Практика жизни 2: Операция "Забвение"

Сэм с Клинтом появились, когда вялотекущее совещание было готово уже распасться. Брок с Баки и вовсе обосновались возле окна, негромко обсуждая те данные, что посылал своему командиру Страйк. По всему выходило, что Стива увезли на красном шевроле — владельцы этого автомобиля уже заявили об угоне. Двум бойцам, пришедшим за разъяснением, пришлось выслушать многочисленные упреки и жалобы на похитителя за порчу их имущества. А еще всплыла интересная деталь: к Щиту хозяева угнанной машины вообще не имели никакого отношения и теперь еще предстояло понять, как они смогли поставить ее на официально закрытую парковку. Впрочем, эти мелкие детали не сильно интересовали Баки с Броком. — Блядь, эту Гидру… во все щели, — негромко и не совсем цензурно высказался на русском Баки, краем глаза наблюдая, как новоприбывших вводит в курс дела Наташа, а Тони затеял спор ни о чем с Марией Хилл по поводу скорости загрузки данных. Баки очень хотелось врезать Старку, чтобы заткнулся хотя бы ненадолго, но он заставлял себя сдерживаться. Прямой конфликт не поможет найти Стива. — Спустя столько лет вскрылся «сюрприз», — Брок ответил на том же языке, задумчиво прикусив губу, явно подхватив эту не совсем полезную привычку от Стива. — Из этого вывод: об этом бойце знал весьма ограниченный круг лиц, иначе мы, как минимум, бы с ним столкнулись, когда после Озарения остатки Гидры пытались отыскать все, что могли, чтобы вновь подчинить. — Отсюда вытекает следующий вопрос — остался ли в живых непосредственный командир этого парня? — Баки сощурился, страстно мечтая разрядить обойму в похитителя их супруга. — Действовал он четко, не позволив себе никакого промедления. Они вновь посмотрели на остальных. Клинт и Сэм знакомились с видео, Тони нервно метался туда сюда, то и дело связываясь то с Пятницей, то отвечая уже на входящие звонки — миллиардер, филантроп и так далее был нужен многим практически двадцать четыре часа в сутки. А сейчас его еще донимали многочисленные журналисты, разом припомнившие неудачную пресс-конференцию в Башне. Баки не собирался ему сочувствовать, считая что ту кашу Тони во многом заварил сам, пусть теперь и разбирается с последствиями. У них же была проблема намного серьезнее. Что наемник собирался сделать с пленником? У Баки сердце замирало от вариантов, подкинутых собственной фантазией. Бойцы Гидры могли действовать так, что все средневековые опусы становились бледной тенью. — Если он его захватил живым, то Стив для чего-то нужен, — негромко сказал Брок, отвлекая Баки. Он и сам задавался тем же вопросом, но пока данных не было пытался сосредоточиться на более конкретных вещах, вроде допроса хозяев шевроле или приказа своим достать записи и с камер близлежащих улиц, чтобы по ним через программу отследить возможное появление угнанной машины. В невидимку похититель превращаться не умел, значит был шанс выяснить направление, в котором они направились. Это помогало Броку сосредоточиться на деле, беспокоился он за Стива не меньше Баки. — Надеюсь, что не для допроса, — Баки прикрыл глаза на несколько секунд, потом перевел взгляд в окно. Из кабинета Фьюри просматривалась другая часть города, не та, что из временного прибежища Стива — это сейчас было только на руку, позволяло немного отвлечься. Если бы у Локи не начались роды, он почти наверняка смог отследить собственный браслет и они смогли бы без проблем найти Стива. Но сейчас — и в ближайшие пару дней как минимум — об этом не стоило и думать. — Придется повозиться, — Сэм вздохнул, не отрывая взгляда от записей. — Профессионал, будь он неладен. — В Гидре слишком много таких тайн, от которых следовало бы держаться подальше, — буркнул в ответ Баки. — Эта, похоже, одна из таких. — Все тайное становится явным, — подал голос Клинт. — Теоретически, если его зрачки идентичны стивовым, то с внешностью та же ситуация? Или маска скрывает что-то совсем жуткое? — Неизвестно пока, — Наташа переглянулась с Марией и обе шпионки о чем-то зашептались. Клинт, на которого больше не было направлено общее внимание, вновь вернулся к записям камер — в отличие от остальных он просматривал