A Trail Of Destruction / Пути распада

— Реджина! — блондинка с грохотом захлопнула дверь в кабинет мэра, сжимая в руке листок бумаги. — Что это за чертовщина? Реджина подняла свои темные глаза от часов в углу экрана монитора, на которые она смотрела последние полчаса в спокойном ожидании этого разговора. — Я не знаю, мисс Свон, — сказала она приподняв брови. — Но это ужасно похоже на письмо, которое я отправила сегодня утром. — Ага — емэйл, который ты разослала всему городскому совету, — уточнила Эмма, бросив листок бумаги на стол между ними и громко припечатав его ладонью. — В котором говорится, что я сегодня буду проводить встречу по общественной преступности в городе. Я на это не подписывалась. — А я-то полагала, что это я здесь мэр и мне не требуется ваше одобрение, чтобы организовать собрание, — пока брюнетка это говорила, она встала, подошла к ближайшему шкафу и достала оттуда толстую пачку бумаг. — Как глупо было с моей стороны. — Реджина, будь добра, перестань нести эту чушь, — зарычала Эмма и наклонилась вперед, оперевшись руками о край огромного стола. — Ты прекрасно знаешь, что я бы на это не согласилась, поскольку никогда не проводила подобных собраний. — Я также знаю, что вы и появляетесь-то на них крайне редко, не говоря уж о том, чтобы держать во время встречи глаза открытыми, — холодно парировала мэр, усаживаясь обратно за стол и закидывая ногу на ногу. — Я подумала, что этот опыт может быть весьма поучительным для вас. Эмма на мгновенье сузила глаза, пробежавшись взглядом по туго обтянутой платьем фигуре Реджины. Брюнетка просто улыбнулась ей в ответ — эта жесткая, холодная улыбка, которая всегда служила самой раздражающей преградой между ними. — Ты действительно сделаешь это? — пробормотала Эмма, еще дальше наклоняясь над столом и не моргая глядя на нее. Реджина даже не дрогнула. — Ты серьезно настолько одержима идеей наказать меня, что собираешься заставить это сделать? Чтобы просто посмотреть, как я буду выкручиваться? — Насколько я знаю, вам нравится думать, что все вращается вокруг вас, мисс Свон. Боюсь, что все не так просто, — Реджина взяла со стола ручку и зажала ее между указательными пальцами, так, что она образовала импровизированный мостик. — Нам необходимо провести эту встречу. И да, так уж вышло, что вы были шерифом всего пару недель, но я думаю, что вы готовы справиться с этим самостоятельно. Не так ли? Эмма подняла одну бровь, прежде чем выдохнула всего одно слово. — Верно. — Кроме того, — Реджина снова перешла на свой обычный резкий тон. — Наблюдать, как вы выкручиваетесь, не входит в мои планы на сегодня. К сожалению, у меня много других важных дел. Эмма стиснула зубы, и на ее челюсти заходили желваки. — Подожди. Ты даже не собираешься там присутствовать? — А зачем мне там быть, мисс Свон? — лоб Реджины нахмурился в самом бесящем притворно-насмешливом замешательстве, которое Эмма когда-либо видела. — Вы считаете себя достаточно взрослой, чтобы попытаться растить моего сына, но вам все еще нужна нянька на обычном городском собрании? — Это просто смешно, — начала Эмма. — Если ты так сильно хочешь мне отомстить, то могла бы просто сделать то, что делают все нормальные люди — проколоть мне шины, распустить слух, что я наркоманка или что-то вроде этого. Чем, черт возьми, может навредить это липовое городское собрание, кроме того, чтобы сделать мою жизнь и жизнь всех остальных участников намного невыносимее на пару часов? — Именно этим, — невозмутимо ответила Реджина, наслаждаясь ошарашенным выражением лица шерифа при этом признании. — Это приведет вас в ярость. И я обожаю все, что вас бесит, Мисс Свон. Эмма отступила от стола на шаг, скрестив руки на груди. — Ты пафосная и жалкая. — А вы уже опаздываете, — напряженно улыбнулась Реджина. — Давайте же, дорогуша. Вы ведь в курсе, что собрание меньше, чем через час. Так что вам лучше пойти и накидать себе пару заметок. Несколько секунд Эмма просто стояла, в бешенстве щелкая челюстью и изо всех сил стараясь сдержаться, чтобы не начать сыпать отборной бранью в адрес самой мучительно раздражающей женщины, которую она