То, ради чего мы, несмотря ни на что

На совещание в переговорной собрались Спок, Скотти и МакКой. МакКой бурно протестовал против самовольства старпома, категорически отказавшегося от причитавшегося ему остеосинтеза и согласившегося лишь на фиксационный временный корсет – разработанный, вообще-то, для полевых условий, а вовсе не для случаев свободной доступности великолепно оборудованного лазарета и стандартного остеосинтеза! Но кто же будет слушать старого ворчливого доктора?! Старпом наградил начмеда таким арктическим «Я в порядке, доктор» и присовокупил к своему заявлению такой пронзительный взгляд, что Боунс поневоле отступил. А ведь он вообще-то тоже страшно волновался за Джима – и может даже побольше некоторых холоднокровых гоблинов! - просто не хотел, чтобы вулканец наносил вред своему здоровью. Совещание же можно было бы провести и в палате лазарета, остеосинтез ничем не помешал бы. Сломаны-то были ребра, а не челюсть. Но, так или иначе, сейчас они сидели в переговорной и, выслушав сухой подробный доклад вулканца и тщательно рассмотрев данные нового прицельного сканирования, пытались найти выход из сложившегося отчаянного положения. Теперь, когда они знали, чего именно искать, сотрудникам научного отдела удалось выяснить, что помимо точечных поселений, представляющих собой довольно старые и потихоньку выходящие из строя бункеры, на планете еще имелись подземные заводы. И каждое такое поселение располагалось рядом со своим заводом, некоторые – с двумя. Характер производства пока находился в процессе определения, но Спок полагал, что уже может высказать версию, которая почти наверняка подтвердится в будущем. Вот только версии эти сейчас не имели ни малейшего значения и не были интересны даже самому вулканцу. Главным было другое – капитан Кирк находился в плену у аборигенов Тау-Эпсилон-3, и они понятия не имели, как его оттуда вытащить. - А может быть просто спустим десант и отобьем у них капитана? – хватив кулаком по столу, предложил МакКой, прерывая тягостное молчание, повисшее в переговорной после окончания доклада вулканца. – Ну а что? Наши фазеры помощней их автоматов, нужно только обеспечить десантников пуленепробиваемыми щитами. - Кабы это было так просто, - угрюмо вздохнул Скотти. - Но ведь выполнимо же?! – наседал Боунс, но Скотти, пожевывая губу, упорно не смотрел ему в глаза. - Доктор, - с почти неслышным вздохом обратился к начмеду Спок. – Из моего рапорта было нетрудно сделать вывод, что до момента своего освобождения силой капитан просто не доживет. - Эти парни не из тех, кто откажется от возможности оставить за собой последнее слово, - горько согласился Скотти и, не сдержавшись, едва слышно пробормотал себе под нос какое-то шотландское ругательство. - Хорошо, но должен же быть какой-то способ! – доктор снова ударил рукой по столу. – Я не знаю, может быть есть смысл спуститься и поговорить с ними? Скотти, сверля взглядом свой падд и играя желваками на челюстях, молчал, так что ответить пришлось Споку. - Перед тем, как я был поднят на борт «Энтерпрайз», капитан отдал приказ покинуть орбиту. - И что, вы теперь собираетесь его выполнить?! – тут же ощетинился МакКой. - Нет, доктор, я собираюсь сказать, что капитан великолепный тактик, и он отдал такой приказ потому, что понимал: переговоры с аборигенами Тау-Эпсилон-3 невозможны и лишь повлекут появление новых заложников и, как следствие, новых жертв. - А, ну то есть в результате мы возвращаемся туда, откуда начали: переговоры невозможны, летим отсюда к чертям собачьим! Так, что ли? - Как вы можете видеть, доктор, мы никуда не улетаем, а потому я предлагаю на этом закончить с неконструктивными препирательствами и перейти к делу, - Спок сумел не повысить голоса, но в его тоне прозвучало с трудом сдерживаемое раздражение. Обычно он был терпимее к эмоциональной несдержанности их начмеда, но сегодня явно был не тот день. - Иначе, пока мы тут попусту ругаемся, они и правда могут подумать, что мы улетели, и капитан станет им не нужен, - мрачно поддержал Спока Скотти. Вздохнул, покрутил стилус в руках и поднял взгляд на старпома. – Мистер Спок, может спустим им эти чертовы фазеры? Пускай подавятся. Они все равно только и делают, что воюют и убивают друг друга. В конце концов, какая разница, автоматами они это будут делать или фазерами? МакКой, не выдержав висящего в воздухе напряжения, вскочил и начал расхаживать по переговорной вперед-назад. - Этот вариант категорически неприемлем, мистер Скотт, - металлическим голосом отчеканил Спок. - Думаешь, нам со Скотти хочется стать их персональными поставщиками смерти? – МакКой, багровея лицом, резко крутанулся на каблуках, стремительно подошел к столу с противоположной от Спока стороны и, опершись обеими руками о столешницу, практически уткнулся носом в нос вулканца. – Просто все дело в том, что люди ради своих близких готовы наступить на горло собственной песне. Даже в ущерб самим себе. Даже зная, как потом тяжело будет жить с этим. Но мы готовы пойти на это, понимаете? Как это часто с ним бывало, доктор, захваченный бушующей в нем