Отражение души

Белоснежные стены отражали свет, льющийся с потолка. Люди ходили в лаборатории только за чем-то, но никак не просто так. Свет играл на гладких формах дорогостоящего оборудования, стерильность поддерживалась бесчисленным количеством машин, лаборатории отделялись от коридоров и кабинетов непробиваемыми полями, за которыми кипела жизнь. – Мы сделали все, что в наших силах, чтобы процедура не принесла пагубных последствий. Будем рассчитывать на идеальный результат, – пробасил мужчина в белом халате перед пятой лабораторией. Рядом с ним стояло двое влиятельных мужчин. Максимиль, довольно известный врач, и Евангел, наследник известного рода и инвестор большинства самых перспективных проектов. Оба были крайне насторожены и этим невольно давили на профессионалов, которым не так часто удается встречать таких вот людей. Поиски по всем возможным путям ни к чему не привели. Как только появилась возможность распознать новый паспорт, преступники, не медля, предприняли все, чтобы вновь уйти от погони. Озоновцам лишь удалось ухватиться за обрывок, они успели зарегистрировать местонахождение Тако. Но, к несчастью, оказалось, что это был не он. Другая организация напала на другую жизнь, в итоге сбив их с пути. Скорее всего, похитители догадались сменить паспорт раньше минимального срока. Одно начисто перекрывало другое, не оставляя никаких следов. Искать Тако в городе, где живут миллионы было почти глупой затеей. Спрятать человека, лишив его личности очень просто, особенно, если это бесправный. Никто не хотел прибегать к такому методу, но, если они еще надеялись найти родителя Ники, то больше ничего не оставалось. Шел лежал на ложе в самом центре бесчисленных проводов, кивая на слова докторов. Ему если и было страшно, то только за его милого блондина, который был сейчас невесть где и не понятно в каком состоянии. – Понятно? – Да, я понял, – подал голос котяра, покрывшись мурашками. В этой комнате было холодновато, а все приборы, прикрепленные тонкими проводами к его телу, еще до конца не нагрелись. – Отлично, тогда мы начинаем: закройте глаза и расслабьтесь. Шум вокруг носил специфический характер, жужжание, шорохи, шепот, все это раздражало воображение. Котенок послушно лежал на кушетке под взволнованными взглядами. Ева уже проклял тот день и тех людей, что вынудили его положить любимого на этот стол. Как же он боялся за его психику! Экспериментальная установка уже погубила три жизни, сведя людей с ума. Но даже подробный рассказ о том, что видит человек в момент погружения, не заставил их успокоиться. По трубкам потекла прозрачная жидкость, её было вполне достаточно, чтобы ввести человека в летаргический сон. Зрачки Шела закатились, тело обмякло и стало вдруг очень тихо. Три врача отслеживали состояние по мониторам скана, двое находились в непосредственной близости, наблюдая за самим телом, все остальные были задействованы в реализации канала между двумя людьми. Евангелу стало плохо, но он постарался сглотнуть беспокойство ниже, за уверенной маской бился сгусток нервов. Наверное, было бы проще, если бы он не знал о всех последствиях, ожидающих его после этой процедуры. – Начало погружения! – объявил мужчина, стоя по эту же сторону стекла. Ева сжал кулаки, стараясь не показать своё состояние. Макс тоже был насторожен и боялся худшего. «Шел сильный, он выберется!» – уговаривал он себя. В расслабленное тело поступил легкий разряд тока в определенную часть головы и небольшое количество красного вещества. Шел дернулся, процесс пошел. Трое Озоновцев немедленно вцепились глазами в монитор. На нем отображалось то, что видел в своё сознании котенок. Мальчишку вели по его же связи к Тако, это было не очень приятно, даже, возможно болезненно, но медлить времени не было. Неожиданно вместо серого изображения ворвалась череда картинок, настолько быстротечных, что разобрать что-либо было почти невозможно. Озоновцы переглянулись, и один из них принялся разбирать эти изображения, когда остальные продолжили слежку. Вся работа была крайне нервной и быстрой, подсознание Шел работало куда быстрее, чем зрительный анализ простого человека, поэтому все картинки и факты Озоновцы пока только вырезали из общей кучи и складывали отдельно. Там были и короткие видео, и бесконечные фото, в общем, все, что мог получить котенок по связи с его любимым блондином. Так же добавился звук, переписывающий мысли вышеупомянутого пропавшего. Озоновцы не медлили, даже не обращая внимания на суету за их рабочим местом. Тело Шела выгибалось, он кряхтел, орал, плакал, сейчас ему