только встречала за всю свою жизнь. Блондинка наблюдала, как ухмылка еще раз мелькнула на лице Реджины, прежде чем совсем исчезнуть. — Мисс Свон, — сказала она низким голосом. Своим опасным голосом. — Я не пытаюсь играть здесь в какую-то игру. Если вы не возглавите это собрание, то я буду считать это преднамеренным пренебрежением вашими должностными обязанностями. И я не думаю, что вы хотите потерять свою должность, после такой тяжелой борьбы за нее всего несколько недель назад, не так ли? На лбу у Эммы нервно пульсировала жилка. Даже сквозь ткань коричневой куртки, она чувствовала, как ее ногти впиваются в кожу на руках. Блондинка стиснула зубы и отошла на шаг от стола мэра, ни на секунду не отрывая взгляда от сидевшей за ним женщины с королевской осанкой. Когда дверь захлопнулась, Реджина наконец позволила себе откинуться на спинку рабочего кресла. Она слушала, как яростные шаги Эммы удалялись по коридору и на губах брюнетки играла кривая усмешка. Реджина медленно положила ручку на стол и почти пожелала, чтобы у нее была возможность присутствовать на собрании, чтобы увидеть, насколько плохо все это закончится. Прежде чем собрать свои вещи, чтобы остаток дня поработать из дома — просто на случай, если Эмма решит ворваться в ее офис и попытаться вытащить ее на собрание — Реджина взяла в руки телефон. — Сидни. В час дня состоится городское собрание. Мне нужно, чтобы ты на нем присутствовал, а затем приехал в мой офис. Она даже не успела положить телефон на стол, как он завибрировал, получив ответное сообщение. — Считайте, что уже сделано. * * * Эмма сидела на скамейке рядом с городской мэрией, яростно пролистывая пальцем ссылки на экране своего телефона, в надежде, что Гугл найдет хоть какие-то дискуссионные пункты относительно общественной преступности в маленьких городах. — Твою ж мать, — пробормотала она себе под нос, загружая уже седьмую страницу поиска. Отчаявшись что-то найти таким способом, Эмма вернулась к электронному письму, которое Реджина отправила ей утром. Зеленые глаза пробежались по тексту на повестке дня: Наш недавно назначенный шериф, Эмма Свон, будет возглавлять сегодняшнее заседание, посвященное преступности в обществе. Я не сомневаюсь, что это откроет глаза для всех участников. Возросшее количество прогулов занятий в начальной школе Сторибрука, а также вопрос о повторяющемся вандализме в виде граффити на стенах Сторибрукского консервного завода — являются двумя основными темами, которые должны быть вынесены на обсуждение. Любые другие вопросы, которые шериф или советники сочтут уместными, могут обсуждаться по мере необходимости, а затем фиксироваться в протоколе заседания. Шериф предоставит мне данный протокол строго в 9 утра в понедельник. Эмма закатила глаза. Даже по обычным раздражающим стандартам Реджины, этот новый план был сумасшедшим. Она снова посмотрела на дисплей своего телефона, чтобы убедиться, что даже Гугл подвел ее на этот раз. Эмма вздохнула и откинулась на спинку скамьи, глядя в дождливое небо штата Мэн, чувствуя, как тяжелая влажность оттягивает кончики ее светлых кудрей. Собрав волосы в хвост, она посмотрела на башенные часы, стрелки которых приближались к часу дня. Из ее груди вырвался стон и она даже не попыталась его сдержать. Скоро нужно будет открыть зал для заседаний и это, несомненно, тоже будет ее задачей. Блондинка неохотно поднялась на ноги, собирая слегка сморщившиеся от дождя бумаги, прежде чем бросить взгляд на широкое окно офиса мэра. Как раз в этот момент свет внутри погас — Реджина ушла. Покачав головой, Эмма тяжело зашагала обратно в здание, окруженная дождливым туманом и собственным раздражением. Два часа, — твердила она себе. Через два часа все закончится. * * * Без пяти минут час, перед входом в мэрию стоял в ожидании грузный мужчина. Из-под козырька бледно-серой бейсболки он наблюдал, засунув сжатые кулаки глубоко в карманы своей зеленой куртки, как люди прибывали на городское собрание. Маленькие капельки пота появились вдоль линии его седеющих волос, и он вытер их краем рукава, злобно стиснув зубы. На нагрудном кармане его рубашки была