Верность Валькирии

Сидевшие в нескольких метрах от чемпионов турнира, директора школ неторопливо беседовали. — У нас тоже есть дворец, — услышал Гарри, — не та­кой большой и комфортабельный, как ваш, всего четыре этажа. И очаги мы топим только для колдовства. Но тер­ритория наша больше и красивей, правда, зимой день со­всем короткий, а ночь длинная, мало времени любовать­ся. Зато летом мы долго летаем над озерам и горами… — Эй, Виктор, — рассмеялся Каркаров, но глаза его оставались холодные и пустые, — смотри не скажи чего-нибудь лишнего, как бы твоя очаровательная собеседни­ца не нашла к нам дорогу. Дамблдор улыбнулся, и в глазах у него запрыгали ис­корки смеха. —У тебя, Игорь, все тайны да тайны. Можно подумать, ты не любишь гостей. —Мы все, Дамблдор, печемся о своих владениях. — Каркаров оскалил желтые зубы. — И ревностно оберега­ем вверенные нам очаги знаний. Мы по праву гордимся, что никто, кроме нас, не знает все их секреты, и мы бди­тельно храним их. Разве не так? —А я, Игорь, не стал бы утверждать, что знаю все сек­реты Хогвартса, — добродушно ответил Дамблдор. — Не далее как сегодня утром отправился я в туалет, свернул не туда, и очутился в прелестной, совершенно незнако­мой комнате с превосходной коллекцией ночных горш­ков. Позже я вернулся получше осмотреть ее, а комнат­ка-то исчезла. Я, конечно, все равно ее отыщу. Возмож­но, она доступна только в полшестого утра, а может, ког­да месяц в фазе одна четверть или когда слишком пол­ный мочевой пузырь. Услышав это, Гарри тихо рассмеялся и продолжил аккуратно трапезничать. Тем временем Дафна и Флёр продолжили обмениваться весьма красноречивыми взглядами. Холодная война между темной вейлой и валькирией продолжалась. Ни Гринграсс, ни Делакур не собирались друг другу уступать. Посмотрев в их сторону, Гарри слегка улыбнулся, после чего продолжил осматривать Большой зал. Тем временем сидевшая рядом с Крамом, Гермиона учила болгарина, правильно произносить её имя. Так как он звал ее — Геримона, что сильно не нравилось девушке. — Гер-ми-о-на, — медленно, по слогам произнесла Гермиона. — Герм-ивона, — повторил Крам.  — Гораздо лучше, — похвалила Гермиона, заметила, что Гарри на нее смотрит, и улыбнулась. После ужина Дамблдор встал и пригласил всех по­следовать его примеру. Взмахнул волшебной палочкой, столы отъехали к стенам, образовав пустое простран­ство. Еще один взмах, и вдоль правой стены выросла сце­на— с барабанами, гитарами, лютней, виолончелью и во­лынкой. На сцену вышел ансамбль «Ведуньи», встреченный восторженными рукоплесканиями. У ведуний были длинные растрепанные волосы, черные мантии нарочи­то порваны и потерты. Гарри с нетерпением ждал, чтобы они заиграли, совсем забыв, что за этим последует. Веду­ньи разобрали инструменты, фонарики на столах погас­ли, и участники состязания со своими дамами поднялись со своих мест. Гарри поспешил вместе с Дафной, пройти на танцевальную площадку. И под звуки музыки, гриффиндорец снова закружил свою партнершу в вальсе. Как и в прошлый раз, неподалеку от Гарри и Дафны танцевали, Флёр и Роджерс. И снова девушки перекидывались недвусмысленными взглядами, которые их партнеры старались не замечать.Как только танец завершился, Гарри с Дафной покинули танцпол и направились к столику с напитками. Взяв бокалы лимонада, Поттер и Гринграсс отойдя в сторону стали неторопливо попивать напиток. Однако вскоре их безмятежное времяпрепровождение было нарушено. В сторону гриффиндорца и слизеринки уверенной походкой шла француженка. Как только Делакур подошла, Гринграсс резко схватила Поттера за руку и гневно смотря на темную вейлу. В этот момент был объявлен белый танец, что для Дафны было совершенно некстати. — Мсье Поттер, я хочу пригласить вас на танец — обольстительно улыбнувшись, произнесла француженка. — Не видишь, что он занят — с отчетливой ревностью в голосе, высказалась Дафна. Слизеринка яростно смотрела на свою соперницу. Ситуация накалялась. Почуяв неладное, Гарри решил вмешаться. — Дафна, успокойся. Это всего лишь танец и ничего более. Не стоит устраивать скандал- убрав со своей руки, руку девушки, произнес Поттер. Тяжело вздохнув Гринграсс позволила, гриффиндорцу пойти танцевать с французской чемпионкой. Идя подруку с Гарри, Флёр мысленно улыбалась. Добравшись до танцпола, француженка и гриффиндорец стали танцевать. Однако через некоторое время, девушка стала все теснее прижиматься к Поттеру. — Флёр, что ты делаешь? — тихо обратился к Делакур, Гарри, чтобы его услышала только девушка. Та в ответ лишь томно улыбнулась. — Неужели я тебе не нравлюсь, Гарри? — еще сильнее прижавшись к гриффиндорцу, произнесла обольстительница. На такое высказывание прекрасной француженки, Гарри не знал, что ответить. Поэтому он решил промолчать. Однако Флёр расценила это молчание совершенно по другому.