Доигрался...

Ровно неделя прошла с того времени, как Вэй Ину назначили «исправляться», от очередных своих шалостей, в библиотеке. Чтобы он не вздумал хитрить, к нему приставили надсмотрщика: строгого и лишённого малейших эмоций — Лань Ван Цзи. С того дня он больше не встречался наедине со Вторым нефритом из клана Лань: как назло, рядом всегда был кто-то третий; или Цзян Чен стоял рядом или брат Лань Ван Цзи, Лань Хуань, присутствовал при разговоре, при этом со странной улыбкой смотрел на брата и на него (У Сянь делал вид, что не понимает ничего). Несколько раз Вэй У Сянь пытался выследить Лань Чжаня, дабы задать ему парочку интригующих его вопросов, но тот, сию же минуту, испарялся. О том, что случилось в тот день Вэй Ин думал много раз. Стоило ему только подумать о Лань Ван Цзи, как тело охватывала легкая дрожь, а на губах появлялась довольная улыбка. И пусть сейчас он не знает как с ним заговорить, обязательно настанет день, когда они снова останутся наедине. И в этот раз, Вэй Ин был уверен, недомолвок между ними не останется.

Неделю назад. Облачные Глубины. Библиотека.

Вэй У Сянь уже сбился со счета — столько раз старик Ци Жень его наказывал. В этот раз ему предстояло переписать половину книги с правилами. Он молча, и с улыбкой на лице, выслушал надоедливого ворчливого старика и двинулся в библиотеку. Он знал, стоило ему только попросить, как желающих написать за него работу будет хоть отбавляй. Поэтому, Вэй Ин ничуть не печалился по поводу наказания и весело спешил в библиотеку. На пути к ней, он получил несколько предложений о том, чтобы помочь ему переписать нудные правила Ордена Гу Су. В предвкушении скорого безделья на пару с Цзян Ченом, Вэй Ин порывисто распахнул огромные двери библиотеки. Как и во всех Облачных Глубинах — тут царила полная тишина. В такой атмосфере даже удары сердца сравнимы с колоколом. Молодой человек двинулся в сторону центра библиотеки, и увидел за столом Лань Ван Цзи. Второй нефрит из клана Лань сидел за письменным столом и медленно и аккуратно выводил иероглифы на бумаге. Все, что делал этот человек было абсолютно безупречно, поэтому, подойдя ближе, Вэй У Сянь увидел аккуратный, каллиграфический почерк. Длинные пальцы Лань Чжаня держали в руках кисть. Несколькими, почти незаметными движениями, он написал несколько следующих иероглифов на бумаге. Его взгляд был сосредоточен на книге, которую он держал в левой руке; затем, снова на бумаге и так до тех пор, пока первый абзац из книги не был завершён. Лань Ван Цзи сидел с идеально прямой спиной, его широкие плечи расправлены; объёмные полы верхней одежды водопадом струились вокруг ног своего хозяина. Небесно-голубое одеяние Гу Су, сейчас напомнило Вэй У Сяню — неспешно журчащий ручей медленно окутывающий, почти, недвижимого Лань Чжаня. Вэй Ина окружил запах сандалового дерева, когда он напротив Лань Ван Цзи уселся на подушки. Наконец, пишущий обратил на него своё внимание, и насыщенно-золотистые глаза внимательно, и даже строго, уставились на лицо только что прибывшего. Изящная рука молча подтолкнула Вэй У Сяню толстую книгу, затем снова вернулась к прежнему занятию. — Это для меня? — весело спросил Вэй Ин. В ответ Лань Чжань только кивнул. Вэй У Сянь не стал открывать её, он и так знал, что внутри написаны скучные правила ордена Гу Су Лань. Вместо этого он, все также весело, спросил. — А что ты делаешь здесь, Лань Ван Цзи? Рука мужчины перестала писать, он поднял глаза и холодно ответил. — Слежу за качеством твоей работы. Как закончишь, оставь это на столе, я передам.