эмоциональной бурей, начисто терял способность видеть реакцию своего оппонента – во всяком случае, если она не выражалась в ответном и столь же бурном эмоциональном шквале. Именно это и было причиной того, что в критических или просто тяжелых ситуациях общение начмеда и старпома тет-а-тет обычно заходило в мертвый и безнадежный тупик. И сегодняшняя ситуация ожидаемо не стала исключением из этого правила. - Вы закончили с патетикой, доктор? – холодно осведомился вулканец. – Сейчас «Энтерпрайз» командую я, и именно я буду принимать решение относительно наших дальнейших действий. А я уже сказал, что предложенный мистером Скоттом вариант категорически неприемлем. - Ах ты… - Боунс медленно выпрямился, так же медленно и со свистом втягивая в себя воздух. - Доктор, да прекратите уже это! – рявкнул Скотти, хватив кулаком по столу. – Нам, черт возьми, выход нужно найти, а не перелаяться тут всем к чертям собачьим! Тяжело выровняв дыхание, Скотти перевел взгляд с доктора на старпома. - Мистер Спок, ваши предложения, - стараясь звучать как можно более спокойно, произнес он. Краснолицый, дышащий, как после марафонской пробежки, и только что не трясущийся всем телом Боунс рваным движением сложил руки на груди и тоже уставился на вулканца. Тот медленно откинулся на спинку стула, невидяще глядя в пространство перед собой, и сошпилил пальцы лежащих на столе рук. - Поскольку я согласен с логичностью вывода капитана о невозможности ведения с этими людьми мирных переговоров, полагаю, у нас остался только один вариант: шантаж. - Шантаж? – недоуменно переспросил Скотти. - Именно, мистер Скотт. Их основной ценностью является военное противостояние с соседями. Мы не желаем предоставлять им преимущества для ведения этой войны, которые они от нас требуют. Но мы также можем и отнять у них те преимущества, которые у них уже имеются. Их завод. Они еще не видели наших истинных мощностей. Мы можем продемонстрировать их в доказательство реальности нашей угрозы. - И как вы предлагаете им это… сообщить? – осторожно поинтересовался главный инженер. - Разумеется, нам придется спустить парламентера. Другого способа довести до их сведения имеющиеся у них альтернативы просто нет, - спокойно ответил Спок. - И кто же будет этим парламентером? – подал голос МакКой. - Моя кандидатура будет самым логичным выбором, - Спок наконец оторвал взгляд от своих пальцев и встретился им с голубыми докторскими глазами. - Как начмед я категорически против, - резко ответил Боунс, снова опираясь руками на столешницу и вставая в боевую стойку. – Слышите? Категорически. У вас незалеченные переломы ребер. Эти ублюдки не склонны к церемониям, а у вас один удар в грудь может дать перфорацию легкого. Мне продолжать? - Не вижу логики в продолжении, я понял вашу мысль. Однако именно моя кандидатура является самым логичным вариантом, поскольку я единственный на борту, кто имел опыт общения с представителями этой цивилизации, и потому хоть как-то могу прогнозировать их реакции, что, безусловно, будет значимым преимуществом. - А тот мальчишка-научник не считается? – едко поинтересовался МакКой. - Вы предлагаете отправить в качестве парламентера лейтенанта Гарашевича? – холодно осведомился Спок. - Нет, - буркнул доктор и хотел еще что-то добавить, но был грубо перебит вулканцем. - В таком случае, не воруйте время капитана бессмысленными препирательствами. - Мистер Спок! – похоже, Скотти сегодня выпала роль укротителя двух лупящих себя хвостами по бокам и норовящих сцепиться тигров, и это его совершенно не радовало. - Да, мистер Скотт, - Спок, словно бы не поняв смысла реплики главного инженера, всем корпусом повернулся к нему. – Нам с вами нужно обсудить некоторые технические детали. - Упрямый ублюдок, - пробормотал доктор МакКой, но уже без прежней горячности. Скотти и Спок предпочли сделать вид, что этих слов не слышали, а доктор торопливо вышел из переговорной, чтобы сделать свои «необходимые технические приготовления», ибо список инъекций, требующихся вулканцу перед спуском в десант, получался внушительным. А еще Боунс не мог отделаться от тягостного болезненного чувства в груди, ведь никто из них так и не осмелился озвучить очевидного: учитывая нрав аборигенов, Джим уже давно может быть мертв. И тогда эта самоубийственная затея Спока просто выльется в еще один труп. Скотти в компании Кайла и энсина Морроу колдовал над настройками телепортатора, который должен был спустить Спока на Тау-Эпсилон-3 согласно их плану. Скотти собирался заниматься отправкой лично, а потом дежурить оставались Кайл и Морроу – в компании пятерых вооруженных безопасников, которые тоже уже были на месте. А Скотти должен был отправиться на мостик и оттуда руководить тем шоу, которое они с мистером Споком подготовили для аборигенов. Если флотское начальство когда-нибудь узнало бы о том поистине грандиозном приборе, который они с вулканцем собирались положить на Первую директиву, оно бы в две секунды вышвырнуло их со Споком с флота и отправило бы на пожизненное заключение в какую-нибудь особенно удаленную трудовую колонию. Но