***
Тишина воцарилась над всей группой, когда они уставились на Тео. Химера стоял на коленях перед Скоттом, склонив голову, после того, как он поведал о своих поступках и планах под руководством Врачевателей страха. Их окровавленные шлемы лежали рядом с ближайшим деревом – немые свидетели гибели их хозяев. – Я голосую за то, чтобы убить его. Он заслужил это, и мы не можем доверять ему, – Малия говорила открыто и непринужденно. Она выглядела так, будто смерть Тео не имеет для нее значения. Лиам знал, что это легко может оказаться правдой. – Ты изгнал Стайлза за меньшее, чем сделал Тео, – тихо высказался Кори. Скотт вздрогнул. – Ты даже не знал Стайлза, Кори. Отвали, – гаркнул Лиам. Мейсон собирался сказать Лиаму быть полегче с его парнем, но Скотт спокойно произнес, обрывая их: – Стайлз, он... Стайлз не здесь, а Тео ничего не сделал нам в действительности. Планы и действия – это не одно и то же. А все его планы были разрушены со смертью Докторов. – Значит, ты собираешься просто простить его и принять в стаю? Скотт, это сумасшествие! – Никто не оспорил точку зрения Малии. Через несколько секунд молчания Скотт снова произнес: – Мы не можем взять и убить его. И ему больше некуда пойти. – Тео сидел все это время притихнув, наклонив голову, пока все переглядывались над его головой. Он не сказал ни слова с тех пор, как закончил обнажать свою душу стае. – Я... Я сказал тому... парню, который... сделал это, – Лиам указал на окровавленные шлемы. – Я сказал ему, что возьму на себя ответственность за Тео. Давайте дадим ему шанс, ведь сейчас его не контролируют Доктора. Если он предаст нас... Я сам убью его. – Скотт посмотрел на него, и они пару секунд держали зрительный контакт, пока остальные молча наблюдали за ними. Наконец, Скотт кивнул. Собрание вскоре рассосалось, когда все разошлись в разных направлениях. Лиам и Тео направились к синему пикапу Тео, Лиам кинул свою сумку на заднее сидение. Они ехали к дому Лиама в тишине, никто не знал, что сказать. Наконец, Тео не выдержал, когда они подъехали к дому Лиама и бета потянулся к дверной ручке. – Лиам... – он запнулся, когда Лиам повернулся к нему. Глаза Тео были закрыты, пока он вдыхал и выдыхал, наконец возводя взор. – Спасибо. За то, что спас меня, за то, что... в общем, убедил остальных не убивать меня. – Не зная, как ответить, Лиам пожал плечами. Честно сказать, он не был уверен, что он чувствовал по отношению к Тео в данный момент. Этот парень планировал предать и убить их всех! Ладно, вообще-то только его и Скотта, но, видимо, и всех остальных в конечном счете. Однако, то, что он узнал о планах не делает их реальными, к тому же Тео казался неплохим парнем до этого дня! Лиам старался примирить знания с чувствами, которые подсказывали ему, что Тео может стать хорошим другом. Не желая прощаться, так ничего и не сказав, Лиам спросил: – Так где ты останешься? Родители? Вопрос был встречен молчанием. Лицо Тео стало пустым, и он усмехнулся. – Присматривать – это одно дело, а вот сталкерить – совершенно другое. Лиам рыкнул и повернулся лицом к бесящей химере. – Я просто хочу знать, должен ли волноваться, что ты убьешь свою семью или случайного встречного альфу. – Ему почти понравилась вспышка боли, что промелькнула на лице Тео, но его совесть отругала его за это. – Хорошо: нет. Я не живу с ними. Доволен? У меня нет семьи, которую я мог бы убить, уже как десять лет. Так что ступай, наслаждайся обедом своей мамочки без опасений. Никаких планов убийства на сегодняшнюю ночь. Скорее всего, просто вырублюсь в постели моей тачки в каком-нибудь палаточном лагере. Слова ударили его под дых сильнее, чем он