Русалок не существует!

— Он скоро придёт в себя? — Тэхён, от того, что ты будешь подходить ко мне каждые пять минут и спрашивать одно и то же, время не ускорится и чуда не случится, — серьёзно произнёс Джин, продолжая осматривать тело бессознательного Чимина. Анимаг виновато вжал голову в плечи и отошёл к Чонгуку, чуть подальше от костра. Он очень переживал за друга, ведь тот не успел Киму ничего объяснить. После того, как Тэ представил своих хёнов друг другу, Чимин успел только крепко выругаться на Юнги «за всё хорошее». После же адреналин выветрился из организма, и физическая боль от ран, нанесённых стражниками и… другими существами, дала о себе знать — парень потерял сознание. Тэхён еле успел его поймать. Ещё немного, и маг воды смачно бы поцеловался с полом. Анимаг уже хотел было попросить о помощи владельца магазина, но Джин, всмотревшись в расслабленное лицо Пака, приказал друзьям срочно возвращаться в лес. И вот уже полчаса не отходил от волшебника, леча ожоги и раны. О, да. Юнги был крайне удивлён, когда, вернувшись на родную лесную полянку, они сняли изорванную рубаху с тела колдуна. Пару раз по бедолаге проехались мечом, это было видно по косым и до сих пор кровоточащим ранам. Остальные же шестьдесят процентов торса Чимина были покрыты ожогами разной степени. Он встречался с магами Огня — факт. Или же напоролся на каких-то человеческих садистов… Которые били его факелами по обнажённому телу. В любом случае, это оправдывало потерю сознания и острые словечки в сторону Мина, сказанные перед этим. Джин устало выдохнул, ведя двумя пальцами от ключицы волшебника до бедра, убирая с глаз долой уродливые шрамы. Всё же как бывает полезно иметь такую необходимую для исцеления жизни и здоровья профессию. Пусть процесс и выматывает… Результат не может не радовать глаз. — Он очнётся тогда, когда восстановит силы, — ещё раз объяснил Джин, ловя на себе очередной вопросительно-выжидающий взгляд Тэхёна. — Как я понял из его физического состояния, твой друг был на ногах последние сорок восемь часов. Без сна, да ещё и при таких ранениях… Он не в коме, конечно, но проспит долго. Остальное будет зависеть только от степени его саморегенерации. Не знаешь, как у него с этим? Тэхён растерянно пожал плечами, проводя рукой по щеке от уголка губ до уха. — Чимин говорил, что восстанавливается неплохо. Но я не знаю, всерьёз это было сказано тогда или же он просто хотел меня успокоить… — Интересно, что он сделал этим людям, что его так усердно пытались поймать? — полюбопытствовал Чонгук, внимательно изучая предмет своего интереса. Ещё с того момента, как он увидел этого паренька, колдуна поразила его способность. Немудрено, что юному разуму хотелось бы узнать о доселе неведомом существе. Ну и пусть не русалка. Маг Воды всё равно стал прототипом этого мифа, а значит это два схожих понятия. К тому же, Тэхён говорил, что его приятель отлично поёт… Сокджин прикрыл полуобнажённого Чимина своим тёплым плащом и отошёл к неспокойному Юнги. — Ну, что думаешь? Твои? — Очень похоже на то… — озабоченно пробормотал маг, потирая большим пальцем подбородок. — Странно, что ему так искалечили тело, но не тронули лицо. Вот что меня тревожит. Обычно волшебники моей стихии первым делом оставляют шрамы на лице, как метку, как знак, что с нами связываться не следует. А тут… Либо им требовалась его неизменная внешность, либо… Даже не знаю. Понравился, может, симпатичный же мальчишка. Но странно всё это… Ким-старший скрестил руки на груди, оборачиваясь на Намджуна, который сместил Чонгука с его «наблюдательного пункта» и теперь сам разглядывал «спящего». Интересно, он-то что пытается рассмотреть? Или тоже просто любуется переливами его волос? Да, за время лечения у Чимина волосы трижды изменили свой цвет. И сейчас мальчишка был блондином. Хотя десять минут назад шелковистые пряди переливались всеми оттенками фиолетового. Но Тэхён этот феномен объяснять не торопился. Жук… — Послушай, Юнги… — тихо начал Джин, поворачиваясь обратно