нашита выцветшая эмблема с надписью «Игра Шипов». Он окинул взглядом желтое здание, размышляя, на месте ли уже мадам мэр. Его руки тряслись в карманах — вероятно, из-за нескольких стаканов виски, которые он выпил, прежде чем покинул свой магазин — и мужчина сжал их сильнее, пока они наконец не замерли. Один кулак прижался к холодному металлу. Мужчина нервно сглотнул и сделал глубокий вдох, набираясь храбрости, чтобы пройти последние несколько шагов и войти в здание. * * * — Арчи! — удивленно воскликнула Эмма, глядя на высокого мужчину, который боролся со своим зонтиком, пытаясь его сложить. — Что ты здесь делаешь? Несколько работников мэрии суетились вокруг них, расставляя кувшины с водой, и раздавали прибывшим листки с темой собрания, которые Эмма небрежно бросила кучей на стол пять минут назад. К приходу шерифа уже были расставлены ряды скамеек, на которых могло поместиться по меньшей мере около пятидесяти горожан и Эмму повеселил оптимизм работников. На данный момент, за несколько минут до начала встречи, в зале было не больше десяти человек. Последним вошел рыжеволосый мужчина, у которого после этого собрания была назначена терапия с ее сыном. — Реджина попросила меня присутствовать, — сказал он, подходя к блондинке с виноватой улыбкой. — Реджина никогда ни о чем не просит, — сухо огрызнулась Эмма, опуская взгляд на свои коряво нацарапанные заметки. До прихода Арчи, девушка пыталась их заучить. К сожалению, она отчетливо понимала, что количества ее записей недостаточно для того, чтобы назвать этот процесс запоминанием. — Она предположила, что мне следует тут быть, — поправил себя Арчи, оперевшись на свой черный зонт. — Она подумала, что вам может быть полезен мой взгляд на прогулы в начальной школе, учитывая, что у меня проходят терапию несколько несовершеннолетних нарушителей. — Включая моего сына, — пробормотала Эмма, сворачивая листки с заметками. Арчи лишь пожал плечами. — Полагаю, тогда вам лучше занять место. Собрание вот-вот начнется и мне нужно… — Прошу прощения, — голос с незнакомым акцентом, раздался из-за спины доктора Хоппера. Шериф нахмурилась, недовольная тем, что ее перебили, и чуть отклонилась в сторону, чтобы увидеть грузного мужчину пятидесяти лет, внимательно наблюдающего за ней. На нем была серая кепка, козырек которой он низко опустил на лицо, пытаясь прикрыть глаза. Но даже несмотря на это, Эмма заметила, что они были слегка покрасневшими и быстро моргали. — Привет, — сказала она и сделала шаг к мужчине, когда Арчи занял место в первом ряду. — Вы пришли на собрание? — Да. Я… хм, — он замешкался. — Мэр Миллс собирается быть здесь? Услышав это имя, Эмма мысленно поморщилась и все раздражение моментально вернулось к ней. Ее поразило необъяснимое желание добавить еще одно имя к постоянно растущему списку врагов мадам мэр, и зеленые глаза блондинки сощурились. — О да, — невозмутимо сказала она, наблюдая, как мужчина выпрямляет плечи. — Конечно, она собирается. Ни один хороший мэр не позволит себе пропустить нечто столь важное. Почему бы вам не присесть — собрание скоро начнется. Мужчина кивнул и прошел к дальнему ряду, усевшись на крайний стул и натянув кепку еще ниже на лоб. Эмма медленно подошла к столу, который стоял в передней части комнаты. — Ладно, народ, — громко произнесла блондинка, окинув взглядом дюжину людей, которые сидели перед ней. Часть из них были ей знакомы с предыдущих собраний, большинство же она ни разу в жизни не встречала. — Я полагаю нам следует… ну, вы понимаете… начать эту штуку. Она села за стол лицом к хаотично рассевшимся зрителям и тяжело вздохнула. Ее заметки, выписанные на мятой бумаге, сейчас выглядели еще более жалко. Ей повезет, если эта встреча продлится больше пятнадцати минут, если ей придется говорить одной и кто-нибудь из людей не вступит в обсуждение. Она повернулась к Сидни, который появился в последнюю минуту и предложил выступить в роли протоколиста на этом собрании. Эмма кивнула ему, с просьбой продолжать. Первые пять минут, казалось, тянулись целую вечность. Эмма бормотала и несла скомканную ерунду о том, что по ее предположению, Реджина