Часть 1
13 октября 2018 г., 21:14
Легкий ветерок, задорно поигрывал с колокольчиками, висящими над дверями библиотеки в Гу Су Лань. Умиротворяющий звук, доносившийся до ушей, успокаивал бередящее болью сердце молодого мужчины, который, прикрыв глаза, старался думать о чем угодно, кроме испытываемой жалостливой тоски. Сжимая губы в тонкую линию, Лань Ван Цзи кончиками пальцев оглаживал корешок читаемой книги. Написанное на старинных листах не шло в голову, как бы читающий не старался запомнить слова. Все иероглифы сливались в непонятную сумятицу, безумно раздражая. Но ни один мускул не дрогнул на лице Второго Нефрита ордена Гу Су Лань. Лишь по неглубокой хмурой черточке, появившейся меж тонких бровей, становилось ясно, что сильные чувства разрывали сдержанного человека изнутри.
Би Чэнь, покоившийся на своей подставке, ловил лучи солнца. Казалось бы, стоило радоваться погожим денькам, наступившим столь неожиданно, но Лань Ван Цзи не помнил, когда в последний раз наслаждался чем-либо. Перестал с тех самых пор, как… С каких?
- Эй, Лань Чжань! Лань Чжань, послушай!.. – донесся, словно издалека, чей-то громкий и счастливый голос, знакомыми нотками врываясь в подсознание, заставляя мужчину в белых одеяниях вздрогнуть, порывисто обернувшись в сторону дверей.
Голос, путающийся в звоне колокольчиков, исчез, так и не определив собой явление его обладателя. Лань Ван Цзи без всяких подсказок мог до скребущей на сердце нотки вспомнить, кому принадлежал тот голос. Один единственный на свете человек произносил его имя каким-то особенным тоном, полным веселого подтрунивания и нежности одновременно. По крайней мере, так казалось Лань Ван Цзи, который, сколько бы ни минуло лет, никогда бы не смог забыть того, кто всегда выводил его из себя, но кто с легкостью смог пробраться через щиты обороны, порождая в душе некое новое чувство. Чувство, которое Лань Ван Цзи осознал лишь тогда, когда уже было поздно.
Тонкие пальцы снова скользнули по пергаменту, когда мужчина отвел взгляд от дверей заново отстроенной много лет назад библиотеки. Столь много лет минуло с тех пор, что ни сосчитать. И ни один день не прошел без воспоминаний. Молодой господин Лань всегда, когда ему становилось невыносимо терпеть разлуку, возвращался в это место, отстроенное с точностью до миллиметра. Это место, пусть и новое, будто хранило в себе частичку тех давних лет, молодых и беззаботных годов. Лань Ван Цзи погружался в свои воспоминания, выуживая любые мелочи, связанные с тем, кто умер столь давно, оставив его с разбитым сердцем. Когда Второй Господин Лань уединялся в библиотеке, никто не тревожил его, даже старший брат, отлично понимающий, что происходит с Ван Цзи. Тот, пусть и не показывал никому своей боли, очень сильно страдал, скучал, и так невыносимо тосковал.
- Лань Чжань! Ну же, Гэгэ, посмотри на меня! – звучные колокольчики встрепенулись на ветру, звонко теребя болезненные шрамы. – Неужели ты никогда не читал подобные книжки?
Лань Ван Цзи чуть опустил голову, улыбнувшись едва заметно краешками губ. Мужчина старался не вспоминать плохие моменты, пришедшие вместе с ненавистным кланом Ци Шань Вэнь, разделившим жизнь всех заклинателей на «до» и «после». Вспоминать дни, наполненные беспокойством, переживаниями и отчаянием Лань Ван Цзи не хотелось, однако он прекрасно помнил, что в те темные времена тот, кто стал любим, был главной фигурой разворачивающихся действий. Все закончилось трагедией, принесшей смерть и мучения.