Спок находил их решение логичным, и Скотти был с ним чертовски согласен. Хотя бы потому, что альтернативой было выполнение последнего приказа капитана Кирка и тихий уход «Энтерпрайз» с орбиты Тау-Эпсилон-3. И Скотти всем своим существом одобрял заявление мистера Спока о том, что душевный покой этих кровожадных ублюдков не стоит жизни их капитана. Ну, если быть точным, мистер Спок не делал никаких словесных заявлений, но все же было понятно и без всяких слов! А мнение этих заплесневевших без космоса штабных крыс интересовало Скотти в последнюю очередь. Там, где он родился, было не принято бросать своих, и точка. Скотти как раз успел ввести все нужные координаты и в очередной раз перепроверить надежность основного и резервного контура, когда дверь в транспортаторную свистнула, и в помещение быстрым уверенным шагом вошел мистер Спок. Подойдя к пульту транспортатора, он задрал рукав и протянул Скотти обнаженное предплечье, чтобы тот просканировал транспондер и выполнил точную настройку телепорта непосредственно на него. Кайл и Морроу недоуменно переглянулись, но Скотти лишь молча выполнил нужное сканирование. Он не хуже своих помощников знал, что это действие не предполагалось стандартным протоколом, но творившееся сейчас можно было назвать как угодно, но только не стандартной ситуацией. Закончив с тонкой подстройкой, Скотти встретился с невозмутимым взглядом темных глаз старпома, и от всего сердца пожелал ему: - Покажите им там, где раки зимуют. И что в тихом омуте черти водятся. - Я буду действовать по обстоятельствам, мистер Скотт, - холодно ответил тот, даже бровью не шевельнув, после чего развернулся и, поднявшись на платформу, скомандовал. – Активируйте, мистер Скотт. Скотти плавным движением двинул рычаги активирования контуров, и худощавая фигура старпома исчезла в золотистом сиянии дематериализации. - Каков сухарь, а? – вздохнул Морроу, и Скотти бросил на него острый взгляд. - Что бы ты понимал, молокосос. Спок материализовался на том самом месте ветреной пустынной равнины, где все еще лежало тело Файзера. Подойдя к нему, он опустился рядом с ним на корточки, аккуратно вложил в мертвую кисть вытащенный из кармана транспондер и активировал его. Тело исчезло в вихре золотых искр, но Спок еще пару минут не вставал, задумчиво глядя на оставшееся на сухой земле коричневое пятно. После этой короткой паузы вулканец медленно поднялся, выпрямился, заложил руки за спину так, чтобы пальцы правой руки располагались над подкожным транспондером в левом предплечье, и, повернувшись лицом к складчатому пригорку, принялся ждать. Шансы за то, что капитан все еще жив, были невелики, и Спок не желал рассчитывать их точное значение. Но он знал, что аборигены вне зависимости от статуса капитана явятся сюда. Поторговаться они в любом случае захотят, так что вряд ли его сразу ожидает смертельная автоматная очередь из-за пригорка. А вот у вариантов дальнейшего развития событий было так много вероятностных веток, что пытаться оценивать каждую из них было нелогично. Перед мысленным взором Спока возникло улыбающееся лицо капитана Кирка: «Не стоит бежать впереди паровоза. Будем смотреть по ситуации, Спок». - Именно так, Джим, - Спок не сразу заметил, что произнес эти слова вслух. К счастью, тут не было никого, кто мог бы заметить эту непростительную потерю контроля. Расправив плечи и чуть приподняв подбородок, Спок вдохнул поглубже и принялся ждать. Прошло тридцать две минуты с момента его спуска сюда, и Спок уже начал ощущать обеспокоенность, когда его чуткие уши уловили едва различимый металлический лязг. - Вы можете выходить сюда, я не вооружен! – крикнул он в пространство, и из-за пригорка вышел уже знакомый ему командир аборигенов в сопровождении троих автоматчиков. - Вы хотите получить назад вашего капитана, - тоном констатации факта произнес он. - Совершенно верно, - едва заметно склонил голову Спок. - Условия те же, только лучевых пистолетов теперь должно быть двести. Партия ведь только одна. И капитана я верну только после того, как заберу оружие себе и проверю его. - Вы слишком спешите, - холодно заметил Спок, - и упускаете из вида, что это не единственное наше оружие. - Раз вы все еще не применили его, значит либо его у вас нет, либо у вас есть какие-то причины не применять его. - Я крайне рекомендую тем вашим людям, которые ждут за пригорком, отойти от него не менее, чем на десять шагов. Командир чуть прищурился, изучающе глядя на вулканца, а потом махнул рукой в сторону пригорка. Спок кивнул, этим жестом маскируя легкое движение руки в момент однократного короткого нажатия на транспондер. Пригорок засветился в красном луче бортового фазера, замерцал, а через несколько секунд полностью исчез. Кто-то из аборигенов не сдержался и тихо ахнул, а один из автоматчиков подошел к тому месту, где только что был пригорок и попытался потрогать пустое пространство. Потом вошел туда и потопал по земле. Командир, напряженно покусывая губу, тоже смотрел на оставшуюся кучку камней и точащие вверх короткие язычки магматической породы. - Если вы так поступите с