их по одной, наблюдая, как наемник постепенно приближался к нужному кабинету. — Вернем Стива — запрем его дома на ближайшие месяцы, — мечтательно вздохнул Баки, старательно не глядя на болтающего с очередным журналистом Тони. Его меньше всего сейчас интересовали докучливые репортеры. — Не выйдет, — невесело усмехнулся Брок. — Сам знаешь. И маячок прикрепить проблематично, — вздохнул он. — А если попросить Т’Чаллу вплавить один такой в щит? — Баки явно захватила подобная идея. — Для начала, нам вместе со Стивом — и щитом, соответственно — надо добраться до Ваканды, — заметил на это Брок. — И там на некоторое время задержаться. Что слабо выполнимо в ближайшее время. — Почему же? Можем на законных основаниях выбить отпуск из Фьюри, пообещав вернуться в случае инопланетного вторжения, — Баки явно не желал отказываться от соблазнительной идеи получить возможность отслеживать местонахождение Стива на постоянной основе. — В Ваканде тепло, технологии на высшем уровне, Чо там тоже время от времени практикует, идеальное место чтобы укрыться на следующие пять месяцев. — Вообще-то четыре. — Брок, ты не учитываешь, — Баки понизил голос. — После появления на свет ребенка, какое-то время понадобится — нам на перестройку, Стиву — на восстановление. Хорошо еще если пятью месяцами отпуска обойдется. Оба старательно отгоняли от себя мысль, что Стив неизвестно где и не было никаких гарантий его безопасности. *** — Звонок личного характера? — Стив нарушил молчание через несколько минут, давая Стефану несколько прийти в себя. Он то и дело прикусывал нижнюю губу, что выдавало крайнюю степень волнения. — Моя пара, — пояснил тот, с трудом справляясь с собственным голосом. — Понятия не имею, как он догадался, что… В любом случае, это ни на что не повлияет, операция будет доведена до логического конца, — Стив удивленно моргнул, услышав нотки смятения, но давить на собеседника не стал. — Это мы еще обсудим. Ты, кажется, хотел разобраться с ужином? — Стив дал возможность Стефану под благовидным предлогом ретироваться, что тот и сделал, бросив на него благодарный взгляд. Сейчас, находясь в явном эмоциональном потрясении, он вряд ли мог говорить о чем-то постороннем. А до личного Стив надеялся добраться, но постепенно, давая Стефану время — если захочет, тот расскажет, нет — его право, которым, судя по всему, ему доводилось пользоваться нечасто. «Чтобы Гидра и позволила своему созданию хоть какой-то отход от директивы? Это явно не к этой организации», — Стив заставил себя справиться с яростью. Гнев в данной ситуации был плохим советчиком. Теперь капитан понял одно — якорь в жизни у Стефана был, иначе бы он не стал так резко пресекать разговор. И дело было не только в том, что эту беседу Стив прекрасно слышал — Стефана явно волновало, что Джейкоб найдет способ вычислить его местонахождение. Расстояние было тем фактором безопасности, в котором он до этого звонка, был абсолютно уверен. Стив мог только посочувствовать им обоим. Они оказались в петле, из которой выбраться будет непросто. Но он постарается, чтобы у них была такая возможность — по голосу Стив понял, что парень Стефана не собирался все пускать на самотек и намерен что-то сделать. Но вот какие у него для этого возможности? Ответа на этот вопрос Стив пока не знал, он подозревал, что и Стефан не сильно осведомлен об этой стороне жизни своего парня. По идее, тот мог служить в армии, но в каком подразделении — неизвестно. Обдумать возможные варианты действий неизвестного Стиву парня помешал Стефан, явившийся с сообщением об ужине. Выглядел он куда лучше, чем полчаса назад — вернулась былая невозмутимость и сосредоточенность. «Он старается смириться с неизбежным», — осенило Стива при взгляде на лицо Стефана. Маску он держал умело, но взгляд выдавал его с потрохами. Такая тоска была слишком хорошо знакома и самому капитану — после разморозки, когда пришлось учиться жить в новом мире, он чувствовал себя точно также. Беспросветное одиночество и холод, спасаться от которых Стив начал выполняя различные задания Фьюри. Так он однажды и познакомился с Броком, после чего жизнь развернулась ровно на сто восемьдесят