Мужчина плавно закрыл книгу, ставя ее на место. Запустив ладонь в одежды, Ван Цзи достал на свет знакомый до боли сферический предмет, являющийся атрибутом одежды и одновременно указателем того, что его обладатель когда-то был членом клана Юнь Мэн Цзян. Вещь, сохраненная и бережно хранимая, совсем не поблекла со временем.
- А меня зовут Вэй У Сянь, молодой господин Лань Чжань! – заливистый смех, вновь донесшийся с ветром, потерялся вдалеке.
- Я помню, как тебя зовут, Вэй Ин, - тихо прошептал Лань Ван Цзи.
Когда-то он боялся, что забудет голос смешливого паренька, вечно достающего его, но нет – память остро хранила драгоценные частички воспоминаний, вытаскивая наружу в нужные моменты ностальгии. Порой Лань Ван Цзи, садясь играть на гуцине, вспоминал ту самую мелодию, которую напевал Вэй У Сяню после сражения с Черепахой в пещере. Незатейливые ноты словно оживляли образ Вэй Ина, предавая ему осмысленную форму. Ох, сколько же раз Лань Ван Цзи пытался достучаться при помощи заклинаний и игры на гуцине до души Вэй У Сяня. Порой мужчина до крови стирал подушечки пальцев, но так и не удостаивался ответа. Полнейшая тишина и недоступность чужой души пугала. Лань Ван Цзи отчаялся когда-либо встретиться с тем, кто столь бессовестно украл его сердце. Погибнув, Вэй У Сянь забрал с собой часть души Лань Ван Цзи, и тот безмерно скучал по возлюбленному.
Лань Ван Цзи о многом жалел, но самые сильные чувства утраты он связывал с Вэй У Сянем. Если бы он раньше осознал свои чувства, если бы понял, что влюблен, то, возможно, что-то сложилось бы по-другому. Лань Ван Цзи не смел мечтать о взаимном отношении к себе, но если бы выдалась возможность… Он бы крепко обнял Вэй Ина, прижал к себе, чтобы тот долго-долго вслушивался в ритм их бьющихся сердец, а потом Лань Ван Цзи коснулся бы губами его губ, собирая крошки чужого дыхания. Поначалу подобные желания, охватывающие благородного человека, движущегося по пути чести и благопристойности, пугали не на шутку. Лань Ван Цзи считал, что с ним что-то не так, раз уж его начал привлекать мужчина, но со своими сильными чувствами Второй Нефрит ордена Гу Су Лань ничего не мог поделать, как бы ни пытался первое время отмахнуться от них.
Мужчина задумчиво повертев в руках вещь, когда-то принадлежащую Вэй У Сяню, снова спрятал ее в складках одежды.
Лань Ван Цзи все еще надеялся, что когда-нибудь они встретятся с Вэй Ином: пусть и не в этой жизни, но в следующей точно, когда многие предрассудки станут прахом, позволяя им быть вместе.
