Ты просто обручилась с обречённым

Проснулся Руслан от ярких лучей солнца, раздражающе слепящих его глаза. Всё конечности затекли, а рана на животе неприятно пульсировала и, казалось, даже не думала о том, чтобы наконец перестать нестерпимо болеть. Парень кое-как встаёт и, превозмогая неприятнейшие ощущения, неспешно, насколько ему это позволяет боль, хромает на кухню, из которой доносится приятный аромат. На столе он видит тарелку с оладьями, политыми каким-то ягодным джемом, а рядом со всем этим примечает маленькую записку. «Я в универе, дома буду к четырём. Что-то будет нужно — ищи сам.» — усмехается последней фразе — девушка до сих пор злится на него за вчерашнее — и присаживается за стол, принимаясь за аппетитный завтрак. Доев всё, что ему так заботливо приготовила Настя, брюнет встаёт из-за стола, намереваясь помыть за собой посуду, но в глазах резко темнеет и двоится, коленки подкашиваются и он пытается схватиться за стул, чтобы удержаться на ногах. Раздаётся громкий звук разбитого стекла и вскоре за ним глухой удар о пол.

***

— Я дома! — закрывает входную дверь на замок, не планируя сегодня больше выходить на тот холод на улице и проходит в глубь квартиры, удивляясь, почему ей никто не отвечает. К ней на встречу тут же бежит её кот Ирис, громко мяукая, будто зовя за собой. В голове мелькают тревожные мысли и Шпагина, на ходу снимая с себя пальто и шарф, быстрым шагом направляется за котом, который вёл её, по всей видимости, на кухню. Заходит в помещение и, резко ахнув, застывает в шоке, но уже через миг подбегает к парню, лежащему на полу в окружении осколков и небольшой лужицы крови около затылка. Слегка приподнимает голову и проверяет пульс, облегчённо выдыхая — сердце бьётся в слегка замедленном ритме. Аккуратно опускает его голову обратно на пол, предварительно убрав оттуда осколки, и спешно направляется к аптечке, откуда достает перекись водорода, йод, ватные диски, бинты, обезболивающее и антибактериальное средства. Кое-как перекладывает Руслана на диван, не понимая, как ей это вообще удалось, и, обработав рану от осколка на затылке, задирает его футболку, открывая вид на до сих пор кровоточащую не сильно глубокую, но достаточно серьёзную рану. После наложения бинтов она смахивает рукой капельки пота со лба, пачкая его кровью с пальцев, и встаёт с дивана, собираясь наконец-то отдохнуть от изматывающего дня и как минимум принять душ, но вдруг замечает, что парень приоткрывает глаза, щурясь от яркого света. — Ты полнейший придурок! Я же тебе говорила, что рану нужно обработать, как минимум остановить кровотечение! Идиот, я так испугалась! — взволнованно восклицает Настя, вновь подбегая к нему и опускаясь на колени. — Как ты? — Ты боишься за меня? — ловит непонимающий взгляд карих глаз и, слегка подумав, добавляет: — С чего бы тебе за меня волноваться? — Ты и правда придурок… — качает головой, слегка прикрывая глаза, считая, что он шутит, но, видя непонимание в глазах, предельно настораживается. — Эм, Руслан? Всё в порядке? — Кто такой Руслан? — на лице лишь искреннее любопытство и интерес. — Э-это ты… — глаза медленно расширяются и она закусывает губу, изо всех сил надеясь, что это не то, что она думает. — Я не Руслан, я… Я… — Чёрт, господи, только не это! — убийственно взвывает красноволосая, глядя на шокированного парня, молясь, чтобы это всё было просто глупым неудачным розыгрышем. — К-кто я? — в глазах мелькает животный страх и он подрывается с дивана, будто не обращая внимания на тупую боль в районе живота. — Где я?! Кто ты такая?! — вопросы сыпятся один за другим и Настя понятия не имеет, что вообще ему отвечать. — Руслан, пожалуйста, успокойся! — пытается его перекричать, но её фраза лишь утопает в очередном потоке вопросов. — Я не Руслан! Что это за кровь?! Ты… Ты хотела убить меня?! — сумасшедшим взглядом смотрит на растерянную девушку, потупившую взгляд. — Ты хотела убить меня?! — ещё громче, уже крича, повторяет брюнет, надвигаясь на неё. — Руслан! Ты Руслан! Я Настя! Пожалуйста, успокойся, сядь на диван, возьми чай, и выслушай меня! — взволнованно кричит, надеясь убрать эту гримасу абсолютного недоверия с его лица. — Пожалуйста… — Расскажи всё. Я… Я ничего не помню, — настороженно присаживается на диван, всё ещё с опаской косясь то на кровь на полу, то на девушку. — Ты моя девушка? — Нет, — растерянно отвечает Шпагина, протягивая ему кружку с ромашковым чаем. — Сестра? — Нет, не перебивай, пожалуйста! Я расскажу всё, что про тебя знаю, а потом уже ты будешь задавать вопросы, — недовольно поджимает губы и, убеждаясь, что парень молчит и готов воспринимать информацию, начинает свой короткий рассказ: — Вчера вечером, практически ночью, я шла домой и наткнулась на тебя. Ты полу-сидел полу-лежал на асфальте с ножевым ранением чуть ниже правого ребра. Я предложила вызвать скорую, но ты отказался, поэтому я предложила пойти ко мне домой, чтобы я могла тебе хоть чем-то помочь, потому что идти тебе, по твоим словам, было некуда. Ты представился Русланом, но фамилию не назвал. Я практически ничего о тебе не знаю. Что было дальше мне неизвестно. Когда я пришла ты лежал на полу, рядом с тобой осколки, а около головы кровь. — Что-то слабо мне верится в эту историю, — Руслан неуверенно хмурится, обдумывая слова девушки. — То есть, история про то, что я хотела тебя убить, воткнула тебе нож ниже ребра, а потом резко передумала и поэтому перебинтовала твою рану на животе кажется тебе более рациональной? — вопросительно выгибает брови, ожидая ответа. — Ладно, допустим, я тебе верю. Но что-то мало я тебе о себе рассказал… — Слушай, это уже не мои проблемы! — гневно бросает Шпагина, закатывая глаза. — Сколько хотел, столько рассказал! — Если мне вчера нанесли ножевое ранение, почему мне ничего не болит? — ухмыляется, ожидая, что на этот вопрос у этой мисс-алиби нет ответа. — Я вколола тебе сильное обезболивающее, вот, — протягивает ему пустой пузырёчек и по многочисленным мелким надписям на нём он убеждается, что ему не лгут. — Всё, теперь у меня вопросов нет. — Слава богу, — устало выдыхает, поднимаясь с дивана. — Твоя комната там, — указывает на дверь в другом конце кухни-гостинной, — там же всё твои вещи, может вспомнишь что-нибудь. Если понадоблюсь, я у себя, — кивает в сторону двери в комнату, в которую тут же заходит, и уже не слышит тихое «спасибо» в ответ.

