Find the way

Утро субботнего дня для Хана началось совсем не утром. Парень разлепляет глаза, когда солнце уже вовсю опаляет комнату. Голова, как ни странно, не болит, дома ни единой души и тишина приятно окутывала Джисона. Единственное, что огорчило его, как только он вышел из комнаты - наличие мусора буквально везде. Естественно, Хан рассчитывал, что так и будет, но в глубине души надеялся, что эта участь его минует и каждый, уходя домой, заберёт с собой по баночке. Тяжело вздохнув, светловолосый принялся за уборку. Параллельно с тем, как Хан вычищал бывший белый ковёр, события вчерашнего вечера клином врезались в сознание, на повторе всё снова и снова рисуя картинки с Минхо. Джисон застыл. Всё вокруг поплыло и горячие капли упали на ладони парня. "За ночь ты стал таким сильным, и за ночь же утратил весь контроль, Джисон" - думал Хан. А что ещё оставалось? Он держался. Он пытался жить, как все. Но друзья понемногу находили своих соулмейтов, оставляя Джи одного. Буквально, одного. Щит внутри надламывался и никто не знал, сколько Хан ещё сможет изображать радость. Улыбаться в глаза и прятать слёзы становилось всё труднее с каждым днём. Но сейчас, когда Ли просто появился, когда хён просто ворвался в его жизнь, вихрем снося всё вокруг, сам того не замечая, теперь всё должно быть по-другому. С самой первой встречи Джисон понял - Минхо не просто случайно врезавшийся парень. Не просто парень с пустым взглядом, не просто парень, прикосновения которого пускают миллион мурашек по коже. Так не бывает. Сложно было понять, что чувствует Хан, но абсолютно точно было понятно, что он не позволит Минхо уйти из его жизни. И даже если старший не захочет его, Хан готов разбиться ещё тысячу раз, но быть рядом с тем, кому он принадлежит по праву. Ли также был в замешательстве и никто из них не понимал, как нужно себя вести. Сердце Минхо словно было под тяжелейшим слоем гранита, не подавая никаких признаков жизни. Но прошлая ночь обратила камень в пыль и жизнь снова начинала сочиться сквозь воскресшие клетки израненного органа. Все чувства смешались и обострились до крайнего предела. Разве это не то, чего они так отчаянно желали? И потаённые мысли переросли в явь, выбивая почву из-под некрепких ног. Вдруг взявшаяся из ниоткуда уверенность плескалась через край в юном парне. Все разбросанные кусочки сознания собрали воедино и теперь Ли не чувствовал себя загнанным, избитым жизнью зверем. Всё встало на места и это подпитывало Ли изнутри. Минхо стоял возле обрыва на самом краю любимой крыши и неспешно втягивал едкий дым. Губами обхватывая бумажный яд, он медленно выдыхал дым навстречу уходящему солнцу. Белая дымка вздымалась вверх и Ли провожал ее взглядом, пуская новую волну. Докурив, он ещё раз глубоко вздохнул, прикрыл глаза, еле заметно улыбаясь, затем покинул излюбленное место.

***

Неумолимо быстро день заканчивался, и вот уставший Джисон сидел на диване с запрокинутой назад головой, тяжело дыша. Золотисто-оранжевые оттенки заполняли квартиру. Это любимое время суток Хана, после рассвета, конечно же. Мысли с новой силой одолели парня и он готов залить глотку чем-то горьким, лишь бы не думать. Невыносимо так сидеть и ждать. Ждать неизвестно чего. Это самая настоящая пытка, но вдруг Хан вспоминает одну деталь. Одну очень важную вещь. Он хватается за телефон, перелистывает множество сообщений и находит одно единственно нужное - незамысловатый чужой номер. Руки почему-то начинают трястись, но Джисон уверенно печатает.

Кому : Ли Минхо

Хён, это Джисон. Прости, что я пишу так внезапно, но...Мы можем встретиться?

Как только загорается "отправлено", Хан кидает телефон в другой конец дивана и пытается привести дыхание в норму. Которое и вовсе исчезает, когда слышится звук уведомления.

От : Ли Минхо

Открой дверь.