***
Лань Ван Цзи медленно открыл глаза. На его бедра кто-то нагло закинул свои конечности. Тяжесть, пусть и непривычная, вовсе не смущала. Повернув голову чуть в бок, мужчина обнаружил рядом с собой сопящего Вэй Ина: непривычного, в новом теле, но такого родного, ставшего самой великолепной драгоценностью, о которой можно только мечтать. Боги сжалились над Лань Ван Цзи, вернув ему его возлюбленного, и теперь каждый день был наполнен самыми счастливыми часами, которые мужчина проводил с Вэй Ином, странствуя по всему белому свету. Приподнявшись на локтях, Лань Ван Цзи взглянул в сторону створок прикрытого окна. На улице едва-едва забрезжил рассвет. Вставать рано в пять утра стало привычкой, а вот Вэй У Сянь мог спать до победного, пока его не растолкают. Слабо незаметно улыбнувшись, Лань Ван Цзи перевел взгляд на спящего, отмечая, как мило и забавно одновременно смотрится Вэй Ин. Второй Нефрит не стал с себя скидывать чужие ноги, с интересом наблюдая, как молодой человек, имеющий наглость подобным образом себя вести, сладко причмокивает во сне, обняв подушку. Протянув руку, Лань Ван Цзи заботливо убрал прядку волос, упавшую на лоб Вэй У Сяня. Тот нахмурился, что-то буркнул себе под нос и снова причмокнул губами. Лань Ван Цзи, не выдержав, фыркнул. Вэй У Сянь, находясь в чужом теле, оставался Вэй У Сянем: мимика, жесты, забавный и искристый смех, - все осталось прежним. И прославленный член ордена Гу Су Лань с наслаждением впитывал родные сердцу характерные черты Вэй Иня. - Лань… Чжань… - проворчал сквозь сон Вэй Ин, продолжая хмурить брови. Лань Ван Цзи замер, прислушиваясь. Он замер на месте, словно перестал дышать, ожидая, продолжится ли полусонная речь лежащего рядом человека. Вэй Ин не заставил себя ждать. - Гэгэ, прости… Я… Лань Чжань… - и снова выражение муки, великих страданий и сожалений на лице. Не выдержав, Лань Ван Цзи снова протянул руку к Вэй У Сяню, мягким, почти неощутимым прикосновением, проведя по тонким бровям, словно мечтая стереть появившуюся между ними хмурую складочку. После пальцы мужчины прошлись по правой скуле, скользнув ниже к подбородку. Лань Ван Цзи задержал дыхание, упрямо разглядывая губы Вэй У Сяня. Не его прежнего тела, но нынешние, такие манящие испытать, наконец, насколько они могут быть податливыми. Лань Ван Цзи сглотнул, плотно сжав челюсть. Не стоило поддаваться низменным плотским утехам. Пальцы на подбородке Вэй У Сяня дрогнули. Он ведь не проснется, ведь так? Лань Ван Цзи склонился над спящим, съехав чуть ниже на простыне, аккуратно двигаясь, чтобы не смахнуть с себя конечности наглеца. Ласково обведя взглядом овал лица Вэй Ина, мужчина приблизился к нему, стараясь не дышать лишний раз. Губы обдало чужое дыхание, вызвав толпу мурашек по спине. Лань Ван Цзи никогда прежде не был так близок к другому человеку: он видел каждую ресничку, отбрасывающую тень на щеки Вэй Иня, каждую черточку. Не выдержав эмоционального напряжения, Лань Ван Цзи склонился еще ниже, пока его рот не накрыл губы Вэй У Сяня: трепетно, ожидающе, маняще-тягуче. Складывалось ощущение, что крылья бабочки полоснули по коже, настолько неощутимым был поцелуй. Но этого катастрофически оказалось мало. Уперевшись руками в постель, Лань Ван Цзи поддался своим страстям, бережно захватывая чужие губы в свой плен. Все невысказанные и потаенные желания охватили тело неискушенного заклинателя. Ласково и нежно касаясь, целуя чужие губы, Лань Ван Цзи упивался своим восторгом, накрывшим его с головой. Сердце в груди отчаянно забилось, почти выскакивая наружу от переживаемых чувств. Вэй У Сянь предсказуемо не отвечал, но этого и не