Флер решила, что гриффиндорец боится в этом признаться и потому продолжила дальше обрабатывать Поттера чарами и иногда во время танца теснее прижимаясь к Поттеру. Вскоре танец завершился и Гарри было уже хотел вернуться к Дафне, но не тут то было. Француженка решила, что оставаться в Большом зале уже не нужно. Поэтому она взяв гриффиндорца за руку, потащила его к выходу. Из — за огромного количества людей, Дафна не смогла обнаружить исчезновение своей соперницы вместе с Гарри. Поднявшись по лестнице на второй этаж, Флёр завела Гарри в один из заброшенных классов. Закрыв за собой дверь, темная вейла соблазнительной походкой направилась к гриффиндорцу. — Послушай, Флёр. Ты конечно милая девушка и все -такое. Однако боюсь тебя разочаровать, но мне нравится Дафна — попытался прояснить свою позицию, Гарри. Однако француженка сделала вид, что не слушает его. Подойдя вплотную к гриффиндорцу, темная вейла впилась страстным поцелуем в его уста, полностью к нему прижавшись. Гарри растерялся на пару мгновений, чем и воспользовалась Делакур. Поцелуй становился все более и более страстным и вскоре гриффиндорец уже не мог о чем-либо связно думать. Присев на ближайшую парту, Гарри и Флёр продолжили целоваться. И лишь спустя несколько минут, гриффиндорцу удалось прервать этот неожиданный для него поцелуй. — Флёр — начал было говорить Гарри, но француженка положив ему на губы свой пальчик, заставила того замолчать. — Можешь ничего не говорить. Однако я не отступлю. Мало кто из магов может сопротивляться ауре вейл, такие уникумы для нас желанные партнеры. Так, что милый Гарри, я так просто от тебя не отстану. Стоило темной вейле, это сказать как дверь в класс отворилась и в помещение вошла весьма недовольная Дафна. Заметив рядом с Гарри, Делакур, Гринграсс решительно подошла к ним. Слизеринка с яростью смотрела на темную вейлу. — А ну быстро отошла от Гарри, французская профурсетка — гневно обратилась к темной вейле, валькирия. Однако в ответ получила лишь ухмылку. В глазах Дафны отражалась лишь злость по отношению к темной вейле. То что дальше произошло стало полной неожиданностью как для Гарри, так и для Флёр. Дафна резко подошла к француженке и оттолкнув в сторону Поттера, нанесла пощечину Делакур. Флёр моментально рассвирепела и между двумя девушками началась самая настоящая драка. Две волшебницы забыли про свои палочки и стали мутузить друг друга как обычные магглы. Девушки вцепились друг другу в волосы, яростно шипели, произнося ругательства на английском и французском языках, правда вскоре Флёр стала выражаться и на русском. Так как за то время, что она училась в Сибирской магической академии, девушка успела поднатореть в великом и могучем. Как и любой житель Европы, Делакур с интересом изучила русский мат, который был гораздо богаче, чем во Франции, Англии и прочих иностранных государствах. Девушки вскоре упали на пол и устроили самую настоящую кучу -малу. Стоявший возле одной из стен, Гарри закрыв рукою лицо, покачивал головой, благоразумно не вмешивался в девчачий разборки. Гриффиндорец, запечатав комнату, с широко открытыми глазами смотрел на то как Флёр и Дафна дерутся друг с другом. — Вертихвостка — Гадюка — Ах, ты шлюха вейловская — Сучка — Курва, — Болезненный тычок пришелся в ребра Гринграсс, — Хуеглотка мелкая. — Флер царапнула своими коготочками по лицу Дафны. Дафна же в долгу не осталась кулачком ударив и вырвав небольшой клок волос, они катались по полу, нанося друг другу удары болезненно ударяясь о пол и стоящие парты. В ходе противостояния Дафна потеряла свою юбку оторванную под победный клич француженки, Гарри тяжело сглотнул увидев кружевные трусики и тонкие чулки надо сказать очень соблазнительные ножки, сам же корсет облегал фигуру девушки. Через несколько секунд потянув за верхнюю часть платья с треком вырвала его и теперь гарри мог наблюдать через ливчик соблазнительные груди француженки. Сам же Поттер трансфигурировал себе кресло с удобством устроился, положив руку под голову, наблюдал за этой дракой которое начинало превращаться в лесбийские игры. — Все хватит уже, а то они точно друг друга изнасилуют еще и меня в догонку — тихо произнес Гарри, смотря на то как Дафна и Флёр катаясь по полу, дрались