Skin

23.03.2014, Воскресенье

      – Мне нельзя.       Кирилл прижал бутылку пива к себе, состроив обиженное ебало.       – Из-за пирсинга? – покривлявшись ещё немного, спросил он.       – Да. Нет, – тут же поспешил обозначить я, – я буду, но немного.       – Бля, как я вас обожаю, – Кирилл устало вздохнул. – Мне нельзя. Буду, но немного.       – Ты это всё себе взял? – уточнил я. Просто хотелось прояснить, куда и кому Кирилл всё это набрал.       – Блять, да постоит в холодильнике? – запсиховал он, уже направляясь к кассам. – Ничего с ним не случится. Не ты выпьешь, так я потом.       – Ну смотри, – хмыкнул я, топая за ним.       Пока мы стояли в очереди, Кирилл задумчиво молчал, и в некоторый момент всё-таки схватил с полочки тут пачку презервативов и кинул к пиву. Над этим думал всё это время, или так? Вовремя замкнуло в башке?       Я так и залип на этой пачке, всё раздумывая. Должен ли я устроить истерику или какое-нибудь цирковое представление? Как во всех тех историях из интернета, ни разу не выдуманных (а, может, и правда не выдуманных). Где два друга пришли в аптеку, один решил взять презервативы и второй давай выёбываться, будто ему такие не нравятся, или чёто такое.. Я видел подобное относительно недавно, но по простой причине, что это была полная хуйня, предпочёл забыть это. Но лёгкий след остался. Ну так что? Закатываем скандал? Или мы нормальные люди?

******

      Каким бы убогим чмошником я не был, с Кириллом мы редко сидели молча – всегда получалось найти какую-нибудь хуйню для обсуждения. Здесь, да, любовь Кирилла к пиздежу и способность делать это в любой ситуации приходилась очень кстати. Ну и логично, когда Кирилл затыкался и сидел молча, быстро становилось понятно, что что-то не так. Это вот как я видел советы по отношениям, где писали, что когда девушка перестаёт истерить, разговаривать с тобой, надо не расслабляться и радоваться тишине, а наоборот напрягаться – потому что всё, пиздец. Женщина к добру не молчит. Вот так же было и сейчас. Кирилл к добру не молчит.       Но хотя бы я узнавал это выражение лица. Так же Кирилл смотрел на меня когда в тот раз, когда мы пили пиво и делалось это, чтобы мне было легче рассказать про проблемы в семье. Сейчас же Кирилл..? Как будто решил ещё раз попытаться вытянуть из меня информацию тем же способом. Только вот он не учёл, что я не буду много пить, и не опьянею достаточно сильно. Впрочем, как будто я тогда был.. И как будто надо полагать, что делается это для самого Кирилла? Чтобы ему самому было легче? Хм.. Чё ему надо опять.       – Что-то случилось? – решил сам начать я. А то вдруг Кирилл не знает, как начать? Я ему помогу.       Но он только тяжело засопел. Как будто всё ещё не был уверен, стоит ли говорить, или не знал, как же всё-таки начать? Но вообще, забавно. В кои-то веки я у него спрашиваю "Что случилось?", а не он меня вытаскивает из депрессии и моих проблемок.       Ещё немного подумав, Кирилл наконец выдал:       – Зачем мы встречаемся?       Я вскинул брови, немного даже испугавшись. А чё..? Господи, блять. Вот уж правда, Кирилл к добру не молчит.       – Что, опять, – попытался слиться я. – Мы уже говорили, если не ошибаюсь. И уже даже не раз?       – Целых два, – хмыкнул Кирилл. – Постоянно об этом говорим. Но я просто жду, когда ты устанешь врать.       – Чё, блять? – прошипел я. – Хорошо, ладно. Зачем мы встречаемся? Ты хотел попробовать с парнем.       Может, Кирилл просто забывает каждый раз? Ну тогда пусть запишет себе куда-нибудь и каждый день перечитывает. Заебал.       – С моей стороны, да, – он кивнул. – А с твоей?       – А мне было стыдно в шестнадцать лет быть девственником и не иметь опыта в отношениях.       