Я заберу тебя домой

Ньюарк встретил нас высотными застекленными зданиями. Они не были такими, как в Нью-Йорке. Не очень высокие, не ухоженные, обычные, заурядные, ничем не примечательные. В другое время я бы даже не задумался о том, чтобы приезжать сюда. Этот город ничем не отличался от кучи других городков в Нью-Джерси (окей, в этом хотя бы есть аэропорт), и, в принципе, я мог с таким же успехом поехать домой и проведать семью. Но сейчас я нахожусь в совершенно другой ситуации. Рядом со мной Джерард, а с ним мне будет интересно даже в Ньюарке. Этот человек разбавляет мою жизнь эмоциями, и я даже не знаю как у него это получается, но теперь я не представляю свои будни без него. Джерард вдохнул полной грудью и взял меня за руку, широко улыбаясь. Кажется, он действительно любит этот город. Повернувшись ко мне, он сжал мою ладонь сильнее и кивнул в сторону пешеходного перехода, надеясь, что я без слов пойму его и пойду следом. — И каков наш план? — спросил я, пока мы переходили дорогу. Некоторые прохожие периодически пялились на наши сплетенные руки, но я старался не обращать на это свое внимание. С каких пор меня вообще заботит мнение незнакомцев? — Я и так уже сказал слишком много, — Джерард усмехнулся после того, как я недовольно фыркнул. — Не строй из себя буку, я же знаю что ты не злишься. — Нет, вот серьезно, почему я должен идти за тобой непонятно куда? — Теперь уже Джи нахмурился. — Ну… у нас как-бы свидание, так ведь? Ты согласился. — А если ты меня убьешь? — я усмехнулся. — Только после себя. До меня не сразу дошел смысл его слов, но когда это случилось, стало резко больно. Он опять за свое… Хотел бы я выкинуть эти мысли из его головы, но просто не знаю как. Пока что. Возможно, позже я узнаю его достаточно хорошо, для того, чтобы помочь. — Не начинай, пожалуйста, — попросил я, после небольшой паузы, добавив: — Давай забудем об этом на один день… — Хорошо, — он кивнул. — На самом деле, я даже и не начинал. — Джерард мило улыбнулся, словно и не упоминал о своих суицидальных наклонностях вовсе, а мне оставалось только помалкивать и стараться не думать об этом. — Расскажи мне о себе, Фрэнки. — Например? — Если честно, не люблю вопросы, которые начинаются с подобных фраз. Как раз в такие моменты абсолютно все вылетает из головы и у тебя нет ничего подходящего под это «что-нибудь». Тоже самое с иностранными языками. «Скажи что-нибудь на французском, Фрэнк, ты же его учишь». И в этот момент ты забываешь все знакомые слова, не то что на французском, но даже на родном английском. — Например… Я не знаю, что-нибудь. — Ну приехали. — Просто хочу узнать как можно больше о тебе. — Я даже не знаю, — я замялся и начал покусывать колечко в своей губе. Это помогает в таких ситуациях и отлично снимает напряжение. — Окей, я понял. Тогда… — Джерард ненадолго замолчал, о чем-то размышляя, а потом продолжил: — Расскажи о своей семье. О детстве, о родственниках. — Я родился в Бельвилле, не помню, говорил это или нет. Мой отец музыкант, но несмотря на это, он так же как и мать не особо хорошо относится к моей идее пойти по его стопам. — Это он тебе привил любовь к музыке, да? — поинтересовался Джерард. — Да. Хотя мать, в принципе, тоже. Она даже одобряла мои начинания и отдала гараж под «репетиционную». Но когда пришло время выпускного класса, все как-то пошло наперекосяк. Мама начала периодически давить, а я спорить и отстаивать свое мнение. Я ее прекрасно понимаю, поэтому решил, что так действительно будет лучше. — Я тяжело вздохнул, вспоминая прошедший год. — Отец встал на ее сторону, — продолжил я, — пусть они и развелись пару лет назад. Он считает, что так будет лучше. Приводит себя в пример, мол, посмотри, это совсем не весело. Музыка требует иногда даже больших стараний, чем любая другая профессия. Они считают, что я просто не справлюсь со всеми препятствиями на своем пути и вскоре сам буду жалеть о своем решении. — Но ведь ты так не считаешь, — сказал Джерард. Это было скорее утверждение, чем вопрос. — И ты все еще в колледже и не свалил оттуда. Почему? — Я учусь второй месяц, а задумался об этом только вчера. — Я хихикнул, вызвав приглушенный смех у собеседника. Мне нравится, когда он смеется; нравится его смех. — Ну, у тебя еще есть 4 года, чтобы подумать. Правда, если ты бросишь на последнем курсе — потратишь 3 года впустую. — И из этого следует сделать вывод, что надо думать быстрее. — Именно! Только хотел это сказать. — Я может и не против, только за. Я бы хотел быть «свободной птицей» или типа того, но ведь это сложно. Чтобы бросить учебу, я должен быть уверен в том, что не буду питаться объедками в подворотнях. Мне нужен план действий, стратегия. — Звучит так, словно ты собираешься спасать землю, — усмехнулся Джерард. Я пожал плечами. Если сделать из этого игру, будет интересней и легче… — Ты займешься музыкой, если бросишь колледж? — Я и так ей занимаюсь. — Джи закатил глаза. — Но да, я бы создал свою группу и колесил с ней по разным штатам. — У тебя же уже есть группа. — Да, но это не то. Я хочу именно свою группу. Где будут мои песни, которые я буду играть с приятной мне компанией. — Я вздохнул усмехаясь. — Только вот из знакомых мало кто умеет играть хотя бы на губной гармошке. Уэй какое-то время молчал, о чем-то размышляя. Если он сейчас начнет перечислять знакомых с навыками игры на губной гармошке, клянусь, я съем свою футболку. Он не может быть таким загадочным. Откуда вообще можно узнать человека с подобным навыком? — Знаешь, на губной гармошке довольно сложно играть, — с абсолютно серьезным выражением лица выдал Джерард. — Брайан, вроде как, может. — Ладно, беру свои слова обратно. Дам футболке второй шанс на жизнь. От Брайана можно было ожидать чего-то подобного… — Мы с ним не особо поладили. — Джерард вопросительно поднял бровь. — Неважно, — отмахнулся я, — просто я немного мудак. Я бы взял Боба и Рэя. Может даже Линдси, но она уже собралась в другую группу, так что придется искать другого басиста. — Майки умеет играть на басу. — Джи замолчал на секунду, после чего добавил: — Но он остался в Саммите. Придется тебе искать басиста и вокалиста. — Ну, ты мог бы петь. — Что? — Джерард резко остановился, смотря на меня с недоверием. Я вздохнул. Кажется, он совершенно не понимает насколько талантлив. — Ты хорошо поешь. Лучше меня, по крайней мере. — Ты шутишь? Какой из меня вокалист? — говорил он на полном серьезе. — Ты себя недооцениваешь. Может, ты и не Фредди Меркури, но слух у тебя есть. — Споры между нами уже входят в привычку. Мне кажется, что иногда он специально продолжает спор, лишь бы не признавать свою ошибку. — Я художник, а не певец. — Кто тебе мешает быть и тем и другим одновременно? Ладно, в любом случае, я просто размышляю. Бросать учебу и создавать группу я еще не решился. — Когда решишься, меня уже не будет рядом, — пробормотал Джерард себе под нос. — Джи? — А? — Он улыбнулся, делая вид, что не говорил ничего. Как бы я хотел, чтобы это было правдой. — Боже, — прошептал я. — Почему ты такой? И почему именно я тебя встретил? — Мои слова его огорчили. Глаза Джерарда наполнились болью. Он поник, опустил голову ниже и уткнулся взглядом в асфальт под ногами. — Я могу оставить тебя, если ты этого хочешь. Только скажи и больше никогда не увидишь меня. Я остановился, немного шокированный его словами. Это ведь не то, о чем я подумал? Боже, тем более, я не имел в виду, что не хочу видеть его рядом. Я просто предсказываю трудности, которые будут следовать по пятам за мной, если я продолжу общаться с этим человеком. Но и оставить все так, как есть, я не могу. Я влюблен, и, возможно это не совсем трезвое решение, но я хочу видеть Джерарда