нашим поселением, ваш капитан тоже погибнет, - резко сказал он, снова поворачиваясь к Споку. - Если мы так не поступим, он все равно погибнет, - резонно возразил тот. - Я могу приказать прямо сейчас застрелить тебя. - Это ничего не изменит ни для вашего поселения, ни для вашего завода. Лицо командира почти незаметно, но все-таки дрогнуло. - Даже так. Сумели найти, значит. - Разумеется, - спокойно подтвердил вулканец. – И именно он станет нашей следующей целью, если вы не вернете нам нашего капитана. - Не говори, что тебя не интересует, вернешься ли ты живым, или навсегда останешься здесь, - попытался вернуть себе верхнюю руку командир аборигенов. Спок в упор посмотрел ему в глаза и произнес – медленно и четко: - Меня интересует, вернусь ли я вместе со своим капитаном. Другие возможные альтернативы я не рассматриваю. - Волчья преданность? – презрительно скривил губы абориген. - Пусть так, - Спок чуть склонил голову на бок. - Но твой капитан утверждал, что вы не убийцы, - не желал капитулировать его противник, - даже ваше оружие было установлено в безопасный режим. И ты сейчас не вооружен. - Мне не нужна твоя жизнь и жизнь твоих людей. Убив вас, я не верну своего капитана, - произнес Спок, стараясь звучать максимально отстраненно, так, словно сам факт возможного убийства противников для него ровным счетом ничего не значил. – Потому мне не было смысла брать оружие. И я хочу отметить, что наше оружие не стояло в безопасном режиме. Установочный режим точно так же убивает, но не наносит вреда неживой материи, и капитан просто ввел вас в заблуждение, чтобы заставить вывести оружие из строя. Сделав крошечную паузу, чтобы дать противнику переварить новости, Спок продолжил. - А, кроме того, даже ручная собачка способна нанести немалый урон, если ее как следует растравить. А мы изначально не ручные собачки, - и темные глаза полыхнули огнем, который у вулканцев обычно можно увидеть только на поле для кун-ут-кал-иф-фи. Но сейчас момент был тоже вполне подходящий. Командир при виде этого невольно сильнее выпрямил спину. - А если нам уже некого возвращать вам, что тогда? Мы хотели, чтобы ваш капитан пошел на наши условия. Он отказывался. Мы не хотели убивать его, просто он оказался слабее, чем мы ожидали. Спок ощутил невольный внутренний трепет и острый болезненный холод в груди, и, заставляя себя взять этот растекающийся по венам обжигающий лед под контроль, сильнее стиснул заведенные за спину руки. Это все еще могло быть блефом, хотя и выглядело чудовищно правдоподобно. - Тогда вы совершили роковую ошибку. Не следует связываться с противником, который вам не по зубам, ваш военный опыт должен был предостеречь вас от этого, - он пытался произнести свои слова бесстрастным тоном, но дикое внутреннее напряжение выдало себя, проявившись неровным интонированием. Поэтому, чтобы усилить угрожающую окраску, а не создать впечатление растерянности, Спок добавил. – Ваше поселение и вся окружающая местность будут подвергнуты воздействию нашего оружия. Можете не утруждать себя попыткой побега. И, стараясь игнорировать бухающий в горле пульс и гудящую в ушах кровь, Спок прикрыл глаза и чуть откинул голову назад, словно бы в ожидании собственной смерти. - Стой! Стой, я тебе сказал! – командир бросился к вулканцу, но тот уже открыл глаза и спокойно воззрился на него. – Какие у нас гарантии, что вы не сделаете все то же самое после того, как мы вернем вам его? - Возвращайте, - предложил Спок, изо всех сил удерживая на месте жесточайший контроль. - А гарантии? – настойчиво спросил абориген. - Только наша с вами устная договоренность. С другой стороны, ваша единственная альтернатива – это немедленное полное уничтожение. Так что я считаю логичным с вашей стороны поверить, что мы выполним условия договора. Абориген колебался не больше пары секунд. Сделав короткий жест своим подчиненным, он сказал вулканцу: - Только придется подождать. Спок кивнул, отвел взгляд и, молча уставившись в пространство, принялся ждать, старательно сохраняя на лице равнодушное выражение. Прошло целых сорок шесть минут, прежде чем снова послышался металлический лязг, и из-под земли выбралось четверо аборигенов, за руки-за ноги волокущих несопротивляющееся тело капитана. У Спока на секунду перехватило дыхание, когда он увидел, как безжизненно болтается голова Джима, и разглядел широкие красные полоски, бегущие от его носа и уголка рта. Вулканец поспешил аборигенам навстречу и, опустившись на одно колено, осторожно перехватил капитана, принимая его к себе на руки. Не тратя времени на проверку пульса, свободной рукой он торопливо дважды нажал на транспондер в предплечье и покрепче прижал к себе Джима. Как только небытие сменилось знакомой обстановкой транспортаторной «Энтерпрайз», Спок, подхватив Джима на руки, стремительно вскочил на ноги и устремился к уже стоящей наготове каталке. МакКой и М`Бенга перехватили капитана у Спока из рук, переложили на каталку и в две секунды выскочили вместе с ней из транспортаторной. - Мистер Скотт, капитан на борту, - сообщил Спок, чуть подрагивающими пальцами