Русалок не существует!

— Думаю, начать нужно чуть подальше от событий недельной давности, дабы все понимали, о чём пойдёт речь, — начал Чимин, опуская голову так, что чуть ли не касался груди подбородком. — Всем же известно, что стало итогом Огненной войны? После открытого заявления Короля Шинчона о том, что стихия, к которой он принадлежит — главная, и все её противники должны быть казнены, как неверные… Маги Воды были вынуждены бежать. Я же стал тем самым «последним», кого видели люди триста лет назад. Я отвлекал на себя всеобщее внимание, даря своему народу шанс на безопасный побег. Тогда и произошла моя предпоследняя стычка с магами Огня. Честно говоря… Я не понял, чего они от меня добивались. — Невесело усмехнувшись, Пак запустил руку в волосы, зачёсывая чёлку назад. — Их мотивы противоречили друг другу. Они пытались убедить меня, что не причинят нашим вреда, в то время как сами открыто нападали… Если бы Джин-хён не залечил мои шрамы, я мог бы вам продемонстрировать следы той встречи. Они за триста лет так и не зажили в полной мере. Но сейчас не об этом. В тот день, когда эти земли в последний раз видели меня и представителей магии Воды, я и потерял… Потерял всех. — вскинув голову, парень уткнулся взглядом в небо, мельком облизывая губы и медленно выдыхая. — У кого-то нет понятия «семья». Это вам повезло, вы есть друг у друга. Я же остался сиротой в двенадцать лет. С той поры пришлось прибиться к небольшой компании волшебников… Они не считались моими друзьями. Так, были рядом, чтобы не скучать. Я им не был нужен. Оттого… Когда я сбежал от магов Огня… Я не смог найти своих. Они были столь напуганы, что скрылись действительно бесследно, совершенно не подумав о том, что я, вообще-то, могу остаться в живых после встречи с представителями Короля. Проще говоря — меня кинули. Я так и не смог их найти, хотя пытался. Триста лет пытался… — колдун цокнул языком, возвращая голову в естественное положение и переводя взгляд на Тэхёна, сидящего с немного бледным лицом и смотрящего на друга во все глаза. Ведь он тоже не был посвящён в такое глубокое прошлое своего хёна. Если бы он знал… — И вот, прошло несколько веков. Вокруг всё поутихло, Король, как мы все знаем, скончался и его династия прервалась, давая начало новой. Все конфликты меж разными странами и расами были юридически устранены, а у большинства магических существ даже появился иммунитет и неприкосновенность… Но маги Воды обратно в цивилизованный мир не вернулись. А знаете, почему? Нет, они не погибли. И разумом не поехали, что было, в общем-то, ожидаемо с моей стороны. Просто… Ладно, к этому я позже вернусь. — заметив секундное недовольство на лице Чонгука, парень криво улыбнулся, проводя указательным пальцем по щеке и подбородку. — Нет, Гук-и, в русалок мы тоже не превратились. Намджун с Тэхёном синхронно засмеялись, прикрывая рты ладонями, когда Чонгук вытянулся по струнке и расправил плечи, а затем густо покраснел, смущаясь того факта, что хён так легко раскусил его мысли. Уж и помечтать нельзя… — Хорошо, это понятно, — прервал смех донсенов Юнги, упираясь локтями в колени и сцепляя ладони в замок. — Маги Воды не вернулись в цивилизацию. Но как этот факт связан конкретно с тобой? — Что ж, во-первых, я всё ещё тот самый маг Воды, — отвёл одну руку в сторону Чимин, вынужденный озвучивать очевидные вещи. — А во-вторых, этот факт и стал тем толчком, благодаря которому несколько лет назад я осмелился показаться на глаза одному волшебнику, — не сговариваясь, все дружно посмотрели на смущённо улыбающегося Тэхёна. — Ну правда, я без малого триста лет провёл в одиночестве. А тут на моём пути оказалось такое солнышко. Тэ-Тэ наивный и доверчивый, но очень преданный и надёжный. Ещё ни разу за время нашей дружбы я не пожалел по-настоящему о том, что тогда показался из воды. Он стал моей связью с цивилизованным миром, откуда я и узнал, что моих… колдунов моей стихии никто уже много лет не видел. Я не мог с этим долго мириться. И когда Тэхён сказал, что на несколько дней ему придётся оставить место наших встреч, я решил проверить, где же прячутся родные мне по стихии существа. — Виновато