в своей жизни. — Боже, я… Джи, я просто… понимаешь… — Я вздохнул, зарываясь одной рукой в свои волосы. — Ты мне нравишься. Реально нравишься. Ты мне интересен как человек и мне приятно находиться рядом с тобой. Я не это имел в виду, когда говорил те слова. Понимаешь, я… я начинаю неосознанно переживать насчет твоих действий. Слушая твои «мысли вслух», я понимаю, что тебе нельзя доверить твою же жизнь. Возможно, об этом еще рано говорить, но я боюсь, что в один день просто узнаю о твоей смерти. Да, наверное, я слишком быстро привязался к тебе, но мне не хочется, чтобы это случилось. Мне не хочется тебя терять. Поначалу, Джерард не отвечал, смотря на меня виноватыми глазами. В его взгляде было столько грусти и… сожаления? О чем он может сожалеть? Ведь все можно изменить, правда? Какими бы сложными не были его проблемы, мы же можем с ними справиться? Вместе, если он, конечно, позволит мне быть рядом. — Не волнуйся. Если это и произойдет, то я обязательно с тобой попрощаюсь. — И опять он преподнёс все как шутку. Мне оставалось лишь тяжело вздохнуть и смириться. Этот разговор подождет, я думаю, на первом свидании об этом вообще не стоит говорить. Но ведь это, в принципе, можно считать уже и не первым… То есть, мы уже довольно неплохо знаем друг друга… Уэй продолжал что-то рассказывать, но как бы я не старался, сосредоточиться на его словах было крайне сложно. Я понимал, что это не очень прилично, но просто не мог заставить себя. И даже когда пытался, у меня ничего не получалось. Мы двигались по улочкам Ньюарка в сторону, если я правильно запомнил, реки. Я не знал, куда ведет меня Джерард, но мне было очень любопытно. Думаю, он приведет меня в какое-нибудь особенное место, иначе он просто не будет собой. Возможно, я смогу понять его больше, если буду хоть немного слушать его монолог, а не копаться в своих мыслях? Даже если эти мысли о нем. Еще минут через 20 мы подошли к развилке дорог. Одна, скорее всего пешеходная, шла вдоль реки, а другая — автомобильная, шла через реку. К моему удивлению, Джерард не собирался сворачивать на пешеходную дорожку, только начал оглядываться по сторонам. Он явно что-то задумал. — Ты же не думаешь… — начал я, но был перебит. — Конечно думаю, если ты о том, о чем я думаю. — Я думаю, что думаю о том, о чем и ты думаешь. Художник рассмеялся, продолжая осматриваться по сторонам. Судя по всему, он пытался найти признаки присутствия охраны. Но когда Джи осознал, что рядом только я, он продолжил свой путь и пролез сквозь дыру в заборе. — И этим занимаются двадцатитрехлетние парни, да? — спросил я, посмеиваясь, но все-таки пробираясь следом. — А как же серьезная жизнь? Карьера, семья? Дети? Что там еще… — Какие дети? Фрэнки, мне 23, а не 45. Я гей. Не думаю, что я или кто-то из других мужчин сможет родить. — Уэй немного оступился и споткнулся о бетонный блок. Выругавшись, он все же не упал, потому что я успел его поймать за рукав куртки. — Всегда пожалуйста, — ухмыльнулся я. Джерард театрально поклонился, пробурчав: «что я без Вас делал, мой спаситель?». Мы продолжали идти дальше вглубь стройки. Когда я увидел, куда именно мы идем, то даже остановился и тихонько присвистнул. — Мы туда? — Я указал рукой на мост через реку. Уэй кивнул. — По мне не скажешь, что мне 23, да? — Ну, если брать в расчет всех моих знакомых этого же возраста — скажешь. — Я пожал плечами. На самом деле, я бы дал ему и 17, и 29. Все зависит от человека. — Знаю, довольно странно тащить тебя сюда. Возможно, лучше было просто отвести тебя в какое-нибудь кафе, как делают обычные люди на первом свидании, — вздохнул Джерард. Он взъерошил свои темные волосы и виновато улыбнулся, словно прося прощения. — Ну, зато это оригинально, тем более, кому нужны эти кафе? Джи продолжал улыбаться, но уже не виновато, а с некой благодарностью. Он взял меня за руку и повел куда-от в сторону моста, периодически обходя бетонные плиты или оставленные без присмотра строительные каски. Странно, что здесь никого нет. Все выглядит так, словно еще минуты две назад тут вовсю трудились рабочие. — Не волнуйся, здесь никого нет, — сказал Джерард. Он что, мысли мои читает? Если да, то это… стремно. Реально стремно. — Стройку свернули полгода назад, — продолжил он, — когда возникли проблемы с мэром города. Работники буквально бросили материалы и каски, переходя на другое место, а это, — Уэй развел руками, — отложили на неопределенный срок. Из-за этого мост на данный момент не функционирует, а охране плевать, так что можно спокойно пробраться на территорию. — И часто ты сюда приходишь? Меня не покидает ощущение, что это место нечто большее, чем просто мост. Зная Джерарда, я почти уверен, что так и есть. — Всегда, когда запутываюсь в себе и не могу разобраться в чувствах, — подтвердил мои догадки Джи. — Может, здесь не слишком живописно, но безлюдно и относительно тихо. А еще здесь довольно высоко и можно посмотреть на воду, понимаешь? — Я кивнул. — Нам сюда, — сказал Уэй и потянул меня куда-то под мост. — Мы полезем наверх? — спросил я, рассматривая металлическую конструкцию над нашими головами. — Конечно. Ты ведь не боишься высоты? — А оно не обвалится? — Я проигнорировал первый вопрос. И я не боюсь высоты, просто хочу знать, сколько еще жить нам осталось. Хотя, вне зависимости от ответа, я же все равно полезу, так ведь? Определенно. — Не должно. Если не хочешь — можем пойти в другое место, это не проблема, — пробормотал Джерард, переступая с ноги на ногу. По нему было видно, что он не хочет отсюда уходить. — Не-а, пойдем уже, раз пришли. Лезть прямо так? — Я осмотрел место, куда мне предстояло карабкаться и слегка поморщился. Может я и не слишком слабый, но все же мышц у меня маловато. Вряд ли я смогу туда забраться. — Знаешь, я не паркурист все-таки… — Я уж тем более. Если мы пройдем немного дальше, то там можно будет взять брошенную стремянку и по ней забраться. А сверху уже есть лестницы, специально сделанные, если мосту потребуется ремонт или еще что-то. Я без понятия, если честно. — Ты реально много раз здесь бывал, — сказал я, слегка приоткрыв рот и смотря вверх. Лезть было довольно высоко, и не то чтобы это составляло проблему, совсем нет, но чем выше мы будем — тем легче нас будет заметить. Хотя, если Джерард говорит, что тут никого нет, то, наверное, так и есть… — Может не так много, как ты подумал. Уэй усмехнулся и пошел дальше, приближаясь к грязной и заросшей реке. Не думаю, что в ней разрешено купаться, и даже если разрешено, то 100% никто на это не решится. Вода была неприятного мутного цвета, чем-то средним с коричневым и зеленым, но, к моему удивлению, я не чувствовал неприятного запаха. Нам не пришлось подходить к самой воде, потому что Джерард в какой-то момент остановился и подошел ближе к прогнившим от наводнений строительным лесам. Как он и говорил, под самими лесами валялась стремянка. Подняв ее, парень бросил на меня мимолетный взгляд и молча полез наверх. Ржавая конструкция не вызывала доверия, и теперь я понимал, почему этот мост вообще стали ремонтировать. Иначе он просто развалится через 10 лет, может даже раньше. Но когда ты лезешь вверх, доверяя свое здоровье старому мосту, совершенно не хочется думать о том, насколько легко он развалится. Пока я размышлял об устойчивости конструкции, Джерард, казалось, вообще не обращал внимание на то, что он блять, шатается. Потому что да, этот чертов мост реально шатался, причем непонятно от чего. То ли от ветра, то ли от нашего присутствия на нем. Может, это просто плод моего воображения. Надо заканчивать с просмотром фильмов о катастрофах. Мы полностью выдохлись, пока забирались на нужную высоту, но если я стоял и пытался