Чё вообще за хуйня? Реально же уже на третий раз проговариваем. Хотя Кирилл сказал – "я жду, когда ты устанешь врать". То есть, мой ответ его по каким-то причинам не устраивает, и он хочет добиться истины. Какой-то. Непонятно, существует ли она вообще, но Кирилл твёрдо намерен её выяснить.       – Ты в это не веришь?       Показалось, что стоит разбираться отсюда. Просто смысл с ним разговаривать вообще, если мне банально не верят?       – То есть, – начал Кирилл, – ты со мной встречаешься.. Хотя, наверное, я должен считать, что ты побоялся отказывать мне.       – Почему.. Господи, блять, – прорычал я, уже не выдерживая. – Как будто я ссыкло какое-то.       – Ну, то есть, это не так?       – Нет, блять?       – А зачем тогда? – продолжал Кирилл. – Ты меня не любишь.       Не жалеешь. Разве я немного не красив..? Есенина недавно на литературе проходили, да. Жду когда будем Маяковского проходить, и я Кирилла нахуй пошлю, с его заёбами непонятными.       – Не.. Блять, – видимо, ничего не придумав, Кирилл психанул, – что ещё там может быть.       – Чё ты вообще хочешь услышать?       – Я хочу понять, должен я переживать или нет.       – А чё тебе переживать? – я уже начинал понемногу психовать. – Типа? Я кто? Эти отношения же так, нет?       Можно было бы понять его тяжёлые нравственные страдания, если бы Кирилл рассчитывал на что-то серьёзное со мной, а я, мразь такая, не давал бы внятного ответа – а что я думаю о нашем будущем?       – И что вообще за хуйня, – заметил я. – Встречаться можно только по любви?       Кириллу самому не смешно? Чё мы тогда тут делаем? И с обоих сторон.       – Ну как бы да, – Кирилл как будто неохотно признавал это. – Но.. Бля, мне некомфортно. Чуть-чуть.       О, ну наконец-то. То есть, вся проблема в его ощущении? Но интересно, почему какие-то проблемы у него, а ебут мозги мне? Ещё и пиздаболом называют. "Когда ты устанешь врать", блять. Я-то с самого начала был честен. Никому не врал и ничего плохого не делал.       – Я могу сказать "Не волнуйся, все нормально"?       Но ругаться мне не хотелось. Как бы, сколько меня терпел Кирилл в подобных ситуациях? То на меня паничка нападёт, то я перебешусь с какой-нибудь хуйни. Он всегда воспринимал это спокойно. Я тоже могу проявить хотя бы немного терпения к нему. Другое дело, что его сейчас надо успокоить, а не просто выслушать, а я в этом просто ужасен..       – Нет, не можешь, – запсиховал Кирилл. – Нахуй мне общие отговорки?       – А что ты хочешь услышать?       Ну вот опять же, да? Версия, которую я озвучиваю, кажется ему ложью, он ей не верит. Раз ему уже дважды, блять, проговорили, а он всё ждёт, когда я устану врать. Дайте угадаю, у него есть своё виденье ситуации, с которой мои слова не совпадают, вот он и бесится? Но не легче тогда будет рассказать мне про него, чтобы я знал, с чем работать? Хотя Кирилл озвучил только что. Я боюсь, у-у. То есть, я должен каким-то образом доказать ему, что ничё я не боюсь, и я тут по другим причинам. Чё, пиздануть ему всё-таки, может, разок?       – Я не знаю, – вздохнул Кирилл, сам, похоже, расстроенный. – Что ты можешь мне сказать на это? А то всё тебе расскажи, блять.       – Ещё бы была чётко озвучена проблема, – хмыкнул я. – Ты мне не веришь, что я тут потому, что хотел попробовать отношения?       – Ну.. – Кирилл поморщился. – Просто, если честно, это звучит, как какая-то хуйня.       – И какой смысл что-то тебе говорить, если ты меня не воспринимаешь?       – Блять, – Кирилл болезненно схватился за голову, – ты понимаешь, что я тебя как человека уважаю? И я пытаюсь рационализировать твоё поведение.       – Нахуя тебе его рационализировать.       И как ты вообще, прости, господи, это выговорил сейчас? И как это выговорил я..       – Мы же обговаривали в самом начале, – медленно проговорил я. А то Кирилл как будто начал пьянеть, и это становилось опасным.       – Ты хотел попробовать с парнем, я хорошо попался под руку. Я хотел получить опыт в отношениях, ты попался под руку. Всё.       – Это не рационализация, Арсений.. – устало простонал Кирилл, закрывая лицо руками.       И я очень хотел узнать, что же тогда в его понимании эта загадочная рационализация из себя представляет. Ведь по логике, это именно что причина, почему я тут? Что мы обсуждали уже, по-моему, даже не раз. И вроде как, пришли к выводу, устраивающему обоих. Чё вдруг опять началось – я искренне не понимал. И надеялся, что Кирилл скоро успокоится.       – Если уж говорить об уважении, можно тогда слушать меня и верить? А не рационализировать моё поведение, блять.       Кирилл тяжело вздохнул, виновато рассматривая что-то на покрывале. И как бы мне не хотелось сейчас заниматься какой-то хуйнёй..       – Ты же.. В какой-то мере, возможно, переживаешь из-за того, что я холодно себя веду?       – Да..? – Кирилл растерянно пожал плечами. – Не то чтобы это существенно меня ебало. Ты не самый худший партнёр, что у меня был.       – В чём тогда проблема? В сексе?       Но я правда растерялся. Мне казалось, это мой главный минус? Ну, либо поведение, либо секс, – одно из двух. Если не сразу оба..       – Да, вроде, тоже уже похуй. Ты же меня терпишь..       Ага. Ну вот мы, вроде, и разобрались.       – И ты из-за этого психуешь? Что я тебя терплю в ущерб себе?       Кирилл глянул на меня, всё ещё какой-то грустный, но уже как будто и агрессивный. Так его мои слова смутили? Но подождите, я же не говорил, что это правда так.       – Это вот эта тема? Когда "Ой, да похуй уже", но на самом деле ничего не похуй?       – Ну или я хотел бы думать, что мне похуй, но всё равно это нервирует. Меня как бы прикалывает жертвенность, – вдруг Кирилл приободрился. – Но.. Нахуй это тебе?       – Третий раз сказать? Только за сегодня, – выделил я. – Я не понимаю, в чём проблема. Почему я не могу встречаться с тобой потому что хотел этого?       – Ты? – Кирилл усмехнулся. – Хотел?       – Блять, – выругался я. – Что ты хочешь услышать на это? Что у меня какие-то тайные мотивы? Что я боюсь? Какого хера я вообще должен переубеждать тебя, если ты уже поверил в какую-то там свою хуйню? Могу подтвердить её на отъебись. Такое тебя устроит?       Кирилл, похоже, сам уже растерялся и забыл, что хотел сказать мне, или услышать, так что я решил немного поделиться наболевшим. Как раз недавно интернет заботливо подкинул мне пищу для размышлений.       – Я просто недавно читал одно обсуждение. И прямо несколько человек, не один, и даже не два, рассказывали, что перед свадьбой их партнёр решил сознаться, что никогда их не любил. А выбрал их, потому что как бы сел в последний вагон, решил потерпеть, потому что норм вариант, другого я вряд ли найду. И у всех прям так жопу рвало с этого, аж до развода доходило.       – Ну, это обидно, наверное, – Кирилл только пожал плечами. – Но как по мне? Тебя выбрали осознанно. Не потому что челу голову снесло от любви и гормончиков, а с полной ответственностью и знанием дела.       Та-ак..? Бля, но как неожиданно он пришёл к такому выводу? А я даже не к этому начинал. Вот, может же быть умным, когда хочет?       – Как будто такие отношения имеют больше шансов на успех?       – Да там чел какой-то писал. Пизданутый, – я подвигал рукой у виска. – "Я достоин большего".       Кирилл хохотнул, и я испытал даже некоторое облегчение с того, что он развеселился. Слава богу, мы пошли на поправку.       – Ну посмотрим, кого он найдёт, – фыркнул Кирилл, после чего смачно отпил. – Меня просто смешат такие. "Я достойна лучшего". Милая моя. Я был лучшим.       