надо было. Лань Ван Цзи посчитал, что и простого одностороннего наслаждения будет достаточно, чтобы не компрометировать и так странные отношения, установившиеся между ним и Вэй У Сянем. Но недолго Лань Ван Цзи упивался одиночной страстью. Неожиданно Вэй У Сянь вздохнул, и его губы задвигались в унисон, чем несказанно поразили замеревшего и распахнувшего от ужаса глаза Ван Цзи. Он опрометчиво дернулся, пытаясь отстраниться, но чужие руки уже вцепились ему в плечи. Карие глаза напротив сверкали удивлением, но одновременно и восторженным трепетом, который неожиданно отразился в полусонном взгляде Вэй Иня. Лань Ван Цзи прервал контакт губ, отодвинулся, желая скинуть с себя цепкие руки того, кого он потревожил, но Вэй Ин лишь усилил хватку. Одна его рука скользнула к Ван Цзи на затылок, заставляя того вновь склониться ниже. - Чего испугался, Лань Чжань? – хитро улыбнулся Вэй У Сянь, произнеся вопрос невероятно хриплым ото сна голосом. – Ой, Гэгэ, ты так мило покраснел. - Хм, - Лань Ван Цзи отвел взгляд, но больше не отстранялся, мечтая исчезнуть с лица земли прямо сейчас, настолько стыдно ему стало. - Как я давно не видел, как румянец окрашивает твои белоснежные щеки, Гэгэ! – радостно объявил Вэй У Сянь, по-прежнему не высвобождая из плена своих рук мужчину. Его пальцы, запутавшиеся в длинных волосах Ван Цзи, принялись играть с узелком лобной ленты. – Кстати, я не против поцелуев, Лань Чжань. Кто, как ни я, научу тебя этому? - Ты… - выдохнул сквозь зубы Лань Ван Цзи, возмущенно уставившись взглядом в бесстыжие глаза. - Ой, а у тебя уже есть опыт? – хлопнул длинными ресницами Вэй Ин. – И правда, столько же лет прошло, - задумчиво выдохнул он. - Отпусти, - медленно выговорил Лань Ван Цзи, которому, собственно, можно было легко освободиться самому. - Нет, - улыбнулся еще шире Вэй Ин, лишь крепче стискивая пальцами одеяние Второго Нефрита. – Не отпущу, пока мы не поцелуемся. - Мгм, - выдохнул Лань Ван Цзи, прикрыв глаза. – Это шантаж? - Он самый! – довольно кивнул Вэй У Сянь. – Так что, целуй меня, Гэгэ! Лань Ван Цзи не верил в то, что происходило. У Сянь сам требовал, почти приказывал поцеловать его. С чем связано было подобное – оставалось загадкой. Заклинатель нахмурился, всматриваясь в карие глаза Вэй Ина. Не его глаза, не такие… Но яркие искорки чего-то знакомого, плескающиеся в кофейной глубине, открыто говорили, что телом владеет никто иной, как Старейшина И Лин. Лань Ван Цзи медлил, поэтому Вэй У Сянь все взял в свои руки. Он сам, приподнявшись, поцеловал упрямого холодного красавца Лань Чжаня, буквально впиваясь в его губы. Мужчина вздрогнул, напрягся, когда проворные пальцы Вэй Иня развязали лобную ленту. Белоснежная полоска соскользнула со лба Лань Чжаня, и Вэй У Сянь улыбнулся сквозь поцелуй, продолжая ласкать чужие губы. Их поцелуй длился совсем недолго, но он оказался весьма запоминающимся. Вскоре Вэй Ин, выпустив Лань Чжаня из захвата рук, позволил тому отстраниться. Щеки Лань Ван Цзи немного, едва заметно, разрумянились, а губы после поцелуя слегка припухли. Открывшаяся картина настолько очаровывала, что Вэй Ин не удержался, привставая и целуя Ван Цзи в щеку. Вздрогнув, мужчина удивленно уставился на улыбающегося У Сяня, видя, как тот перебирает в руках его лобную ленту. - Я слышал, что лобную ленту вы, члены ордена Гу Су Лань, преподносите своим возлюбленным, - задумчиво протянул Вэй Ин, пропуская тончайший шелк меж пальцев. – Тогда ясно, почему ты тогда разозлился, когда я дважды снял ее с тебя. - Мгм, - буркнул Лань Ван Цзи, посматривая на руки Вэй Иня. - Но не сейчас, да, Лань Чжань? – фыркнул У Сянь. – Гэгэ, я