Skin

12.09.13, Четверг

      – А приходи ко мне? – внезапно предложил Ковальский. – Можешь ноут взять, посидим, так поиграем.       Я какое-то время обдумывал его предложение. Это было слишком внезапно, да и в целом, вопрос вывел меня из себя. Вообще, играть, находясь в одной комнате – это забавно, наверное? Почему бы не попробовать, раз уж сами предлагают.. Но как же это странно. И я всё ещё не избавился от ощущения, что всё это жутко подозрительно. Может, Ковальский сейчас заманит меня к себе и убьёт..?       – Ладно, – но в конце концов я просто согласился. Я тут недавно читал, что полезно создавать для себя такие вот нервячки. Небольшие стрессовые ситуации. Не так, конечно, что если ты домосед, то сразу отправляться в кругосветное путешествие. Но хотя бы, вот, в полдесятого идти к однокласснику, с которым вы даже толком не общаетесь, играть в компики.       – Тебя отпустят? – спросил Ковальский.       Боюсь, моей матери будет похуй, даже если я соберусь пешком прогуляться до другого конца города. Но это не точно. Надо спросить. Но можно и не спрашивать. Ей похуй.       – Да.       – М, заебок, – довольно протянул Ковальский. – Сходим в магаз?       – Уже поздно для магазинов.       – Да похуй? Купим еды, посидим нормально.       Нормально можно посидеть и без еды, но как будто я против. Еда – это хорошо. Это мы за всегда.       – Ладно.       – Тогда приходи к моей тёте, вещи оставишь и сразу сходим.       – Ты у тёти? – уточнил я, занервничав. Сразу сказать нельзя было? Это важно немного? Хотя если он у неё, значит, она сама не дома..? Или как у них там эта система работает?       – Она уехала, я за квартирой смотрю.       А, ну вот. Артём просто рассказывал о чём-то таком ещё в лагере, я помню. Что Ковальский часто закатывает вписки, когда ситуация подворачивается. Интересно, что сейчас не так. Почему он зовёт меня, когда может собрать у себя полноценный блядовник. Ну, может, просто не хочет. Хотя будет неудивительно, если я приду, а там толпа народу сидит и какой-то хуйнёй страдает.       – Адрес тебе сказать надо, наверное?       Ну да, надо бы. А то странно идти куда-то, не зная при этом адреса. Мда, и надеюсь, тётя у Ковальского не в ебенях живёт? А то я соглашался из расчёта, что надо идти максимум через дорогу (Ковальский, по забавному совпадению, жил в доме напротив моего). А тут вдруг оказывается..       – Лебедева, восемь, квартира сто сорок семь. Это, короче, за вашим домом..       – Я знаю.       Это был тот длинный дом непонятной формы, и там ещё наша школа была совсем рядом. Не так уж и далеко. Интересно только, в какой магазин мы собрались, но ладно – узнаю при встрече. Просто все ближайшие магазины уже закрыты, а из круглосуточных я знаю только один. И туда я идти не хочу, потому что за три пизды. С другой стороны, там такие охуенные сэндвичи..       – Ну вот. Можешь, кстати, у меня на ночь остаться.       А вот это нихуя себе вещи пошли. Хотя, наверное, подразумевалось, что раз я иду к нему так поздно, то я остаюсь у него ночевать? Но всё равно я об этом не думал, а потому это было внезапно. И я почему-то всегда думал, что это для хороших друзей. Хотя как будто Ковальский выглядит как человек, которому нужно непременно хорошо с тобой общаться и близко тебя знать, чтобы делать что-то такое..       – Ладно.       Предложили и предложили. Уверен, это что-то типа завершающего эпизода в играх. Типа, "Ты молодец, ни разу не проебался, получил максимальный балл, вот тебе подарочек". Си-джи с персонажем, ага. Хотя не то чтобы у нас с Ковальским было что-то серьёзное. Всего-то поиграли пару раз, но, может, в этой игре си-джи выдают за количество взаимодействий? Поговорили пару раз – вот тебе подарочек. Интересно, сколько ещё раз я должен словить инфаркт жопы от попыток Кирилла со мной взаимодействовать, прежде чем мне дадут какую-либо награду. Но и не уверен, что хочу знать..       По-быстрому переодевшись и покидав в рюкзак всё нужное, я вышел в коридор, осматриваясь и пытаясь понять, где мать. Двери в её комнату открыты, значит, она на кухне. Я у мамы Шерлок Холмс, если вы не знали. Хотя по обстановке в нашей квартире всегда довольно легко определить, что и где происходит. Не что-то сложное.       – Закроешь дверь? – заглянув на кухню, спросил я. Мать стояла у плиты, но ещё по запаху в квартире было понятно, что она ничего не готовит. Впрочем, по подсветке чайника можно было догадаться, что мать решила выпить чайку перед сном. Благое дело.       