мог представить. У Тео нет семьи? Он знал, что парень был пешкой Врачевателей страха... но Кори – тоже, а у того есть родители! Так же как и у Трейси, Джоша и у всех других химер! Это заняло всего лишь секунду потрясенного взгляда, перед тем как Лиам потряс головой, приняв решение. Он повернулся открыть дверь и посмотрел на Тео. – Бери свои вещи, я не позволю тебе спать в машине. – Он почти засмеялся, когда глаза Тео комично округлились – всего лишь короткая вспышка перед тем, как его привычная ухмылка вернулась на место. – Думаю, я могу позаботиться о себе, спасибо. Кроме того, разве ты не волнуешься о том, что я убью твоих родителей или что-то типа того? – Лиам насмешливо хмыкнул и выскочил из машины. – Это было не предложение, а приказ. Я должен следить за тобой, а я не смогу этого делать, если ты будешь слоняться где ни попадя в поисках места для парковки. Он посчитал: «Значит, решено», когда Тео вынул ключи из зажигания. Он взял свою спортивную сумку, и Лиам обождал, пока он обойдет пикап. Когда они шагнули вперед, Лиам подставил химере подножку, тот упал на траву. – Еще одна угроза моим родителям, и ты пожалеешь, что я защитил тебя. – Уже поздно.***
Тео молча наблюдал, как Лиам стелет матрац рядом со своей кроватью, застилает простынь и кидает сверху стопку покрывал. Родителей Лиама было легко убедить. Сказать им, что он слишком взрослый, чтобы быть под опекой у государства, но всё еще старшеклассник, было достаточно. Он мог восстановить свои поддельные документы, люди, которые значились как его родители, были уж точно мертвы, поэтому ему даже не нужно было врать ни о чем, кроме хронологии. – Не идеально, конечно, но уж получше, чем твой пикап, – сказал Лиам насмешливо. – Ничто не превзойдет мой пикап. Эта штука старше тебя! – Не думаю, что это плюс в твоем случае. – Тео улыбнулся в ответ на издевку – легкая улыбка, которую он искривил в ухмылку. – Итак, ты приглашаешь всех, кто пытается убить тебя, спать с тобой? Потому что, должен сказать, это прекрасный способ искупления. Особенно если вы делите кровать. – Он двусмысленно повел бровями, наслаждаясь, как Лиам сымитировал рвотный позыв и скривился в отвращении. – Фу, нет! Кто бы вообще делал такое! – Ну, я не уверен, как еще по-другому вы, ребята, остаетесь в живых, так что... – начал он, снимая обувь и устраиваясь на своей «кровати». – И что это значит?! – Это значит, что вы, ребята, слишком мягкие, и я, честно, не знаю, почему вас давным-давно не убили. Ты – щеночек, – он проигнорировал сердитый взгляд Лиама и продолжил перечислять недостатки: – Скотт и Кира слишком хорошие и никогда не смогут никому навредить. Малия хотя бы хотела убить меня, так что с ней, думаю, всё в порядке, но она у вас новенькая. – Что ж... – протянул Лиам, чувствуя себя некомфортно. Если у него всё же был ответ, Тео хотел бы его услышать. Он ждал. – До Малии у нас был Стайлз. Он был параноиком, но умным, и всегда мог выяснить, как остановить кого-либо, кто нацеливался на нас, до того, как они закончат свою работу. Ну или Дерек, оборотень от рождения, которого я видел всего раз. Он был жутким. – Стайлз? Стайлз Стилински? Это ему вы обязаны своими жизнями? Что, черт возьми, произошло, и почему он сейчас не здесь? Вы, парни, упоминали, что его изгнали. – Лиам вздохнул и подтянулся, чтобы облокотиться об изголовье кровати. – Он... стал темным. Я, в общем-то, не знаю всего. Кажется, он стал одержим, и Скотт, вроде, исправил это, но не до конца. Он убил кое-кого, кто преследовал нас, вместо обычного метода Скотта «заболтать их, пока они не сдадутся». Потом... потом мы отправились в Мексику. Это была катастрофа