Отражение души

В квартире Максимиля была суматоха в ранние часы наступившего дня. Арон пытался уложить обратно Нику, вознамерившуюся встретить папочку. С минуту на минуту ожидалось прибытие Мика с Сергеем, которые предпочли так же находиться подле ожидаемых персон, а хозяин квартиры не выходил из двухэтажной спальни, погруженный в отслеживание за поисками пропавшего. Ему так же не терпелось увидеть Шела, но, зная, что Арон будет вне себя от ярости, он предпочел заняться делом. – Ника, немедленно прекрати! – крикнул Арон, что позволял себе редко, только когда упертость малышки выходила за все дозволенные рамки. Девочка же не это никак не отреагировала, она вообще на крик реагировала всегда очень спокойно, если не игнорировала. Она не боялась, вот в чем крылась причина такого поведения. Ей никогда не было страшно в обществе ближнего окружения короля ШКА, потому что никто не хотел ей навредить. – Я хочу встретить папу! – закричала в ответ девочка, не давая затащить себя в комнату. – Тебе надо выспаться, твой папа никуда не денется, к тому же, скорее всего, он сам очень устал. Подумай о нем! – Я не буду ему досаждать! – Как же, увидев, что ты не спишь, он станет волноваться! – Я ему объясню, что хотела дождаться его! А затем сразу уйду, если он позволит! – Конечно, не позволит! Он тоже очень соскучился по тебе и не захочет с тобой расставаться, поставив в ущерб сон! Ты этого хочешь? Чтобы он не выспался и плохо себя чувствовал? – Арон за несколько лет настолько отточил метод аргументирования, что к грубой силе уже и прибегать было не нужно. Ника сдаваться не собиралась, об этом гласила все ее поза, ее злой взгляд, уверенность и гордость. Именно в этот момент входная дверь возвестила о госте. Малышка тотчас ринулась туда, не дав Арону и шанса. Но это был Мик с мужем. Везунчик, только войдя, уже кинулся к Нике обниматься. Он терпеть не мог других детей, но ее обожал, а она любила его. – Привет! – улыбнулся Мик, прижимая к себе хрупкое тельце. Ника мычала от удовольствия, сжимая шею лучшего друга. Ей пять, ему двадцать один, почему бы и нет, собственно? – Привет, – кивнул Сергей, закрывая за ними дверь и снимая плащ. Как всегда, в удобной одежде, смешанной с классическим официальным стилем. – Они еще не приехали? – Нет, по идее сейчас они должны только сесть в автомобиль, – ответил Арон, хмурясь. – Ника, иди спать! – Какой спать? Шел же прилетел! – вступился за нее Мик, отпустив малышку и снимая уличную одежду. Дождь шел ужасный, да и не первый день, из-за чего заметно похолодало. Ника держалась за его свитер, пытаясь таким образом защититься от принца. – Только не говори мне, что и вы туда же? Они приедут все замученные, не выспавшиеся… – Ничего, Шел не умрет от этого, – перебил его везунчик. – Идем, Ника! – Ну, хоть ты вразуми своего мужа, – поднял жалобный взгляд Арон. – Тебя он слушается чаще, чем меня, так что, боюсь, что и я здесь не преуспею, – улыбнулся в ответ Сергей. – Они его давно не видели, как жаль, что собрало нас всех здесь исчезновение Тако. За улыбками и смехом, вызванными радостью встречи, скрывались беспокойство и страх. Но хотя бы сейчас все они хотели стать такими же, как и были. – Привет, Мик! – Макс вышел из комнаты, как только услышал дверной звонок. Не то, чтобы они давно не виделись, и двух недель вроде не прошло, но, видимо, сыграло на руку то, что приезжает Шел. Воссоединение семьи, вновь все вместе, вновь той шумной, смешной компанией. – Ммм, пап! – везунчик крепко обнял отца. – Что у вас нового? – Ничего такого, хожу на курсы, слушаю всякую нудятину… – Ну, это ты у нас получил достойное домашнее образование, не стоит сравнивать свой уровень с остальными! – Да-да, но все же… это довольно скучно. Хотя ребята там веселые есть. Двое даже такого же, как я, положения. – Славно, что ты там нашел с кем подружиться. Они тоже выкуплены? – Ну… вроде того. Один всю жизнь прожил подле мужа, они не могли никак пожениться, пока тот не достиг совершеннолетия, второй работал официантом. Вот как-то так. – Надеюсь, ты им не стал говорить, кем был ты? – Чего это? Стал. Я же сказал, что они нормальные, спокойно отреагировали, сказали только, что им меня жаль. Зато я им много о се… – Мик понял, что рядом стоит наимилейший ребенок. – О