подразумевала под «кратким резюме предыдущего собрания». Насколько помнила Эмма, она присутствовала на этой встрече, но информации, полученной там, было ни чуть не больше, чем в ее скромных подготовленных записях. Блондинка видела, как люди обменивались растерянными взглядами, пока она говорила, но она продолжала скользить взглядом по бумажкам, стараясь не поднимать его на горожан. В этот момент, больше всего на свете Эмма сожалела о том, что на ней была надета старая потрепанная коричневая куртка, которую она в спешке накинула на себя сегодня утром, а не сияющие красные доспехи. — А теперь, переходим к следующему разделу. Доктор Хоппер здесь для того, чтобы… — Прошу прощения. Ее снова прервал голос из дальнего конца зала. Вскинув голову, Эмма взглянула на мужчину с лицом пепельного цвета, который нервно ерзал на своем стуле на заднем ряду. — У нас будет специально отведенное для вопросов время в конце собрания, — огрызнулась шериф. — Итак, как я говорила… — Когда мэр собирается приехать? Глаза Эммы опасно сверкнули от раздражения. — Скоро. Но я сомневаюсь, что она так же спокойно, как я, отнесется к тому, что вы будете прерывать ее каждые пять секунд. Так что могу я попросить вас заткнуться на минутку и дать мне продолжить? Мужчина замолчал. Эмма стиснула зубы, прежде чем пригласить Арчи встать и сказать что-то полезное, что могло бы действительно помочь этой встрече. Сидни яростно стучал по клавиатуре, в то время как миссис Картер, заместитель директора школы, начала настоящую тираду против доктора Хоппера, в ответ на его спокойно высказанное предположение о том, что «проблемные» дети в начальной школе Сторибрука, возможно должны быть более вовлечены в классную деятельность. Эмма наблюдала, стараясь не закатывать глаза, как круглое лицо женщины становилось все краснее, когда она защищала свою школу и ее безупречные методы обучения. Блондинка слышала, что Генри говорил о ней и знала, что Мэри Маргарет была практически единственным действительно компетентным учителем во всей школе. Эмма нацарапала себе заметку не забыть купить своей соседке по комнате какой-нибудь подарок или что-нибудь еще просто за то, что та вынуждена выслушивать гнусавый голос этой женщины каждый божий день. Но на мгновение шерифа отвлек глухой стук из задней части зала. Она подняла глаза и увидела, что мужчина из цветочного магазина встал и ждет, когда она заметит его. — Простите, — сказала Эмма, поднимая руку, чтобы остановить бред миссис Картер. — Есть проблема? — Когда придет мэр Миллс? — пробормотал мужчина. Его руки дрожали, свисая по бокам. По залу прокатился коллективный стон. Эмма встала, склонившись над столом. — Послушайте, — сказала она ровным тихим голосом. — Вы здесь явно не по причине того, что у вас серьезные неприятности из-за граффити в доках. У вас какие-то проблемы с Реджиной, что, знаете, не слишком-то удивительно. Но это не то место, где вы можете их решить. Так что сейчас я попрошу вас уйти, а когда Реджина решит появиться, вы сможете поговорить с ней об этом. Мужчина поднял на мгновенье глаза и сквозь красноту в них мелькнуло раздражение. — Но… — Уходите, — рыкнула Эмма. — Сейчас же. Головы горожан повернулись к концу зала, ожидая дальнейших действия от мужчины. Он же просто постоял немного, сжимая и разжимая кулаки. Затем, слегка покачав головой, он выбрался из-за скамеек и двинулся к открытой двери в задней части комнаты. — Отлично, — вздохнула Эмма и снова села. Она нерешительно улыбнулась миссис Картер, которая, без сомнения, внутренне смеялась над тем, каким некомпетентным шерифом она себя выставляет. — Миссис Картер, вы можете продолжать… А потом она замерла. Она наблюдала, как мужчина подошел к двойным дверям, закрыл их и запер на замок своими дрожащими руками. Прежде чем он обернулся, Эмма увидела металлический предмет в его руке. Она без раздумий вскочила на ноги, широко раскрыв глаза. — Пистолет! Пистолет! Всем лечь! Звук выстрела эхом прокатился по улице. Дюжина людей сразу набрала 911, но каждый из них услышал щелчок, поскольку их звонки были отклонены сотовым телефоном Эммы, который