отдышаться, схватившись за железный каркас, то Джерард широко улыбался и смотрел куда-то вдаль. Я повернул голову в сторону, которая так его привлекла, и, мягко сказать, удивился. Пока я лез сюда, я даже и подумать не мог о том, что с какого-то там моста может открыться такой вид. Нет, это не было чем-то уникальным. Явно вид с Эйфелевой башни, или со Статуи свободы будет намного красочней и интересней, но то, что я увидел с моста, все же удивило меня. Река тянулась дальше, разделяя два города. Слева был Ньюарк, а справа Хэррисон, по сравнению с которым, Ньюарк казался Нью-Йорком. Сначала я не понимал, почему Джерард привел меня именно на этот мост (и вообще, почему?), ведь мост через Ньюаркский залив будет намного крупнее и выше. Этот же был довольно близко к воде, хотя, я думаю, если спрыгнуть с такой высоты, можно с легкостью разбиться. Сейчас, когда я стоял и смотрел вдаль, я понимал, что именно так привлекло Уэя в этом месте. Кроме отсутствия людей и приятной тишины, здесь чувствуется душа города. Именно то, о чем мне так часто рассказывает Джерард. Мост был старым, ржавым, но от этого в каком-то роде прекрасным. С этого ракурса можно увидеть добрую треть всего Ньюарка: все эти дома, торговые центры, магазинчики, бесчисленные стройки. Все такие одинаковые на первый взгляд, но если присмотреться получше, понимаешь, что все они абсолютно разные. — Как тебе? — спросил Джерард. Все то время, что мы провели в тишине, парень не сводил с меня своего взгляда, постоянно ухмыляясь чему-то. — Неожиданно, но… прекрасно, — пробормотал я. — Знаешь, далеко не все меня понимают. Может это и к лучшему. Майки, к примеру, совершенно не понимает что я нахожу в таких вещах, даже называет меня чокнутым. Что правда, отчасти я действительно чокнутый. — Уэй усмехнулся и подошел к краю. Он посмотрел вниз, мечтательно вздыхая, а после продолжил: — Ты меня понимаешь. Мне не хватало кого-то рядом, кто не будет считать меня поехавшим и выслушает. Вот скажи, это место красивое? Я задумался ненадолго, хотя уже знал свой ответ. Это место завораживало своей «заброшенностью» и неухоженностью. — По-своему, — наконец-то сказал я. — Оно… необычной красоты. — Люди не считают красивым необычные вещи. Чаще всего, конечно. У всех есть свои понятия и принципы. Свои правила, по которым они живут. И никто не хочет от них отходить, чтобы взглянуть на мир шире. Ржавый мост большинству покажется уродливым и серым, унылым, но зато абсолютно все считают Тадж-Махал шедевром архитектуры. И я не спорю, это действительно шедевр, один в мире, но ведь такого моста как этот, — он указал рукой на конструкцию под собой, — тоже нет. Может, он не является шедевром и даже рядом не стоял с тем же Тадж-Махалом, но в нем есть своя особенность и изюминка. Людям легче жить в рамках, легче разделять мир на «красивое» и «некрасивое», на «плохое» и «хорошее», на «нормальное» и «ненормальное», на «белое» и «черное». — Ты говоришь не только об архитектуре, да? — Джерард молча покачал головой. — Это касается всего. Иногда случается такое, что ты начинаешь запутываться не только в «хорошем» и «плохом», но и в мире в целом. Обычно люди не понимают этого, пока сами не сталкиваются с подобной ситуацией. — Как ты понял, что не существует этой четкой грани? Ответа на мой вопрос не последовало. Уэй только вытащил пачку сигарет и закурил, жестом предлагая мне присоединиться. Я отказался, наблюдая за другом и его последующими действиями. Хотя, наблюдать было незачем: он просто молча курил, вглядываясь вдаль. Его черные волосы развивались от редких порывов ветра, а глаза блестели. Возможно, от того самого ветра, а возможно и от воспоминаний. Я боялся, что спросил лишнее, но опыт показывает, что даже если и так, все останется как прежде. Сколько раз я уже ляпал не подумав перед этим? — Помнишь, я обещал тебе рассказать о том, что ты не сможешь понять? — Я слегка напрягся, услышав этот вопрос. Конечно помню, но я уже пообещал себе не затрагивать эту тему в ближайшее время. Пока что. — Да, это ведь было вчера… — Так вот. Я расскажу тебе немного. Не буду говорить что именно ты не поймешь… Я вообще не знаю, расскажу ли тебе об этом когда-нибудь. — Ты говоришь, что я один из немногих, кто понимает тебя, но при этом отказываешься говорить что-то, по причине, что я это просто не пойму… — Парадокс, правда? — усмехнулся Джерард и выкинул сигарету в реку. — Я не отказываюсь, — продолжил он. — Я банально боюсь, что оттолкну тебя, а я оттолкну тебя, поверь. Хотя, возможно, дело даже не в понимании, а как раз таки в вере. Вот скажи, Фрэнки, ты верующий? — Нет, — ответил я и покачал головой, словно моих слов было недостаточно. — Странно, я помню, ты говорил мне, что ходил в католическую школу. Ладно, я тоже не могу назвать себя верующим. Но при этом, вера значит для меня многое. Ты просто не поверишь моим словам. Я пытался уже рассказать об этом. — И… что случилось? — Меня чуть не отправили в психушку. — Он просто пожал плечами и замолчал. А я уже успел проклясть себя как минимум раз 30 за такой идиотский вопрос, и за то, что я идиот в целом. Удивляюсь, как еще не выпалил что-то по типу: «оу, ну че, это пиздец как хуево, чувак». — Я не хочу терять наше общение, — внезапно сказал Джи. — А про черное и белое… — Он вздохнул и прикрыл глаза на какое-то время. — Когда мне было девятнадцать, я возвращался со своей семьей из Нью-Джерси. Уэй замолчал. Кажется, я понимаю про что именно он хочет мне рассказать. Не представляю насколько это тяжело — вспоминать трагедию, унесшую жизни дорогих тебе людей. Должно быть, он мне действительно доверяет, раз решил поделиться этим. — Мы ехали в Нью-Йорк, — продолжил Джерард. — Произошла авария. — Он нервно мял конец своей футболки, стараясь смотреть куда угодно, но только не на меня. Преимущественно в пол. — Авария… авария, — повторял он словно мантру. — Авария, в ходе которой родители погибли. Я еле выжил тогда. Знаешь, я могу только благодарить непонятные мне силы за то, что с Майки ничего не случилось. Я не знаю как так вышло, но я каким-то боком успел защитить его от удара. Если бы с ним что-то случилось — я бы не простил себе этого. — Парень откашлялся и провел рукой по волосам, слегка взъерошивая их. Спустя еще минуту, он все же закончил свою мысль: — С того момента вся моя жизнь перестала делиться на «черное» и «белое». Правда, до этого тоже не было четких граней… Я чувствовал себя не на своем месте, слушая это. Совесть решила, что сейчас самый подходящий момент для того, чтобы дать о себе знать. Я буквально слышал в своей голове: «ты идиот, узнал все без желания самого Джерарда. А если бы он вообще никогда не рассказал тебе об этом? Если бы он не хотел, чтобы ты это знал?». С другой стороны, может я и искал некоторую информацию в интернете, но все-таки если бы я этого не сделал — все равно узнал бы от директора. По сути, в этом нет ничего такого страшного, но что-то грызет меня изнутри. Это «что-то», а точнее совесть, говорит, что я поступил неправильно. В любом случае, поздно об этом сейчас думать, я уже сделал то, что сделал. Как только Джерард закончил свой рассказ, я подошел ближе и неуверенно обнял его. Скорее всего, со стороны я выглядел слишком робко и словно боюсь его спугнуть. Отчасти это правда, но к этому еще можно добавить легкий стыд за свой слишком пытливый ум и чувство страха, взявшиеся непонятно откуда. Скорее всего, это обусловлено чувством вины, и мне на подсознательном уровне было немного страшно, что Джерард может узнать. Конечно, не думаю, что он меня четвертует, но ему не будет приятно. Не хочется его разочаровывать. Парень крепче прижал меня к себе, заставляя меня уткнуться