Мать моё появление испугало – она вздрогнула, оборачиваясь ко мне, и мне даже стало стыдно. Мда, шестнадцать лет парню, а с родной матерью так и не ужился. Даже грустно временами становится, но да ладно. Те же шестнадцать лет с этим чувством живу, так что уже почти привык. А к матери не привык..       – Ты куда-то собрался? – спросила мать, выходя за мной в коридор.       Я старался обуться как можно быстрее, чтобы не задерживать родительницу – знал, как она не любит надолго уходить с кухни, если готовит или занята чем-то. Жаль, что я слишком поздно понял, что можно было зашнуровать ботинки в подъезде, или вообще их не шнуровать – затянуть на щиколотках, чтобы не спадали, дойти до Ковальского, тут пять минут, да и темно на улице, всё равно никто не заметит.. Ну, в следующий раз, если такое повторится, то буду умнее.       – К однокласснику.       – На ночь у него останешься?       С чего такие предположения, интересно? Хотя о чём ещё можно думать, когда человек идёт в гости к кому-то в ёбаные десять вечера. И почему меня только сейчас начало беспокоить то, что это может быть опасным?       – Да.       Больше мать ничего не сказала. Молча дождалась, пока я закончу одеваться, и на том мы и разошлись.       До Ковальского я дошёл быстро. Другого и не ожидалось: я и так хожу не медленно, сейчас ещё из-за нервов шаг ускорился, ну и да – дом Лебедева-восемь был совсем недалеко от нашего. Тут в принципе идти минут пять-семь, а мне – так ещё меньше. Ничего удивительного.       Как Ковальский и говорил, мы пошли в магазин сразу же после того, как я оставил вещи в квартире. Сам Илья ждал меня в подъезде, уже готовый идти и с сигаретой в руках. Куда ж без этого, ну. Ещё я угадал насчёт Красноармейской – он и правда решил тащиться туда. Мне не очень понравилась эта затея, и не столько из-за расстояния, сколько из-за того, что идти придётся по темноте. Просто у меня травма. И даже то, что нас двое, и мы оба парни, не помогает. Мда, всего-то выхожу из дома в десять вечера, а уже думаю, что с нами произойдёт, кто нас отпиздит. Позитивнее надо быть. Зато из зоны комфорта вышел. Не знаю, правда, что в этом хорошего, но обычно принято считать, что это заебись, так что и я буду так делать. Правда, я не могу найти плюсов в уличной драке, но да ладно. Выходить из зоны комфорта хорошо, значит, гулять по городу в десять вечера – тоже хорошо. Не думай, доверься интернету.       В самом магазине мы пробыли недолго. Ковальский, видимо, часто тут бывал, так что ориентировался хорошо – быстро носился между полками, набирая всё нужное, а я просто ходил за ним, делая примерно то же. Заодно осматривался – всегда полезно знать, что и где можно найти. Я тут был не в первый раз, но с ориентацией всё равно были проблемы. Свалим это на то, что это – второй магазин таких размеров в моей жизни, и я ещё просто не привык. Мальчик из деревни, у-у.       Только мы вышли на улицу, Ковальский заключил:       – Тут до пизды всё дорогое, конечно.       Странно было слышать нытьё на эту тему от человека, который никак не отреагировал, когда женщина за кассой назвала сумму, мда.       – Не знаю, мне всё равно, как бы.       Я не думал, что его интересовало моё мнение, но надо было что-то сказать. Мы же разговариваем, и всё такое. Я должен участвовать в диалоге.       – Ой, – протянул тот, улыбаясь. – Ну конечно. Сколькизначное число у тебя на этой карточке?       Ой, как будто моя мать мне всё позволяет. Так тебе скажу: больше пятизначного числа, начинающегося на шестёрочку, на моей карте никогда не было.       – Ты у нас из богатенькой семьи? – продолжал издеваться Ковальский. – Мажорище. Угнетаешь нас, нищебродов.       Надо ли говорить ему, что меня напрягают такие шутки..? Нет. Начнёт ещё постоянно этим заёбывать.       – Ты тоже не из бедных.       Стрелки метать не хорошо, но хули он бычит? У самого родители два раза в год ездят в отпуск за бугор, при этом содержат двух пиздюков-раздолбаев. Не думаю, что их нельзя причислить к мажорам, но по Ковальскому видно, что уж кто-кто, а его семья недостатка в деньгах не испытывает. Что насчёт меня, я это ещё и чувствую – свои пакеты Ковальский отдал мне. Так что со всей ответственностью могу заявить: на один вечер это многовато. А даже если и не на один, то всё равно – не кажется мне, что дети из бедных семей могут себе позволить вот так сгонять вечерком в магазин и оставить под косарь, ещё и с таким лицом, будто это хуйня. Выёбывается он тут мне, блять.       – Я из среднестатистической семьи.       