матерясь даже от Дафны были слышны русские слова, короткий импульс магии и обе девушки отлетели в разные концы класса, но все равно со всей яростью готовились пойти снова в атаку. — Брахиабиндо, Мобиликорпус — Четыре веревки вылетели из его палочки связав девушек так же они поплыли к нему по воздуху, посадив их на пол он заметил какие он взгляды бросают друг на — Аргументи, — Поток воды обдал двух девушек. — Успокоились, Дафна, Флер скажите мне вы обе вроде не глупые девушки, а устроили тут самую натуральную магловскую драку что чуть не переросла в оргию, вы думайте своими головками или у вас там ничего кроме ревности и похоти не осталось, а что если бы кто-то вошел и увидел это, какие бы слухи поползли или не дай бог об этом узнали журналисты. Посмотрите на себя как вы выглядите, как две последние шлюхи как будто вас по кругу пустили, — Флер осмотрела себя и соблазнительно улыбнулась поправив почти прозрачный ливчик, Дафна закинув ногу на ногу смутилась. — Не улыбайся Флер это все из-за тебя. — Оу ты меня накажешь Гарри, — Вейла соблазнительно улыбнувшись подалась вперед, — Я готова милый. — Дафна же опять потянулась к сопернице в надежде крепко обнять за шею желательно до хруста. — Сидеть. — Раздался властный голос, Гарри сам удивился своему голосу. — Вы больше не будете нападать друг на друга, понятно это раз, во вторых бал еще не закончен по этому прошу дамы приведите себя в порядок, — Гарри наколдовал ширму освободив девушек, они ушли за приводить себя в порядок. Пока Дафна и Флер приводили себя в порядок, Гарри вышел из класса и направился обратно назад в Большой зал, желание видеть что одну что вторую отпало, ведь Святочный бал был еще в самом разгаре. Зайдя в зал, гриффиндорец прошел к столику с напитками и взяв бокал лимонада, отошел в сторону и стал наблюдать за дальнейшим развитием бала. Поначалу ничего такого не происходило, пока один рыжий придурок не устроил скандал. Во время танца, Шестой случайно зацепил Гермиону и вместо того, чтобы извиниться перед девушкой, начал оскорблять её последними словами. Называя свою сокурсницу «падкой на знаменитостей, шлюхой».Раздался хлесткий удар. Покрасневший как рак, от гнева Уизли хотел в ответ ударить Грейнджер, но тут же получил по морде от Виктора Крама. С огромным фингалом под правым глазом, рыжий гриффиндорец покинул Большой зал, расталкивая всех находившихся перед ним. Через несколько минут в зал вернулись Дафна и Флёр, девушки уже успели привести себя в порядок и не обращая внимания друг на друга, разошлись в разные стороны. Празднование длилось еще несколько часов и завершилось около полуночи. Гарри покинул Большой зал вместе с большинством гриффиндорцев. До конца бала Поттер больше не пересекался с Дафной и Флёр. Вернувшись в гостиную, четверокурсник сразу же направился в спальню. Быстро переодевшись в ночную одежду, Гарри сложил парадный костюм в рюкзак и залез в кровать, укрывшись теплым одеялом. Стоило Поттеру коснуться головой подушки, как он сразу же погрузился в царство Морфея. ******** После Святочного бала прошло пару дней и Гарри решил наконец приступить к разгадке загадки Золотого яйца. Логически помыслив, гриффиндорец решил, что если в первом задании, вернее во второй части его, чемпионам пришлось бороться с драконами, представителями огненной стихии, то наверняка во время второго задания им предстоит иметь дело с водной стихией. Придя к подобному решению, Гарри решил сходить в ванную старост, вместе с Золотым яйцом. Сделать это гриффиндорец собрался вечером, а пока ему предстояло заняться написанием эссе по основным магическим предметам. Спустившись в гостиную, Гарри сел за свободный столик и обложившись книгами и стопками листов пергамента, приступил к выполнению домашнего задания. Не обращая внимание ни на что постороннее, Поттер сосредоточился на написании эссе. Сначала гриффиндорец приступил к сочинению по зельеварению, так как Снейп всегда задавал слишком много. Потратив два часа на написание эссе по зельеварению, Гарри наконец его закончил и сосредоточил свое внимание на трансфигурации, а потом на чарах и ЗОТИ, как только домашнее задание было выполнено, гриффиндорец собрал книги и исписанные свертки пергамента и вернулся в спальню. Там, Гарри сложил их в рюкзак и взяв золотое яйцо, покинул комнату. Выйдя из гостиной, подросток направился в сторону ванной старост. Вскоре гриффиндорец подошел к внушительным дверям и на несколько мгновений молча уставился на них. — Сосновая свежесть — произнес пароль, подслушанный во время разговора двух пуффендуйских старост, Гарри. Дверь скрипнула и отворилась. Гарри проскольз­нул в ванную, запер дверь на щеколду.