Потанцуешь для любимого дедушки, Морти?

Цитадель — город Риков и Морти. На фоне шума от космических тарелок и гула людских голосов важно шествуют гениальные Рики со своими менее гениальными внуками. О Цитадель! Идеальное место для маленькой игры страстей. Закрытый клуб. Зал, полный людей. Мужчин. Похотливых самцов. Риков, которые не видели ничего аморального в сексе со своими любимыми внуками, и он, ваш покорный слуга. Милый и невинный Морти Смит из измерения С-139. Его Рик не знал, что после каждого приключения внук перемещался в Цитадель, чтобы заработать денег, сбросить накопившееся напряжение и предстать во всей красе перед дедушками из других измерений. Морти нравилось ощущать на своем теле оценивающие жгучие взгляды, плавящие плоть не хуже кислоты. Безумно нравилось видеть, как обычно сдержанные мужчины теряли самообладание, как хватались потными ладонями за свои ноющие, истекающие смазкой члены во время каждого его выступления. Как гениальные умы поддавались похоти и животным, первобытным инстинктам. Приводило в экстаз осознание того факта, что именно он завлекал их в эту пучину небытия не хуже самого отборного, марсианского пойла. Морти всегда заботились о своих Риках, а он всего лишь делал это в меру своей щедрости и своих возможностей. Заиграла музыка, и все разговоры сразу стихли. Звезда на сцене. Трепещите! Ха-ха, и нет, Морти не самовлюбленный ублюдок, просто за все то время, что он здесь работал, ему не раз поступали предложения различного характера от нежных признаний в любви до угроз расправиться с его задницей в особо извращенной форме. А это, как ни странно, мотивировало и придавало ему уверенности в своих силах. Движение - жизнь, в случае Морти - смерть. Смерть нервных клеток всех Риков, что сидели в зале. Вероятно, его распутные танцы подстегнули многих из них на отчаянные шаги, вероятно, прибор для стирания памяти не раз был использован, но Морти плевать хотел на это. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось. Морти чувствовал, как блестящие плавки обтягивали его упругую задницу и уже почти твердый член. Коротенькая юбка-пояс скорее раззадоривала воображение, нежели действительно прикрывала его соблазнительную пятую точку. Стоило свету мигнуть, как плавки полетели прямиком в темноту зала. Сквозь басы послышались звуки борьбы, но мало кто обратил на это внимание, ведь главное действо начиналось. Основное блюдо сегодняшнего вечера. На сегодняшний перфоманс под плавки Морти надел маленькие трусики, слегка прикрывающие пах и не позволяющие рассмотреть самое сокровенное детально. Раздражённые выкрики с зала были проигнорированы. Какие же все-таки Рики нетерпеливые! Выполнив очередной маневр, Морти соскользнул на пол и широко развел ноги, чтобы всем было видно его влажную, покрасневшую дырку, которая просто требовала крепкого члена. Обязательно, чтобы член был его Рика. Ммм, вот опять. Стоило только подумать о своем деде и обо всех тех вещах, что могли бы произойти между ними, как разум мгновенно затягивало маревом удовольствия, а член стоял колом. Carpe diem, Морти. Он четким движением сдвинул мешающий предмет гардероба набок, раскрыв всего себя для жадных, охочих до подобных зрелищ взглядов. Под динамичную музыку Морти терся телом о пилон, как мартовская кошка ластится об очередного кошака. При этом пристально следил за всем, что происходило в зале. Его майка сползала с плеча, член поднимал ткань чувствительно касающейся его юбки-пояса, обнаженные бедра и колени выглядели непристойно. Слегка оцарапав кончиками пальцев вставшие, припухшие соски, он со всей силы сжал их, оттягивая, и еле слышно вздохнул. Очень хотелось в этот момент ощутить член Рика во рту, перекатывать его как большую, вкусную, карамельную конфету. Проникать язычком в уретру, ощущая вкус любимого дедушки. Морти с удовольствием сосал бы его член вплоть до полной потери сознания, надрачивал бы своими маленькими ладошками со всей старательностью, на которую способен. Заглатывал бы на всю длину, лаская губами и языком. Потом постарался бы достать до мошонки, при этом зарываясь носом в лобковые волосы, и сидел бы так, дожимая последний кислород из легких. Он, вероятней всего, заплакал бы в процессе, но при этом точно попросил бы деда не останавливаться. Морти очень хотелось, чтобы его Рику понравилось угощение, и он попросил добавки. Собственный член заныл от всех этих мыслей. Жаль, родной дед не настолько развращен и аморален, как его внук. Витая в облаках, он прокладывал ладонями путь вниз, до пупка. Покружил вокруг небольшого члена, едва ощутимо провел ладонью по головке, дразня Риков-зрителей. Огладил ствол и, конечно же, не забыл помассировать мошонку. Сильнее сжал член, выгибаясь, следуя за рукой, и заскулил. В зале кто-то несдержанно простонал. Всех присутствующих Риков так или иначе привлекал запретный плод, а Морти из вселенной С-139 - само воплощение греха. Возле сцены появилось новое действующее лицо. Рик, но другой, в очень странном костюме, при этом мужчина оценивал каждое движение Морти и хищно улыбался. Что-то было до боли знакомое в его взгляде, но размышления об этом Морти решил отложить на потом, чтобы не сбить настрой. Музыка поменяла свой ход, и вот он снова крутился на пилоне, поднимался вверх и опускался вниз, старался продемонстрировать этому Рику все свои навыки. Всё для любимого дедушки. Взгляд гостя, казалось прожигал насквозь, даруя истинное наслаждение. Морти выполнил последние движения, заметил, что его старания не прошли даром, и с чувством выполненного долга ушел за кулисы. Работа работой, а завтрак дома - по расписанию!