Я не хотел разбирать, кто был лучшим, и в какой конкретной ситуации (просто звучало так, будто у Кирилла был некий болезненный опыт, м-м), но слова Кирилла мне в целом были близки. Потому что ну вот предположим. Человек вступает в отношения с другим, как Кирилл сказал, осознанно. Не потому что любовь или что-то там ещё, а потому что этот человек головой решил: да, вот с ним я хочу быть. Раз уж до свадьбы дело дошло, да? Почему обязательно надо требовать любви? Как бы, это ли не хуже? Потому что она пройдёт, и чё дальше вы будете делать? Терпеть друг друга через силу? Или надеяться, что пока вы любите, вы достаточно сильно привяжетесь друг к другу, и потом не захотите разбегаться? Ой, не знаю. Понятно, что от ситуации к ситуации, и никогда по жизни нельзя ожидать чего-то конкретного. Потому что в любом случае далеко не факт, что из события А будет непременно следовать событие Б. Но как будто иногда риски снижаются. И в данном случае, если человек выбрал тебя головой, то и сиди, блять, радуйся? А не обидки кидай, и сопельки потом размазывай. Я достоин лучшего. Ну-ну. Иди ищи, долбоёб.       – Тут вопрос заёбов другого человека, – подумав немного, продолжил Кирилл. – Так если подумать, нахуя эти люди им про это рассказывали? Молчали бы дальше, и было бы всё хорошо.       – Захотелось честности.       И пусть даже не говорит, что не понимает этого.       – Ну тогда тоже пусть потом не ноют, что как же так.       – Ну, нытья от этих людей я не видел. Только от второй половины.       – Блять, это как.. Нормально мы отвлеклись? – вдруг заметил Кирилл. – Но ладно. Это как те люди, которые влюбляются в друзей, и без уверенности в том, что на их чувства ответят взаимностью, признаются. Вы долбоёбы?       Я смотрел на него, требуя пояснить. Проблемы я просто не понимал.       – Типа, если тебе нравится твой друг, признаваться ты должен в двух вариантах: если тебе не жаль оборвать ваши отношения. Что более вероятно произойдёт, если ты признаешься и тебя отвергнут. Либо если ты уверен, что твой друг согласится, и это будет искреннее согласие, а не из вежливости.       Хм.. Как интересно. Какие, оказывается, забавные проблемки у нормальных людей есть.       – А то вот недавно мне подруга жаловалась, – Кирилл закатил глаза. – Она давно была влюблена в свою подружку, и вот, додумалась ей признаться. Я ей говорю, ты ебанутая? Нахуй ты лезешь? Ну та согласилась, вроде бы, всё нормально. Но с условием, что дальше поцелуев они не заходят.       Кирилл подвигал указательным пальцем, и я склонил голову. А чё, так можно, что ли..? Ну, хотя, наверное, такие условия можно ставить только если тебя очень-очень любят, ну или человек такой, что позволяет себе такие условия ставить. Просто вот нас хотя бы взять, да? Скажи я Кириллу, что никаких вот этих твоих, только поцелуи. Да меня бы нахуй послали в ту же секунду. Нахуй ему воздерживаться, если он в любой момент может хоть десять девушек за раз держать, которые готовы на всё будут? Ну, это условно..       – Ладно, Рина была готова потерпеть. Проходит энное время, её подруга просит разрешить ей спать с мальчиками, потому что ну вот хочется как бы же?       И я уже хотел возмутиться – а нахуй тогда соглашаться на отношения с девушкой, если ты вот такая? Но вовремя вспомнил. Они подруги. И, видимо, поэтому Кирилл говорил про 'искреннее согласие'. Потому что вот случай, когда девушка, похоже, согласилась, чтобы не обидеть подругу? Но в итоге и отношения не получились, и дружба пошла по пизде. Кто в плюсе в итоге? А вот если бы молчала с самого начала..       – Поэтому золотое правило, – Кирилл поморщился, сдавленно рыгая. – Если ничего не жмёт, то сиди молча. Не должно быть сложно.       Специально выдержав некоторую паузу, я спросил:       – Сильно жмёт?       – Нет.       Я двинул бровями. Будем надеяться, Кирилл намёк понял. Не дурак, вроде бы.