активировав висящий на переборке интерком. Из динамика раздался облегченный выдох главного инженера. - Отличная работа, мистер Спок! Он в порядке? Вопрос заставил Спока напряженно стиснуть челюсти, чтобы укрепить свой контроль, и только после этого ответить: - Капитан в лазарете. Я сейчас направляюсь туда, чтобы выяснить степень тяжести его состояния. Ответом послужило негромкое, но очень выразительное шотландское ругательство. - Покидаем орбиту, мистер Скотт. Курс согласно плану миссии – безопасная орбита вокруг Тау Эпсилон и посекторальное считывание спектра излучения звезды. - Есть, сэр, - с тяжелым вздохом отозвался главный инженер. На этом Спок отключился и, прежде чем выйти из транспортаторной, скомандовал безопасникам: - Вы можете быть свободны, джентльмены. Едва Спок перешагнул порог лазарета, к нему тут же подошла сестра Чэпел. - Доктор МакКой и доктор М`Бенга оперируют, - мягко произнесла она, сочувственно глядя на вулканца. – Капитан… - она чуть помедлила, подбирая слова, - он в довольно тяжелом состоянии. Его сильно били, там несколько переломов, и есть травмы внутренних органов, и… достаточно неприятная травма спины… позвоночника. Было неясно, есть ли там смещение, или симптомы обусловлены шоком, - Кристина заметила, как судорожно дернулся кадык на горле у вулканца, и едва сдержала порыв успокаивающе положить руку ему на предплечье. Лишь постаралась как можно более уверенно добавить. – Но вот увидите, доктор МакКой вытянет его, обязательно. И, избавляя Спока от необходимости придумывать какой-нибудь стандартный комментарий - вроде его уверенности в высоком профессионализме доктора – и прятать за ним свою тревогу из-за неопределенности ситуации с прогнозом для капитана, она с показной суровостью сдвинула брови и кивнула на одну из кроватей. - Мистер Спок, ваша временная фиксационная повязка уже давно исчерпала свои ресурсы. Вам следует прилечь и подождать осмотра доктора. - Хорошо, мисс Чэпел, - покладисто согласился он, в глубине души благодарный ей за то, что она обеспечила его таким великолепным предлогом для того, чтобы остаться в лазарете и узнать вердикт доктора МакКоя сразу же, как только тот выйдет из операционной. Прошло шестьдесят восемь минут и почти сорок секунд, прежде чем дверь в палату открылась, и на пороге появился широко улыбающийся, хотя и явно очень усталый доктор МакКой. - Ну надо же, я дожил до этого великого дня, - воскликнул он, ставя руки на талию и с очень довольным видом глядя на вулканца. – Лежит тут собственной персоной и послушно дожидается лечения! И не надо бегать за ним по всему кораблю, и шваброй гнать в сторону лазарета тоже не надо! - Доктор, - в любой другой ситуации Спок непременно высказался бы о нелогичности предложенных доктором действий, не говоря уж об отсутствии на борту «Энтерпрайз» такого предмета как швабра, но сейчас ему было просто не до того. Хотя рассудком он отлично понимал, что доктор не был бы таким веселым и отпускающим шутки, если состояние Джима оставалось бы опасным для его жизни и здоровья, и уж тем более МакКой не вел бы себя таким образом, если бы Джим в результате полученных травм остался инвалидом. И, тем не менее, он испытывал нелогичную потребность услышать, а не делать выводы самостоятельно. – Как прошла операция? Взгляд МакКоя неуловимо смягчился, и он прошел в палату. - Все хорошо, Спок. Травмы оказались некритическими, и он поправится. Полежит тут, конечно, несколько дней, потому что потрепали его очень основательно, - тут доктор ожидаемо помрачнел, и было видно, что он сдерживается, чтобы не отпустить парочку сочных ругательств. - Но в итоге он полностью поправится. Думаю, даже успеет еще поучаствовать в этом вашем исследовании этой вашей звезды… как бишь ее зовут? - Тау Эпсилон, - сообщил Спок, пытаясь не выдать накатившего на него чудовищного облегчения. Страшно хотелось закрыть глаза и просто полежать так хотя бы несколько минут. Но доктор уже подходил к его кровати и запускал сканирование. Когда появились первые результаты, МакКой поджал губы и недовольно покачал головой. - И вот скажите мне, мистер Спок, где была логика в том, чтобы со сломанными ребрами таскать на руках нашего худенького невесомого капитана? – иронично поинтересовался он, продолжая следить за данными сканирования и одновременно начиная программировать настройки для аппарата остеосинтеза. – Неужели нельзя было подождать пару секунд, пока мы с М`Бенгой его заберем? Спок, уставившись в потолок, не стал утруждать себя ответом. МакКой негромко хмыкнул, показывая этим, что засчитывает молчание как поражение не имеющего контраргументов противника. - Теперь придется полежать под остеосинтезом не пять часов, а все пятнадцать, - без своей обычной язвительности в голосе констатировал он, а потом добавил. – Ладно, зато развлечете капитана, когда он придет в себя. Положу его на соседнюю кровать, я сегодня добрый. Сейчас М`Бенга прикатит его из послеоперационной. Спок повернул голову на бок и встретился взглядом с Боунсом. - Спасибо, доктор, - негромко, но искренне сказал он. - Да ладно уж, - МакКой