Да, только ради такой ванной захочешь стать старо­стой. Просторная комната выложена белым мрамором. С потолка свисает великолепная люстра с горящими све­чами. Посередине комнаты прямоугольный бассейн — тоже из белого мрамора, по краям него около сотни золо­тых кранов, украшенных самоцветами, у ближнего края трамплин. На окнах льняные занавеси почти до пола; в углу большая стопка белых пушистых полотенец. На стене единственная картина в золотой рамке — на скале спит русалка, светлые волосы разбросаны по лицу и мерно вздымаются от ее дыхания. Гарри положил на пол свои вещи и подошел к бас­сейну шаги гулким эхом отдавались в пустой мрамор­ной комнате. Из кранов полилась вода с пеной для ванн. Такой пены Гарри еще не видывал. Из одного вырывались розовые и голубые мыльные пузыри размером с фут­больный мяч, из другого текла густая белоснежная пена. На такую пену, кажется, можно лечь. Третий кран испускал душистые лиловые облака, и они медленно расплывались над самой поверхностью воды. Гарри открывал и закрывал краны, любуясь разноцветными струями. Особенно ему понравилась легкая струя, вся из пузырьков, которая, едва касаясь воды в бассейне, тут же взлетала в воздух и на мгновение застывала вы­сокими арками. Бассейн хоть и немаленький, очень быстро наполнился горячей водой, пеной и пузырями. Гарри закрыл краны, снял халат, тапочки, пижаму и осторожно опустился в воду. Бассейн был довольно глубокий, Гарри едва касал­ся ступнями дна. Он несколько раз переплыл бассейн туда и обратно, вернулся к яйцу, встал у бортика и при­задумался. Приятно, конечно, купаться в горячей души­стой воде, полной разноцветной пены и пузырьков. Однако вскоре гриффиндорец вспомнил зачем он сюда пришел. Опустив золотое яйцо в воду, Гарри создал вокруг своей головы воздушный пузырь, чтобы легче было дышать под водой и нырнул. Нажав на кнопку на верху яйца, подросток открыл данный артефакт. Из яйца тот час раздалась мелодичная песня. Гарри постарался внимательно слушать её: Ищи, где наши голоса звучать могли бы, Но не на суше — тут мы немы, словно рыбы. Ищи и знай, что мы сумели то забрать, О чем ты будешь очень сильно горевать. Ищи быстрей — лишь час тебе на розыск дали На возвращение того, что мы украли. Ищи и помни, отправляясь в этот путь, Есть только час, потом пропажи не вернуть. Гриффиндорец три раза прослушал данную песнь, пока не запомнил её досконально. Затем четверокурсник вынырнул на поверхность, отменив действие воздушного пузыря и закрыв золотое яйцо. Поставив артефакт за бортиком ванной, Поттер стал наслаждаться теплой водой, прикрыв глаза. Однако минут через пять, Гарри окончательно разомлел и вскоре заснул. Лежа в теплой воде, покрытой пеной, гриффиндорец вскоре был разбужен открывшейся дверью и легкими девичьими шагами. Открыв глаза и обернувшись, Гарри увидел Флёр. Француженка уже полностью разделась. Вейла не стала надевать во время похода в ванну старост никакого нижнего белья. — Здравствуй, Гарри — мелодичным голоском обратилась к гриффиндорцу, темная вейла. Поттер увидев перед собой голую девушку моментально покраснел и постарался увести свой взгляд от роскошной, четвертого размера, груди Делакур. — Привет, Флёр — смущенно ответил гриффиндорец, стараясь как можно меньше смотреть в сторону девушки. Вскоре темная вейла залезла в ванную и постаралась сесть рядом с юношей. Воцарилось неловкое молчание. — Ну что же, я думаю мне пора. Рад был повидаться с тобой, Флёр — сказав это Гарри, вылез из ванной и быстро натянув трусы, поспешно стал одеваться. — Ну, Гарри, куда же ты. Не уходи составь мне компанию — мурлыкающим голоском произнесла Делакур. Однако гриффиндорец не собирался поддаваться на попытки темной вейлы соблазнить его. Быстро одевшись и вежливо попрощавшись, четверокурсник схватив свое золотое яйцо покинул ванную, под разочарованный вздох Флёр. Как только Поттер ушел, девушка также приступила к разгадке своего золотого яйца. Как только подсказка была изучена, Делакур вытащила из воды яйцо, быстро закрыв его, поставила артефакт за бортиком ванной. Затем прикрыв глаза и представив эротическую сцену с участием одного зеленоглазого гриффиндорца, темная вейла стала мастурбировать. ******** Покинув ванну, Гарри поспешил обратно в гриффиндорскую гостиную, стараясь по меньше думать о увиденных прелестях Флёр. Дабы отвлечься от сальных мыслей, четверокурсник стал напевать