******

      Вообще, когда Кирилл сильно напивался, это обычно значило, что никакого продолжения у вечера не будет. Меня максимум чмокнут в лобик, скажут "Спокойной ночи" и через секунду уже отрубятся. Да, что ни говори, та особенность Кирилла – что при опьянении он становится сонным, а не агрессивным, – имела свои плюсы. С другой стороны, когда ко мне садились слишком близко – вот как сейчас например, – означало прямо иное. Что ко мне есть интерес и скоро ему найдут выход. А я очень не любил состояние неопределённости..       Вдруг Кирилл всё же потянулся ко мне, и я уже немного даже обрадовался.       Как вдруг его пробило на икоту.       – Сука, – сам, похоже, раздосадованный таким событием, выругался он. – Самое неприятное в алкоголе. И почему это возникает..       И хотя это был риторический вопрос..       – Диафрагмальный нерв раздражается..       – Блять, – икнул Кирилл. – Вот так зовёшь к себе чела. Я даже не конкретно про нас говорю сейчас. Думаешь: "О, буду крутым, всё пройдёт, как надо". И тут твой диафрагмальный нерв такой типа. И ты, как тринадцатилетка после глотка пива. Ик, – намерено громко и противно икнул Кирилл. – Пизда. Прости.       – Да ладно, – хмыкнул я. – Естественная физиология. Такого не стесняются.       – Блять, вот.. Как хорошо быть с умными людьми. Ну, которые именно в таком что-то смыслят.       – Кто-то когда-то ненавидел кого-то за икоту?       Максимально тупая хуйня. Ладно ещё, когда намеренно что-то портят, но это?       – Ну знаешь.. – загадочно протянул Кирилл. – Типа, романтический момент похерен.       – Но ты-то тут причём?       Хотя он мог бы и не пить, но как будто икота только из-за алкашки возникает. Короче, максимально тупой доёб. Но не удивлюсь, если Кирилла когда-нибудь реально отчитывали за подобное. При всём уважении к его бывшим, но просто в мире очень много тупых людей. Ничего с этим не сделаешь.       – Господи, – после небольшой паузы болезненно пропыхтел Кирилл. – Я хотел тебя поцеловать. Но не могу же я, когда икаю?       Судя по всему – что по поведению, что по херне, которую он нёс, – Кириллу уже было очень плохо, и пора бы ему ложиться спать. Но ладно, не смеем заставлять.       – Как только, так сразу же, – как будто успокоил меня Кирилл. Я же так хотел, блять.. Хотя я бы правда не отказался. Немного побалдеть? И хоть что-то приятное сегодня за вечер было бы. А то мозги выебали. Пить толком нельзя было. Нахуй приходил вообще? Лучше бы дома поспал, спокойнее бы было.       В ожидании Кирилл улёгся на меня, и я сразу подумал, что он сейчас так и уснёт, и никто ничего не дождётся. Впрочем, и такой вариант меня вполне устраивал. Я сегодня был неприхотливым. Лишь бы Кириллу было комфортно и прикольно. Предполагалось, он не просто так так напился. Значит, что-то смущало. Не то чтобы я хотел его оправдывать. Но хотя бы поиграемся в понимание и вот это всё.       Когда Кирилл вдруг перестал вздрагивать, я осторожно приобнял его.       – Ты спишь?       – Нет, – довольно бодро отозвался Кирилл.       – Ты больше не икаешь.       – Следишь за мной? – хихикнул он, и я кивнул.       – Конечно. Чтобы ты не оказался воздуханом.       Кирилл слабо посмеялся, аж стукнувшись об меня лбом, но в конце концов всё-таки перетянулся сюда и поцеловал меня. Я с готовностью ответил, и по некоторой привычке даже потянулся к футболке Кирилла – чтобы снять её. Но слава богу, вовремя одумался. Мы же пока ничего не планируем? И если пока Кирилл ничего не инициирует, то и я не буду.       Отстранившись, Кирилл внимательно оглядел меня.       – Ты хочешь?       Я не хотел. Но не говорить же прямо..?       – Я могу, но.. Так не очень.       Эх, блять. Вот только сегодня как будто был намёк, что Кирилла не устраивает моя низкая активность. Хотя прямо он ничего подобного не заявлял, но наверняка же его это бесит? И вот опять я это делаю. Но как бы простите и меня..? Почему я должен насиловаться. Ещё больше, мда.       – Ну и похуй тогда, – хмыкнул Кирилл и, обмякнув, свалился на меня. Я растерялся, а потому обнял его с небольшой задержкой. Спать так – чтобы Кирилл лежал на мне, – было не то чтобы удобно, но ладно. В любом случае можно подождать, пока он уснёт, и аккуратно перевернуться хотя бы на бок.