от начала до конца. Эта женщина, Кейт, оборотень-ягуар, похитила Скотта и превратила его в... берсерка. Он чуть не убил всех нас. Она также превратила Дерека в ребенка, поэтому он не мог помочь. Стайлз... он сделал что-то. Большую часть из того я не понял, но... но мне до сих пор снятся кошмары о той ночи. – Что же он сделал, что напугало тебя так? – Он разорвал Кейт на части. – Лиам закрыл глаза на минуту и просто дышал. Что бы не пробегало в его голове, это вне сомнений было больно, и Тео задался вопросом, говорил ли об этом Лиам с кем-нибудь до него. – Он... он был сыт по горло всем происходящим и сдался оставшейся тьме, что всё еще носил в себе, и это дало ему всякие разные силы, я так думаю. Он сорвал со Скотта шлем берсерка и разрушил заклятье, под которым тот находился; потом порезал себя и разломал череп-шлем голыми руками. Мы все услышали в тот момент крик, а Стайлз ушел, пока мы приходили в себя. Я вышел наружу и увидел его, стоящего над женщиной. Её руки и ноги были прибиты к земле большими осколками кости из того шлема. На всем её теле были порезы, и они не залечивались. Дерек... лежал рядом в круге из крови. Её крови. Я наблюдал, как Стайлз разрезает её на части. Я ничего не мог поделать, как будто я был под заклятьем, – он выплюнул злобно слова, лицо скривилось в гримасе. – Он резал её и резал, рисуя круг вокруг Дерека её кровью, затем строил узоры и формы из её конечностей, плоти и органов. Она кричала и умоляла всё время, а Стайлз выглядел так, словно не слышал её мольбы. – Лиам поежился, а Тео задержал дыхание, представив картину. Он видел, как Доктора делают кое-какие весьма темные вещи, но то, что описывает Лиам, звучит как магия крови. Даже Они не связывались с подобным. – Я закрыл глаза, когда он перерезал ей горло. Скотт и девчонки вышли из храма, и тогда я открыл глаза и увидел Дерека, лежащего на земле, снова взрослым. Стайлз пялился в пустоту неподалеку, а Кейт лежала там же мертвой. – И как Скотт разрулил это? – Никак. Он игнорировал это, пока мы не вернулись в Бейкон Хиллс. Мы все пошли по домам, а Стайлз исчез. Скотт нам сказал, когда Малия задала вопрос, что он изгнал его за то, что тот сотворил. Врачеватели страха стали первыми, кто побеспокоил нас с тех пор. – Лиам смолк, и Тео не нарушал тишину, довольствуясь возможностью просто посидеть и подумать. Зов ужинать от мамы Лиама пощадил их от борьбы с затянувшимся молчанием. Ему очень понравилась еда, и он еще раз тщательно поблагодарил чету Гейеров за гостеприимство. Теперь он был полностью доволен собой и мог не волноваться о том, где бы остаться или как выжить завтра или послезавтра. Он удивился, насколько легче себя чувствует без Врачевателей, дышащих ему в спину, несмотря на всё остальное, что произошло. Когда они переоделись и постелились ко сну, Тео почти шкурой ощущал нервозность Лиама. Едкий запах – соленый до тошноты – пронизал всю комнату, тогда он решил, что хотя бы попытается успокоить парочку опасений беты. – Я говорил серьезно, Лиам. Тогда, в школе. – О чем ты? – О том, что могу быть хорошим. Помогать вам. И ты должен знать, что я не наврежу твоим родителям. – Лиам фыркнул, но приторный запах начал выветриваться, так что он расценил свою попытку как успех. – Ага, будто я поверю всему, что ты сейчас скажешь. – Ох, тебе совершенно не стоит мне доверять. Если бы ты так легко доверился мне, я бы тебе доверять не стал, ибо это значило, что ты идиот. – Он продолжил, несмотря на нарастающий гнев оборотня: – Но ты можешь поверить в мои личные интересы. – О, тогда ладно. Пока тебе это выгодно, ты не навредишь нам. – Тео пустил смешок, улыбаясь в