лихорадочно отправлял сообщения в резервную команду поддержки на расстоянии полумили. — Послушайте, — сказала Эмма, пытаясь не цепляться взглядом за пулю, которая застряла в потолке над ней. — Почему бы вам просто не попытаться успокоиться, а затем… — Где она?! — заорал мужчина, направляя оружие на Эмму. Все остальные в комнате неподвижно затаились, большинство из них сползли на пол между скамейками. Эмма стояла одна в передней части зала, совершенно беззащитная, понимая, что ни при каком развитии событий ей не удастся дотянуться до собственного пистолета быстрее, чем мужчина нажмет на курок. — Нам нужно… — Ты сказала, что она придет! Где она?! Эмма сглотнула, наблюдая как пистолет танцует в его трясущейся руке. Он передвинул кепку ближе к затылку, открывая лицо и его красные глаза были просто ужасающими, их взгляд граничил с безумием. Эмма понимала, что если она скажет хоть слово о том, что Реджина уже давно покинула это здание, он пойдет искать ее. И черта с два шериф возьмет это на свою совесть. — Я не знаю, — тихо сказала она, держа руки поднятыми. — Мне жаль. Я действительно не знаю. Я думала, что она придет, но, очевидно, у нее… — Не ври мне! — зарычал мужчина, сделав несколько шагов. Когда он шел мимо рядов со скамьями, люди вздрагивали, съеживались и прижимались к полу. Бросив быстрый взгляд налево, Эмма увидела, что даже Сидни забился под стол. Единственным человеком, который остался перед этим безумцем — была она. — Я не… — Отдайте мне ваше оружие, шериф, — перебил ее человек. Его голос звучал почти спокойно, пока до него не дошло, что Эмма не двинулась с места. — Подойди сюда и отдай мне чертов пистолет! Она вздрогнула и начала выходить из-за стола, двигаясь в сторону мужчины, все еще держа руки поднятыми. — Мистер Френч, — тихий голос заставил мужчину дернуть головой вправо. Это был Арчи, присевший на корточки в первом ряду. — Мо. Серьезно. Тебе не нужно делать этого. — А ты утихни, — огрызнулся Мо и снова повернулся к Эмме, все еще держа пистолет нацеленным ей между глаз. Крепко сжав зубы блондинка продолжала идти, пока не остановилась прямо перед ним. Мужчина потянулся вперед, шаря рукой под ее курткой, пока не нашел металлический предмет в кобуре, прикрепленной на ремне джинсов. — Отлично, — сказал он, махнув шерифу рукой, чтобы она сделала шаг назад, прежде чем убрал ее пистолет в карман своей куртки. — Теперь мы все можем подождать прибытия Реджины, правда? Эмма вздрогнула. — И… если она не придет? — Она придет. Ты так сказала. — Но если не придет? Мужчина моргнул. — Тогда у нас появится проблема, не так ли, шериф? За пределами зала Эмма все больше слышала нервные голоса и звук заведенных автомобилей на улице. Краем глаза увидев через окно мигающий свет, она затаила дыхание. Шериф поняла, что кто-то вызвал к ним полицию. Мо, кажется, понял это одновременно с ней, и его лицо резко помрачнело. — Черт бы все побрал. — Мо, — медленно произнесла Эмма, осторожно опуская руки. Он смотрел на нее прищуренными глазами. — Слушайте, что бы ни сделала Реджина, мы сможем с этим разобраться. Хорошо? Я вам обещаю. Мы можем… — Ты ничего не знаешь! — прорычал он. — Ты понятия не имеешь, какая она! — Вообще-то, вроде как понимаю, — парировала Эмма, поднимая брови. — Лучше, чем кто бы то ни было. Но даже я не стала бы… — Она уничтожила меня, — прошипел мужчина, резко сокращая расстояние между ними и все еще вытягивая вперед руку с пистолетом, пока его дуло с силой не уперлось в лоб Эммы. Она тяжело сглотнула. — Ты понимаешь это? Она разрушила все. — Что она сделала? — Мой магазин, — он покачал головой. — Я потеряю его. Она отказывается мне платить и поэтому я потеряю все. — Я не понимаю… — Ну конечно не понимаешь. Как бы ты поняла? — он приблизился к лицу Эммы, прижимая холодный метал пистолета к ее голове. — Я взял займ у мистера Голда, шериф. У меня есть долг, который должен быть погашен на этой неделе, иначе он заберет мой фургон, заберет мой магазин и я буду разорен. — Тогда очевидно, что вам нужно пойти к мистеру Голду… — Мэр должна мне денег! — взорвался он, злобно забрызгивая лицо Эммы