***

Брюнет сидит на кровати, опираясь на изголовье, прикрывая глаза от собственной беспомощности. Вокруг него разбросаны все те немногочисленные вещи, которые он нашёл в карманах своей чёрной джинсовки, но даже они ни на шаг не приблизили его ни к одному воспоминанию, даже самому маленькому и ничтожному. Он не помнит абсолютно ничего. Вновь берет в руки зажигалку, резко проводит пальцем по колёсику и задумчиво смотрит на слабый язычок пламени. Окидывает взглядом лежащие рядом телефон с забытым пинкодом, пачку Мальборо, в которой недостает пяти сигарет, карманный нож и пустую флягу — ни одного воспоминания. Кто он такой? Где его дом? Где его семья? У него она вообще есть? Может, его сейчас ищут. Хотя, если бы он кому-то был нужен, сейчас он сидел бы у себя дома, а не здесь. Нет, он не жаловался, но… Как физически можно забыть абсолютно всё? Руслан никогда не понимал этого. Амнезия казалась ему чем-то мифическим, невозможным, этого простого не могло произойти, тем более с ним. Ему было страшно. Страшно от удушающего молчания в его голове. Ни одного голоса, ни одной картинки, ни одного лица. Только серьёзное лицо Насти, раз за разом повторяющее одно простое предложение. «Я практически ничего о тебе не знаю». Пугающая пустота в голове усыпляет лучше любого снотворного, веки будто наливаются свинцом и уже через несколько минут он окончательно засыпает, погружаясь в тревожный сон.