издевательскую песню про декана Слизерина, которая была весьма популярна на Гриффиндоре. Добравшись до своей факультетской гостиной, Поттер поднялся по винтовой лестнице в спальню для мальчиков и плюхнувшись на кровать, стал размышлять о полученной подсказке. Смотря в потолок, четверокурсник старательно думал. — Значит надо что-то найти под водой за час. Что же поживем увидим. Чары воздушного пузыря я знаю, так что проблем с тем, чтобы продержаться под водой целый час у меня не должно возникнуть — тихо прошептал Гарри, прежде чем заснуть. Прошло несколько дней и вот настал день второго испытания. В этот день, Гарри был весь сам не свой. Он никак не мог найти Дафну. И вскоре в голову гриффиндорца закралась догадка, что под водой надо будет найти именно Дафну. Мысленно ругнувшись на организаторов Турнира, гриффиндорец направился в Большой зал и сев на свое место, стал завтракать. Как только с легкой едой было покончено, Гарри вместе с остальными чемпионами направился к выходу из замка. Вскоре они добрались до берега Черного озера, где были построены кабинки для переодевания. Быстро раздевшись и надев плавки вместе с длинной майкой, Гарри вышел из кабинки и тут снова столкнулся с Флёр. Девушка была одета в весьма эротичный белый купальник и заметив Поттера, подмигнула ему. Гарри постарался отвернуться, дабы быстро сосредоточится на выполнении второго задания. Вскоре четыре чемпиона подошли к судейскому столу, не обращая никакого внимания на заполненные до отказа, деревянные трибуны. Встав напротив судей, чемпионы стали ждать начала состязания. Спустя несколько мгновений вперед вышел Людо Бэгмен. Оглядев чемпионов, мужчина усилил свой голос заклинанием и произнес краткую речь:  — Ну, что же, наши участники готовы ко второму ис­пытанию. Начнем по моему свистку. За час они должны найти то, что у них отобрали. Итак, на счет три: раз, два, три! Холодный неподвижный воздух огласил пронзитель­ный свист, трибуны взорвались криками и рукоплесканиями. Не смотря на своих соперников, Гарри быстро наколдовал вокруг своей головы воздушный пузырь и прыгнул в воду Черного озера. Гарри поплыл вдоль дна. Тишина давила на уши. Вода у дна была мутная, и видел Поттер теперь совсем недале­ко, футов на десять вокруг. Под ним расстилался удиви­тельный мутный пейзаж, новые виды словно выскаки­вали из темноты, по мере того, как он быстро плыл впе­ред. То вырастали целые леса черных трепещущих во­дорослей, то широкие илистые луга с редкими валуна­ми. Гарри заплывал все ниже и ниже, к середине озера, он широко раскрыл глаза и старался заглянуть подаль­ше, туда, где за серой пеленой воды смутно маячили тени. Маленькие серебристые рыбки стрелами проноси­лись мимо. Раз или два Гарри казалось, что впереди его поджидает чудище, но, подплыв ближе, он обнаруживал либо почерневшее бревно, либо ком водорослей. Картина под ним сменилась, теперь, насколько хва­тало глаз, внизу простиралась долина светло-зеленых водорослей высотой фута в два, казавшихся переросшей травой. Гарри все глядел вперед, не мигая, стараясь раз­личить, что его ждет впереди по очертаниям в полутьме. Вдруг кто-то схватил его за ногу. Гарри обернулся и увидел гриндилоу. Маленькое, ро­гатое водное чудище вылезло из водорослей, крепко схватило Гарри длинными пальцами и оскалило острые клыки. Гарри сунул руку в карман и стал нащупывать волшебную палочку, нащупал, и тут из зарос­лей появились еще два гриндилоу, схватили Гарри за ман­тию и потащили ко дну.  — Релассио! — прошептал беззвучно Гарри, из кончика волшебной палочки вместо привычных искр гриндилоу обдало струей кипятка, и зеленые гриндилоу покраснели от злости. Гарри вырвал ногу из костистых пальцев и быстро поплыл прочь, через плечо наудачу посылая в чудищ новые потоки кипятка. Грин­дилоу то и дело хватали его за ноги, но он отбрыкивался и, в конце концов, угодил пяткой одному прямо в лоб. Тот ско­сил глаза, перестал грести, его приятели погрозили Гарри ко­стлявыми кулаками и спрятались в водорослях. Гарри отплыл подальше, остановился, спрятал вол­шебную палочку в карман мантии, оглянулся и прислу­шался. Тишина давила сильнее; Гарри описал круг, напря­женно глядя вдаль. Он заплыл уже очень глубоко, а кро­ме колышущихся водорослей еще ничего не нашел. Плыл Гарри долго, как ему показалось, минут двадцать. Он плыл над целой долиной черного ила, и от того, что он плыл, илистая муть приподнималась и крутилась вих­рями. И, наконец, он вдалеке услышал обрывок русало­чьей песни из яйца. «На поиски даем мы Тебе