носом ему в плечо. Он пах кофе, сигаретами и немного мужским одеколоном. Джерард был теплым и я сам по инерции сжал его сильнее, пытаясь перенять чуточку тепла и немного согреться. В конце концов, на мосту было довольно ветрено и прохладно, поэтому я успел немного замерзнуть. Отстранившись, я посмотрел в, к сожалению, по-прежнему холодные глаза и улыбнулся, не заметив в них грусти. Да, они были холодными, но не печальными, несмотря на то, что тема, о которой он говорил ранее, была явно не из веселых. Привстав на цыпочки, я прикрыл глаза и мимолетно коснулся его губ. Всего одно легкое касание, после которого Джерард выдохнул и притянул меня еще ближе, нежно целуя. Но поцелуй продлился недолго. Уже через пару секунд мы услышали непонятный звук, исходящий откуда-то снизу. Мы отлетели друг от друга, словно нас ошпарили кипятком и переглянулись, стараясь прислушаться к звукам. — Ты ведь тоже это слышишь? Я не сошел с ума? — спросил я, с опаской поглядывая в сторону лестницы. — Тихо, — прошептал Уэй и приложил указательный палец к своим губам. Еще пару секунд мы стояли в абсолютной тишине, только отдаленный шум города нарушал ее, пока снова не услышали тот странный звук. — Нам пора. — Что? — Говорю, кажется, если мы сейчас отсюда не смоемся, нас прибьют на месте. Я без понятия, как спуститься, чтобы нас не заметили, но оставаться здесь не лучшая идея. — Ты же говорил, что тут никого нет… — Ну, в прошлые разы не было… — Ты идиот. — Я покачал головой. Эта идея с самого начала была провальной. Я должен был догадаться. — Пошли, — сказал я и взял недоумевающего Джерарда за руку. — Куда? — В ад, конечно. — Парень скептически поднял одну бровь, непонимающе пялясь на меня. — О Господи, — вздохнул я. — Смотри. Если здесь есть кто-то, то, судя по звукам, он на этой стороне моста. Но если мы переберемся на сторону Хэррисона, то, возможно, сможем уйти незамеченными. С минуту Уэй просто стоял и смотрел на меня, так что я не выдержал и потянул его за собой в другую сторону. — Фрэнки, ты гений, — сказал он, плетясь за мной следом. — О да, я знаю, — усмехнулся я. Только Джерард открыл рот, чтобы сказать что-то еще, как со стороны Ньюарка послышался крик: — Вот, блять, развлечение себе нашли! Еще сейчас разрисуют эту чертову железку, а мне потом закрашивать! Я обернулся посмотреть на обладателя этого слегка хриплого, скорее всего из-за курения, голоса. За нами шел мужчина лет шестидесяти, в синем комбинезоне надетым поверх белой рубахи. На голове у него было что-то наподобие каски, хотя издалека разглядеть точно было очень сложно. — Вы что-то попутали! — прокричал Джерард в ответ. — Мы разрисовывать ничего не собирались! Давайте разойдемся по-хорошему? Мы остановились, ожидая реакции сторожа. Я даже не надеялся на то, что он окажется понимающим и отпустит нас просто так. — Да мне насрать! — проорал он. Ну вот, о чем я и говорил. — Так я хоть на кого-то сплавить эти хулиганства смогу! Это частная территория! — Блять, — прошептал Джи мне на ухо. — Извини, что втянул тебя в это. — Ничего. Правда, кажется, нам придется просидеть пару часов в обезьяннике. — Я усмехнулся, хотя перспектива провести ближайшие часы в полицейском участке мне не очень нравилась. — Не обязательно. — Джерард сжал мою руку. Чуть-чуть наклонившись, он произнес шепотом: — На счет три. — Бежим? — Да, раз… — Два… — Три! Не распуская руки, мы рванули в сторону берега Хэррисона, слыша злобное: «Ублюдки, блять, стойте!». Я обернулся, чтобы посмотреть, не бежит ли за нами тот старик и с удивлением заметил, что он, блять, действительно побежал. Но несмотря на то, что если он нас поймает, нас ждет очень увлекательное продолжение свидания в отделении полиции, меня это только рассмешило. Я стал смеяться, из-за чего и бежать стало трудней. Моя дыхалка оставляет желать лучшего. — Самое лучшее свидание, — на выдохе прошептал я, когда мы остановились около лестницы, ведущей вниз. — Сарказм? — Ты не поверишь, но нет, не сарказм, — улыбнулся я и кивнул Джерарду, чтобы он первым лез вниз. Получив в ответ только недоуменный взгляд, я сказал: — Давай, лезь, романтик. Не думаю, что оно останется таким же, если нас посадят за хулиганство на пару суток. — Слушай, я… прости меня, пожалуйста. Фрэнк, я… — Ой, заткнись лучше. Если ты сейчас не спустишься вниз, то тебе будет за что извиняться. Пока что все весело, — улыбнулся я. Джерард еще раз посмотрел на меня, после чего усмехнулся и послал воздушный поцелуй, перед тем как начать спускаться. — Вот, умничка, — прокомментировал я, на что парень закатил глаза. Я обернулся, чтобы еще раз посмотреть на сторожа, и обнаружил, что он почти не отстает и скоро уже будет около нас. — Фрэнки, ты чего застыл, спускайся! — прокричал Джерард. Я нагнулся и посмотрел вниз, понимая, что он уже почти около реки. — Только аккуратнее, пожалуйста! Я кивнул, скорее даже самому себе, ведь Джерард никак не мог этого видеть, и полез следом. Лестница оказалась скользкой, из-за чего я еле держался, стараясь не упасть. Ситуацию ухудшали крики сторожа на заднем фоне и нарастающая паника. Как раз в этот момент моему мозгу приспичило вспомнить о моей невезучести: о том, что вчера на меня чуть не упал кирпич, а парой неделями ранее меня сбила машина. — Джи? — позвал я, когда понял, что долго еще так держаться не смогу. — Что случилось? — Я не уверен, что смогу удержаться. Она такая скользкая… Откуда-то снизу послышалось красноречивое: «блять», а после: — Я тебя поймаю, не беспокойся! — Ты меня не поймаешь. Я знаю, что не сможешь. — Боже, Фрэнки, доверься мне. — А ты бы себе доверился? — спросил я. Несмотря на ситуацию, я улыбнулся, вспоминая, что уже задавал такой вопрос. — Ты знаешь ответ. — Я услышал улыбку в его голосе. — Тогда я спокоен. Нет, я совсем неспокоен. Может моя вера поможет? Бывает же: поверишь, и сразу все получается именно так, как ты хотел. — Осталось немного. Я поймаю тебя, если ты начнешь падать, не беспокойся об этом, хорошо? Я кивнул, но только спустя мгновение понял: Джерард это вряд ли увидит. Я бы так и продолжал спускаться, аккуратно и не спеша, но услышав приближающийся крик сторожа, решил немного ускориться. Как ему еще не надоело за нами гоняться? Видимо, ему тут очень скучно, раз он бегает по всей территории за двумя «нарушителями». И если бы мы что-то нарисовали, разожгли огонь, собирались спрыгнуть или еще что-то. Мы ведь просто решили посмотреть на город с высоты. Хотя, ладно, я понимаю, это незаконно — находиться здесь. Но ведь не обязательно тратить свои силы и время, чтобы поймать нас, если мы особо ничего еще и не сделали… Я уже почти касался ногами устойчивой поверхности, как моя рука соскользнула со скользкой ступени и я стремительно полетел вниз. Уже готовый прочувствовать всем своим телом твердость этого моста, я зажмурил глаза и сам не заметил, как начал просить непонятно у чего, чтобы удар пришелся не на голову. Но единственное, что я почувствовал — руки, обхватившие моё тело и теплое дыхание на моей шее. — Блять, Фрэнки, не падай больше, — прошептал Джерард мне на ухо, все еще удерживая на весу. — Я бы с радостью, — я усмехнулся. Он зачем-то кивнул, после чего аккуратно опустил меня на ноги. — Ты не пушинка, — объяснил Джерард, хотя это было и не обязательно. — Как думаешь, он полезет за нами? — Не знаю… — Он пожал плечами и посмотрел вверх. — Возможно. — Думаю, в любом случае нам стоит убираться отсюда как можно скорее, — заключил я и потянул Уэя за руку. — Стой, а если там нет выхода? Как мы можем знать? — А у нас есть какие-то другие варианты? Придется положиться на мою интуицию. Вдруг сработает. Услышав какой-то грохот сзади, я обернулся. Сторож все-таки