было больно, как никогда! – О Боги! – тихо воскликнул парень, что взялся за обработку изображений. Евангел тотчас подошел к нему. На экране стояло жуткое зрелище, кровь, внутренности, чернота по краям, нечеткость, скорее всего из-за боли, и руки с зеленых перчатках, вымазанные в бардовой жидкости. Одна пятая всех изображений была о каких-то экспериментах, полных боли и крови. Остальные отображали маленькую комнату, словно из старых фильмов ужаса. Голые стены, обшарпанная мебель, кровь на матрасе и подушке, разноцветные склянки в небольшом высоком шкафу. Мысли Тако решили пока что не прослушивать, но видео и картинки уже говорили о многом. – Хватит, выводите Шела из этого состояния! – велел Ева, только взглянув вновь на своего любимого, корчащегося на кушетке. – Мы не можем, – спокойно ответил главный. – Как это? – Препарат должен сам выйти, прервать процесс невозможно. Ева цыкнул и постарался смириться. – Что это? – спросил Макс, прямо из-за спины Евангела. Он показывал на только недавно пролистанную картинку, которая в понимании парней была не так важна. Мужчина вывел ее на экран, вызвав у всех её лицезревших отвращение и первые приступы тошноты. Только Максимиль остался спокойным, всматриваясь в картинку. Ему, как врачу, видеть это было не так мерзко. Ему уже приходилось видеть кровь вместо мочи, но тут было больше. – Это выкидыш! – озарило мужа Арона. – Они забрали его, чтобы он получил еще одну возможность родить! Тако был один из самых успешных родивших парней! – теперь он понял куда больше. Макс тотчас связался с их командами, теперь найти мальчишку было проще, появился завидный шанс. Спустя два часа Ева заговорил с Максимилем об этом. – Но зачем было красть мальчишку? В чем смысл? Макс убрал руку от лица и посмотрел на синеволосого. – Потому что он полезный материал. Скорее всего, они хотят заработать на его клонировании. Выдать его замуж возможности не представится, а вот его клоны, у которых будут такие же хорошие шансы родить здорового малыша, окупят себя в стократ. Я знаю несколько больших торговых точек, где большая часть клиентов не скупится на такой экземпляр. Сейчас же они готовы пойти на все, чтобы получить всю информацию о теле Тако. Скорее всего его тело уже было несколько раз полностью воссоздано. – Хорошо, а что станет с парнем после того, как у них получится его клонировать? – Они его убьют. Это вероятнее всего. Иначе причин для такой халатности я не вижу. – Халатности? – Не щадят они его, делают все в спешке, даже не задумываясь над его состоянием. Выкидыш – показатель. Я сам следил за состоянием Тако и могу сказать, что у него-то вероятность выкидыша была мизерной. Бьют его, конечно, вряд ли, но вот не даюсь пройти стрессу – да. – Есть предположения, где его искать? – Да, есть одно, только проверить его нужно незаметно. Этим займутся ребята. Мы вызовем подозрения, они могут скрыться раньше положенного. Но стоит поторопиться. – А зачем они делают ему ребенка? – Чтобы узнать, чего ожидать при беременности. Как она будет протекать. – Сбор данных. – Именно. Максимиль хмурился больше обычного и выглядел на несколько лет старше. Он всегда плохо относился к мужской беременности, ибо все это слишком вредно, против природы не надо идти! Он только и делал, что думал, где, как, когда, зачем. Подозрения были не безосновательные, увы. Но проверка в лоб могла бы стать роковой ошибкой. Повязать этих уродов надо! – Скорее всего, если мы успеем, то Тако будет в таком жутком состоянии, что его родная дочь не узнает. – Надо бы перевезти Нику и Шела подальше, пусть увидят его только через время, когда ему станет легче. – Нельзя, чтобы Шел оказался на месте захвата. Он становится очень несдержанным, даю все 100 процентов, что он нападет на этих уродов и скорее всего, убьет парочку. Насколько мне известно, вам это сейчас грозит лишением права на женитьбу. – Да. В любом случае, ему нельзя там появляться. После этой процедуры у него очень сильно пошатнулась нервная система, я предпочту его вообще запереть где-нибудь в больнице, чтобы за ним был постоянный присмотр. – Солидарен. Нику мы отошлем с Миком в его квартиру. Она находится в другом районе, да и объяснить все ребенку будет проще. Мы точно вышли на верный след! – Арон, позови ко мне Нику и Мика! – попросил Макс, сидя в своем кабинете. – Да, сейчас, – принц на удивление был послушнее собаки. После того, как он приехал после эксперимента, скорее всего на его лице было видно, что дело двинулось с мертвой точки, да только от того было не легче. Арон ничего не спрашивал, но тотчас