Сердце совершает множество кульбитов, а ноги почему-то становятся ватными и совсем не держат. Сказать, что Хан удивился - ничего не сказать. Джисон критически медленно подходит к двери и тянется к ручке, замирая, дотронувшись до холодного металла. Судорожный вдох, замерший пульс и дверь открывается. Немного растрёпанные волосы, мешковатая одежда и еле заметная, неловкая улыбка заставляют Хана в очередной раз восхититься красотой этого человека. Тёмные шоколадные пряди обрамляли лоб и отражались тягучей сладостью в глазах. Минхо еле заметно выдохнул. Он молча прошел в квартиру, подмечая детали, что не заметил вчера. Например, такой особенный запах: смесь миндаля и ещё чего-то сладкого, но ненавязчивого. Квартира была уютной, и Ли это сразу понимает. Они в тишине проходят в гостиную. Минхо садится на самый край, Джисон - посредине. В голове у обоих критический бардак и лишь липкое, неприятное волнение витает в воздухе. И так сложно начать, так трудно проронить хоть слово. Старшему требуется несколько минут, чтобы собрать все мысли, еще раз их проговорить в голове и наконец нарушить тишину: -Джисон, я...- Минхо поднимает растерянный взгляд, направленный на парня, но его перебивают. - Это странно, да? Ты просто появился, свалился на голову и мы теперь не знаем, что с этим делать. - Хан начал быстро перебирать слова, словно боясь, что они закончатся и он не передаст суть. - Т-ты мой соулмейт? - голос дрогнул. - Или нет? И что это значит, и если да, то... - руки в беспорядочных движениях рассекали воздух, а зрачки бегали туда-сюда. Внезапно чужое тепло окутало кисти и Джисон посмотрел в спокойные глаза напротив, замолкая. Минхо опустил руки Хана, слегка сжимая. Они застыли, глядя друг другу в глаза. Солнце неумолимо клонилось к горизонту, оставляя за собой огненный шлейф и воспламеняя небо. "Как он так быстро оказался рядом..." пронеслось в голове Хана. И это была последняя здравая мысль, потому что мозг мгновенно отключился от осознания, насколько близко хён.  - Я знаю, что всё это странно. Никто не скажет нам, что делать, - Минхо придвинулся чуть ближе, - Но всё, что мы можем, - с каждым словом он склонялся всё ниже к лицу Джисона, - Попробовать. - шепчет у самых губ, опаляя их горячим дыханием. Ли смотрит в глаза младшему, видит там лишь легкий оттенок замешательства и сокращает то мизерное расстояние ровно до нулевого. У Хана выбило весь воздух. Он рефлекторно закрыл глаза, а подрагивающие шелковые ресницы выдавали весь трепет, что терзал внутри. Невесомое касание хёновских губ запечатлелось на душе, отозвалось стадом мурашек вдоль позвоночника. Джисон смял в руках свитер старшего, немного отстраняясь. Они ещё не осознали, что сейчас произошло. Руки Минхо переместились на лицо Хана, поглаживая скулы. Никто не отстранялся. Они будто находились в своём собственном крошечном мире, боясь пошевелиться и разрушить ту атмосферу. Еле слышный шелест листьев сквозь открытое окно смешался с тяжелым дыханием. С одним дыханием, которое они делили на двоих. Джисон провел руками вверх, вдоль мягкой ткани, заводя их за шею Ли, слегка сжимая. Их лбы соприкасались, а чужие губы так манили. Сглотнув чрезмерно скопившуюся слюну, Хан притянул Ли ближе, вновь сливаясь в поцелуе. Переполненный чувствами, трепет заменялся страстью. Минхо сминал чужие губы напористо, но не сильно. Проводил влажным языком по нижней губе, вызывая рваные выдохи у младшего, но не углубляя поцелуй. Все жизненно-важные функции замедлились, и умереть сейчас казалось не такой уж и абсурдной вещью. Потому что пальцы хёна уже сжимали бока Хана, немного приподнимая футболку, и оголяя бледную кожу. Джисон закусил чужую губу, немного оттягивая её, параллельно запуская пальцы в шелковистые волосы Ли. И тот плавится. На всё, что делал Хан, у Минхо срывало крышу. Пульсирующие разряды разносились по телу от губ, отдавая в кончиках пальцев. Дрожь пробивала, дыхание сбилось, превращаясь в рваные полустоны, когда Хан сжал волосы на затылке хёна в кулак, проникая горячим языком в чужой рот. Минхо тут же отвечает, сплетая свой язык с чужим. Кончиком проводит по кромке зубов, затем исчезает, дразнит. Джисону не нравится, он хочет всё и сразу, а потому снова прикусывает губу Ли, чувствуя солоноватый привкус и зализывает рану. И они будто впервые изучали друг друга, заново узнавая. Самые первые касания - как последние, разливающиеся лентой тока и тепла по коже. Прошли секунды, или часы, они не знали. Припухшие до невозможности губы и только-только восстановившееся дыхание - результат хорошо пройденного разговора. Они отстранились, но не на много, все ещё соприкасаясь лбами и тяжело дыша. - Отличное начало, хён. - Ухмыляется Хан и утыкается в шею. Минхо улыбается и целует в висок. Ли остаётся дома у Джисона. Оставшуюся ночь они молча лежат в кровати Хана. Младший устроился на груди, засыпая под размеренные глухие удары сердца, а Ли перебирал пряди мягких волос и думал, как быстро всё изменилось. Он не смог уснуть, это не редкость, но сейчас причина бессонницы была куда лучше. И эта самая причина сопела под боком, видя уже десятые сны.