решил пойти следом и уже спускался по той же самой лестнице. Он бормотал себе что-то под нос, пыхтя и стараясь не сорваться вниз. Уж его ловить никто не собирается. — Бежим, — прошептал Джерард и сразу после этого рванул в сторону железного забора, отделяющего стройку. Он до сих пор держал меня за руку, и, судя по всему, отпускать не собирался, поэтому я просто побежал следом, стараясь не спотыкаться об строительные материалы разбросанные по всей территории. Было довольно сложно не отставать от Уэя. В конце концов, мои ноги довольно короткие по сравнению с его, да и сам я короткий. Да, Айеро, самое время поразмышлять о своих комплексах и маленьком росте. Нашел, блять, время. — Как мы перелезем через забор? — спросил я, когда мы замедлились до быстрого шага. Джерард, который ни на секунду не отпускал мою руку, пожал плечами и пробормотал себе что-то под нос. — Отлично. — Я думаю, здесь есть какие-нибудь лазейки. Не знаю. С чего этот старик вообще за нами столько гонится? Мы что, мост разрушили, или как? — начал возмущаться он, на что я лишь покачал головой. — Джи. — Нет, ну вот надо было ему приходить?! — Джи. — Вот ты только подумай, ни разу до этого- — Джи! — прикрикнул я. Джерард сразу же остановился и замолчал, смотря на меня виноватыми глазами. — Прости… — Не за что извиняться. Просто сейчас не самое лучшее время устраивать истерики по поводу того, что какой-то там мужик решил прийти на работу именно сегодня, окей? Я все еще не хочу ночевать в полицейском участке. Брюнет молча кивнул и продолжил свой путь, еще крепче сжав мою ладонь, так, словно она могла в любую секунду испариться. Надеюсь, он не подумал, что эта херня с мостом оттолкнула меня, потому что это далеко не так. Получилось даже забавно. Нет, падать и убегать от разъярённого сторожа совсем не круто, но ведь вместо этого мы могли пойти в какой-нибудь ресторан, и, если честно, это было бы довольно скучно. Это было бы романтично и все дела, но… не то. А так, это свидание в любом случае останется в моей памяти. Если Джи действительно подумал, что все эти события оттолкнут меня — он или идиот, или не понял, что я к нему чувствую. Я редко так быстро привязываюсь к людям, но его я не смогу выпустить из своей жизни просто так. Не сейчас, когда я чувствую, что уже люблю этого сумасшедшего. Не знаю, к счастью ли это. Время покажет. Я обернулся, когда снова услышал грохот позади себя и увидел, что сторож все-таки слез и стремительно направлялся в нашу сторону. На самом деле, это было довольно комично. Этот человек меня удивляет все больше и больше. Ему не надоело? Могу поспорить, у него есть дела намного важнее, чем бегать за двумя чокнутыми. То, как этот мужчина преодолевал любые препятствия и продолжал бежать за нами напомнило мне терминатора. Только сторож явно не был машиной из будущего, и, скорее всего, оставил бы нас в покое после первой же травмы, полученной в «погоне». В любом случае, на его месте, я бы не тратил столько времени, только для того, чтобы поймать нас. Это тупо. Джерард начал бежать, из-за чего побежал и я. Сначала я не понимал, куда мы движемся, но потом заметил дыру в заборе, достаточно большую, для того, чтобы мы смогли через нее пролезть. — Думаешь…? — У нас нет других вариантов, — ответил Джерард. Я немного удивился, что он понял меня, но не придал этому значения. Как только мы пролезли сквозь дыру в заборе — сразу же рванули вперед, лишь бы сторож нас не поймал. Я ощущал себя героем какого-нибудь боевика. Можно было бы даже представить что за нами гонится не старик, которому нечего делать, а суперзлодей, или робот собравшийся уничтожить мир, к примеру. На деле все было куда проще и довольно глупо, при этом еще и до боли смешно. Ситуация была настолько абсурдной, что никто не поверит, если я кому-нибудь об этом расскажу. В принципе, за нормальными людьми не бегают сторожи мостов. Мы бежали довольно долго, даже несмотря на то, что нужды в этом не было: если поначалу старик и гнался за нами, то за территорию он точно бы не побежал. Скорее, мы двигались уже по инерции, а не по необходимости. Мы пробежали около двух кварталов, прежде чем остановиться. Ноги болели от непривычной нагрузки и я просто упал на траву как мешок картошки, благо остановились мы у какого-то парка. Джерард повалился рядом со мной и прикрыл глаза. Он, как и я, тяжело дышал и думаю его сердце билось так же быстро, как и моё. Пролежав так пару минут я не выдержал и рассмеялся, получив в ответ недоуменный взгляд. — В чем дело? — спросил Джерард, слегка приподнимаясь на локтях. — Чувак, — смеялся я, — Боже, это шикарное свидание. Парень поджал губы и опустил голову, утыкаясь взглядом куда-то в свои ботинки. — Прости, — пробормотал он так тихо, что я буквально читал по губам, хотя он и не шептал. — Все пошло… не совсем по плану. Ты же не уйдешь из-за этого сейчас? Пожалуйста, дай мне все исправить. — Боже, ты такой робкий. Джи, все в порядке. Это было даже… весело? Нет, серьёзно, ты только подумай! Мы убегали от злобного сторожа на нашем первом свидании, ну разве не комедия? Будет что вспомнить. Сначала Джерард тихо хихикнул, а после откинулся обратно на землю и тоже рассмеялся. — Да, ты прав. Дурацкая ситуация. — И смешная, — добавил я. — О да, еще какая смешная. — Если я расскажу Стефани — она не поверит. — Ты же не будешь ей этого говорить? — Он казался обеспокоенным, после чего опять рассмеялся и продолжил: — Вдруг она запрет тебя в квартире и запретит видеться со мной? — Она моя подруга, а не мать. И мне есть восемнадцать. Не имеет право. — Я задумался на секунду, после чего добавил: — Но кто ее знает. — Тогда я подам заявление за удержание человека в плену. — Я легонько ударил его локтем в бок, после чего получил точно такой же пинок. — А если серьёзно, — продолжил он, — она же подумает, что я сумасшедший. — А это не так? — Но она ведь об этом не знает! — Он вскинул руками в воздух, наигранно возмущаясь. — Зато она знает меня. — Я вздохнул, переворачиваясь на бок так, чтобы я мог видеть Джерарда. — Знаешь, это моё первое свидание с парнем, — пробормотал я. Уэй повернул голову ко мне. — У тебя никогда не было…? — Нет, нет, не в этом смысле. Если говорить про секс, то он был, да. Но именно парня у меня не было. И свидания тоже. Только с девушками. — Ты бисексуален, да? — Я кивнул. — Буду знать. — Так вот, я просто хотел сказать, что несмотря на все это, — я сделал непонятный жест руками в воздухе, значение которого и сам не до конца понимал. — Это свидание лучшее из тех, что у меня были. Джерард, кажется, слегка смутился и опустил голову, но после улыбнулся своей хитренькой улыбочкой, и произнес: — Надеюсь, я могу сделать его еще лучше, мм? — Если ты хочешь вернуться на мост, то- — Нет, — он перебил меня. — Я хотел показать тебе этот мост, потому что там я чувствую себя свободным. Просто хотел, чтобы ты побывал в значимом для меня месте. Я не настолько сумасшедший, чтобы тащить парня на свидание только на мост. — Я вопросительно уставился на собеседника, не понимая к чему он клонит. — Ладно, в общем, я планировал после этого пойти еще кое-куда… — Джерард полностью перевернулся, чтобы лежать лицом ко мне. — Куда? — В Ньюарке есть один бар… — Только не говори, что мы идем в гей-бар. Не надо, пожалуйста, не говори этого. — Нет, не гей-бар. — Я с облегчением выдохнул. Не люблю эти места. Конечно, там можно быть самим собой, не скрывать своей ориентации, но сама атмосфера мне не нравится. Эта музыка, эти люди… туда можно сходить, только когда нужен партнер на одну ночь. — В баре, про который я говорю, — продолжил Джерард, — сегодня будут играть мои знакомые, и, поверь, они реально крутые. Может это и не