семье рассказал. Да, вот. – О, понятно, и полагаю, они много нового узнали, – рассмеялся мужчина. – Сомневаешься? – усмехнулся Мик, блеснув глазами. – А девочки там есть? – спросила Ника. В принципе все ее воспитатели с дрожью предполагали, какое мнение о женском поле складывается у малышки. Она видела много женщин, на улице, в парках, в магазинах, но общалась только с мужчинами, да и воспитывали ее только мужчины. – Есть, но держатся особнячком, не особо идут на контакт. – Стесняются… – Да, скорее всего. Не стоит же ей говорить, что женщины, прожившие всю свою юность в сфере работорговли, просто не могут быть милыми и хорошенькими. Каждая из них точила нож на тех, кто был виноват в их скверной жизни. Мальчики, попавшие в этот бизнес, становились подстилками и не особо принимали близко к сердцу, быстро определив, что важно, а что нет. Но девушки, у которых рано начинал проявляться материнский инстинкт, а без мамы по-другому никак, видя боль и разрушение чужой личности, ломались, словно сухие веточки в зимнюю стужу. Мик не хотел иметь с ними ничего общего, даже если кто-то из них и выглядел вполне красиво. Красивый цветок, не значит вкусно пахнущий. Шел действительно думал только об отдыхе, так как спал всего часа 3 не более того. Евангел сразу по прилету сел кому-то на уши, не отрываясь от коммуникатора. Чтобы не мешать жениху, он переключил звонок на минигарнитуру и потому в салоне автомобиля раздавался только его спокойный, размеренный голос. Котенку хватило бы этого, чтобы заснуть, но, сон не шел, тем более что после тех кошмаров падать в лапы подсознанию желания вообще не было. Он смотрел на хорошо знакомый город, наслаждался огнями фонарей и витрин, сотен машин и изворотливых дорог. Кот и не мог представить, как будет по всему этому скучать. И чем ближе они подъезжали к дому, тем ярче взлетали в голове мальчишки воспоминания. Сколько лет он гулял по этим улочкам, убегал по ним от преследователей, а единожды даже нарвался на «чистильщиков», как прозвали себя полноправные, решившие, что бесправных существовать не должно. Сколько воды утекло. – Ну что ж, веди, ты тут жил, – усмехнулся Евангел, оказавшись перед входом в дом. Шел медленно вышел из машины, пытаясь навсегда запомнить этот момент, видеть это место потом в воспоминаниях и радоваться, что когда-то вообще появился здесь. Котенок прошел через вахту так, словно и не уезжал. Его голосовой индикатор не изменился, а потому ни одна из систем безопасности не заподозрила в нем врага. Машине все равно, вернись этот человек через 30 лет после того, как уехал, главное, чтобы с тем же тембром голоса. На 84 этаж они поднимались медленно, тут лифт не поторопишь, Шел был весь в предвкушении, а Ева смотрел на него и улыбался, понимая, что котенок соскучился по тем, кто причинил ему столько боли, но загладил вину теплом. – ШЕЛ!!! – Ева толком еще на звонок не нажал, как дверь распахнулась, и на сероволосого накинулись Мик и Ника. Ох, сколько возни было в этих объятьях, сколько радости и восторга. Кот обнимал их в ответ, даже не замечая, что Ника оказывается между ними с Миком и может быть слегка придушена от более крепких обнимашек. На них смотрели Арон, Сергей и Макс, стоящие в коридоре, а так же Евангел, ждущий, когда его будущий муж, наконец, насытится и зайдет в квартиру. – Я так рад тебя видеть, – улыбнулся Арон, получив возможность обнять Шела. Ника сидела на руках Мика, Максимиль с радостью сделал то же, что и муж, а Сергей довольствовался пожатием руки. Вся семья в сборе. – Я так устал, – признался котенок, сняв кожаную серую куртку. – Вам уже готова комната, прости, но твою заняла Ника, так что придется ночевать в другой, – засуетился Арон. – Иди, помойся, а потом спать. – Ага. Шел в сопровождении Мика и дочки пошли к нужной комнате, в то время как Евангел оказался наедине с остальными. Арон улыбался уже немного не так, да и Макс и Сергей его поддерживали, лучась такими же лыбами. – Что ж, добро пожаловать в наше весьма странное семейство, – усмехнулся Арон. – Нам во многом хочется тебя поблагодарить, но, не делать же это на пороге? – Ты сильно устал? – поинтересовался Максимиль. – Прости, но скорее всего Шел сегодня будет полностью поглощен Миком и Никой. – Нет, у меня еще полно