один лишь час» Гриффиндорец поплыл быстрее. Впереди в мутной воде пока­зался громадный камень. На камне — рисунок: тритоны держат в руках копья и гонятся за чудовищем, по виду — гигантским кальмаром. Гарри миновал стороной камень и поплыл на русалочью песню. «Минуло полчаса — спеши! Скорей пропажу забери» Вдруг из тьмы показались очертания домов, слеплен­ных прямо из булыжников и поросших водорослями. В темных окнах виднелись лица. Они были совсем не похожи на мордашку русалки с картины в ванной ста­рост. Серая кожа и длинные-длинные темно-зеленые воло­сы, желтые глаза, неровные зубы, на шеях — ожерелья из гальки. Гарри плыл мимо, а они злобно на него глядели. Несколько тритонов и русалок выплыли из своих камен­ных хижин с копьями в руках и, мощно работая сереб­ристыми хвостами, подплыли взглянуть поближе. Гарри поплыл скорее по русалочьей улице; каменных хижин становилось все больше, вокруг некоторых были разбиты сады водорослей, а у двери одной хижины даже сидел привязанный к колу гриндилоу. Отовсюду выплы­вали новые русалки и тритоны, с любопытством разгля­дывали гостя, указывали друг другу на перепонки на ру­ках и ногах и на жабры Гарри и перешептывались. Гарри завернул за угол, и его глазам предстало удивительное зрелище. На обрамленной несколькими домами площади со­бралась толпа русалок и тритонов. В середине площади высилась статуя тритона, высеченная из цельного куска скалы, перед статуей выстроился русалочий хор и пел песню участникам Турнира. К хвосту статуи были привя­заны четыре человека. Дафна была привязана между Гермионой и Чжоу Чанг. Еще там была девочка лет восьми с серебристыми волосами, как у Флер Делакур. Гарри решил, что это ее сестра. Все четыре пленника крепко спали, склонив головы на пле­чи, у всех четырех изо рта тянулись вверх тоненькие струйки пузырьков. Гарри поспешил к пленникам, ожидая, что тритоны нападут на него со своими копьями, но те нападать и не думали. Толстые скользкие веревки, которыми привяза­ли пленников были очень крепкие. Гарри огляделся. У тритонов в руках были копья. Гар­ри метнулся к тритону ростом выше двух метров с длин­ной зеленой бородой и ожерельем из акульих зубов и жестами попросил у него копье. Тритон рассмеялся и по­ка чал головой в знак отказа. —Мы не станем помогать, — сказал он хриплым рез­ким голосом. «Ну и подумаешь, справлюсь как-нибудь сам» — подумал Поттер. Тогда Гарри стал кружить над площадью в поисках чего-нибудь острого. Дно озера в этом месте было сплошь усыпано оскол­ка ми камней. Гарри выбрал камень позазубристей, вернулся к статуе и принялся пилить им веревку. Минут че­рез семь веревка вокруг Дафны была разрезана. Гарри снова огляделся. Ни Диггори, ни Флер, ни Кра­ма, нигде не было видно «Да где же они застряли? Почему не торопятся?» — подумал мельком гриффиндорец и вскоре на горизонте кто-то показался. Это был Диггори, подплыв к своей девушке, пуффендуец стал развязывать веревку. Быстро справившись с этим, пуффендуец поплыл с девушкой на верх. Вдруг послышались вопли русалок. Тритоны преграждавшие путь Поттеру внезапно уплыли в стороны. К ним плыло чудовище: человеческое туловище в плавках и голова аку­лы — Виктор Крам попытался превратиться в акулу. Акулочеловек подплыл к Гермионе и вцепился зуба­ми в веревку вокруг нее. Болгарин быстро перекусил веревку и поплыл вместе с девушкой обратно. Однако Флёр не появилась. Поняв что дело не ладно, Гарри решил спасти сестру девушки. Гарри выхватил волшебную палочку. — С дороги! Тритоны его поняли, потому что перестали смеяться и, расширив от страха желтые глаза, глядели на палочку. Тритоны разлетелись кто куда. Гарри кинулся к ма­ленькой девочке и принялся пилить ее веревку, скоро и девочка стала свободна. Он обхватил девочку вокруг та­лии, также поступив и с Дафной. Удерживая двух пленниц, Гарри поплыл на верх, к поверхности. И вот спустя несколько минут, Поттер вместе с Гринграсс и сестрой Флёр вынырнул на поверхность озера. От чудесного, свежего прохладного воз­духа закололо мокрое лицо. Гарри глотал воздух и на­слаждался им, словно впервые в жизни вздохнул полной грудью. Вскоре Дафна и сестра Флёр пришли в себя. Открыв глаза девочки стали неторопливо дышать. Как только они окончательно пришли в себя, Гарри удерживая их подле себя, поплыл в сторону берега. Мадам Помфри возилась на берегу с Гермионой, Кра­мом, Седриком и Чжоу, укутывая их в толстые шерстяные одеяла. Дамблдор и Людо Бэгмен радостно заулыбались Гарри и Дафне. Флер Делакур билась в истерике и вырывалась из рук