Да? Я видел сейчас содержимое твоего кошелька. Не думаю, что дети в среднестатистических семьях могут себе такое позволить. Да и я только что думал о его родаках. Все среднестатистические семьи могут позволить себе летать в Европку дважды в год? Ну-ну, рассказывай.       Внезапно мне вспомнилось, что Ковальский сбывает наркоту. Опять забыл. Хотя об этом так редко упоминают, отчего бы и не забыть? Было бы в целом странно, если бы о таком говорили постоянно. Тема тонкая, да вдруг узнает кто-нибудь, кому об этом знать совсем не обязательно? Не дай бог посадят ещё. Грустно нам тут без него будет. И Ковальский на малолетке тоже вряд ли веселиться будет.       – Не, быть при деньгах – это хорошо, – заулыбавшись, протянул он, и я молча отвернулся. Ага. Можно покупать себе много крутых вещей. Съедобных и не очень.       – Все сразу тебя любить начинают. Зовут на встречи, вписки..       Ну, тут я ничего сказать не могу – ко мне такие вещи мало относятся.       – Скорее бы КФС открыли.. – мечтательно протянул Ковальский, и я тут же повернулся обратно к нему. Что-что?       – Собираются КФС открывать?       Я бы не обращал на это такое внимание, но это же КФС, господи? Я был там, когда мы были в Касселе, и это пища богов. Если его откроют здесь..       – Да. И нам повезло, что это как раз тут рядом будет.       Охуенно. Да, вот когда тут откроют КФС, я начну ценить деньги ещё больше, чем сейчас. Спросить бы, где и когда, хотя бы примерно, но ладно. Не пропущу уж, думаю.       – Будет бо-ольшой торговый центр, – протянул Ковальский после недолгой паузы. – И первый кефас в городе. Наконец-то, блять. А то даже просто сходить некуда толком.       Я покачал головой, не зная, что можно сказать. А чё, люди куда-то ходят? Зачем? Зачем ходить куда-то кроме школы? Ох уж эти люди, блин. Непонятные такие.       – Ты такой общительный, пиздец, – глянув на меня, отметил Ковальский.       – Стараюсь, – хмыкнул я.       – Как тебе наш класс, кстати? – внезапно заинтересовался Илья. – Уже две недели почти прошло.       – Нормально? – хмыкнул я. – Жить можно.       Два года уж точно доучусь, я думаю. Если не возникнут никакие прочие проблемы, да.       – Ну, у нас все спокойные, – задумчиво отметил Ковальский. – Никакого там этого. Буллинга. Издевательств. Мы мирные хорошие ребятки.       Ну да, в классе всё было довольно хорошо. Конечно, иногда начинались довольно неприятные шутки над людьми, но дольше перемены, ну или максимум дня, они не держались. Мне это очень нравилось. Такому тревожному чму, как я, важно, чтобы вокруг всё было хорошо. Если никто не страдает, велика вероятность, что и я не буду. Правда, всё было радужно не на все сто процентов. Кирилл Елисеев, в рот его ебать. Но он не из моего постоянного окружения, так что похуй, как бы. И я всё ещё надеялся, что те эпизоды были единичными. Поугорает надо мной ещё пару раз и отстанет. Мда, сейчас я даже согласен на то, чтобы они с Артёмом посрались, и их конфликт остро обострился. Тогда бы Кирилл отъебался от меня, и всё стало бы хорошо.. Не хотелось бы, конечно, чтобы Артём страдал. Но если ценой тому моё спокойствие.. Я у мамы мразь.       – Татьяна Викторовна вами довольна, наверное.       – Да, – Ковальский усмехнулся. – Мы же зайки.       Когда мы подходили к подъезду Ковальского, я немного даже обрадовался. Ура, мы прошлись без приключений, классно же? Наверное, глупо радоваться из-за такой хуйни, но для меня это было как маленькое достижение. Типа, прошёлся в десять часов и не отхватил по ебалу. Какой молодец. Предки гордятся тобой.       В квартире Ковальский сразу прошёл в зал. Диван здесь был раздвинут и судя по всему – пакетам от еды, мусору, пепельнице на диване, смятому пледу и подушкам, именно эти два квадратных метра были местом обитания Ковальского. Ну да, очевидные следы его присутствия. Интересно, а я где спать буду..? На полу? Или Ковальский раскрепощённый свободный товарищ, и позволит мне поспать с ним на диванчике?       – Чё, чем займёмся? – вытряся всю еду из рюкзака, спросил Ковальский.       – Не знаю. Ты поиграть хотел?       – Да, давай.       – Завтра же вставать рано.       Сам напомнил, сам слился. Люблю себя.       – Ты чё правильный такой? – Ковальский сощурился. – Опоздаем немного, никто не умрёт.       