градусов. Стефан, после этого звонка, выглядел таким же потерянным, как и он сам был когда-то. И эту ситуацию просто так было не исправить, Стив это слишком хорошо знал. И пока предпочел вернуться к прерванному разговору. — Ты закончил, что кураторы называли тебя Десятым. А что насчет личного имени? — спросил он, берясь за вилку. Похоже было, что Стефан или его парень имели слабость к итальянской кухне — на столе были спагетти с разными видами соусов, самостоятельно испеченные пиццы в количестве трех штук и что-то еще, чему Стив так и не смог найти название. — Кураторы ограничились только позывным, считая, что с нас этого достаточно, — грустно улыбнулся Стефан. — Личные имена нам дал Первый. Тот, кто заботился о нас в детстве. Он видел намного больше, чем все мы, потому как кураторы регулярно посылали его на какие-то задания. Тогда мы не понимали всю важность его уроков. Сил хватило ровно на то, чтобы добраться до общей комнаты. Кураторы сегодня работали с ними особенно интенсивно и даже врожденная выносливость сейчас не спасала — они еле держались на ногах. До ужина был еще целый час, но о еде измученные десять мальчишек думать и не хотели. Дойдя, все просто рухнули на холодный пол, теснее прижавшись друг другу. Десятый, уткнувшись носом куда-то в затылок Шестому вяло думал, что еще немного — и все бы закончилось прямо там. Тело болело от постоянных разрядов, вдобавок ко всему прибавилась и тошнота — на них тестировали что-то химическое. — На вас смотреть страшно, — на звук знакомого голоса они никак не отреагировали. Это Первый, он поймет. Когда теплая рука легла на голову, Десятый смог только благодарно зажмуриться. Ласку они получали только от него. Стефан встряхнул головой, явно отгоняя какое-то воспоминание. А Стив внимательно слушал, понимая, что это еще явно не все. — После одного очередного испытания, который мы с трудом пережили — несколько дней лежали пластом, не в силах встать - Первый решил, что нам нужны имена. Как он сказал, умирать мы должны людьми, а не бездушными куклами, — горько улыбнулся наемник, а у Стива по спине побежали мурашки. — Первого звали Сильвер Роджерс. Он был единственным выжившим из той, другой, созданной до нас успешной партии. Первый собрал их вокруг себя через несколько дней, когда они немного пришли в себя. Удивительно, но кураторы все это время не появлялись, видимо, оценивали результаты эксперимента. И эта неизвестность пугала не только Десятого. Вечером, после ужина, Первый внезапно объявил, что есть разговор. Выглядел он непривычно взволнованным, что обрадовало детей — обычно таким их старший бывал только в хорошие дни. — Вот что, ребята, — он никогда не юлил в разговорах, в отличие от кураторов. — Помните, я говорил вам про имена? Они растерянно кивнули, предпочитая не издавать лишних звуков — мало ли как отреагируют встроенные камеры. — Вот и отлично, — тепло улыбнулся Первый. — Тогда запоминайте. Второй — Сэмюэль, Третий — Саймон, Четвертый — Сеймур, Пятый — Сирил, Шестой — Сесил, Седьмой — Сидней, Восьмой -Скотт, Девятый — Симеон, Десятый — Стефан, Одиннадцатый -Спенсер*. Они сидели, затаив дыхание, не в силах оторвать от него сияющих глаз, словно являлись обычными детьми. — А меня зовут Сильвер, — улыбнулся им Первый через несколько минут. — Он был тебе дорог, — констатировал Стив, когда пауза в разговоре стала слишком очевидной. Стефан смотрел мимо него, погрузившись в воспоминания. Стив примерно знал, какие условия содержания для своих экспериментов практиковала Гидра, но легче от этого не становилось. Пока он лежал во льдах, организация расширялась, врастая всюду, куда только могла дотянуться. Результаты им аукаются до сих пор. — Да, очень, — Стефан вздрогнул и вернулся к порядком остывшей еде. — Он был единственным, кто заботился о нас. Первый учил не терять себя, несмотря на обстоятельства. По приказу кураторов он бывал почти везде — с маской, разумеется, больно уж приметная у него была внешность. И вряд ли один из твоей пары это запомнил, но именно Первый был несколько месяцев временным куратором Зимнего Солдата, пока ему не дали постоянного. Он передавал ему все дела, связанные с Солдатом и провел небольшой разговор, который дорого бы ему обошелся, если бы о нем узнали. — Брок об этом не говорил, — Стив удивленно моргнул. — Он и нам не говорил, я случайно нашел запись, — Стефан снова закусил губу.