махнул на него рукой и сделал вид, что весь поглощен показателями костного импеданса, которые пробегали по монитору остеосинтезатора. – На самом деле мне просто неохота объяснять все тонкости разборок с этими воинственными засранцами. А то он ведь как клещ – вцепится намертво и не отстанет, пока не узнает все до последнего штришка. Вы ж его знаете. - Безусловно, доктор. - Ну вот, - МакКой ввел последний параметр, и как раз вовремя, потому что дверь открылась, и М`Бенга вкатил в палату все еще бессознательного капитана Кирка. МакКой помог коллеге подвести каталку к кровати и скомандовал, берясь за головной конец простыни. - Давайте аккуратненько его. На три. Раз-два-три! – и они слаженным ловким движением переложили капитана на кровать. Спок напряженно следил за происходящим, с большим трудом подавляя почти императивный порыв вскочить и помочь докторам выполнить их задачу более аккуратно. К счастью, он был застрахован от такого фатального провала контроля установленными на груди пластинами аппарата остеосинтеза, которые надежно фиксировали его на кровати. М`Бенга кивнул коллеге и вышел из палаты, а МакКой быстро выставил нужные параметры на инфузоре и подключил его к капитану, после чего заботливо поправил на своем пациенте одеяло. Оглянувшись, он увидел, каким напряженным взглядом смотрит Спок на очень бледное лицо Джима, даже не замечая направленного на себя докторского внимания. - Он будет в порядке, Спок, - сказал МакКой, торопливо переводя взгляд на диагностическую панель над Джимовой кроватью. – Знаю, сейчас выглядит дерьмовенько. Но я просто не решился на объемное переливание в том состоянии, в котором он попал на стол. Да и на столе мы в нем хорошо поковырялись, пока спину выставляли. Но сейчас он стабилен. Наберется сил, и через пару деньков уже будет ворчать на мое самоуправство и требовать выпустить его на любимый мостик. Собственно, он через полчаса-час придет в сознание. Сможете поговорить с ним. Только без фанатизма, - Боунс наконец снова посмотрел на Спока и увидел, как черная бровь чуть приподнялась в саркастическом жесте. - И не надо мне тут бровками дергать. Слишком разговорчивым – по дополнительной дозе снотворного. - Доктор, я нахожу нелогичной вашу склонность использовать медикаменты не в соответствии с показаниями, вулканская бровь иронично изогнулась. - Хотите снотворного прямо сейчас? – деловито поинтересовался Боунс. – Нет? Ну вот то-то же. И, еще раз проверив настройки аппаратуры у постелей обоих старших офицеров «Энтерпрайз», он с гордым видом покинул палату. Честное слово, он считал, что заслужил небольшую передышку после того ада, который ему устроила проклятая планета. А Спок еще немного повернул голову, чтобы было удобнее смотреть на капитана. Поэтому он не пропустил момент, когда Джим вздохнул чуть глубже, его ресницы затрепетали, он тихо невнятно застонал и медленно открыл глаза. - Джим, - негромко окликнул его Спок, видя, как капитан промаргивается, пытаясь сообразить, где он и что он. – Джим вы слышите меня? Кирк, явно еще толком не сориентировавшийся, внезапно резко напрягся и даже предпринял безуспешную попытку приподняться с кровати. И Спок понял, что напрасно поспешил окликать его – очевидно, в результате его несдержанности Джим узнал его голос раньше, чем понял, что он находится в лазарете «Энтерпрайз», а не по-прежнему в бункере на Тау-Эпсилон-3. И, конечно же, факт нахождения Спока в том же бункере не на шутку встревожил его. - Джим, вы на «Энтерпрайз», - наверное, немного слишком торопливо и акцентуировано произнес Спок, но ситуация это оправдывала. Кирк обвел взглядом светло-зеленые стены, с неприкрытым облегчением длинно выдохнул и тут же резко закусил губу, сдерживая стон. Потом повернул голову в сторону Спока, и на его бледных губах появилась такая знакомая, хотя и очень слабая, улыбка. Капитан пробежался взглядом по стоящему возле кровати Спока оборудованию и едва заметно поморщился. - Вас все-таки здорово зацепило. Мне жаль. Но я не нашел другого способа. Вулканские брови, хмурясь, строго сошлись над переносицей. - Капитан, я считаю ваше решение вывести из строя все коммуникаторы и тем самым лишить себя всякого шанса на спасение в высшей степени нелогичным. Жизнь капитана звездолета ценнее жизни старшего помощника, и первая не должна приноситься в жертву ради спасения второй. Это нелогично. - Ну да, - в ореховых глазах запрыгали веселые искорки, и явно не испытывающий никакого раскаяния за свои действия капитан негромко хмыкнул. После чего снова обвел взглядом свое окружение. – И все же меня как-то вытащили, - на лице Джима появилось выражение обеспокоенности, и он снова встретился взглядом со своим старпомом. – Среди экипажа нет новых потерь? Гарашевича смогли поднять? - Лейтенант Гарашевич был благополучно поднят практически следом за мной. С остальным экипажем все в порядке. Корабль приступил к продолжению выполнения поставленной задачи по исследованию системы Тау Эпсилон. Кирк, не скрывая облегчения, на несколько секунд прикрыл глаза, а когда открыл их, наградил вулканца теплым