Немного – это на сколько? На два урока? Хотя там алгебра с физикой, так что не страшно. Биология с химией – то да, то хотя бы интересно. Ладно, интересна мне только биология. Может, на четыре урока опоздаем? Случайно. Всё лучше, чем на химии сидеть. Не то чтобы я её не любил, но учитель.. Не хочется ни слушать, ни видеть. Но увы, её уроки обязательны для посещения. Классный руководитель, как-никак. И как полагается учителям всякой бесполезной залупы, она уверена, что химия – самое важное в нашей жизни. "Как минимум, вам придётся помогать своим детям!". У-у, блять. А если у меня не будет детей? А если у тупицы, вроде меня, родится такой же тупенький дурачок, который и не будет поступать на умную специальность? И ему тоже эта химия нахуй не сдастся? М? Ой, короче, ладно. А то разозлюсь сейчас, жарко станет.       Немного прибравшись и устроив место, Ковальский выключил свет в комнате и отправился к столу – включить лампу. Я не сильно понимал, зачем надо было так делать, но спрашивать не стал. Да и похуй мне было – может, Ковальскому нравится, когда такое освещение в комнате? Я как будто любитель сидеть с включенными люстрами. Вот ночники – это охуенно. А такое, "нормальное", освещение – фу. Особенно если там лампочки хуёвые. Даже в комнате находиться не хочется, когда там такой свет горит.       – М-м-м, – напел что-то Ковальский, усаживаясь. – Сейчас побегаем.. Реально, я так рад, что ты у меня появился.       Я посмотрел на него, демонстративно тяжело вздыхая. Вот что он начинает опять?       – Неужели у тебя больше нет играющих друзей? – спросил я. – Вот прямо ни одного?       – Есть, – Илья кивнул. – Но они либо бросают игры, либо у них нет времени. Кто-то играет, но у них слабые компы. Вот так сидеть пиздеть не получится. Так что ты мой первый.       – Ясно, – протянул я. Краем глаза я видел, что Ковальский внимательно следит за мной, но поднимать взгляд я не стал. Что бы у Ковальского там ни было.       – А Артём прямо ненавидит игры, да?       – Чё ты про него заговорил? – нервно усмехнулся Ковальский.       – Вспомнил второе число. А так, может, он бы с тобой играл? Вы же друзья.       Я отлично помнил, как Артём плевался, а потому понимал, и что несу какую-то хуйню. Но вот так. Пытаюсь взаимодействовать с людьми.       – О-о, – затянул Ковальский, посмеиваясь. – Нихуя ты.       – А что, нет?       – Ну, смотря что называть друзьями. Вот мы с тобой друзья? Раз я позвал тебя к себе с ночёвкой.       – А это показатель дружбы? – не понял я. Так-то, конечно, никакими друзьями мы не были. Поиграли пару раз, какие из нас друзья. Ковальский же просто такой человек? Он и незнакомого человека к себе с ночёвкой пригласил бы, мне кажется. В чём проблема?       – Для многих, я думаю, да, – сам как будто неуверенный, сказал Ковальский. – Никто бы не стал звать к себе хуй знает кого?       Я пожал плечами. Вопрос для обсуждения. Ну и что-то подобное мы обсуждали в лагере, помнится. Тоже была тема про друзей и Настоящих Друзей™, мда..       – Ну и, – вздохнув, продолжил Ковальский. – Я не уверен, что Артём бы назвал меня своим другом.       – А.. – я решил, что это идеальный момент. – Что у вас вообще? Ну, вы просто. Как будто очень близки?       Ковальский посмеялся.       – Ну. Я бы назвал себя сталкером. Мне доставляет за ним следить, всё о нём знать. Это больная хуйня, я знаю. Но как же пиздато.       Сейчас я смотрел на Ковальского, а потому видел и его взгляд, и его улыбку. Крипово, не пиздато.       – Ну вообще, он мне нравится, – снова утыкаясь в ноутбук, продолжил Илья. – Выдрать бы его разок, как следует.       Уф..       – Но он не даётся.       Пидорас, реально. Чё, так сложно? Какая проблема вообще? Это особенно смешно, учитывая, что, ну? Он подпускает Ковальского довольно близко. По крайней мере, так можно подумать из-за той ситуации в школе. Когда Илья лёг на него, а Артёму и похуй. Так же не должно быть? Или Ковальскому можно? Он на каком-то особенном положении. Не-друг, но которому можно такое вытворять.       – А это так существенно?       Пошёл бы и взял. Не то чтобы я хотел, чтобы Артёма изнасиловали. Но просто интересно узнать точку зрения Ковальского.       – Я мразь, конечно, ещё та, но до изнасилований скатываться не буду.       – Ясно, – вздохнул я. – А Артём с Ритой встречаются?       Надеюсь, мой интерес не будет выглядеть подозрительно или как-то не так. Но я просто должен узнать, что здесь происходит.       – Откуда ты знаешь? – нахмурился Ковальский. – В смысле.. Сейчас они не встречаются, но.. У них так.       Как – так, блять? Что ещё за "так"? Они встречаются, но просто Ковальский не хочет говорить об этом, потому что ему неприятно? Или нихуя у них нет, они просто.. Как бы по инерции продолжают общаться как пара? Я всякие вещи слышал о том, как люди расстаются и отношения ведут, так что уже даже не удивлюсь, если там что-то дикое. Давай рассказывай, блять.       – Мы летом общались немного, – я решил вбросить немного подробностей. – Он там чёто вздыхал по ней? А сейчас они сошлись, в итоге?       – А чё вздыхал? – Ковальский продолжал следить за игрой, но по его голосу было отлично слышно, что ему стало интересно. Ну да, сталкер же.       – Ну, сначала он говорил о своей бывшей. Последней, типа. Что нахуй ему отношения сейчас не нужны из-за неё, но если бы первая его бывшая предложила ему что-то, он бы согласился.       Ковальский вскинул брови, не то удивлённый, не то разочарованный.       – Мда, блять.       – И тебе вообще нормально, что они, ну. У тебя на глазах, и всё такое.       Позволим старшему коллеге по цеху, и более опытному, поделиться мнением. Может, даст пару советов, как спокойно переносить это.       – Да поебать, – Ковальский усмехнулся. – Ты думаешь, я мало видел? Артём, вообще-то, очень популярен у девушек.       Да..? Хотя стоило догадаться. Как будто в лагере было незаметно, сколько Артём может получать внимания.       – Постоянно, – Ковальский решил добавить, – на всех тусовках, какая-нибудь точно будет к нему клеиться или искать возможность прибиться поближе. Не говоря уже о том, сколько он их переебал, считай, при мне.       О..       – Фу, – всё-таки не сдержался я.       – Да, – протянул Ковальский, но больше поддерживая разговор, не мои эмоции. – Так что мне похуй, с кем он там жмётся по углам и кого ебёт в соседней комнате. Я же тоже могу получать от него приколы.       Я снова посмотрел на Ковальского, который сидел с довольной улыбкой.       – Это.. Что?       – Ну, он иногда ночует у меня. Я могу спать рядом с ним.       Звучало довольно безобидно, но я сказал себе не расслабляться. Не может быть всё так просто. Наверняка была и какая-нибудь хуйня. Типа отсоса или взаимной дрочки.. Вписки, они же такие. Вы напиваетесь, как мрази, и кто чё потом вспомнит. Мне кажется, Ковальский мог бы воспользоваться состоянием другого человека. Это же под категорию изнасилования не попадает, так? Ведь технически, согласие было. Возможно, тот человек даже сам инициативу проявил. Ну так и что? Давайте сюда самую мерзость. Хочу не спать всю ночь и охуевать от того, какие люди отвратительные.       – Ну и моя гордость, – наконец, продолжил Ковальский. – Как-то мы напились, он уснул. А я чёто так возбудился. Ну и потёрся об него, – Ковальский смущённо хихикнул. – Между его бедром и трусами. И кончил ему на бок..       Это он мерзко пропыхтел, но я уже и не мог реагировать. Возможно, мне было бы хуже, если бы я не слышал про это ранее. Но Артём же рассказывал..? По крайней мере, где-то на задворках моей памяти было что-то подобное. Ещё что-то про то, как Ковальский ночевал у него, и они спали в одной кровати, а на утро оба получили по ебальникам от отца Артёма. Крутые истории, так сказать.       – А ты типа.. – вдруг начал Ковальский. – Би? Или что.       – Я типа никто, – сразу обозначил я. – Фригидный лох.       Пусть не волнуется. Я ему не соперник и так.       – О, в асексуальной братии прибыло, – Ковальский посмеялся, но тут же посерьёзнел. – А чё ты так жестоко с собой?       – Выражаюсь понятным для всех языком.       – Со мной ты можешь быть откровенным, – Ковальский грустно посмотрел на меня. – Я всё знаю и понимаю.       – Спасибо, – фыркнул я. – А почему ты спрашиваешь?       – Просто я тебе рассказываю, как занимался всякой хуйнёй с парнем, а тебе похуй. То есть, ты не гомофоб. А раз ты не из этих, твой интерес к Артёму и нашим отношениям смотрится странно. Он тебе нравится?       Как быстро меня раскусили. Хотя ладно, Ковальский только подозревает. Да и то, наверное, только потому, что параноит. Просто мы говорили об их отношениях, ревности, то есть, мысли в голове ещё свежие. Тема закреплена, так сказать. И тут он начинает думать, а почему я интересуюсь. И на фоне предыдущей темы рождаются вот такие мысли. Так, я уверен, я ещё нигде не спалился. Где бы успел, ну хули.       – Нет, – успокоил его я. – Это, скорее, научный интерес.       – Мамкин натуралист, – проговорил Ковальский. – Или кто там этим должен заниматься?       – Ну да, похоже, что натуралы занимаются чем-то таким.       Ковальский кряхнул, посмеиваясь, и с одобрением посмотрел на меня. Ура, я смешно пошутил? Рассмешил Илью. Это важно, наверное? Ну и то, что он теперь знает, что я ему не соперник даже в теории. Мне просто не надо. Всё, не волнуйся, не покушаюсь я на твоего мальчика. У меня и так уже недоброжелатели есть, ещё один мне нахуй не нужен.