правильно расцениваю то, о чем думаю? - Я не знаю, о чем ты думаешь, - показушно равнодушно ответил Ван Цзи, вставая с места. Если бы кто-нибудь только знал, что творилось на душе несчастного Лань Чжаня, который, наконец, осуществил свою давнюю несбыточную мечту. Его ноги подкашивались от пережитого недавно ощущения неимоверного счастья, а губы все еще продолжали гореть после поцелуя. То касание сложно было назвать страстным, скорее трепетным, наполненным чувствами двух давно знакомых, но надолго потерявших друг друга людей. - Что тебе снилось, Вэй Ин? – Лань Ван Цзи, открыв створки окна, вдохнул прохладный утренний воздух. Повернув голову, Лань Чжань взглянул на задумчиво развалившегося на кровати Вэй Иня. Тот принял игру Ван Цзи – молчать о поцелуе. Вэй У Сяню не нравилось подобное, но он решил дать немного времени Гэгэ, чтобы тот справился с навалившимися на него неожиданностями. - Прошлое, - невозмутимо ответил У Сянь, пожав плечами. – Вспомнил свою прошлую жизнь. Странно, но она стала мне сниться чаще, и память потихоньку восстанавливает события, когда-то произошедшие. - Мгм, - как всегда последовал ответ. Лань Ван Цзи подошел к Вэй У Сяню, протягивая тому ладонь, чтобы он вернул ленту. - И я вспомнил о наших ссорах, - Вэй Ин медленно поднял взгляд от ленты, посмотрев на Лань Чжаня. – Прости, Гэгэ, что не послушал тебя тогда. Если бы я мог, то… Слушай, - У Сянь неловко и невесело рассмеялся, - я был дураком, но я помню, о чем я подумал перед смертью. - Хм? – Лань Ван Цзи нахмурился. - Я подумал, как было бы здорово встретиться с тобой в следующих наших жизнях, - засмеялся Вэй У Сянь. Он, не отдавая ленту ее обладателю, ловко встал с кровати. - Гэгэ, позволь мне самому завязать ее, - попросил Вэй Ин. Лань Ван Цзи вздохнул. У него был переизбыток Вэй У Сяня: его касаний, его улыбок, адресованных только одному единственному, присутствующему собеседнику в комнате, его поцелуй… Однако Лань Чжань склонил голову, позволяя Вэй Ину действовать. Он забавно засмеялся. Его прохладные пальцы коснулись лба, примеряя ленту. - Лань Чжань, а как ты меня узнал? – задал в который раз животрепещущий вопрос Вэй Ин, безумно жаждя услышать на него ответ. - Та мелодия сказала мне о тебе, - пространно ответил Ван Цзи, посмотрев в лицо Вэй Иня. Лань Чжань больше не хмурился, и на глубине его красивых глаз затаилось какое-то скрытое упрямство, словно пытающееся сказать нечто, о чем Вэй Ин не догадывался. У Сянь хлопнул ресницами, склонив голову на бок. Он завязал лобную ленту, поправил ее. - Что это значит, Гэгэ? – недоуменно пробормотал Вэй У Сянь. - Мгм, - краешки губ Лань Чжаня дрогнули, словно сдерживая улыбку. – Всему свое время, Вэй Ин. Вэй У Сянь вздохнул, качнул головой, после чего засмеялся. - Ох, Лань Чжань, Лань Чжань, ты вырос, а совсем не изменился. Ван Цзи прикрыл глаза, мысленно соглашаясь и не соглашаясь с мнением Вэй Ина. Он изменился. По крайней мере, теперь он точно был уверен в своей любви, и он больше не собирался отступать, позволяя У Сяню вновь исчезнуть. Притянув Вэй Иня к себе, обняв его, прижав к своей груди, Лань Чжань дал ощутить, как сильно и быстро бьется его сердце. Чужие руки обняли в ответ, а пальцы крепко вцепились в одежду на спине. Ощущая дрожь тела Вэй Иня, Второй Нефрит понял, насколько кошмарный сон тому приснился. Тихо запев себе под нос успокаивающую мелодию, поглаживая плечи Вэй Иня, Ван Цзи уткнулся носом ему в висок, своими нежными прикосновениями доказывая, что больше никогда не отпустит. Они закончат эту жизнь вместе, и встретятся в следующей. В этом Лань Чжань был уверен, как никогда прежде.