***

Накануне, примерно три дня назад, Вэй У Сянь в очередной раз повздорил с Лань Чжанем. Он пришёл на холодные источники Гу Су. Всем известно, что вода там просто ледяная, поэтому У Сянь прыгал и брызгался, делая попытки хоть немного согреться. В том источнике был и Лань Чжань, словно скала, он стоял посреди ледяной воды. Длинные волосы второго нефрита, как змеи обвивали узкую талию, стройные бедра, и уходили в воду, прикрывая упругие ягодицы стоящего. Разговаривать с Вэй Ином гордый красавец отказался: он упрямо сжал тонкие, бледные, губы и демонстративно повернул голову в другую сторону. Тогда-то, У Сянь и решил, в качестве компенсации за его молчание, забрать верхнюю одежду и штаны второго нефрита. Он бы отдал что угодно, для того, чтобы посмотреть на реакцию этого молчаливого и скучного человека. Но рисковать Вэй Ин не стал. На всякий случай, на следующий день, он полдня не показывался Ван Цзи на глаза.

***

«Неужели этот скряга все ещё обижается на меня? — задавался вопросом Вэй Ин. Сейчас он смотрел на Лань Чжаня, который по-прежнему писал. — Я же вернул ему одежду: аккуратно развесил штаны и ханьфу на дереве прямо перед его окном в цзинши…» Вэй Ин обречённо вздохнул. Он открыл книгу и принялся писать. Прямо позади Лань Ван Цзи было открыто большое окно: прозрачные занавески трепыхались на ветру, как крылья красивой бабочки, раздувались от потока ветра и снова плавно возвращались назад. На улице было особенно хорошо — тёплые деньки, когда не жарко, но уже и не холодно — самое время для охоты на фазанов. Но У Сянь уже убедился в том, что фазанов тут не водится, зато есть много милых кроликов. Ученики, скорее всего, заняты чем-нибудь более интересным, чем писанина никому не нужных правил Гу Су Лань. Подумав об этом, Вэй Ин ещё раз шумно вздохнул. Молодой человек написал только пару страниц и захлопнул книгу — толстый учебник со звуком глухого хлопка закрылся. От скуки Вэй Ин водил глазами по библиотеке, временами бросая мимолётные взгляды на сидящего напротив Лань Чжаня. Вдруг его взгляд упал на гуцинь, прислонённый к стене у открытого окна. Любопытство молниеносно заставило У Сяня поползти в сторону струнного инструмента. Без препятствий он добрался до гуциня — Лань Ван Цзи, все так же, не обращал на него никакого внимания, казалось, он совсем не двигался, за исключением кисти его правой руки. Вэй У Сянь взял семиструнный щипковый инструмент в руки. Он был довольно объёмным, но не таким тяжёлым, как мог показаться на вид. Его ширина, примерно, составляла ладонь У Сяня, поэтому инструмент легко и удобно лежал на руке. Продолговатый корпус достигал менее половины туловища Вэй Ина. Он заворожённо провёл, совсем чуть-чуть, (чтобы инструмент не издал звука) пальцем по натянутым шелковым струнам. Каждая струна, в зависимости от расположения, имела свою длину, однако все они выглядели очень прочными. Не удержавшись, Вэй У Сянь провёл пальцами, будто бы щипал кого-то или что-то, по струнам. От инструмента раздался глухой, продолжительный звон. Лань Ван Цзи тут же обернулся. Застигнутый врасплох, Вэй Ин принялся быстро и восхищённо тараторить. — Вот это да! Лань Чжань, ты не против, если я немного поиграю на нем? По реакции второго нефрита, нетрудно догадаться, что тот находился на стадии крайнего раздражения. Его янтарные глаза метали молнии, плотно сжатые губы побелели. Он тут же бросил на стол книгу и кисть, стремительно поднялся на ноги. Жёстко и холодно он произнёс. — Положи на место. Туда, откуда взял. У любого на месте Вэй Ина сейчас же затряслись бы ноги от страха. Ледяной ответ и пронизывающие, словно видят на сквозь, глаза всех приводят в ужас, но Вэй У Сянь не относился к числу тех, кто боится второго нефрита. С милой улыбкой на губах он, почти, обиженно сказал. — Лань Чжань, не будь таким жадным, — он восхищённо вращал инструмент в руках. — обещаю, я не буду его ломать. Разговоры, явно не то, что любит делать Лань Ван Цзи. Видимо, поэтому он решил сразу приступить к делу: широкими шагами он