волосы были уложены настолько аккуратно, что было ощущение, будто на них вылили стакан геля. У него были белоснежные манжеты и воротник, а пах он почему-то новыми книгами. Из-за своего невысокого роста он был выше семилетнего Новаки лишь на две головы, и его рука потянулась к мальчишеским растрепанным волосам. Новаки немного отшатнулся, но в этот момент мужчина рассмеялся и добродушно сказал: -Да не бойся ты, я не кусаюсь, мы тебя не обидим, я обещаю. Моя жена готовит отличные дайфуку. Он протянул Кусаме руку для рукопожатия как взрослому человеку, отчего тому стало приятно. Рука у Кусама Харады была тёплая и сухая и Новаки подумал, что не такая уж это и плохая идея- быть усыновленным семьёй этого мужчины –на извращенца или детского рабовладельца он похож не был. С тех пор наш герой стал Кусама Новаки.