выполнял любую команду. Шел же оказался в больнице раньше, он не пришел в себя спустя положенные три часа. Естественно Евангел тотчас перевез его в госпиталь и положил в одну из самых лучших палат, выкупив время и внимание практически всех специалистов, чтобы те только привели мужа в порядок, а так же присмотрели за ним и не дали сбежать. – Да, папа? – спросил Мик, держа на руках малышку. – Соберите вещи и уезжайте к тебе. Поживете там недели две-три, с Сергеем я уже договорился, он сказал, что у вас достаточно комнат, чтобы взять ребенка на время к себе. Везунчик был просто ошеломлен. С ним давно уже в таком тоне не говорили, а Ника и подано видит такое обращение впервые. Только вот Мик знал, что противиться ни в коем случае не стоит, а вот мелкая - нет. – А почему нам надо туда? – спросила она. – Потому что. Так будет лучше. Идите собираться! Объяснять что-то он был не настроен, в его голове крутилось другое и явно поважнее. Обладатель волос цвета латте не дал малышке возразить, отвернувшись и понеся её назад. Она начала проситься вниз, ибо в её понимании разговор был еще не закончен. Мик объяснил ей, что сейчас беспокоить Макса не стоит, он может очень сильно обидеть, причем случайно. – Скорее всего Тако нашли, но там какие-то сложности, что нам стоит уехать. – Но, почему он не скажет об этом прямо? – Потому что боится, что ты захочешь остаться. Поехали ко мне, ты же давно хотела там побывать! У меня из окон вид на прекрасный парк! Ребенка он, может быть, и успокоил, но вот кто успокоит его? Беспокойство клубилось в его голове, делая все думы тяжкими. Уехали они буквально через час. – Теперь ты мне расскажешь, что вы нашли? – спросил Арон, оказавшись около задумавшегося мужа. – Неохотно… Принц пришел в ужас, узнав предположение и воспылал праведным гневом против этих уродов. – Только, что с Шелом? Ты же понимаешь, что он хочет быть на задержании! – Да, Ева пообещал его уберечь от этого. Никому из нас не хочется, чтобы дети видели такие ужасы. – Хм, – Арон нахмурился и посмотрел в сторону. – Шела не так просто удержать, как вы думаете…. Ивон рассчитывал вообще не выходить сегодня на работу, тем более что начинался чемпионат, но, Мик, сыночек его нанимателя, немедленно затребовал подать «карету». Чертыхаясь и всячески сетуя на такую подлую судьбу, мужчина поспешно надел обыденную черную одежду и выскочил из квартиры. Машина была подана во входу через 10 минут. Дуясь на весь свет он смотрел на оживленную улицу, подпирая щеку рукой. Неожиданно из холла вышли Мик, с большой сумкой, и Ника, одетая теплее, чем на прогулку. – Добрый день, – кивнул водитель, удивившись этой картине. – Не такой уж добрый, к несчастью, – вздохнул Мик, залезая следом за малышкой. – К моему дому. Ивон не мог припомнить ни разу, когда Ника ездила в гости к везунчику, а смотря на огромную сумку явно детских вещей, она ехала туда не на денек. – Когда вас забрать? – решил в конец убедиться в своей догадке мужчина, медленно начиная движение. – Сегодня можешь возвращаться домой, это на пару недель. – Понятно. Что же у них такое случилось, что даже вечно смеющийся и улыбающийся парень сейчас белее мела? В этой семейке явно творилось что-то странное. – До этого, заверни в торговый центр с детским отделом! – неожиданно добавил Мик, даже не смотря в сторону Ники или водителя. На душе у него была настоящая песчаная буря из сомнений. «Надо будет поговорить с Шелом, он-то точно знает, что происходит». Торговые ряды светились яркими огоньками, отгоняя дурные мысли, словно феи в той игре. Ника шла за ручку с Миком и боялась представить, что ей сейчас перепадет. Она, как родитель, не очень любила, когда ей что-то делают задаром, словно остаешься в должниках, но благодаря своей логике, она просто не могла отрицать, что ей сейчас что-то купят. Иначе, зачем они остановились у детского отдела? Везунчик крутил в руке черную карту, благодаря которой ему можно было покупать все, на что ложился заинтересованный взгляд, а малышка пыталась сдержать улыбку, когда они вошли в детский рай. – Шел, ты как? – спросил Мик, прикрыв дверь в гостиную, где ребенок был полностью поглощен своими приобретениями. Везунчик обернулся к окну и прислонился к стене, около него. За рамой на большой площадке не далеко от того входа парка, что был ближе всего, играли дети под присмотром родителей и нянек. – Аааа, – мученический стон явно принадлежал нашему стриптизеру. – Ужасно! Я не знаю, что за дрянь они в меня вкачали, но, я чувствую себя очень плохо! Вокруг вечно какие-то люди, которые меня искренне бесят, я