сил, – улыбнулся в ответ Евангел, улыбкой не милого мальчика, которым представал перед людьми незнакомыми, а той, которая инициализирует в нем смертельного, сильно противника. – Тогда как идея: посидеть в одной из гостиных за бокальчиком? – Нравится. – Отлично! В каждом мужчине, а иногда и в женщинах, есть показатель хищника, то, когда срывается маска и открывается настоящая сила. Арон, Сергей, Максимиль, а уж Евангел, все они обладали этим шармом. Шел и Мик тоже, но все же, они были больше детьми. – Я приду к тебе, как только помоюсь, хорошо? – проведя рукой по щечке дочурки, спросил Шел. Под его ловкими фразами малышка быстро оказалась в кровати. – Я не усну! – Хорошо, я бы все равно пришел! – Ты можешь спать со мной? – А ты этого очень хочешь? – Очень. – Тогда я сделаю все, что в моих силах, чтобы так и было. – Я буду ждать. – Хорошо. Я скоро вернусь! – котенок встал с кровати и пошел в коридор, где его ждал Мик. Парень держал в руках пижамные штаны. Шел хитро улыбнулся, поняв, что штанов двое. Везунчик кивнул, и они оба пошли в ванную комнату. Они улыбались, словно между ними был секрет, который они скрывали ото всех. Тем временем в гостиной на диване и креслах разместились мужья. Бренди из лучших запасов сверкало в бокалах. – Надеюсь, ты не сильно будешь против, если Мик и Шел переспят? От них можно такого ожидать… – спросил Арон, прижимаясь к своему мужу. – Я не думаю, что глаза Столицы есть и здесь, но, все же, не хотелось бы, – поморщился Ева. – Я люблю его. – Я тоже люблю Мика, – влез Сергей, – но, они братья, сплетенные странными узами. Сейчас они только и могут, что восполнять то, чего были лишены все это время. Не принимай близко к сердцу. – Он не идет мне в руки… – поделился Евангел. – Даже в условии, что я соблазнял его уже раз шесть, он насторожен, не может успокоиться… – Потому что он все еще доминант, – ответил Арон, сверкнув глазами. – Боюсь, что в компании Мика ты увидишь вблизи, что я имею в виду. Мик муж Сергея, он его любит, но брата он любит тоже. Единственный способ сделать секс с тобой привлекательным в его глазах – это сбить с него статус домины. Он должен почувствовать себя слабее. Он признает тебя сильным, но это лишь сухой анализ… – Таким, как он, нужна не поверхностная демонстрация, а наглядная, причем желательно не один раз, – улыбнулся Макс, припоминая их с Ароном взаимоотношения. Ведь принц тоже относился к числу доминирующих людей, но, сейчас он полностью подчинялся своему мужу и даже вел домашнее хозяйство, хотя раньше этим пренебрегал, как доминант. – Стань для него тем, на кого он не сможет применить свою силу, докажи ему, что в случае чего у него не будет и шанса против тебя. В душе Шел и Мик отрегулировали воду и стояли под упругими каплями воды, рассматривая друг друга с улыбками. Они соскучились, наконец, можно было доказать себе, что это изображение перед тобой не голограмма, а реальное тело. – Мне нельзя изменять, – выдохнул Шел, облизываясь, затем протягивая руку к лицу брата. Мик ухватился за нее и поцеловал ладонь. – Что же, но ласка же – не измена? – Неужели Сергей перестал тебя удовлетворять? – котенок улыбнулся и потянулся к нему, прикасаясь губами к ушку парня с волосами цвета латте. – Не смеши меня, – усмехнулся Мик, зарываясь в мокрые волосы мутанта. – Он, как и я, ненасытен. Мы жить не можем без секса. Это ты у нас не можешь никак сломиться под Еву… – Я тебе уже говорил, почему так… – Шел укусил его за шею, вырвав тихий стон. Мик выгнулся, прокомментировав: – Сергею очень не хватает твоих клыков! Обожаю… Они знали друг друга слишком хорошо, а теперь, лаская тело под руками, вспоминали и освежали воспоминания. Обнимаясь, целуя, кусаясь, но, не переходя черту некой невинности. Никаких поцелуев в губы, проникновений, даже пальцами, но возбуждающие ласки, заставляющие потеряться во времени, забыть о месте и наплевать на то, что где-то за стенами мужья. – Нам не стоит увлекаться, – прерывисто дыша, проговорил Мик, пока Шел стоял на коленях перед ним и делал крышесносный минет. – Угу, – промычал мальчишка, не отвлекаясь. В гостиной мужчины делились предположениями о Тако, продумывали дальнейший план действия, ну, и, конечно же, интересовались планами на будущее. – Нам осталась всего две