к встревоженному мужчине. — А тебе это ничего не напоминает? Мин слегка нахмурился, убирая руку от лица на пояс. — В каком плане? — Ну, действия магов определённой стихии… Которые не вписываются в привычный для них уклад использования своей силы? Такое ведь уже было однажды. И добром это не кончилось. Помнишь? По спине брюнета пробежал табун мурашек. Он-то уж отлично это помнил. Ведь именно из-за того, что было так давно, колдун и пытался найти представителя магии Воды. Ведь они были единственными, кто остался в неведении об истинных зачинщиках Той Войны. — Ты считаешь, что мы не со всеми покончили? — осторожно уточнил Юнги, нервно покусывая нижнюю губу. — Возможно, что теперь работают их потомки, — произнёс Сокджин, поправляя очки на переносице. — Или же преемники. Пусть это лишь предположение… Но лучше быть начеку, чем оказаться застигнутыми врасплох. — Верно, — согласился маг Огня, нервно ведя плечом. — Чёрт, я уж было понадеялся, что в этой жизни больше не стану участвовать в сражениях… Но у Судьбы свои планы. Сокджин невесело улыбнулся и положил руку другу на плечо. — Не загадывай наперёд. Это моя обязанность. К тому же, посмотри сам. Вокруг всё тихо и спокойно. В прошлый раз ситуация была обставлена иначе. Быть может, на сей раз эти ублюдки решили действовать скрытно, чтобы не наделать лишнего шума? Если так, то выследить их будет проблематично, но зато они не причинят большого урона за короткий срок. Это наш шанс предотвратить очередной магический переворот до того, как последствия станут необратимыми. — Хм… В твоих словах есть логика и смысл, — согласился мужчина, немного расслабляясь. — Во всяком случае, сперва нам нужно дождаться пробуждения Чимина и узнать подробности его «побега». — О Боги! — воскликнул Намджун, подрываясь с места и ошарашенно глядя на Чимина, который теперь был жгучим брюнетом. — А я всё никак не мог понять, где же я его видел! Теперь вспомнил. Мама дорогая, я-то был уверен, что его убили ещё четыреста лет назад… Джин с Юнги недоумённо переглянулись. Как и Чонгук с Тэхёном. Уж чего-чего, а такой новости от Намджуна (!) никто не ожидал услышать. В глазах мага Земли словно мелькали картинки из его прошлого, возвращая парня в тот период жизни, когда волшебник встретил Пака впервые. — Ты знаешь моего Чимин-и? — удивлённо спросил Тэхён, подкатываясь к хёну ближе. Джун сел около костра и слегка посмеиваясь провёл рукой по своим волосам. Какая странная ситуация… — Не лично… Но я видел его в деле во время последней войны. Он был в партизанском отряде. И… Ох, это не мальчишка, а настоящий сорвиголова. У него один из самых запоминающихся стилей ближнего боя. Видеть то, как он использует магию мне, к сожалению, не представилось возможным, но зато результаты некоторых его проделок очень даже помогали нашему полку. Джин-хён, кстати… Ты мне как-то рассказывал про случай, когда тебя сильно выручил какой-то паренёк с похожим… эм… Стилем помощи. Это не он ли часом? Волшебник сдвинул брови к переносице, пытаясь вспомнить, о чём говорит друг. Так странно, он ведь ощущал ауру колдуна во время лечения. Как он мог его не узнать, если они раньше встречались? Но волосы Чимина вновь поменяли цвет, и… Красный. — Мама дорогая! — прикрыл рот рукой Сокджин, когда его глаза расширились до европейского стандарта. — Парень… Это же он отвлекал на себя внимание во время штурма Йонгманской крепости. И взрыв при побеге… Да он нам практически жизни спас при этой проклятой атаке. Но… Как? Тэхён гордо улыбнулся. Сюрприз, как говорится. Волшебник знал, что лучший друг участвовал в войне, и ему было известно о многих его «подвигах», но факт того, что Мин-и неосознанно помог Великим Магам… Это солидно, однако. — А парнишка-то сама скромность, — усмехнулся Намджун, смахивая алые пряди с белоснежного и немного влажного лба. — Про нас и то люди вынюхали информацию, да ещё и в свои истории вписали. А об этом существе — ни строчки, ни одного упоминания. Скрытность на уровне профессионала, браво. — мужчина