в дебильной робе, которая тоже меня бесит, а так же меня уже раз десять вывернуло! – Ну, судя по голосу, жить ты все же будешь! – Ха! Хер вы меня этим убьете! – Ахаха, я люблю тебя, ты неисправим! – Рад это слышать, – улыбнулся Шел. Выглядел он действительно очень истощенным. – Что узнали? – Ева сказал, что контакт наладить так и не удалось, хотя чую я, что он пиздит! – Шел любил выражаться, когда ему было очень плохо. – Я сам мало что помню, но точно видел пару-тройку картинок! – Странно. Папа отослал нас с Никой ко мне, я был просто уверен, что они что-то нашли и не хотят, чтобы мы им мешали. – Ну, теперь уж я тем более уверен, что Ева меня просто дурит. Он слишком взвинчен, достал аж. Хотя мы поговорили всего полчаса! Лучше бы я вообще в сознание не приходил, авось он бы уехал раньше! – Боюсь, что он сидел бы около тебя, пока ты концы бы не отдал! – Аахха, да, может быть и так. На удивление настроение у котенка было неплохое, хоть и физическое состояние было хуже уж некуда. Ему принесли какие-то таблетки, которые он с недовольством выпил, а затем искренне попросил его оставить в покое, заверив, что если ему захочется в туалет или что-то случится, то нажмет кнопку вызова врача. – Такое ощущение, что я в тюрьме, а не в больнице! – воскликнул он, проследив, чтобы все вышли. – С каких пор у больного сразу 10 ведущих врачей? – Что-то мне подсказывает, что тут дело рук Евангела. – Да это сразу понятно. Он просто свихнулся! Так трястись из-за того, что меня просто тошнит – это странно! – Ну, он тебя любит и боится за тебя. – Он меня этим бесит! Неужели не понятно, что я не хочу, чтобы он видел меня таким, а тем более еще и суетился вокруг, как курица наседка!? – Ты бы предпочел, чтобы я был рядом? – усмехнулся Мик, решив кое-что проверить. Шел секунду думал. – Да, пожалуй. Ты-то чего не видел! – Надеюсь, ты это Еве не говорил? – Нет, он и так меня к тебе ревнует, что вон, даже принудил единожды. Я предпочитаю при нем о тебе не говорить. – Знаешь, а повод для ревности все-таки есть… – выдохнул Мик. – Мне даже Сергей это заметил, да и я это вижу. – В смысле? – Ты относишься к нему иначе, а меня воспринимаешь, как самого близкого человека. Сержи предупреждал меня, что это закончится ревностью… – Ну, естественно, сколько я знаю тебя и через что с тобой прошел, и как недавно я знаком с ним! Неужели он этого не понимает? – Иногда этого даже я не понимаю. Сергей сразу сказал, что не сможет ревновать меня к тебе, просто потому что прекрасно знает, что я всегда буду при нем, но при этом с тобой могу быть так же близок. У меня порода такая, я шлюха бывшая, мне простительно, но вот тебе… понял мысль? – Ага. – Короче, скорее всего твой Евангел сам себе накручивает невесть что, и что-то мне подсказывает, что все это скоро вырвется. Будь осторожнее с ним, чтобы не зацепило. – Ага, и тогда на кого он должен, в таком случае, наорать? – Ну, на меня? – усмехнулся Мик, поняв, что ступил. – Отлично. Догадываешься, что я сейчас скажу? – Шел начинал заводиться. – Я не маленький мальчик, ты прекрасно это знаешь. У меня есть защитник, но и без него мне не страшно получить разнос, или я не ученик Арона! – Эх, знаю… но, в любом случае, я против! Лучше пусть на меня орет! – Чтобы ты его потом вообще никогда полюбить не смог? – Пффф, а какова вероятность, что я его вообще полюблю? Сколько людей живут в браке без любви? Ничего, и мы будем жить… – Глупый ты, Шел! – Нет, просто везунчик из нас ты. – Идиот, – Мик просто не знал что делать. Он так хотел, чтобы этот упрямый придурок просто взял и влюбился, оставив за своей спиной все остальное. Просто быть счастливым, как счастливы они с Сергеем, как же хотелось добиться своего! – Ладно, закрыли тему. Как Ника? – Эх… – ох как не хотел везунчик закрывать этот разговор, так ему хотелось вбить в глупую башку правду и хитрость. Почему они такие странные? Как у них с Сержи все так получилось?! – Играет в игрушки. Мы заехали в детский магазин и она набрала много вещичек, которые давно хотела. Так что, часа на два её хватит, потом, боюсь, я тоже ей понадоблюсь. – Она хорошо себя чувствует? – Да, все в полном порядке, хорошее настроение, здоровый аппетит, в ней все хорошо. Надеюсь, что она просто ничего не поняла. – Славно. Попробуешь что-нибудь узнать? Я знаю, что Сергей точно во все посвящен. – Если он сегодня придет домой, то обязательно. – Тогда я рассчитываю на тебя. Передай малышке, что я её очень люблю и присоединюсь к вам, как только меня выпустят из этой тюрьмы с медицинским уклоном. – Обязательно, – улыбнулся везунчик.