Black Flag, но они стоят внимания. — Ты предлагаешь сходить туда, да? Джи кивнул и прикусил нижнюю губу, ожидая моего ответа. — Если это слишком- — Мы убегали от чертового сторожа, — напомнил я. — Если я пошел с тобой на мост, то пойду и в бар. В конце-концов, я должен проверить, правда ли те ребята так хороши, как ты о них отзываешься. Может, это просто из-за того, что они знакомые, а? — Посмотрим. — Он подмигнул. — И во сколько они выступают? — Эм… а который час? Я вздохнул перед тем как полезть в карман на поиски телефона. Надеюсь, он не выпал во время нашей «погони», потому что это будет печально. Да и Джерард будет чувствовать себя виноватым, а он и так таким себя чувствует, я уверен. К счастью, телефон оказался в кармане и я смог выдохнуть с облегчением. — Половина восьмого. Джерард приоткрыл свой рот, после чего обратно закрыл его, и еще раз открыл, но на этот раз уже, чтобы сказать: «Ух, блять» и снова его закрыть. Он еще с минуту пялился на меня, словно на какого-то древнегреческого Бога-повелителя времени (такой вообще есть?). Потом, он, видимо вернулся с Олимпа на землю и понял, что это просто я. Просто Фрэнк. Не какой-нибудь Хронос, а просто Фрэнк. — Черт, время… — Летит? О да, согласен. Особенно когда убегаешь от злобного сторожа. — Иди ты. — Он закатил глаза и легонько толкнул меня. — Думаю, было бы неплохо, если бы мы хотя бы вернулись в Ньюарк. Черт, я даже забыл о том, что мы находимся на другой стороне реки. — А это далеко? — прохныкал я. Все-таки я действительно устал, пока бежал сюда. — Ближе, чем ты думаешь. Пойдем, Фрэнк, будет весело, поверь мне. — Ты так и про мост говорил. — Но было же весело? Я закатил глаза, но спорить не стал, потому что он прав. Было весело. Джерард поднялся первым, после чего протянул мне руку и помог встать следом. На улице было немного людей, что довольно странно для вечера пятницы. Еще даже солнце не село. Я даже не успел заметить, как мы уже переходили через другой мост обратно на сторону Ньюарка. Этот был пешеходным и располагался значительно ниже, чем тот, на который мы пробрались незаконно, а так же тут были люди, что сразу объясняло любовь Джерарда именно к тому мосту. Мы разговаривали о всякой чепухе, пока шли до бара, который, по словам Уэя, располагался в центре города. Периодически я напоминал о том, что произошло на мосту, из-за чего Джерард слегка смущался и посылал меня. Мы старались поддерживать ту легкую и отчасти забавную атмосферу, что зародилась между нами в парке. Не хотелось ее портить глубокими размышлениями или еще чем-то. Бар оказался в подвале какой-то многоэтажки, которая запомнилась мне только обгоревшими, старыми оконными рамами, что никто так и не заменил. Отлично, в этом здании был пожар, значит и концерт, скорее всего, выдержит. Охранник на входе пустил нас без каких-либо проблем или особых допросов, лишь спросил сколько нам лет. Поскольку ни я (к счастью, ведь мне еще нет двадцати одного), ни Джерард не захватили паспорта, то тому мужику ничего не оставалось, как просто поверить нам на слово. В баре было довольно людно. Не так, как во время нашего концерта, конечно, да и само помещение было намного скромнее и меньше. Здесь хотя бы можно было вдохнуть полной грудью. Джерард схватил меня за руку и повел куда-то в сторону: туда, где было меньше людей. — Будешь что-то? — спросил он, когда я уже сидел на барном стуле и посматривал на сцену в предвкушении. Я видел электрогитару, терпеливо ожидающую своей очереди этим вечером и мои руки так и чесались сыграть, но нет. Я просто гость. Просто пришел послушать музыку. — Я выпил бы пива, если ты не против. — Не против, — улыбнулся он и заказал напитки. Мне, как я и попросил, пиво, а себе апельсиновый сок. Первый раз вижу, чтобы кто-то пил сок в баре, но помню слова Джерарда, о том, что он завязал. С чем бы он там не завязал, лучше оставлю это на потом, а то испорчу все, как я обычно это делаю. Поставив рядом со мной бокал, он тоже повернулся в сторону сцены как раз тогда, когда на нее вышли четыре паренька. Один из них казался смутно знакомым, а остальных я точно видел впервые. — Что ж, — пробормотал Джерард, — посмотрим, что из этого выйдет. Парень в красной толстовке (вокалист, как я понял), представил всех участников и саму группу перед выступлением. Не то чтобы кто-то его слушал… скажем так, похоже, что его слушали только мы с Джерардом. Остальная часть бара была увлечена спорами и разговорами о личной жизни. С разных уголков доносились ругань и мат. Некоторые компании были уже пьяные, но несмотря на это, умудрялись чудом оставаться вполне вменяемыми и даже не падать. Другие же со скукой наблюдали за своими «веселыми» товарищами и периодически зевали, показывая тем самым, насколько им здесь «интересно». Я не ожидал, что когда группа начнет играть, ими хоть кто-то заинтересуется. Я бы не назвал их музыку тяжелой. Скорее, смесь инди и панка (с уклоном в инди), но они качали, и этого хватало. Некоторые пьяные тела не удержались и пошли танцевать, хотя лучше будет сказать: дрыгаться под музыку, не попадая в такт и фальшиво подпевая. Джерард сидел рядом со мной и настукивал ритм на своих коленях, используя их вместо барабанной установки. В какой-то момент он перешел и на мои колени тоже; думаю, они служили в качестве тарелок. — Боже, Джи. — Я рассмеялся, наблюдая за руками парня. — Что? — улыбнулся он, поворачиваясь ко мне, но не прекращая свою «игру на коленях». — Хочешь потанцевать? — Не пойми меня неправильно, но под это, — я указал рукой на сцену, — танцевать будет тяжеловато. — Тебе не нравится? — с притворной обидой спросил Уэй. Я вздохнул усмехаясь. — Мне нравится, но- — Тогда в чем проблема? Танцевать можно под любую музыку. Посмотри на них, — он указал на парочку, отжигающую на танцполе. Женщина где-то под пятьдесят и мужчина примерно того же возраста. Не знаю сколько они выпили, наверное много… Хотя, пусть они и не являлись прирожденными танцорами, смотрелись вполне органично. Алкоголь делает чудеса? — Кто из нас пил, Джи? — Пока что никто. Ты даже не притронулся. — Джерард указал пальцем на бокал рядом со мной. Я усмехнулся и закатил глаза. Выдохнув, я еще раз взглянул на пару около сцены. Дело было больше в музыке, чем в каких-либо комплексах. Мне плевать что скажут другие, пусть хоть у виска крутят. Я просто не представлял, как под эту песню можно танцевать. Несмотря на это, я все же кивнул, перед этим выпив залпом половину содержимого своего бокала. Джерард словно засиял. — Окей, если ты- Не успел я договорить, как меня уже схватили за руку и потащили ближе к сцене. Забавно, что мы пошли именно туда, где было меньше людей. Мне нравится эта выборочная асоциальность. Свидетелей меньше будет. Джерард сразу же отдался танцу, начиная покачивать бедрами в такт и что-то напевать. Он прикрыл глаза и взял меня за руки, побуждая двигаться, а я стоял как вкопанный и просто смотрел на него. Я не знаю, что такого сотворил, раз на моем пути появился этот человек. Он привносил в мою жизнь новые краски, которых в ней не было до этого. Возможно, мои старые друзья и были долбанутыми на всю голову, но с ними мы ни разу не убегали от сторожа моста. По крайней мере, трезвыми, потому что такого в своей жизни я не припоминаю. Ни с кем я не мог рассуждать на разные темы и в то же время вести себя как идиот. В ту секунду хотелось просто забыть обо всем на свете: о том, что наше общение не так радужно, и что этот, на первый взгляд солнечный человек, мечтает о смерти. Я не хотел вспоминать, что так же есть полно вещей, которые я никогда не пойму. Я хотел забыть, что я могу его потерять, хотя по сути еще даже и не получил. Джерард открыл