слюной. — Она наняла меня ухаживать за ее садом. Она заставила меня работать целую неделю — целую неделю! — и потом не заплатила мне. Мне нужны эти деньги. Мне нужны эти деньги, чтобы рассчитаться с Голдом, а она отказывается платить мне, потому что она считает, что я плохо выполнил свою работу. — А это так? — вырвалось у Эммы, прежде чем она смогла остановиться. Мо сощурился, убрав пистолет от лба Эммы и уперев его прямо под ее подбородком. — Нет, — прошипел он. Последовала пауза. — Интересно, — пробормотала Эмма, не моргая. — Почему я вам не верю? Приклад пистолета просвистел в воздухе. Она услышала треск удара от него на своем виске прежде, чем почувствовала. Всеобщий вздох прокатился по комнате, когда блондинка упала на пол, прижимая руку к голове. Она чувствовала, как кровь заливает ее закрытые глаза. Мо стоял над шерифом, направляя на нее пистолет на удивление твердой рукой. — Вставай, — прорычал он. Эмма открыла один глаз и посмотрела на него. — Иди нахер. В ответ он наклонился и схватил ее за волосы, подтягивая к себе залитое кровью лицо. — Встать, — шипел он, сжимая ее щеки между пальцами. — Сейчас же. Сглотнув кровь, которая попала ей в рот, блондинка с трудом встала на ноги. Мо прижал свое лицо к ее щеке, безумно ухмыляясь. — Хорошая девочка. Он обошел шерифа и встал сзади, приставив пистолет к ее затылку. Теперь он, наконец, обратился к остальным присутствующим в зале. — Итак, народ, — спокойно произнес Мо, усмехаясь при виде дрожащих между рядами скамеек людей. — Вот что будет происходить каждый раз, когда кто-то из вас попробует заговорить со мной. Поэтому я полагаю, что если вы хотите, чтобы ваш шериф все еще был в целости и сохранности к концу дня, вам лучше сидеть тихо и делать то, что я скажу. Эмма стиснула зубы. Тупая пульсирующая боль в виске туманом окутывала ее голову. Все люди в зале избегали встречаться с ней взглядами. — Все, чего я хочу, — пробормотал Мо рядом с ее ухом, овевая девушку горячим и липким дыханием. — Это поболтать с нашим мэром. Так давай сделаем так, чтобы она пришла сюда, ладно? И потом мы все сможем отправиться по домам. В помещении воцарилось молчание — все ждали, что он скажет дальше. Эмма подняла руку, вытирая кровь с виска. — Мо, — снова раздался тихий голос из первого ряда. Эмма метнула взгляд в сторону Арчи, когда он встал, и ужас острыми когтями яростно впился в ее внутренности. — Давай притормозим. Почему бы тебе не попробовать глубоко вздохнуть и послушать меня? — Сядь, Хоппер, — огрызнулся цветочник, сильнее вжимая дуло пистолета в затылок Эммы. Шериф медленно покачала головой, глядя на рыжеволосого мужчину перед собой. — Тебе не нужно этого делать, — спокойно продолжил Арчи, делая маленький шаг вперед. — Мы можем поговорить. Мо только усмехнулся. — О, действительно? — спросил он наигранно мягко и Эмма почувствовала, что пистолет у ее затылка исчез. Но только для того, чтобы через секунду с силой опуститься на заднюю часть ее шеи. Блондинка рухнула на пол, из ее рта вырвался низкий вой, когда боль электрическим разрядом прокатилась по позвоночнику. Арчи моментально замолчал, опустившись обратно на землю и нахмурив брови. Носок тяжелого ботинка садовника с размаху впечатался в хрупкую спину Эммы, и девушка немного откатилась в сторону. Ее стон, хотя она и пыталась изо всех сил его сдержать, покатился по мраморному полу. Она свернулась калачиком, подтянув колени к груди, чувствуя как Мо снова опустился на колени рядом с ней. — У тебя такой авторитет в этом городе, — пробормотал он, откидывая светлый локон с ее липкого лба. — Они действительно уважают тебя, не так ли? — Иди к черту, — прошипела она сквозь зубы, не в силах сдержаться. Глаза Мо снова затуманились яростью, за секунду до того, как его кулак опустился на ее нос. Хруст, который последовал за этим, казалось, отрикошетил от стен. Эмма резко втянула ртом воздух, не разжимая зубы, чтобы не позволить себе закричать. Блондинка почувствовала, как горячая, липкая кровь потекла по ее губам. — Повторяю, — громко произнес Мо, снова вставая и с размаху вгоняя сапог под ребра Эммы. Он посмотрел