поджав губы, Чимин как-то уклончиво кивнул фразам, прозвучавшим в это время в голове волшебника. — Здесь потребуется ещё одно уточнение… Вы знаете, кто такие Химики? Старшие вразнобой кивнули. Кто-то с готовностью, кто-то медлено, попутно вспоминая различные факты этого определения. И только макнэ недоумённо нахмурился, оглядывая серьёзных и сосредоточенных хёнов. — Химики? Кто это? — Я объясню, — подал голос Джин, привлекая внимание донсена к себе. — Химиками в последние сто лет стали называть простых людей, которым удалось овладеть некоторыми тонкостями магического дела при отсутствии врождённой колдовской силы. То есть… Это смертные, в руки которых попали волшебные артефакты и древние рукописи, с чьей помощью люди стали способны создавать другие магические предметы и использовать их против… Ну, нас, вообще-то. Чимин кивнул, отмечая про себя, как же деликатно и разумно хён объяснил Чонгуку специальность тех ублюдков, которые тронулись умом на своей псевдовласти над волшебниками средней руки. Если бы сам Пак их описывал, то характеристика этих паскуд была бы куда менее лестная. — Да, Джин-хён. Не все, конечно, нам пытаются противостоять, но всё же. Мне стало известно, что у одного Химика, и графа здешнего по совместительству, появилось зеркало, в которое можно увидеть местоположение того, с кем раньше был знаком. Достаточно просто подумать о нём. Как понимаете, я отправился туда, чтобы раздобыть это зеркало и хотя бы просто удостовериться, что я не единственный оставшийся в мире маг Воды. Я попытался проникнуть туда, но… на полпути я столкнулся с ещё одними «воришками». Увы, эта встреча оказалась для меня не очень приятной. Моими конкурентами стали торговцы с чёрного рынка. — Колдун немного прикусил язык, дабы не ругаться при «детях». — Они посчитали меня более ценным приобретением, чем сомнительное зеркало, действие которого никто ещё не был удостоен проверить. Их было больше, а вокруг меня не было ничего, чтобы достойно защититься. Они вырубили меня… И уволокли в свой лагерь. Он в северном лесу, кстати, так что… Окей, это не важно. — Тэхён почуял недоброе в отмашке друга. Он опять что-то скрывает. Ну даже сейчас! Хотя, там, в магазине, он уже говорил, что попал в неприятности… Вот же ж… — Эти люди каким-то образом раздобыли… Как же называется… Но с виду эти острые и длинные иглы очень напоминают какой-то древний и давно потерянный артефакт. Кажется… Нет, я скажу, я про него читал раньше… — волшебник пощёлкал пальцами, чувствуя, как слово на языке вертится. — Как его… М! — новый щелчок. — Муарья. Точно, да. Сокджин вздрогнул, машинально касаясь кадыка двумя пальцами правой руки. Неприятные воспоминания у него связаны с этими штучками. Шрамы исчезли, раны зажили. Но пережитое когда-то давно вряд ли забудется. Муарья, проникающие ледяными иглами в запястья, сгибы локтей, в горло… Айщ… — Ты уверен в этом, Чимин? — осторожно спросил мужчина, не обращая внимание на удивлённый взгляд Намджуна, направленный в его сторону. — Абсолютно точно, хён. — кивнул Пак. — У них были Муарья. — А это что такое? — не удержался от вопроса Чонгук. — Волшебная вещичка, — безэмоционально произнёс Юнги, смотря куда-то перед собой, словно сквозь пространство и материю. — С её помощью люди, предшествующие тем, кого теперь мы называем Химиками, научились отбирать магию у волшебников и закупоривать её в заговорённые сосуды для… продажи. Младший испуганно сглотнул, косясь на по-прежнему бледного Джина. Кажется, старший лично сталкивался с теми, у кого когда-то хранились Муарья. И встреча прошла не гладко… — Они пробовали лишить тебя магии, хён? — хрипло спросил Тэхён, зажимая ткань рубашки в кулак. Чимин покачал головой, снова еле сдерживаясь от соблазна выругаться в адрес своих «поработителей». — Не совсем. Изначально да, план был именно такой. Но затем одному извращенцу, у которого пунктик на огне, пришла «более удачная» идея. — колдун ударил кулаком по ладони с таким звуком, что младшие невольно вздрогнули. — Люди… ничего не понимают в магии. Как бы они ни доказывали обратное — придурки остаются несведующими придурками. Отчего-то они решили, что