глаза, улыбаясь мне. Он наклонился и быстро поцеловал меня в губы, после чего прошептал: «Позволь музыке захватить тебя». И я послушался. Сначала просто повторял движения за ним, но когда понял, что это выглядит по-идиотски, перестал смотреть на что-либо вообще. Я закрыл глаза, по-прежнему ощущая теплые руки на своих, и просто… отдался музыке. Просто танцевал, потому что мне этого хотелось, потому что это было весело. Просто танцевал и это было даже не хуже, чем играть на сцене. Рядом со мной был тот, кого я хотел видеть (скорее даже чувствовать) здесь. Я ощущал его тепло и мне этого хватало, чтобы забыться и опьянеть от эмоций. Песни сменялись одна за другой. Некоторые из них оказались более энергичными и как раз на них мы уходили в отрыв. По коже стекал пот, было жарко и душно, а количество людей на танцполе увеличилось в разы. Джерард снял свою куртку, оставаясь лишь в тоненькой футболке с Green Day. Я мог чувствовать его дыхание на моей шее, я мог чувствовать то, как он периодически прерывал свой танец, только чтобы поцеловать меня. Будучи уже готовым к комментариям со стороны старшего поколения, я внезапно понял, что всем плевать. А женщина, привлекшая наше внимание вначале даже улыбнулась и подмигнула, когда уходила обратно за столик. Еще через пару песен группа взяла перерыв, попросила никуда не расходиться и оставаться на своих местах. Мы с Джерардом вернулись на бар, где до сих пор стояли стаканчик апельсинового сока и бокал пива, которое я не спешил допивать. Все остались на танцполе, людей было меньше чем прежде, так что мы могли насладиться относительным спокойствием. — Ты не жалеешь? — спросил Джи, делая очередной глоток сока. Я молча покачал головой и улыбнулся. — Ну вот. Говорил же, что будет весело. — Весело, но играть на сцене мне все-таки больше нравится, чем слушать со стороны. — Как думаешь, почему? — Не знаю… — я задумался. — Возможно, дело в адреналине. На него легко подсесть. Наверное, адреналин это мой личный наркотик. — Понимаю… наверное это действительно стоит того. — Джерард сделал глоток своего сока и зачем-то кивнул, а после продолжил: — Я никогда не чувствовал подобного. Должно быть, это реально круто. — У тебя есть шанс попробовать. Я бы хотел видеть тебя в своей группе. Уэй открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел, так как на сцену вернулись ребята из группы, и включили микрофон. — Привет еще раз! — прокричал вокалист. Микрофон довольно чувствительная штука, не советую в него кричать. Так можно оглушить всей слушателей… — Есть желающие спеть со мной сегодня? Все, кто хочет, могут присоединиться! Я сразу же посмотрел на Джерарда, который всем своим видом старался показать мне, что это плохая идея. Парень нахмурился, ссутулил спину и не смотрел мне в глаза. Притворится мертвым — исполнит все правила поведения с дикими животными. — Джи? — Нет. — Ты обещал, помнишь? Правда или действие. Ну же, давай, пожалуйста, — протараторил я. Не знаю, смог ли Джерард хоть что-то разобрать. — Заодно и попробуешь! — Нет. — Я посмотрел на него из-под лба. — Здесь слишком много людей! — прошипел он. Я сложил руки на груди и нахмурился. — И как мне тебе теперь доверять? — Боже, — Джерард закатил глаза, — только манипулировать не надо. — Я не манипулирую! — возмутился я. Ладно, я манипулирую, окей, но это ему не обязательно знать. — Просто ты обещал. Я бы так не настаивал, если бы… — Ладно! Хорошо, я сделаю это! — Он вскинул руками и направился в сторону сцены. Я наблюдал за тем, как Джи обходит людей и пробирается сквозь толпу к тому самому парню в красной толстовке. — О, я вижу, у нас есть желающий! — сказал паренек, когда Джерард забрался к нему на подиум. Судя по выражению его лица, он был удивлен. — Уэй? Это реально ты? — Нет, голограмма, — огрызнулся Джерард. — Чувак, Боже, я так рад тебя видеть! — «парень в красной толстовке» приобнял его и похлопал по спине. — Я не видел тебя со времен старшей школы. Ты так изменился… — Я тоже рад тебя видеть, Эндрю, — прошипел сквозь зубы Джи. Было видно, что это на самом деле не так, но он хотя бы попытался быть дружелюбным. — Ладно, окей, почему ты решил спеть? — Если честно, я не по собственному желанию, — ответил Джерард, вызывая у Эндрю смешок. — И кто же тебя заставил? Джи посмотрел в зал, останавливая свой взгляд на мне. Он смотрел мне в глаза на протяжении какого-то времени, словно ища ответ на поставленный вопрос, после чего поднес микрофон к губам и сказал: — Мой парень. Парень. Я его парень? Джерард считает меня своим парнем? Нет, то есть, я не против, конечно, но это было неожиданно. По залу прокатилась волна шума. Послышались свистки и фразочки, по типу: «отожги, чувак». Я немного удивился отсутствию недовольных или гомофобных комментариев. — Вау, чувак, не думал, что ты гей, — пробормотал Эндрю. — Ну, уж как-то так получилось. — Эм, поздравляю? — Джерард поднял брови, как-бы говоря: «ты, блять, серьёзно?» — Ладно, окей, это было тупо. Нет, на самом деле круто, реально круто, чувак. Эм… ах да. Что будешь петь? Уэй ненадолго задумался. Он обвел взглядом всю сцену, словно пересчитал инструменты и прикинул, смогут ли они это вообще сыграть. Кинув мимолетный взгляд на бар он остановился на мне, после чего его губы расплылись в хитрой ухмылке. Что-то тут не так. — Kiss. — Ты имеешь в виду… эм, группу «Kiss», или… или песню «Kiss», или… блять, что ты вообще имеешь в виду? — немного сконфуженно пробормотал Эндрю. Джерард рассмеялся. — Песню. Prince — Kiss, пожалуйста. Я вылупил глаза. Нет, ну он же шутит, да? Я со смеху умру, если он еще и начнет подражать принцу. Ну, издавать эти странные… даже не могу назвать нотами. Звуки, так будет правильней. Песня неплохая, но, мать моя женщина, в оригинале это все поется в такой манере, что какой бы смысл там не был, я бы все равно катался по полу. — Чувак, ты уверен? — спросил Эндрю. Он улыбался, смотря на, теперь уже, моего парня, видимо предвкушая последующий перформанс. Джерард молча кивнул. — Как хочешь. Музыканты переглянулись, пока Эндрю что-то уточнял у Джерарда. Наверное никто кроме меня не наблюдал за происходящим на сцене, потому что было довольно шумно да и у всех была своя компания. Моя же компания закончила обсуждать что-то с вокалистом, после чего кивнула барабанщику и тот отбил палочками ритм. О Боже, если ты есть, пожалуйста, спаси меня. Гитарист вступил первым, сыграв небольшое вступление, после чего Джерард, до этого смотревший куда-то в потолок, словно вернулся из своеобразного транса и начал петь: — You don't have to be beautiful to turn me on. До того, как он начал петь, я уже успел раз пять мысленно ударить себя рукой по лбу, но когда он действительно запел, я, мягко сказать, охуел. Не знаю, хорошо это, или плохо, но Джерард взял на октаву ниже, из-за чего песня не звучала смешно. Даже наоборот. Это была как раз его тональность, и было заметно, что петь ему удобно: он очень хорошо брал ноты. Изначально Джи просто стоял и пел с закрытыми глазами, не смотря на публику, просто вслушиваясь в музыку и стараясь быть на одной волне с музыкантами. Я даже успел подумать, что так оно и к лучшему, но потом дело дошло до припева и Джерард решил открыть глаза. — You don't have to be rich to be my boy… — О Боже, он действительно заменил слова. Нет, он реально сделал это. Джерард смотрел на меня не отрываясь, так, что даже некоторые посетители бара обернулись. В его глазах плескались искры, чего я никогда не видел до этого, а губы то и дело норовили расползтись в его коронной хитренькой ухмылке. Он начал покачивать бедрами в такт и взялся руками за микрофонную стойку. Мои глаза готовы были выпасть из орбит, когда Джерард