благодарным взглядом. - Так как же вы сумели меня вытащить, Спок? Признаюсь, совершенно не могу себе представить, как вам это удалось. Спок с трудом поборол желание отвести взгляд. Он по-прежнему находил собственные действия в высшей степени логичными и обоснованными, но имел все основания подозревать, что капитан не разделит его мнения на этот счет. С другой стороны, пытаться скрывать детали произошедшего от Джима было попросту глупо, потому что рано или поздно он все равно узнает всю историю от МакКоя или Скотти. И пусть уж лучше он услышит отчет об этой миссии от него самого – по крайней мере, этот отчет будет содержать только факты, и не будет приукрашен, а то и частично искажен различными эмоциональными аксессуарами. - На основании имеющегося у нас психологического портрета ваших захватчиков, я пришел к выводу, что успешные переговоры с ними невозможны. Очевидно, вы пришли к тому же выводу, поскольку отдали приказ кораблю покинуть орбиту. - Именно так, - Кирк подтверждающе кивнул. - Но я решил, что демонстрация нашей мощи и угрозы, которую мы можем собой представлять, приведет к реализации второго варианта примитивного сценария «бей или беги». Не обмен ради выгоды, а обмен ради спасения их текущего статуса-кво. Оставалось только довести до сведения аборигенов имеющиеся у них альтернативы. Кирк прикрыл глаза и длинно выдохнул. А когда снова открыл, они сверкали стальным блеском с трудом контролируемого гнева. - Спок, вы с ума сошли? Они могли сходу просто подстрелить вас – и вы бы не успели воспользоваться ни коммуникатором, ни даже транспондером – а потом уволочь в этот бункер. Вы понятия не имели ни об уровне их фатализма, ни о том, насколько они способны воспринять ничем не подтвержденную угрозу! Спок про себя подивился тому, как быстро Джим сумел догадаться, что парламентером был именно он, но, разумеется, не стал высказывать этого вслух. - Отнюдь, капитан. Мы с мистером Скоттом устроили им достаточно впечатляющую демонстрацию наших возможностей. - Спок! – настойчивое желание вулканца не признавать абсурдной безбашенности своего решения, кажется, еще больше распалило Кирка. – Я повторяю, они могли просто выстрелить в вас и бессознательного утащить в бункер! И что бы вы им там стали демонстрировать?! Они бы просто уморили там нас обоих! - Капитан… - Ну что «капитан»?! – если бы Кирк имел физическую возможность, он бы сейчас вскочил и забегал по палате. – В результате вашей затеи двое старших офицеров корабля могли оказаться в безвыходной ловушке, и что бы там дальше «напридумывали» те, кто остался на борту? Устроить кровавый штурм с кучей жертв среди экипажа? - Мистер Скотт получил четкий приказ в случае провала операции немедленно покинуть орбиту и действовать в соответствии с инструкциями Звездного флота, - со всей приличествующей вулканцу невозмутимостью ответил Спок. - Господи, Спок, да вы серьезно?! – Кирк едва удержался, чтобы не хлопнуть себя рукой по лицу. Ну, не то чтобы он удержался, просто обе сломанные руки оказались зафиксированными к кровати остеосинтезаторами. – Вы тоже получили точно такой же приказ, и что? «Энтерпрайз» покинула орбиту? – вопрос был чисто риторический, так что Кирк практически без паузы продолжил. - Вы понимаете, что я на момент начала этих ваших переговоров вообще легко мог уже быть мертвым? Меня могли пристрелить сразу же после вашей телепортации или забить насмерть потом! - Однако этого не произошло, капитан, - все так же спокойно ответил вулканец. - Ну да, победителей не судят, - буркнул Кирк, уже подрастерявший запал и в глубине души понимающий, что его претензии к старпому несколько… несправедливы. Ведь Спок сумел отыскать фактически единственный возможный выход из абсолютно патовой ситуации, ну а ждать от него безропотного выполнения капитанского приказа было со стороны этого самого капитана, прямо скажем… наивно. Да и нечестно. А мятежный старпом, на лице которого не было ни малейших признаков раскаяния, невозмутимо ответил: - Со всем уважением, хочу напомнить, что я неоднократно наблюдал, как оборачивалась выигрышем ставка, имеющая минимальный победный шанс. И я был проинформирован, что «главное – это быть уверенным, что то, ради чего ты рискуешь, стоит того, чтобы ради него рискнуть», - и Спок многозначительно приподнял бровь. Кирк не удержался и тихо рассмеялся. Ему чудовищно хотелось просто протянуть руку и накрыть ею предплечье вулканца, но это сейчас было никак не возможно сделать, так что он ограничился долгим взглядом в темные глаза старпома. Ответом ему был потеплевший вулканский взгляд и едва заметно приподнявшиеся уголки твердой линии губ. - Ладно, все хорошо, что хорошо кончается. Хотя…, - капитан вздохнул, и его губы искривились в болезненной гримасе. – Файзер, Тернс… и это была просто исследовательская миссия… Спок сочувственно посмотрел на Джима. - Мы никак не могли этого предугадать. - Это конечно, - тотчас согласился капитан. Он, со своей стороны, решительно не хотел, чтобы Спок принялся взваливать на себя вину за случившуюся трагедию, объясняя это тем, что если бы ему