- Когда приедем, я тебе покажу, сделаешь выводы сам. Не знаю, догадался ли Первый, кто такой Зимний Солдат или пожалел жертву очередного эксперимента — ему не доводилось с ним работать напрямую, вне камеры хранения. Не удивлюсь, если второй вариант близок к правде, — он умолк, решительно поедая все, что было на тарелке. Стиву показалось, что он совершенно не чувствовал вкуса, ел по необходимости и чтобы отвлечься. Сам Стив осмысливал неожиданные новости. Понятно, почему Первому — Сильверу — не позволили работать с Баки, маска скрывала лицо, но глаза, цвет волос, комплекция могла вызвать у Солдата неудобные ассоциации. В остальном использовали его явно на всю катушку, не обо всем Стефан знал, но информации не осталось. Вернее, ее надо искать в Антарктиде. Стоило бы Тони туда послать — замерзнуть в костюме ему не грозило, а с использованием всех новейших технологий архив Гидры точно был бы обнаружен. По окончанию этой истории следовало этим заняться. Не напрямую, конечно — его и так Баки с Броком из квартиры не выпустят как минимум, несколько недель. Пожалуй, стоило передать Фьюри информацию — он не оставит без внимания архив Гидры, а уж подключит к делу Тони или нет, это уже будет не заботой самого Стива. Доедали они в молчании, каждому было о чем подумать. — На сегодня стоит закончить с разговорами, — Стефан загрузил посудомоечную машину и запустил ее. — Отдых нужен нам обоим. Вспоминать прошлое всегда непросто. — И ведь ты не добрался даже до середины своей истории, — Стив внимательно посмотрел на него и поймал грустную усмешку. — Как хорошо иметь дело с понимающим собеседником, — вздохнул Десятый, старательно пытаясь не смотреть Стиву в глаза. Он не считал себя вправе получать сочувствие от собственной цели. Это было мало того, что неправильно, так и вызывало смешанные чувства. — Что такое Гидра я знаю слишком хорошо, — Стив поджал губы и вздохнул, поднимаясь из-за стола. — Но об этом уже завтра. Оба не стали говорить о возможных кошмарах. После такого разговора спокойный сон был практически из области недостижимого. Стефан, впрочем, собирался снова надеть маску, как это делал всегда — не хотел беспокоить временного соседа криками. А они будут — он еще не рассказал, как остался один и в итоге оказался в Канзасе, в уютной ферме семейства Беверли. Разошлись по комнатам в полном молчании. Стефан перед тем как уйти к себе помог раздвинуть диван, понимая что с закованными руками это сделать не так легко. Да и положение цели он тоже учитывал. Далеко отсюда Джейкоб Беверли простился со своими стариками, обещая держать их в курсе. Патрик произнес краткую напутственную речь, на которую Ребекка только фыркнула. Она понимала, что внук ввязывается в сомнительную историю, но другого способа вернуть Стефана живым не было. — Деда слушай поменьше, — Ребекка сунула в руки удивленного Джейкоба небольшую папку. — Если своими силами, — она бросила взгляд на двух однополчан внука, которые безуспешно попытались вытянуться в струнку и сделать вид, что их тут вообще нет, - не получится справиться, отправляйся в Башню Мстителей, покажи капитану то, что найдешь здесь. — Верительное письмо капитану королевских мушкетеров? — улыбнулся Джейкоб, вспоминая многочисленные рассказы бабушки о далекой юности. — Хотя бы не забыл литературу, пока страдал, — бывшая младшая дочь семейства Барнсов только усмехнулась, поправив седые волосы. — Да, практически эти самые грамоты. И не вздумай их потерять, сцепившись с каким-нибудь Рошфором. Уяснил? — Все понял, ба, — Джейкоб старательно сохранял серьезное выражение лица. — До встречи. — Он аккуратно сунул папку в дорожную сумку и устроился на заднем сиденье. Прежде чем заняться поисками Стефана, предстояло заглянуть в свою бывшую контору. Только с их помощью можно было обзавестись нормальным протезом, который не слетел бы от быстрого шага. Машина медленно тронулась, унося вперед еще одного участника истории.