своего директора. От волнения девушка заговорила с сильным французским акцентом. —Габ’гиэль! Габ’гиэль! Она жива? Скажите мне! Жива? — С ней все в порядке — ответил Гарри, укутавшись теплым одеялом, которое ему вручили, как только гриффиндорец выбрался на берег, ведя за собой младшую сестру Флёр. Передав девочку на руки её семье, Поттер уже было хотел уйти, но Флёр остановила его. —Ты спас мою сестру — восторженно сказала она. — Хотя она и не была твоей пленницей. — Не стоит благодарности — ответил Гарри. Однако то, что дальше произошло весьма шокировало всех присутствующих. Флёр резко притянула к себе Гарри и поцеловала его в губы. Затем темная вейла присела на колено и произнесла следующее: — Во исполнении долга жизни (прим.автора — так как Габриэль еще слишком маленькая, то Флёр решила расплатиться вместо своей сестры), Я Флёр Изабелла Делакур, буду верой и правдой служить Гарри Джеймсу Поттеру, пока не искуплю возникший в результате спасения моей младшей сестры, долг жизни. Да будет так — едва француженка произнесла это, как её и стоявшего неподалеку Гарри, охватило яркое свечение. Магия приняла клятву. Теперь у гриффиндорца появился вассал. Все зрители в шоке уставились в сторону Поттера и Делакур. На некоторое время воцарилось молчание. Тут за спи­нами участников раздался громоподобный, волшебно усиленный голос Людо Бэгмена, и они вздрогнули, зри­тели на трибунах притихли. — Дамы и господа, предводительница русалок и три­тонов поведала нам, что в точности произошло на дне озера, и вот наше решение: оценки чемпионам будут выставлены по пятидесяти бальной шкале. Итак. Мисс Флер Делакур продемонстрировала замечательное владение заклинанием головного пузыря, но на нее напали грин­дилоу, и она не сумела спасти своего пленника. Мы ре­шили поставить ей двадцать пять очков. На трибунах захлопали. —Я не достойна, — тихо проговорила Флер, качая своей очаровательной головкой. —Мистер Седрик Диггори также использовал закли­нание головного пузыря и первым вернулся со своим пленником, но вернулся на минуту позже установленно­го времени, — пуффендуйцы на трибунах разразились криками и аплодисментами, Чжоу поглядела на него, и ее глаза светились от радости. — Мистеру Диггори мы ставим сорок семь очков. — Мистер Виктор Крам продемонстрировал непол­ное превращение, что, впрочем, не помешало ему выпол­нить задание, и он вернулся вторым. Его оценка — сорок очков. Каркаров надулся от гордости и захлопал громче всех.  — Мистер Гарри Поттер с успехом применил чары головного пузыря. Он вернулся последним и потратил на задание гораздо больше условленного времени. Однако предводительница тритонов и русалок сообщила нам, что мистер Поттер первым на­шел пленников и задержался на дне только потому, что желал вернуть на сушу не только своего собственного, а непременно всех пленников. — Почти все судьи, — тут Бэгмен неприязненно взгля­нул на Каркарова, — посчитали, что такое поведение го­ворит о высоких моральных качествах и заслуживает высшей оценки. Итак оценка мистера Поттера — со­рок пять очков. После того как оценки были выставлены, чемпионы поспешили пойти в сторону раздевалок, где быстро переоделись. Пока Гарри переодевался, Дафна размышляла над тем что произошло после второго испытания. То, что Флёр Делакур магически заверила свой вассалетет, было весьма неожиданным поворотом. Такого валькирия от темной вейлы не ожидала. Не став дожидаться пока Гарри закончит переодеваться, Гринграсс вместе с остальными учениками направилась в сторону замка. Ей предстояло решить как теперь выстраивать отношения с французской вейлой. Закончив переодеваться, Гарри покинул раздевалку и поспешил в сторону Хогвартса. Однако не успев пройти несколько метров, гриффиндорец был кем-то окликнут. — Мистер Поттер — раздался позади юноши женский голос. Обернувшись Гарри увидел, идущую к нему Нарциссу Блэк. Женщина скорее всего присутствовала на втором испытании в качестве зрителя, так решил Поттер. Остановившись гриффиндорец стал ждать пока женщина подойдет к нему. Гарри было интересно, что от него хочет Нарцисса. Встав напротив юноши, Блэк установила чары приватности. На некоторое время воцарилась тишина. — Мистер Поттер, я хочу поговорить с вами кое о чем. Со слов кузена, я знаю что вы собрались полностью истребить всех приспешников Темного лорда. Ведь так? — Да, мадам Блэк. Именно так. Ни один Пожиратель не уйдет от меня живым. — Прошу вас смилостивиться над моей сестрой. — Вот как? Вы просите оставить в живых, чокнутую психопатку и