удалось компенсировать помехи на сенсорах и провести качественное сканирование планеты, то они знали бы истинный уровень этой цивилизации. Так что он поспешил немного увести тему с опасного курса. – Из того, что я узнал, пока был у них в плену, получается, что внешняя агрессия тут ни при чем, и ее в истории Тау-Эпсилон-3 никогда не было. Похоже, что все было просто и банально, - капитан горько усмехнулся, - мировая война. Полного уничтожения цивилизации не произошло, хотя мы видели, как сильно пострадал биоценоз планеты. И, что удивительно, выжившие, вместо того, что вразумиться, продолжили начатое их правительствами. - Возможно, дело в том, что именно правительства и составляли основной процент выживших? - Логично. Очень логично. Хотя так…, - Кирк проглотил последнее слово и слабо качнул головой. – Знаете, Спок, удивительно – сохранились именно военные заводы. - Это тоже логично, Джим. Полагаю, для их сохранения был приложен максимум усилий еще во время строительства. Военные базы и военные заводы – первостепенность заботы о них свойственна цивилизациям на этапе внутреннего военного противостояния. - Угу, - угрюмо согласился Кирк. – И потом, после войны, никому не пришло в голову их переконвертировать. Подумать только, никому не приходит в голову остановиться и задуматься – ради чего они продолжают воевать? Сидят по этим бункерам, с грехом пополам выживают, и продолжают воевать – зачем, ради чего? Ради контроля над двумя заводами вместо одного? А это для чего? Чтобы присовокупить к ним третий? Который будет добывать все ту же руду и производить все те же автоматы? - Парадокс в том, Джим, что любое противостояние, если взглянуть на него со стороны, будет выглядеть столь же абсурдным. Значимость добываемых такой ценой ресурсов относительна – независимо от того, идет ли речь о производственных мощностях, сырьевых источниках или направлении мышления населения – и отличие фактически состоит лишь в масштабах. Но по сути разницы нет. Кирк посмотрел на своего друга и медленно кивнул, задумавшись об их собственном противостоянии с клингонами и ромуланцами. И невольно вспомнил реакцию органианцев на их уже почти начавшуюся войну с клингонами. Спок прав, где-то это примитивное «заберем их завод, и у нас их станет два», где-то – поданное под идеологическим соусом, где-то – еще под каким-то, но суть от этого не меняется. - Джим, вам стоит отдохнуть, - прервал его мысли тихий голос вулканца, и Джим, встретившись с ним взглядом, увидел светящуюся в темных глазах озабоченность и невольно улыбнулся. Строгие черты лица вулканца смягчились, и он добавил. – Иначе нас навестит доктор МакКой и угостит инъекциями снотворного. Кирк тихонько усмехнулся. - Ну уж нет, я лучше как-нибудь сам. - Логичное решение, капитан, - поддержал его Спок с самым невозмутимым видом. - Еще бы, - согласился капитан и послал Споку еще одну теплую улыбку. У них еще будет время поразмыслить надо всем этим, а сейчас им обоим и в самом деле лучше немного поспать. - Да, капитан, мне хотелось бы узнать одну вещь, - получив разрешающий кивок от Кирка, вулканец продолжил. – Как вы догадались, что именно я был парламентером? Учитывая ситуацию, в которой мы с вами расстались, и то положение, в котором вы меня увидели, логично было предположить, что я находился в лазарете с момента подъема на борт и до вашего прибытия сюда. Выражение лица Кирка стало умиленным. - О, Господи, Спок, ну кого еще вы могли отправить выполнять самоубийственную миссию с исчезающе малыми шансами на благополучный исход? Только себя самого, - вздохнул он, покачав головой. И, не давая вулканцу вставить ни слова, мягко предложил. – Ладно, давайте и в самом деле отдыхать, покуда сюда не явился разъяренный начмед. Тем более, что вам самому отдых сейчас ох как не помешает, - закончил Кирк, окинув своего старпома критическим взглядом. Черные брови возмущенно взметнулись вверх, но высказаться вулканцу снова не дали. - Приказ капитана, мистер Спок, приказ капитана. Поскольку тут нет начмеда, его полномочия автоматически переходят ко мне, - проинформировал его Кирк, не скрывая лукавых искр в глазах. - Я склонен рассматривать это как превышение служебных полномочий, капитан, - с убийственно серьезным видом ответил Спок. - Ну что же, - Кирк подавил зевок. – Тогда подадите на меня рапорт за злоупотребление властью. Сразу, как только освободимся отсюда. - Полагаю, это будет нелогично с моей стороны, - вулканская бровь приподнялась, словно ее хозяин действительно серьезно размышлял над предложением Кирка. – Потому что за ним наверняка последует ваш рапорт на меня в связи с игнорированием прямого приказа. - Неоднократным, - многозначительно добавил Кирк. - Действительно. - Безупречная логика, мистер Спок. - Спасибо, капитан, - с достоинством кивнул Спок. Кирк напоследок послал вулканцу наполненный теплой привязанностью взгляд и наконец закрыл глаза, позволяя себе погрузиться в сон. Спок некоторое время наблюдал за мирно спящим Джимом, а потом тоже закрыл глаза, потому что выполнить просьбу друга выглядело со всех сторон логичным.