Русалок не существует!

Если бы шум деревьев был единственным, что нарушало тишину на любимом утёсе, то маг объявил бы этот день самым лучшим за последние несколько недель. Когда в голове никаких лишних и посторонних мыслей, любопытные носы не донимают с различными вопросами, а тело не ломит от регулярных уроков «владения мечом». Однако этот треклятый лязг стали, который уже больше века снится мужчине каждую ночь… — Убит! Намджун усмехнулся и поаплодировал товарищу, предварительно отодвинув двумя пальцами чужой меч от горла, а свой воткнув в землю. Младшенький определённо делал успехи в искусстве владения холодным оружием, и это не могло не радовать одного из учителей… — Браво, Гук-и. Не прошло и часа. Я тобой, можно сказать, горжусь. Джин-хён, а ты что скажешь? Оторвавшись от созерцания облаков, мужчина приподнялся на локте и поправил очки на переносице, добродушно улыбаясь донсенам. Каштановые пряди, спадающие на лицо, его, вероятно, совершенно не волновали. — Ты молодец, малыш. Много тренировался на прошедшей неделе, так ведь? Переутомление налицо. Самый младший из компании смущённо улыбнулся, потирая затылок перемотанной бинтами рукой. Пареньку было немного стыдно, что хёны читают его словно открытую книгу, но ничего с этим не поделаешь. Начинающего мага с самого рождения окружают могущественные волшебники, прошедшие не одно сражение бок о бок. Кому как не героям Трёх Великих Войн обучать упрямого юнца? — Вы надолго ушли, а мне было нечем заняться без вас… — Ой ли? — усмехнулся Джун, падая рядом с Сокджином на траву и с огромным удовольствием потягиваясь, тем самым расслабляя напряжённые мышцы. — У тебя, помнится мне, кроме нас ещё куча с пригоршней приятелей в этой округе. И что, скажешь, что за всю прошедшую неделю ты ни с одним не виделся и занимался? Чонгук быстро облизнул пересохшие губы и покачал головой, возвращая меч в ножны. Новый сильный порыв ветра заставил уставшего паренька чуть пошатнуться и поёжиться от холода. Тело взмокло после тренировки, из-за чего одежду можно было просто выжимать. — Виделся с одним… Мы с ним и тренировались несколько дней подряд. Просто потом у Тэ появились свои дела… Вот я и решил практиковаться самостоятельно. — И как, победил воздух? — спросил Джин, перекатываясь на живот и подпирая голову двумя руками. — Ну Джин-хён, я же старался, — обиженно протянул малыш, смешно сдвигая бровки на переносицу. — Вы когда-нибудь заткнётесь? — «вежливо» поинтересовался сидящий на краю утёса в позе лотоса маг. — Лязг мечей и то приятнее слушать, чем вашу бесконечную болтовню. — О, а Юнги-хён сегодня в настроении, — тут же заулыбался Чонгук, подсаживаясь к старшему справа, дабы не мешать колдуну… медитировать, видимо? — Даже удостоил лучших друзей своим «царским словом». Мужчина опустил голову, осознавая, что теперь-то уж ему точно спокойствия до конца дня не видать, и кольцо огня, доселе окружавшее волшебника, моментально потухло, словно официально позволяя посторонним вторгаться в личное пространство Мина. Чонгук, дождавшись глубокого вздоха хёна, как «отмашки» для дальнейшего взаимодействия, подполз ещё ближе и положил подбородок на плечо старшего. — Ну что ты такой невесёлый, мм? У тебя что-то случилось или ты просто не выспался в очередной раз? — Небось опять военные флэшбэки замучили, — высказался Сокджин, сцепляя руки в замок и кладя голову сверху. — Так и не пьёшь моё зелье, храбришься? Юнги отмахнулся от вопроса хёна, свешивая ногу с края утёса. Да, он снова игнорирует советы и указания своего «личного лекаря» ещё со времён Первого Бунта. Но кому какое дело? Это личные проблемы Мина, он сам как-нибудь со своими делами разберётся. Конечно, понятно, что друзья беспокоятся о нём, но… — Хён, при всём уважении… — обернувшись через плечо, парень приложил руку к сердцу. — Не совокупляйся с моим мозгом хоть сегодня, а? Один день спокойствия, я многого прошу? — Если вспомнить о том, насколько по твоим собственным словам мы «шебутная компания»… — влез со своим комментарием в разговор Джун. — То да, много просишь, хён. — Да ну вас, — наконец-то усмехнулся Мин, принимая такое же горизонтальное положение, как и друзья. — Всегда «под шкурку» залезете. — А кто научил? — Ой, всё. Чон хихикнул в кулак и обратил свой взор на длинный пологий берег с чистым белым песком, который было хорошо