******

      – Ой, ладно, – зевая, протянул Ковальский. – Пойду тоже зубы почищу.       – Ага, – протянул я, уже никакой. Дико хотелось спать, а цифра "5" на часах просто пугала. Ебать мы засиделись, конечно.       Свой телефон Ковальский оставил на диване, и я, случайно посмотрев туда, заметил, что там открыт диалог с кем-то. Это на него Ковальский тут отвлекался? А экран чё не погасил? Так мне доверяет?       Завалившись на диван, я как бы ненароком оказался рядом с телефоном. Ну и что тут у нас?       Вверху экрана значилось имя "Кирилл Елисеев", и не буду скрывать, я охуел. Они с Ковальским общаются? Судя по тому, как Ковальский отвлекался на диалог с ним (если, конечно, это был именно Кирилл), надо полагать, они ещё и друзья. Ну, раз Ковальский так спешно ему отвечал, и сразу. Как интересно..       Пришлось отмотать немного вверх, чтобы было понятно, о чём вообще речь. Слава богу, Кирилл уже давно был не в сети, и не было угрозы, что он ответит Ковальскому, и я случайно прочитаю его сообщения и спалюсь тем самым. Хотя Ковальский сам же оставил его диалог открытым..? Что может пойти не так.

________________ Кирилл Елисеев, был в сети в 1:44

Ну ты же не приходишь ко мне(

А брат ещё называется

Так ты сука и не зовёшь блять?? Позвал бы – я бы пришёл

Да нахуй ты мне уже не нужен

Ко мне Арсений пришёл

Это который новый хуй в вашем классе?

Да С татухами такой

М Ну я всё ещё могу прийти Если Арсений не против

Да не, уже поздно Мы скоро спать ляжем)

________________

      Ковальский у нас прямо на расхват. Все хотят к нему прийти, побыть с ним. Даже сам Кирилл Елисеев.