немного выгнулся, постанывая в микрофон на слове «поцелуй», после чего провел по нему языком и подмигнул мне. Он снял микрофон со стойки, и медленно, в такт музыке, подошел к самому краю сцены, раскачивая бедрами. Кажется, я мог слышать одобрительные свистки публики. Сам же я не мог даже пошевелиться. Ком словно застрял в горле, я громко сглотнул и просто наблюдал. You can’t be too flirty, daddy, — пропел Джерард, когда вернулся к стойке. Боковым зрением я мог видеть, как скривился Эндрю после слова «папочка». Скорее всего, я бы сделал тоже самое на его месте, но, блять, меня назвали папочкой. Даже не знаю, приятно ли мне, или противно. Папочкой, вашу ж мать! Охуеть. Увидев мою реакцию Джерард усмехнулся и продолжил петь, все так же не отрывая от меня взгляда. В какой-то момент, я понял, что уже просто пожираю его глазами. Джи смотрелся так органично и сексуально на сцене: казалось, он вообще не стеснялся публики (что, скорее всего, так и было). Он не замечал музыкантов. Не замечал покрасневшего Эндрю, который увидел на кого Джерард все время смотрит и, наверное, представил себе что-то, что в принципе и не его дело. Публику, которая повеселела во время этого представления, он тоже не замечал, смотря только на меня. На втором припеве парень настолько приблизился к микрофону, что, казалось, вот-вот и возьмет его в рот. Он пел намного тише, но это компенсировалось положением микрофона, а его голос стал хрипловатым и звучал грубее. Ниже. Еще сексуальней. Джерард проводил рукой вверх-вниз по стойке, в перерывах между строчек облизывал губы, а на очередном: «Kiss» он как бы «случайно» дотронулся (скорее задержал руку дольше положенного) до своей промежности, и громко простонал в микрофон, сразу же ухмыляясь. Тогда мне казалось, что песня длилась слишком долго, хотя на самом деле Джерард не допел ее до конца. Я начал ерзать на стуле, откашливаться, даже потянулся за глотком пива, лишь бы хоть как-то отвлечься от происходящего на сцене. Мне нравилось смотреть на Джерарда, на то, как он двигался. Мне нравилось слушать его стоны и приятный тембр, но будет, наверное, очень неловко, если у меня встанет и это кто-то увидит. В реальность меня вернули овации публики. Я опять посмотрел на сцену, как раз поймав тот момент, когда Уэй благодарил слушателей, затем извинился перед Эндрю за то, что оккупировал его микрофон на пару минут и последовал ко мне. Я к тому времени уже встал со своего места и как только Джерард подошел ближе, сразу же его обнял, целуя в губы. Судя по свисткам, некоторые, особо любопытные зрители, все-таки проследили взглядом за моим парнем и посмотрели, для кого именно была эта песня. — Если ты сейчас скажешь, что ты случайно спел это так… Кхм, так… клянусь, я тебя придушу, — пробормотал я в губы парня. Он хихикнул и разорвал поцелуй, прижимая меня ближе к себе. — Кто же знал, что ты так быстро возбудишься, — прошептал он мне на ухо. — Мне скоро 19, а не 72, чему ты удивляешься? — сказал я, после чего слегка прикусил мочку уха. Джерард сначала промурчал что-то невнятное, а после сказал: — Тогда ладно, ты меня раскусил, я специально. — Неужели я тебе не интересен как личность? — Как бы мне не хотелось, чтобы эта фраза звучала обиженно или хотя бы серьезно, у меня просто не получилось. — В таком случае, я бы не ждал месяц для того, чтобы просто поцеловать тебя. Я усмехнулся и отпрянул, возвращаясь за барную стойку. — Значит, парень? — спросил я, когда Джерард присоединился ко мне и сел рядом. — Ты против? — усмехнулся он, но все же в его голосе я смог расслышать нотки беспокойства. — Ничуть. Я широко улыбнулся, краем глаза поглядывая на сцену. Сразу за Джерардом вышел какой-то мужик, решивший спародировать Брайана Джонсона и спеть «Thunder» от AC/DC. Это звучало довольно смешно, но тому, кажется, было плевать. Скорее всего он пьяный в стельку. Увидев куда я смотрю, Джи тоже взглянул на сцену. — Кстати, как тебе моё выступление? Я сделал все, что ты хотел? — спросил он. — И даже больше, — я усмехнулся. — Правда можно было и не стараться так. — Эй! Не говори, что тебе не понравилось. Я все равно не поверю. — Он сложил руки на груди, но улыбался все равно без обиды во взгляде. — Я даже не буду спорить. Это было феерично. Мы просидели в баре еще минут 40, до окончания концерта, даже не заметив, как быстро пролетело время. Мы просто разговаривали, смеялись. Даже познакомились с интересными людьми, которым понравилось представление Джерарда. Если быть точнее, я познакомился, а сам Джерард просто сидел рядом, слушая наши разговоры, из-за чего я чувствовал себя неудобно. Когда мы решили уйти из бара, было уже одиннадцать вечера. Мы попрощались с Эндрю и направились в сторону вокзала, потому что, по словам Джи, последний поезд должен был уехать в ближайшем времени, и нам следовало немного поторопиться. Шли мы все равно не спеша, продолжая беседовать, так что последнюю сотню метров до поезда пришлось пробежаться. Я даже не понял, когда успел заснуть, но проснулся я чувствуя тепло чужого тела рядом. Я лежал у Джерарда на коленях, пока тот сидел, пальцами нежно перебирая мои волосы. Я замер, стараясь не дышать, потому что уж очень не хотелось, чтобы он прекращал. К сожалению, меня выдало то, как я вздрогнул, когда по динамику сообщили о скором прибытии в Нью-Йорк. Джерард усмехнулся, но не выпустил руки из моих волос. — Ты же не спишь уже, верно? — спросил он. Я сразу же открыл глаза, встречаясь взглядом с парнем, на чьих коленях я так сладко посапывал еще пару минут назад. — Я… эм, прости. Я, кажется, заснул, — немного сконфуженно пробормотал я. — Ничего. Ты устал. Я просто решил, что тебе будет удобней спать лежа. Я поднялся, задержав взгляд на своем отражении в окне: помятая футболка и прилипшие волосы к щеке. Какая прелесть. Хорошо, что я решил не использовать подводку сегодня. — Мы приедем через пару минут, — предупредил меня Джерард. — Ты не жалеешь, что провел этот день со мной? — Он выглядел абсолютно спокойным и умиротворённым, если не обращать внимания на его руки, которые нервно трепали конец футболки. — Нет, конечно. Было весело. — Джерард недоверчиво посмотрел на меня, так что я кратко поцеловал его, подтверждая свои слова. — Все отлично. — Хорошо, — он кивнул. — Я провожу тебя до дома. — Не стоит, я могу и сам дойти. — Нью-Йорк не слишком безопасный город… — Может, я бы и не отказался, если бы он жил ближе. А так, Джерарду придется ехать на другой конец города вместе со мной. — Я не хрупкая девушка, а вполне самостоятельный парень, который сможет постоять за себя. Да и вообще, кому до меня какое дело? Я все равно поеду на такси. Джерард какое-то время молчал, словно обдумывая мои слова, но после все же кивнул, тяжело вздыхая. — Я поймаю тебе такси, — сказал он. — И заплачу тоже. — Я уже открыл рот, чтобы возразить, но парень прервал меня: — Не спорь. Я пригласил тебя на свидание, значит я плачу за тебя. — Это просто такси… — Я так хочу. Я вздохнул, но все же улыбнулся. — Ладно, делай что хочешь, — сказал я. Джерард улыбнулся. — Но в следующий раз плачу я. — Джерард фыркнул. — За все. За такси, кино, кофе, билеты, не знаю… что угодно. — Окей, договорились. Я еще пару раз повторил, что доводить меня до такси и уж тем более платить за него совсем не обязательно, но Джерард пропускал все мимо ушей и переводил тему при малейшей возможности. Я даже и не заметил, как приехала машина, поэтому и выбора у меня не оставалось. Поцеловав меня на прощание и пожелав спокойной ночи, Джерард пошел в противоположную сторону. Какое-то время я смотрел на то, как он уходит, а после просто сел в машину, погружаясь в свои мысли и любуясь ночным Нью-Йорком за окном.