видно с этого утёса. Возле большого костра, разведённого людьми, уже собирались жители ближайшего посёлка. И дети, и взрослые… Ну конечно, сегодня же памятная дата. Праздник Мира, на него все приходят, все отмечают. Все… — Джин-хён? А мы пойдём на праздник? — спросил Гук-и, вскидывая голову на друга. Мужчина лениво открыл глаза и нехотя поднялся на ноги, дабы посмотреть на «безобразие», что разворачивалось на берегу. Лёгкая улыбка тронула пухлые губы. Сколько лет прошло, а люди всё празднуют. Век людей короток, и тех смертных, что были покорены когда-то давно, нет в живых более пятисот лет. Однако потомки помнят рассказы предков… А выжившим нелюдям время от времени позволяется уточнять мелкие факты, исправлять «фантазийные» дополнения. — Думаешь, стоит показываться на таком празднике? — Почему нет? — Чонгук тоже встал, отряхивая одежду от земли. — Нам же не запрещён вход в город, в страну. А вы, на минуточку, вообще национальные герои. Пусть и живёте почти что отшельниками. Разве вам не хочется развлечься? Джун задумался, садясь прямо и притягивая одну ногу к груди. В чём-то донсен был прав, никто не запрещал магам показываться на людях. В конце концов, новое поколение их и в лицо-то не знает, да и куда уж смертному мага распознать. Лишь по повадкам, да и то не каждый справится. Но… — Ты хочешь туда заявиться ради веселья или своего любимого друга? — раздался шепелявый голос снизу. Юнги продолжал лежать, покачивая свисающей с края утёса ногой из стороны в сторону. — С которым технику тренировал… Анимаг, если я не ошибаюсь? Намджун немного пошло улыбнулся, углядев на щеках младшенького смущённый румянец. В точку попал мужчина, как обычно. Паренёк скосил взгляд на море, которое сегодня на удивление оставалось спокойным, невзирая на мощные порывы ветра с суши. — Да, Тэхён говорил, что придёт на «огонёк»… Я бы хотел с ним повидаться. Он правда хороший, Юнги-хён, почему ты не доверяешь моим словам? — Если тебя это утешит, то я не только твоим словам о других существах не доверяю, — кряхтя, мужчина встал с земли и размял шею. — Уж простите, но от привычек так просто не избавишься. Особенно после тысячи раз, когда эта привычка спасала тебе жизнь. Ким-старший закатил глаза и скрестил руки на груди, перед этим вновь поправив очки. Действительно, кое-кто неисправим. Сколько сотен лет они знакомы, а этот маленький зануда по-прежнему «спит с кинжалом под подушкой». У него, конечно, есть на то свои причины, но жизнь ведь продолжается. Как только это до Мина донести? — Гук-и, а почему бы тебе не познакомить нас с твоим анимагом? — предложил мужчина, помогая Джуну принять вертикальное положение. — В последнее время ты только о нём и говоришь. Мне даже любопытно, что он за существо такое. Чон едва заметно улыбнулся, кладя руку на пояс и задумался над предложением волшебника. — Разумно ли будет знакомить анимага с легендарными волшебниками? Ладно вы, но Юнги-хён… — он осёкся, ловя на себе усталый взгляд колдуна. — Эм… Ну ладно, если мы встретим его, то я вас познакомлю. Обещаю. — Хорошо, — Джун вытащил свой меч из земли и вложил его в ножны. — Раз уж мы единогласно приняли решение «пополнить» наши ряды ещё одним «психопатом», то, может, Чон-и нам расскажет чуть больше про своего приятеля? Про «шелковистые волосы» и «глубокие умные глаза» мы уже двести раз слышали, а о том, что же это за существо по натуре — нисколько. Чонгук немного замялся, вновь заливаясь краской. Вот любит хён его смущать! Причём это утверждение относится ко всем троим. Нашли себе хобби — дразнить ребёнка… Но они правы, стоит предупредить друзей о том, что их ждёт при знакомстве с анимагом. — Тэхён, он… Немного необычный волшебник. Это и так понятно по природе его магии, конечно… Сами же знаете, что анимаги вышли из рода волшебников стихии Земли. Связь с природой, всё такое… Иногда хён делает такие вещи, которые могут вогнать в ступор даже меня. Кажется, у него полностью отсутствует страх или неприязнь по отношению к простым людям. Тэ, конечно, не идиот, чтобы раскрывать себя смертным, но его животные повадки, с которыми он родился… — Чонгук хохотнул в ладошку. Воспоминание о последней встрече и играх «наперегонки» самовольно возникло в голове, разнося приятное тепло по всему телу. — Вам они могут показаться поистине странными. Но поверьте, что бы он не