на нее сверху, оценивая результат своего действия. — Каждый раз, когда кто-то выходит за рамки — она платит. Эмма вздрогнула, когда он наклонился над ней, моментально почувствовав его присутствие, даже не открывая глаза. Она ждала, когда холодный металл пистолета снова упрется в ее израненную кожу. Однако, открыв наконец глаза, она увидела вместо этого свой собственный телефон, покачивающийся перед ее лицом. — А это зачем? — выдохнула она, слизывая кровь с губ. Она молча наблюдала за ухмылкой, медленно расползающейся на лице Мо. — Ты собираешься позвонить для меня мэру. — Нет. Вообще-то не собираюсь. — А я думаю, — прошипел он, вжимая колено в ее поясницу, — что собираешься. — Поцелуй меня в задницу, цветочник, — выплюнула она, принимая сидячее положение и впиваясь взглядом в его лицо. — Да, у меня тоже есть кое-какие проблемы с Реджиной, но если ты думаешь, что я втяну ее в это, то ты еще более чокнутый, чем я думала. — Чокнутый? Я? — переспросил Мо, поднимая брови. — Первый раз такое слышу. — Что ж, явно не в последний, — парировала Эмма, дотягиваясь до пульсирующего участка кожи на виске. — Так что ты можешь пристрелить меня прямо сейчас, если это твой единственный козырь. Потому что звонить ей я не буду. Челюсть Мо на мгновенье сжалась, пока он размышлял, что делать дальше. Он моргнул. Все в комнате ждали. А потом пистолет был направлен на Сидни. У Эммы перехватило дыхание. — Я думаю, что будешь, — сказал Мо, снова протягивая ей телефон. — Давай. Сейчас же. Эмма видела, как ужас нарастает в глазах Сидни — единственного человека в этом зале, который — она была уверена — был на ее стороне. Ее союзник. Именно он позвонил в ту ночь Бабуле. Она судорожно моргнула, пульсация в виске уже начала оглушать ее. Она тряхнула головой, пытаясь рассеять помутнение, затуманившее ее зрение, — Звони ей, — Мо всунул телефон ей в руку и блондинка тяжело сглотнула, глядя на него. Краем глаза она кажется увидела, как Сидни смахнул слезу со щеки. Стиснув зубы, Эмма вывела на дисплей номер мобильного телефона Реджины и нажала на кнопку вызова. Она изо всех сил зажмурилась и мысленно молилась, чтобы мэр не ответила. Как обычно, Реджина сделала все, что могла, чтобы ее разозлить. Она взяла трубку после второго гудка. — Уже не справляетесь со своей единственной простой задачей, мисс Свон? — услышала блондинка вместо приветствия. — Реджина, — выдавила из себя Эмма, не сводя глаз с пистолета, который все еще покачивался между Мо и Сидни. Мо наблюдал за ней, лениво улыбаясь. — Я… мне нужно, чтобы ты пришла на собрание. Пожалуйста. — И зачем мне это делать, дорогая? — Реджина, сидя в кабинете у себя дома, откинулась на спинку кресла и медленно положила ногу на ногу. — Потому что, — голос Эммы дрогнул на мгновение, когда она попыталась придумать правдоподобную причину. Она быстро поняла, что не может. — Потому что мне нужна… мне просто нужна помощь. Реджина моргнула, поджав губы. — Вы просите моей помощи в проведении собрания? — Да, — выдохнула Эмма, закрыв глаза. Она услышала как Реджина сделала резкий вдох, затем последовала пауза. — Но вы никогда не просите моей помощи, — медленно сказала мэр. — Что случилось? Мо отчетливо это слышал и его глаза предостерегающе сузились. Он уставился на телефон в ее руке, и Эмма краем глаза заметила, как вздрогнул Сидни. — Ничего не случилось, — ответила Эмма, стараясь выровнять голос. — Просто здесь много людей… И много вопросов, на которые я не могу… я не… мне просто нужна помощь. Вот и все. — Мисс Свон, все в порядке? — спросила Реджина, наклоняясь вперед на своем месте. Она слышала легкую дрожь в голосе шерифа. Дрожь, которую волевая блондинка никогда не позволила бы ей услышать. На фоне же, в зале заседаний, стояла тишина. Что-то было не так. — Все отлично. — Вы уверены? Потому что у вас странный голос. — Все в порядке, Реджина, а теперь, пожалуйста, можешь ты уже прийти на эту чертову встречу? Последовала длительная пауза. Эмма стерла рукавом еще одну струйку крови, вытекающую из разбитой губы. Ее рука дрожала. В конце концов мэр вздохнула, прижимая губы как можно ближе к