на мага Воды огонь будет влиять в меньшей степени. Поэтому главным извращенцем — его я выделю, да, потому что именно с ним впоследствии я больше никогда не столкнусь, — было принято решение попрактиковаться в огненной магии на вашем покорном слуге. — Намджун поморщился, прикрывая глаза рукой. Уж ему-то не надо описывать состояние Чимина после такой «практики». — Ошибку в своих расчётах они поняли только после того, как я в третий раз потерял сознание от болевого шока. Ха… поддаться боязни убить такого ценного заложника они зря решили, конечно… Но когда меня оставили на ночь возле плошки с водой в складском помещении… Пак снова посмотрел на Тэхёна. Взгляд был его очень тяжёлым… и выражающим глубокое сострадание. — Прости, Тэ… Перед побегом я успел рассмотреть склянки, хранящиеся в деревянных ящиках. Туда с помощью Муарья были помещены… эм… Помещена магия разных специализаций. Магия стихий для продажи невыгодна, оттого её там практически не было. Но другие специализации раскупаются слишком хорошо. Ящиков было десять… — голос становился всё тише, переходя практически на шёпот под конец. — На восьми из них была подпись… «Анимагия». Парень застыл на месте, не в силах даже вздохнуть. Осознание слов старшего друга медленно, но верно проникало в разум Тэхёна. И на глаза наворачивались слёзы. Он был уверен, что анимагов по всему миру развелось дочерта и больше. Но восемь ящиков небольших склянок… При учёте того, что в одной склянке сила одного волшебника… И принимая во внимание то, что восемь ящиков в одном помещении из нескольких… У одного лагеря из тысячи по всему миру… Запустив руки в волосы и крепко сжав их, анимаг согнулся пополам и завыл. Это можно было назвать просто криком отчаяния. Каждый анимаг приходился ему родственником. За мгновение он потерял практически всю биологическую семью… Чимин встал с камня и опустился перед убитым горем донсеном, нежно поглаживая его по спине, но при этом не произнося ни слова. Остальные волшебники бездействовали. Какой толк сочувствовать ему сейчас? Это будет похоже на издевательство. Ведь никто из присутствующих не мог в полной мере ощутить и понять ту боль, что сейчас испытывает Тэхён. Разве что Пак, ведь его ситуация идентична, если не ещё более ужасна. — Теперь ты понимаешь, почему я не рассказал тебе о своих планах? — тихо спросил уже еле слышно поскуливающего друга Чимин, за плечи сажая его на пятки и позволяя себя обнять. — Мне очень жаль… Но анимагия сейчас в большой цене на чёрном рынке. А благодаря вашим… Особенностям… Вас легко поймать и дорого продать. На этом в данное время и зарабатывают смертные мерзавцы. — Ты был прав… — дрожащим от ненависти голосом произнёс Тэхён, отстраняясь от колдуна и стирая с щёк крупные слёзы. — Людям действительно нельзя доверять… — Надеюсь, теперь ты будешь меня слушать почаще. — Парень похлопал приятеля по коленкам и сел на траву поудобнее, притягивая одну ногу к себе и обхватывая её двумя руками. — А что касается меня… Конечно, я сбежал от них. Да ещё и «прихватил с собой» жизнь того урода, который изгалялся надо мной, тестируя магию Огня. А после, дабы не терять времени, направился прямиком к графу за зеркалом. Оно оказалось действительно работающим… Только увиденное меня не обрадовало. Помните, я говорил, что маги Воды отчего-то не вернулись в цивилизованный мир? Так это потому, что… нет больше магов Воды. — нервно смеясь, Чимин покачал головой, снова поднимая взгляд к небу. — Они подвергали себя жестоким мучениям, чтобы силы, живущие в них, мутировали. Стали волшебниками очень близких к родной стихии специализаций, но в чистом виде… Либо их нет, либо я про них не знаю и они так хорошо укрылись от мира, что даже зеркало их увидеть не может. Я был… Я устал, силы и нервы были на исходе, поэтому я не позаботился о том, чтобы остаться незамеченным. На эмоциях я уничтожил зеркало. Стража это услышала, конечно… Они погнались за мной, только не заметили, что зеркало разбито. Увидели лишь его отсутствие… Отсюда и вытекает та сцена, свидетелями которой вы стали. Тэхён снова приклонился к земле, но теперь уже падая головой на колено друга. Чимин оказался