сделал — это ни со зла. У Тэ-Тэ и мыслей нет оскорбить или обидеть кого-либо. Он просто… Вот такой. А ещё хён очень добрый, любопытный. Заботливый, прямо как вы. Дружелюбный… И любвеобильный. Очень любвеобильный. У него довольно много приятелей по всему свету. Три дня назад я даже видел, как он с русалкой целовался… Джин и Джун одновременно застонали, прерывая тем самым самозабвенную речь донсена. Юнги было уже всё равно, а вот Кимов знатно потряхивало от одного всем известного факта. — Русалок не существует! — хором сказала парочка волшебников, укоризненно смотря на нерадивого дружка. Мин усмехнулся такой реакции магов, но защищать Чона от них не стал. Потому как ребята были правы. — Сколько раз мы уже тебе это объясняли, Чонгук? — Юнги встал перед парнем, загораживая ему вид на негодующих учителей. — Оборотней, фей, русалок и вампиров не существует. Их придумали люди, когда увидели мага узкой специализации в деле. А страх дорисовал им физические изменения в виде крыльев, хвостов или лап. Прототипом оборотней стали как раз-таки родственники твоего Тэхёна — анимаги. Магам Воздуха какой-то фантазёр пририсовал крылья… И вот уже пред вами феи и эльфы размером с человеческий мизинец. А уж русалки — самая неправдоподобная выдумка из всех мне известных. Тебе ли не знать, как люди любят магов Стихий уродовать своей молвой. Вот и обратили волшебников, владеющих водой, в полурыб. Хорошо, что из моей специализации никого придумывать не стали, и на том смертным придуркам спасибо. Чонгук обиженно надул губки. В который раз он слушает подобные разъяснения от хёнов? Уже действительно можно сбиться со счёта. Но начинающий колдун своими глазами видел!.. — Я понимаю, хён, но Тэ-Тэ правда с русалкой целовался! Юнги недоверчиво изогнул левую бровь, склоняя голову набок. — Ты видел у этого существа рыбий хвост? — Нет, но она ходила по воде! — развёл руками Гук, словно пытаясь жестами доказать правдивость своих слов. — Тэхён стоял на камне, а она находилась точно на водяной глади. — Так это волшебница Воздуха, вероятно, — хмыкнул Джин, поправляя непослушные волосы. — Они ведь могут левитировать… — …но не умеют плавать! — с жаром возразил Чонгук, для которого уже было делом принципа доказать свою правоту. Сдув упавшую на лицо тёмную прядь, паренёк указал на камни точно под утёсом, рядом с которым находился дикий пляж, куда люди много веков носа не совали. — Я своими глазами видел, как там несколько дней назад Тэхён-хён стоял, целуясь с какой-то рыжей русалкой. А потом она отбежала по воде чуть дальше и уплыла! Джун уже было открыл рот, чтобы сострить на тему воображения младшего, но Юнги внезапно поднял указательный палец, призывая друга помедлить с язвительными комментариями. — То есть как… Уплыла? — Скрылась под водой и уплыла, — торжествующе улыбнулся Чон, упирая руки в бока. — И это был не стиль плавания, она больше не появилась на поверхности. Я минут десять смотрел, как ветер колышет волны. И никого вокруг. Намджун нервно хохотнул, обнимая себя одной рукой за плечо. — Да не может такого быть, Гук-и… Маги Воды, они же… В бегах со времён Огненной Войны. Последнего представителя этой стихии видели триста лет назад. Ты уверен, что та девушка действительно уплыла? Младший закатил глаза, запуская руку в немного влажные от пота волосы. Вокруг сплошные скептики, ну как так жить? Волшебники, которые не верят в других магических существ. Ирония… — Я вам битый час толкую об этом. Она… Или он, я не знаю, я не разглядел, кто именно это был, но это существо покинуло общество моего хёна вплавь. Сокджин ошарашенно посмотрел на Джуна. Он словно дар речи потерял. Не может быть, после стольких лет «пряток»… Неужели есть шанс на настоящий Мир между магами всех стихий? И не только… Юнги тем временем едва держал себя в руках. Он сжал кулаки, пытаясь унять клокочущую где-то внутри ярость. Гнев на самого себя. Осознание причастности к исчезновению из истории практически целой нации до сих пор терзало душу. И плевать, что это произошло триста лет назад. Он вёл войска за собой в попытке защитить соотечественников, но благими намерениями дорога оказалась вымощена… известно куда. Так что если Чонгук не выдумывает… Мин поднял голову на довольного своим даром убеждения Чона и разлепил пересохшие от волнения губы. — Так… Где ты видел свою «русалку»?..