телефону. — Эмма, — мягко заговорила Реджина, так тихо, что Мо не мог этого услышать. — Я хочу, чтобы вы кашлянули, если что-то не так. Мо нахмурился и наклонился вперед, чтобы расслышать слова брюнетки. Эмма моргнула, глубоко вздохнув. — Все в порядке. Честное слово, — сказала она. А затем из горла шерифа послышался слабый кашляющий звук. Кровь сочилась из ее сломанного носа. Реджина резко выпрямилась в своем кресле. — Я звоню в полицию. Это Мо слышал. Низкое рычание вырвалось из его груди, и вдруг Реджина услышала лишь глухой стук, за которым последовал резкий крик Эммы. Раздался треск, когда телефон блондинки упал на пол. Затем звонок прервался. Реджина, пошатываясь, вскочила на ноги. Она схватила ключи от машины одной рукой, в то же время набирая номер экстренной службы полиции другой, пока бежала, что есть сил, к входной двери. * * * Приподняв Эмму за шкирку с пола, Мо прошипел прямо ей в лицо: — Никчемная. Бесполезный кусок дерьма. — Я не виновата, что она на это не купилась, — выдохнула Эмма, быстро моргая. Пистолет снова был прижат снизу к ее подбородку, поворачиваясь и натирая тонкую кожу. — А чья же это еще вина? — усмехнулся он, подняв пистолет над головой, и уткнулся лицом в сломанный, опухший нос блондинки. — Единственный человек, которого мы можем в этом винить — это ты, Эмма. Приклад пистолета снова резко опустился, вонзившись в ее скулу со свирепостью пули. Эмма со стоном упала на пол, ее кожу жгло как огнем. Мо молча стоял над ней пару секунд, повернувшись спиной к толпе. Мужчина направил дуло пистолета на затылок блондинки, и его рука почти не дрогнула, когда он спустил предохранитель, резко выдохнув сквозь зубы. Он не заметил, как Арчи вскочил с пола, высоко подняв свой зонтик над головой. Тяжелая деревянная ручка ударила по задней части черепа садовника, и он, хрюкнув, шатнулся в сторону. Эмма, все еще лежа на полу, наблюдала, как кучка горожан наконец навалилась на него, повалив на землю. Все это время он хватался за рану на голове, крича от боли и ярости. Когда он упал, пистолет покатился к Эмме, и, подавив волну тошноты, поднимающуюся из желудка, она схватила оружие. Арчи прижал Мо к полу, удерживая его зонтиком, передавливающим мясистую шею, в то время, как Эмма изо всех сил пыталась принять сидячее положение. Сидни залез в карман мужчины, достал второй пистолет и прокатил его по полу в сторону шерифа. На своем пути оружие угодило в небольшую лужицу ее крови, размазывая красное по белому. Мо вывернул голову и наблюдал, как трясутся ее руки, когда она направила на него пистолет. Они оба знали, что девушка им не воспользуется. — Эмма! — прокричал Сидни, подбежав наконец к ней и протягивая платок, чтобы остановить поток крови, текущий из ее носа. Шериф отмахнулась от него. — Я в порядке, — сказала она не обращая внимание на израненные мышцы и сломанные кости. — Где мой телефон? Он огляделся, а потом пошарив пару мгновений между двумя скамейками, вернулся с маленькой вещицей, зажатой в руках. — Звони Биллу, — распорядилась блондинка, откинувшись спиной на ближайшую скамейку и уронив руку с пистолетом на одно колено. — Он старший офицер резервного подразделения. Они наверняка уже снаружи. Скажи им, что они могут зайти и разобраться с ним. — Хорошо, — сказал Сидни, поднявшись на ноги и найдя нужный номер. Пока он звонил, он отвернулся от Эммы, оставив ее одну на полу. Остальные люди в комнате все еще стояли вокруг Мо, следя за тем, чтобы он был крепко прижат к земле. Несколько обжигающих слез скатились по ее щекам, когда она вникала в телефонный разговор. Эмма слышала, как снаружи группа резерва приступила к действиям, под аккомпанемент из яростных криков Мо. Когда Эмма снова подняла взгляд, она поняла, что несколько людей наблюдают за ней. Они заметили ее жалкие слезы, которые катились по лицу вперемешку с кровью, и не двигались с места, закусывая губы. Эмма замерла, задыхаясь от унижения. Никто больше к ней не подошел. Она почувствовала безграничное облегчение, когда услышала звуки быстрых шагов раздающихся в коридоре, прорывающихся через стекло закрытых дверей, чтобы попасть в зал.