***

Сон не шёл. Взгляд того Рика обжигал. Проверив взглядом дверь, Морти приспустил шортики, не в силах совладать с возбуждением. Поглаживая член, сжал набухший сосок. — Сученька, ты настолько рад меня видеть? Морти вынырнул из предоргазменного марева и шарахнулся к стене, понимая, что это, в общем-то, конец, прекрасно представляя, как он выглядит со стороны: охуевший, перепуганный, ничего не соображающий, со стоящим хуем. Супер. — Рик, тебя не учили стучаться? — на удивление без заикания пробормотал Смит. — Когда-то давным давно, пёс, мама пыталась меня воспитывать. Когда трава была зеленее, а люди вокруг не казались круглыми идиотами. Я тут забегал в Цитадель по делам и после решил проведать любимого внучка, что, нельзя? — довольно оскалился Рик, шагнув ближе к кровати, игриво склоняя голову на плечо. — М-м-можно, Рик, конечно м-м-можно. Дай мне минуту, я п-переоденусь и с-спущусь к тебе в гараж. — О, нет, милый, сейчас ты пойдешь со мной, и разговор наш будет долгим. — не слушая возражений, Рик схватил внука за руку и шагнул в портал. Морти стоял и не мог понять, где они оказались. Незнакомая обстановка нервировала, а большая кровать в углу выглядела слишком хорошо, чтобы быть правдой. — Где м-мы? — В моем тайном убежище. Итак, неужели ты думал, что сможешь скрыть от меня свои ночные похождения? Рик все приближался и приближался, словно его личная Немезида, с каждым шагом сокращая расстояние между ними, и, как итог, прижал Морти к стене. — Думал, я не замечу твои перемещения? Сегодня вместо похода в бар, решил проверить куда постоянно съебывает мой внук, и, знаешь, где оказался деда Рик? — Проводя пальцами по подрагивающим мышцам живота сквозь желтую футболку, Рик заправил упавшую на лоб прядку за ушко и прошептал: — В самом настоящем блядюшнике, где мой недотрога внук танцевал на сцене со стоящим членом. — Что ты хочешь услышать, Рик? — нервно облизав нижнюю губу, Морти поднял на него взгляд. — Сколько членов побывало в твоей заднице, маленькая шлюшка? И каким по счету буду я? — Говоря все это, Рик, не останавливаясь, забрался под кофту снизу, оглаживая и сжимая его соски. — Я ни с кем не спал, хозяин заведения установил барьер на сцену, чтобы к танцорам не приставали! Во время выступлений я думал только о тебе, Рик! Мне нравились взгляды тех Риков, я любил представлять, что это ты на меня смотришь. Как бы Морти не мечтал о своем дедушке, как бы не фантазировал, но все равно оказался не готов к такому резкому напору с его стороны. Слишком хорошо, слишком. Возможно, он задремал, и ему снился очередной мокрый сон? — Вот оно как. Надо было рассказать все своему любимому дедушке, тогда мы бы не потеряли столько времени. Я из последних сил сдерживался, все эти годы не подавал виду, не хотел травмировать твою нежную детскую психику. На деле оказалось- зря, ты та еще развратная поебушка. Подхватив Морти под коленки, Рик понёс его на кровать при этом вгрызаясь в шею словно голодный вампир. Наверняка останутся засосы, но кого это волновало? Ученый он или кто? Сварганит мазь на коленке за пару минут и никто не узнает. Морти охнул, потому что Рик вцепился в него, целуя, жадно, яростно сминая его губы. Прижался ближе, вжимаясь так, чтобы потереться членами, снова целуя. Внук в это время судорожно расстегивал его ремень и джинсы, желая поскорее добраться до члена. И зашипел в губы деда, когда, пробравшись через чёртову преграду, обернул ладонь вокруг него, большого и крепкого, горячего, пульсирующего у него в руке. Так приятно и правильно. — Сначала мы трахнемся, а потом ты расскажешь мне все, — пообещал Рик, яростно срывая с Морти пижамные шорты. Оглаживал горячими пальцами голую поясницу, мял ягодицы, впечатывал в его кожу голодные, бездумные поцелуи. Оставляя алые следы. Очень скоро лицо внука стало похоже на картинку из порно журнала, на который дрочил в юности Рик. Они целовались, пока дед, нашедший под одной из подушек спрятанную