инстанции пройти, – признался Евангел. – Как печально, что мы получим разрешение при таких обстоятельствах. – Судьба постоянно шутит, ей не угодно, чтобы все складывалось гладко, – вздохнул Сергей. – Но мне кажется, что у тебя не только с этим проблемы… – Помнишь, ты говорил мне, что у тебя сбылась мечта, что Мик влюбился в тебя? – Покажи ему, что ты хозяин, возможно, это заставит его сердце выделывать кульбиты. Мальчишки, свежие после душа, одетые лишь в пижамные штаны бездумно пошли в гостиную, где общались их старшие. Мик и Шел смеялись, вели себя непринужденно, между ними висела завеса запретного плода, но они не желали показывать всем, что только что между ними было. Вошли в гостиную они друг за другом, не боясь побеспокоить. Они только улыбались, сразу же проходя к мужьям, сидящим в креслах. Все четверо мужчин сразу подметили засосы и прикусы на коже одного и второго, пускай они еще были совсем не заметны, но те, кто любят, замечают все на теле любимого, ну а кое у кого слишком наметан глаз. – Мик, – обратил на себя внимание Сергей, когда любимый встал позади него, сложив ему на грудь свои тонкие ручки. – Ммммда? – парень нагнулся к нему, изобилуя плавными движениями, как случалось с ним всякий раз, когда он был полностью чем-то доволен. Мужчина резко схватил его за затылок и поцеловал в губы, доказывая, что это его территория. Ева смотрел на это с усмешкой, а Шел, дабы не навлекать подозрения, медленно опустился ему на колени. Главное быть паинькой, авось и прокатит?! – Ревнивец, – улыбнулся Мик, облизнувшись, когда Сергей отпустил его. Между ними то и дело вспыхивали искры, взгляды, жесты, контакт никогда не прекращался. – Я люблю тебя, – попытался смягчить свою грубость фотограф. – Взаимно. Евангел осторожно обнял Шела, следящего за этой сценой. Он боялся поступить так же, боялся получить осуждение. Котенок заметил его пристальный взгляд, сверлящий алеющий засос на его плече и поспешил как-то отвлечь его. Потерся головой о его голову, привалился спиной к груди, только бы Ева разомлел от контакта, хоть бы не взорвался! – Ева, – тихо обратился Шел, почувствовав, что Евангел обнял его сильнее. Это придавало уверенности. – Позволишь мне спать сегодня с дочкой? Она очень просила. Он боялся отказа, не хотел расстраивать малышку, но и расстроить жениха ему тоже, почему-то, не хотелось. – Конечно, это же ребенок! – по правде близнец огорчился, хоть и постарался этого не показать. Ему так хотелось на фоне Мика и Сергея обнимать всю ночь свое личное безумие. – Спасибо, – Шел чуть повернулся, чтобы кротко коснуться его губ поцелуем. Это был поцелуй нежности, благодарности. Евангел улыбнулся от этого, хоть и хотел куда большего. – Ах да, Сергей, можно я тоже буду спать в детской? – залюбовавшись этой картиной, спросил Мик. – Мне хочется поддержать Нику. Фотограф тяжело вздохнул, сделал вид, что думает, а затем за крышесносный поцелуй дал свое добро. Везунчик обнял его, крепко-крепко и, кивнув Шелу на выход, пошел вперед. Сероволосый поспешил за ним. – Вы красиво смотритесь, – улыбнулся Мик, когда они подходили к детской. – Тс, не смущай меня… – Шел приоткрыл дверь. – Только тихо, кажется, она заснула… – Боже, хоть слезу пускай, вы такие красивые, – Арон впервые повел себя подобным образом. Макс рассмеялся, обнимая своего принца. Ему тоже нравилось, что его сыновья нашли своих проводников в настоящую жизнь. Сергей и Евангел переглянулись, каждый думая о своём. У каждого из них было то, что они боялись менять в своих любимых, и, безусловно, их это беспокоило. Особенно, когда их пассии в итоге оказывались в чужой постели. – Коль уж разрешаете, то не сожалейте об этом потом, – хмыкнул принц. – Не делайте того, что потом станете неправильно трактовать! И дайте мальчикам полностью занять себя, ребенок – это то, в чем они оба готовы потерять все свои мысли. Займитесь тем, что будете искать Тако! – Да… – оба мужчины поняли свою ошибку. Они встали со своих мест и удалились в свои комнаты, которые хотели бы разделить с мужьями. – Мда, при таком раскладе Тако был бы совершенно неуместен, – заметил Макс, обнимая Арона, который потянулся за остатками бренди. – Идиот, не смей говорить такие вещи! – разозлился принц. – Это жестоко, я знаю, но факт, есть факт…