прав, ему больше всех история пришлась не по душе. И скорбная реакция окружающих была предсказуема. Или почти… Воздух вокруг стал подозрительно накаляться. Джин распахнул глаза, в ужасе понимая, что происходит. Но полное осознание пришло только тогда, когда за всхлипами Тэхёна он расслышал тяжёлое дыхание Юнги. И его слова: — Всё начинается сначала… — срывающимся от гнева голосом произнёс Мин, вставая на ноги и сжимая кулаки до такой степени, что костяшки пальцев побелели. — Они вновь начинают это. Снова нападают на тех, кто могущественнее, подставляя нас… Они делают это опять. Сокджин быстро вскочил следом, опуская руки на плечи друга в попытке потушить опасный для окружающих огонь ярости в душе волшебника полыхающей стихии. Ему ли не знать, что такое праведный гнев колдуна. — Юнги, умоляю, успокойся. То, что наши предположения подтвердились, не значит, что история повторится точь-в-точь. Сейчас другое время. Многое изменилось. Они пойдут иными путями… И сейчас мы сможем их остановить с наименьшими потерями. Мужчины сцепились взглядами. Намджун, наблюдающий за конфликтом со стороны, нервно облизнул губы, убирая руки за спину. Он ничуть не хуже знал, что такое гнев мага Огня. И если его не сможет успокоить Джин… то никто не сможет. К счастью, эта вспышка прошла без жертв. Выдохнув, мужчина кивнул, позволяя Джину немного расслабиться. Но ясное сознание подкинуло в копилку для размышлений новую «монетку». — Чимин? — Юнги повернулся поднявшемуся магу Воды. — Ты сказал, что эти люди… Они в северном лесу, так? — Верно, — кивнул парень. — А обнаружив твою пропажу и труп одного из своих… Станут ли они тебя искать? — Конечно станут, — как само собой разумеющееся сказал Пак, взъерошивая потемневшие волосы. — Поэтому я не останусь с вами. Пусть с самого начала вы и были мне неприятны, но… Даже тогда это не было поводом для того, чтобы желать вам смерти. А теперь — тем более. Спасибо, что помогли мне. Но сейчас, когда вы всё знаете, пожалуйста, позвольте мне просто уйти. Молчание длилось недолго. — Нет, — твёрдо сказал Чонгук, беря хёна за запястье, чуть ощутимо сжимая его в ладошке. — Ты никуда не уйдёшь без нас. — Чонгук прав, — кивнул Намджун, скрещивая руки на груди. — Ты не видишь всей картины истории, в которую попал ещё с начала Огненной войны. Именно сейчас ты не можешь снова остаться один. Ведь если твои страшные предположения, основанные на информации, предоставленной зеркалом, окажутся верными… Ты — последний представитель водной стихии в чистом её виде. И мы не можем допустить ещё и твоей смерти. Ведь в таком случае… Мир просто потеряет равновесие. — Именно, — согласился Джин, подходя ближе к наигранно безэмоциональному Чимину. — То, о чём ты нам рассказал… Это очень важная информация. С её помощью теперь мы можем помочь твоему народу снова доверять окружающим и не прятаться больше в цивилизованном мире. Быть может, тогда бывшие маги Воды даже смогут вернуть себе свою родную силу. А заодно и мы со своими врагами по счетам расплатимся. — Поэтому собирайтесь, — подытожил Юнги, затягивая заплечный мешок и проверяя, легко ли меч выходит из ножен. — Здесь нас быстро найдут, сейчас мы уязвимы. К тому же, теперь нам нужно узнать, насколько распространены методы кражи магии у волшебников по всему миру. Чонгук удивлённо вскинул брови. — Хочешь сказать… Мы наконец-то идём в гости к твоему информатору? Юнги закатил глаза, уже жалея, что в одном из разговоров «в семейном кругу» упомянул этот факт. — Он мой давний знакомый, — поправил донсена мужчина, помогая Тэхёну подняться с земли. Младшего всё ещё немного шатало. — Но да, мы идём к нему. Путь неблизкий, предупрежу сразу. Но выбора у нас нет. Поэтому попрошу без нытья. Это касается всех. Компания покивала, безмолвно обещая держать свои комментарии при себе. Уже уходя с полянки, Джин порывисто обнял Чимина и по-родительски поцеловал его в висок, непреднамеренно провоцируя парня на слезу, одиноко скатившуюся по едва ли не впалой щеке. — Добро пожаловать в семью, Чимин-и, — шёпотом произнёс мужчина, стирая солёную капельку с подбородка донсена. — Спасибо, хён… — тихо отозвался Пак.