бутылку смазки, растягивал нежную дырочку пальцами. Аккуратно проникая сначала одним, потом двумя, обводя большим по краю, дразня самыми кончиками простату, играясь. Неторопливо оглаживал изнутри, раскрывал его, подготавливал. Медленно-медленно трахал. Вперёд-назад. Вперёд-назад. Морти смотрел на Рика дикими глазами и громко скулил, дыша открытым ртом. — Чего хочет мой маленький Морти? Чего хочет моя сладкая детка? Можешь рассказать дедушке. — Рик, п-п-пожалуйста! Т-т-трахни меня! Морти понял, что не успел договорить, как Рик уже перевернул его на живот, заламывая руку и заводя ее за спину. Так, что теперь он, уткнувшийся лицом в покрывало, чувствовал, как футболка задралась, прекрасно открывая обзор. И что дед за его спиной, смотрит и молчит. Смит чувствовал этот опасный, хищный взгляд, прокатывающийся по нервам нарастающим напряжением. Даже неосознанно. Это было чертовски горячо. Он прижал руку к своему рту, кусая костяшки и стараясь не стонать так громко от жалящих прикосновений. Морти зажмурился, легко дергая бедрами, у него уже стояло во всю, и дырка пульсировала то ли в предвкушении, то ли от страха. Санчез скользил самыми кончиками пальцев по поджавшемуся животу, едва касался возбужденного члена, слегка массировал мошонку, перебирал яички в ладони, тер место между ними и дыркой. — Если бы не знал, что ты целка, выебал бы без подготовки как только мы переместились сюда. Бля-э-эть, Морти, хочешь деда до инфаркта довести, похотливая сучка.- Продолжая ласкать поясницу, Рик прижимался членом к влажной расщелине между ягодиц. -Моим хером можно луну пробить, отвечаю тебе М-м-морти! Совершенно не слушая деда, младший Смит только и делал, что скулил и поддавался в нетерпении назад. Ему так мало пальцев, он такой пустой внутри. Горячий, тяжелый член удобно лег между ягодиц, касался его расслабленной, жадной дырки. Морти хотел большего, хотел чувствовать его внутри себя. Мозолистая, крепкая ладонь ласкала спереди, а крупная головка потиралась сзади, и все так медленно, этого было так мало и так много одновременно. Мортимеру не хватало заполненности. Он извивался, провоцировал и подавался назад, не отдавая себе отчета, что Рик может сорваться в любой момент. Осторожно проникнув в разработанную дырку головкой, Санчез еле слышно простонал. — С-с-сука, М-морти, какой же ты о-охуительно тугой. В тебе так горячо, дедушке очень н-нравится М-мортимер, теперь ты от меня никуда не денешься, — выдохнул Рик. — Блять, мне конечно пиздецки нравится эта поза, но она не дает нам целоваться, детка, — прикрыв глаза, отрешенно произнес Санчез, обжигающим взглядом разглядывая лежащего перед ним Морти: возбуждённо, загнанно дышащего. — А у тебя такие охуительные губы… — Ох, блядь, Рик, — задушено выдохнул Морти, потянувшись к дико улыбающемуся деду, и поцеловал его, так глубоко, как ему этого всегда и хотелось. — Готовься, пёс, теперь каждую ночь я буду приходить в твою комнату и трахать как распоследнюю блядищу, — хрипло пообещал Рик, наконец-то вталкиваясь в него, сжимая покатые бедра до синяков, не позволяя отстраниться, — буду смотреть в твои глаза, разглядывая, как их затягивает маревом удовольствия и безумия. Лихорадочной жаждой ебли со своим старым дедушкой. Рука скользкая от смазки метнулась вверх и сжала его горло, достаточно чувствительно, чтоб перекрыть доступ кислорода, и Санчез начал двигаться, тягуче и с оттяжкой, не забывая разжимать пальцы, чтобы позволить Морти вдохнуть. Вдохнуть расплавленного и тягучего, словно смола, воздуха. Морти сам, судорожно вскидывал бёдра навстречу, жмурясь от того, как пульсирует член внутри дырки. Медленно двигается. Неебически крутое ощущение. Перед глазами был космос, он хватал воздух губами, крупно вздрагивая и выгибаясь. Он ещё помнил, как довольно закричал и сжал зубы на шее Рика, кончая и чувствуя его улыбку. Ощущая вкус крови во рту и то, что Рик тоже кончил, от того, как сильно Морти сжал его.