темноту. – Есть ли что-нибудь, что убедит тебя больше? Подумай над этим. Используй все свои три извилины и подумай. Что я извлеку из того, если наврежу тебе? – Откуда я знаю, это ты у нас злой гений! – Маленький завиток сожаления расправился в его желудке. Хотел бы он быть злым гением. – Едва ли. Я хороший актер. Практически всё остальное – от Докторов. Они строили планы, говорили мне, к кому подобраться поближе, как осуществлять каждый шаг. Я просто делал то, что было велено, чтобы выжить и стать сильнее. Зато я могу избавить тебя от лишней головной боли, уверен, ты не привык разрабатывать планы. – Он снова улыбнулся на низкое рычание, вырвавшееся у Лиама из груди. Раздразнить бету было так просто! – Я хотел убить тебя и Скотта ради силы альфы, чтобы я мог затем убить Врачевателей и обрести настоящую стаю. Я просто хотел реальную жизнь, здесь и сейчас. На самом деле, это всё, что я когда-либо хотел. Поэтому... именно поэтому они выбрали меня прежде всего. Я был слаб и нездоров, а они сделали меня лучше. Может, я и не нравлюсь твоей стае, но я – небезосновательно – уверен, что если буду полезным, то вы, ребятки, позволите мне тусоваться рядом и будете меня защищать. – И зачем ты мне это говоришь? С чего бы мне вообще тебе верить? – Как я и сказал: это в корыстных целях. Доктора мертвы, таким образом, большинство моих проблем решено. Твои родители просто святые, фактически предложили мне дом, пищу и семью, не моргнув и глазом. Это практически всё, что нужно. Единственное, чего не хватает, – стаи. Так сложилось, что вы, парни, держите эту территорию под контролем и достаточно безопасной. – Не считая чувака, который убил Докторов. – Ну не знаю. Как по мне, Скотт не выглядел обеспокоенным насчет него. – Погоди, что? О чем это ты? – Лиам... Мне трудно понять, серьезно ли ты. Ты серьезно? – Да! Что ты имел в виду? – Он вздохнул. Ну конечно, Лиам был серьезен. Как только он мог не заметить отсутствие реакции у Скотта? Они рассказали ему о мрачной фигуре, которая жестоко расправилась с Докторами, а его вздернула, как куклу, даже не прикладывая усилий, а Скотт просто моргнул. Он моргнул и спросил, что им делать с ним, Тео. Как Лиам умудрился пропустить это? – Скотта не заботит тот парень. Готов поспорить на деньги, что Скотт точно знает, кто он и что ему надо. – Скотт не сделал бы этого! Не может быть, чтобы он позволил кому-то такому попросту свободно разгуливать! – Тео снова вздохнул, сдувая лезущие в глаза волосы. – Как скажешь, любимчик-бета. Он твой альфа. Даже не буду переубеждать тебя в обратном, ты стопроцентно примешь это за хитрый план по настраиванию тебя против Скотта. – Лиам снова зарычал, сидя в кровати и сверкая глазами на Тео. Он саркастически заметил: – Тебя так легко разбесить. Но серьезно, не верь мне. Не то чтобы мне есть дело, но теперь ты можешь заснуть. Я буду здесь же, твои родители будут в порядке. В самом деле, после того, как легко они приняли меня? Я буду рад получить пулю или две только ради того, чтобы остаться у них на хорошем счету. Личная выгода, малыш-волчонок. Так что спи спокойно. Лиам рыкнул последний раз и завалился назад на подушку, ворочаясь, чтобы найти удобную позу. Когда Лиам уже минуту лежал недвижно, Тео ухмыльнулся. Лиама было так весело изводить, веселее, чем кого-либо, с кем он сталкивался за долгое время. – Спокойной ночи, милый. Он рассмеялся, когда ему в лицо прилетела подушка. Он снял её с лица и прижал к груди, сворачиваясь вокруг нее. Он сделал вдох и с удивлением обнаружил, что запах Лиама так близко оказался весьма приятным. Он мысленно поежился и зарылся глубже в одеяла. – Я это оставлю.