скрестил ноги и медленно поаплодировал. Чонгук с Джином переглянулись и просто закатили глаза. Намджун такой… Намджун. Даже похвалить без сарказма не в состоянии. А ведь он Паку действительно жизнью обязан. В каком-то смысле. — Угу, — кивнул анимаг на слова Джуна, переворачиваясь на спину. — Мой Мин-и — мастер маскировки. Если он захочет — никто не сможет его отыскать. Помните же, как я был не в силах с ним связаться? — Оставьте ребёнка в покое, — вдруг попросил Юнги, увеличивая костёр в размерах, чтобы добавить тепла на полянку. — Можете точить свои лясы чуть левее? Он пусть и без сознания, но вполне может всё слышать. Дайте отдохнуть бедолаге, пощадите его ушки. — О, Юнги-хён о ком-то заботится. — ехидно протянул Чонгук, подкатываясь к Тэхёну и сталкивая его в ноги уже сидящего около дерева Намджуна. — Снег, наверное, пойдёт ночью. Джин легко улыбнулся, садясь возле мага Земли и наблюдая краем глаза за Мином, который ошивался возле костра неподалёку от «бедолаги». Друзья разговорились о прошедшем дне, делясь впечатлениями. Сокджин пока что не стал рассказывать младшим об их с Юнги подозрениях и просто кивал на глупые и дурашливые вопросы детей. Ну, а что? Ему уже девятьсот двадцать девять, а Тэхёну — чуть больше двухсот. Не говоря уже о ста восьмидесятилетнем Чонгуке. Кажется, этой информации достаточно, чтобы считать младших друзей своими детьми. К тому же, они и сами ведут себя как малыши. Сами старшего на нежности и опеку провоцируют. Так что не только Джин в своей привязанности к донсенам виноват. А в это время Юнги, как единственный, кто не успел «налюбоваться» новым знакомым, опустился возле неподвижного тела. Оригинально, что волосы парня меняют цвет, пока он сам находится без сознания. Вот и сейчас… Опять стал рыженьким. Но не только волосы интересовали огненного мага. Руки — вот что было крайне необычным… А именно — их чистота. Все колдуны носили на руках какие-либо браслеты и кольца, как обереги или талисманы, помогающие в работе. Даже Юнги был в этом грешен, имея при себе два перстня ещё со времён вступления в армию. Но Чимин… Его руки были чисты. Словно он не боялся никакого постороннего магического воздействия на своё тело и сознание. Отважный лисёнок… Как-то странно, что волшебник раньше не встречал его. Да, они с Джином и Джуном были в разных странах в периоды войн, но если этот партизан перемещался по всему миру… Хотя, чему удивляться? Быть может, мужчина просто его не заметил. — Представляю, как ты меня ненавидишь… — тихо произнёс колдун, поправляя скатившуюся с плеча младшего ткань. — Уверен, ты считаешь, что я и маги моей стихии виноваты во всех бедах твоей нации. Думаешь, что именно мы стали теми, кто обратил вас в бегство… Ты имеешь право на такую точку зрения. Серьёзно, я совершенно этому не удивлён. Но… Надеюсь, когда ты очнёшься, то дашь мне шанс тебе всё объяснить, — цокнул языком Юнги, усмехаясь про себя. — Не знаю, почему, но мне важно знать, что хотя бы один маг Воды в этом мире не считает меня чудовищем… Чёрт, наверное, со стороны это очень странно выглядит… — Хён! Что ты там делаешь? — окликнул его Чонгук, вытягивая шею. — Иди к нам, потом в своей тишине насидишься. У тебя на это дело будет целая ночь. Волшебник закатил глаза, но послушно поднялся на ноги и отошёл к друзьям, прислоняясь плечом к стволу высокой сосны. Солнце медленно исчезало за горизонтом, уступая место на небе звёздам и своей безответной любви — Луне. Две противоположности, которым никогда не быть вместе… Тьфу, и с какой радости на романтику потянуло? — С такими шумными друзьями мне одной ночи маловато будет, — проворчал колдун, наблюдая за темнеющим небосводом. — Ну хён, не бузи, — хихикнул Чонгук, утягивая старшего к себе на землю. — День был длинным, ты устал. Отдохни лучше. Завтра нам много терпения потребуется. — И с чего ты так решил? Макнэ компании пожал плечами, косясь на Чимина. — Не знаю, хён… Но что-то мне подсказывает, что договориться с этим лисиком нам будет непросто…