законченную фанатичку, чьи руки по локоть в крови невинных магов и магглов. Боюсь вас расстроить, но эта двуногая тварь лишенная совести, морали и прочих атрибутов человечности, не достойна жизни. Она умрет. — Прошу тебя Гарри, пощади Беллу. Умоляю — сев на колени, произнесла Нарцисса. Гриффиндорец с интересом посмотрел на женщину. — Почему ты защищаешь свою сестру — преступницу? — Белла не всегда была такой. До своей свадьбы с этим выродком Рудольфусом, она была нежной и заботливой. Гарри несколько секунд молчал. Гриффиндорец не знал как поступить. — Соглашайся, Гарри. Она сможет тебе пригодиться — раздался в голове Поттера тихий женский голос, принадлежавший Хель. — Есть один ритуал, который ты сможешь провести над Беллатрикс. Она станет твоей самой преданной и верной слугой, правда и человеком в физическом плане она перестанет являться — продолжила Смерть. Гриффиндорец некоторое время обдумывал услышанное, а Нарцисса с мольбой во взгляде смотрела на юношу. — Хорошо, я выполню ваше пожелание, леди Блэк. Однако все будет не просто так. Вы принесете мне вассальную клятву. — Я согласна, мистер Поттер — произнесла женщина встав на ноги и отряхнув свою мантию. Попрощавшись с ним, Нарцисса пошла в сторону Хогсмида, тогда как четверокурсник поспешил в замок. ************ Тем временем в гостевом крыле, где проживала делегация Сибирской магической академии, в одной из комнат, придавалась размышлениям французская темная вейла. Сидя в кресле рядом с камином, Флёр любовалась пламенем и думала о том, что правильно ли она поступила решив стать вассалом у Гарри Поттера. Девушка теребя в руке платок, была уверена в правильности своего поступка. Так она может быть рядом с тем, кто её заинтересовал. Ну и пусть, что рядом будет эта валькирия. Флёр была готова это стерпеть. Улыбнувшись своим мыслям француженка встала с кресла и прошлась по комнате. Через несколько мгновений девушка остановилась возле книжного шкафа стоявшего неподалеку от камина. Смотря на горящее пламя, Флёр тихо начала напевать: Я могу тебя очень ждать: долго-долго и верно-верно; И ночами могу не спать: год, и два, и всю жизнь, наверно! Пусть листочки календаря облетят, как листва у сада. Только знать бы, что все не зря; что тебе это вправду надо. Я могу за тобой идти по чащобам и перелазам; По пескам, без дорог почти; где и черт не бывал ни разу! Все пройду, никого не коря. Одолею любые тревоги. Только знать бы, что все не зря; что потом не предашь в дороге. Я могу для тебя отдать все, что есть у меня и будет. Я могу за тебя принять горечь злейших на свете судеб. Буду счастьем считать, даря целый мир тебе ежечасно. Только знать бы, что все не зря Я могу тебя очень ждать: долго-долго и верно-верно; И ночами могу не спать: год, и два, и всю жизнь, наверно! Пусть листочки календаря облетят, как листва у сада. Только знать бы, что все не зря; что тебе это вправду надо. Только знать бы, что все не зря; что тебе это вправду надо. Постояв еще немного возле камина светловолосая красавица направилась в сторону спальни и раздевшись догола, Флёр легла в постель укрывшись теплым одеялом и вскоре мирно заснула, слегка посапывая во сне. ********* На следующий день после второго испытания и разговора с Нарциссой, Гарри отправился на прогулку по Хогвартсу. Неторопливо идя по одному из многочисленных коридоров замка, гриффиндорец думал что теперь ему делать с Флёр. Магия приняла клятву девушки, а значит обратного пути уже не было. — Вот только, что скажет на это Дафна. Ведь ей крайне неприятна Флёр — тихо прошептал Гарри, спускаясь по каменной лестнице на первый этаж. Открыв широкие двери, четверокурсник вышел во внутренний дворик и направился в сторону деревянного моста. Добравшись до него, гриффиндорец прошел до середины моста и остановился. Положив руки на перила, Гарри стал глядеть вдаль. Это было одно из самых его любимых мест в Хогвартсе. Через несколько десятков минут, одиночество четверокурсника было нарушено. Послышались чьи-то легкие шаги. Слегка обернувшись, Гарри увидел идущих к нему Дафну и Флёр. Девушки не проявляли друг к другу никакой открытой враждебности. — Здравствуй, Гарри — одновременно произнесли две блондинки, остановившись с двух сторон от гриффиндорца. — Привет Дафна, Флёр — ответил юноша, после чего снова уставился вдаль. Девушки не стали пока ничего говорить. Так в полном молчании троица и простояла несколько десятков минут. Никто пока не решался заговорить. Дафна, Гарри и Флер вместе смотрели вдаль, любуясь красивыми пейзажами.