направился в сторону окна, где стоял Вэй Ин. Второй нефрит вытянул руку вперед, чтобы отобрать у У Сяня гуцинь. Ловко Вэй Ин ускользнул от руки Лань Чжаня, однако тот успел схватить его за ханьфу и резко натянуть назад. Со всего размаха Вэй Ин спиной влетел в широкую грудь хозяина инструмента. С таким же успехом он мог врезаться в стену. Удар получился ощутимым, и У Сянь немного растерялся. Лань Ван Цзи быстро поймал его, обнимая руками с двух сторон. Настойчиво и непоколебимо он отобрал гуцинь из рук Вэй Ина. Тот развернулся к Лань Чжаню лицом: стоя так близко он уловил едва заметные ноты сандалового дерева. Сверкающие гневом глаза были очень близко, и Вэй Ину вспомнился случай с лобной лентой. Тогда он точно также вышел из себя. — Что я опять такого натворил, а? — задал свой вопрос У Сянь. Молчание. И внимательный взгляд глаз напротив. Вэй Ин снова заговорил. — Неужели ты все ещё обижаешься на исчезнувшие штаны? — он зазывно смотрел на мужчину напротив. — Хорошо, я признаю, что перегнул палку. А теперь, мне можно ещё разочек потрогать твой гуцинь? — Нет, — отрезал Лань Чжань. — Лучше бы шёл переписывать правила Гу Су Лань. — Он отвернулся и пошёл в сторону стола, но остановился, когда Вэй У Сянь сказал. — В таком случае, я снова что-нибудь у тебя возьму, в качестве компенсации за отобранный гуцинь. Эту фразу он сказал из чистого упрямства. Тысячный раз он восклицал про себя: «Как можно быть таким скучным и правильным!» Второй нефрит двинулся к Вэй Ину. Перед этим он положил гуцинь на письменный стол. — Что ты за напасть такая?! Свалился на мою голову! — Зато, со мной не скучно, — оптимистично вставил он. На У Сяня волнами накатывало растущее раздражение и гнев воспитанника Гу Су Лань. Он буквально видел, как небесно-голубое пламя (очень похожее на цвет его одежды), кружилось в воздухе вокруг него и распространялось по всей огромной библиотеке. У Сянь с протестом замахал руками. В деле «удирать пока не перепало», Вэй Ин был особенно хорош. Поняв, что снова разозлил «образец подражания и чистоты» У Сянь решил уносить ноги из библиотеки. Что есть мочи он пустился к выходу из храма книг. Напоследок он бросил. — В Облачных Глубинах запрещён шум. Будь тише. Голубая вспышка пронеслась мимо убегающего Вэй Ина — Би Чень воткнулся рядом, прямо перед бегущим мужчиной. У Сянь резко затормозил, огибая препятствие. В эту же минуту, Лань Чжань схватил свою добычу за талию. Одним касанием руки он обездвижил свой улов. Тот повис на своём захватчике, не в силах пошевелить даже пальцем. Лань Чжань опустил Вэй Ина на пол, напротив стола, предусмотрительно ногой подтянул подушку под него. Он сел напротив него на корточки, чтобы У Сянь смог видеть его лицо, при этом его руки держали за плечи мужчину. Непреклонным голосом он заговорил. — Если будешь вопить, то я тебе и рот закрою. Если понял — хмыкни. Вэй Ин как ненастоящий, кукольный, сидел на полу, на коленках. Его тело немного раскачивалось, пока Лань Чжань с ним говорил. Единственное, что он мог — это говорить (и то не громко; это тоже требовало не малых усилий), слышать и чувствовать. Перед его глазами возникло лицо второго нефрита. Сейчас он рассматривал его с каким-то странным выражением. Никогда прежде он не замечал этих эмоций — выражение чувств у Лань Ван Цзи всегда одно. «Его радует, что я так беспомощен?» — думал про себя У Сянь. Не размыкая губ, он хмыкнул в ответ. Удовлетворившись ответом, Лань Чжань тут же убрал руки с плеч Вэй Ина и тот, не имея опоры и не в состоянии стоять самостоятельно, начал падать. Лань Ван Цзи спохватился, поздно сообразив, что сам привёл Вэй У Сяня в такое состояние. Он раскинул руки в стороны, чтобы тот смог упасть на него, а не плашмя лицом на пол. Сидеть на корточках и схватить падающего человека, при том сохранить равновесие, оказалось невозможно. Сам Лань Чжань повалился назад, увлекая за собой недвижимого Вэй Ина. Вэй У Сянь лежал на втором нефрите клана Лань верхом во всех смыслах: руки того обнимали ноги и ягодицы Вэй Ина и сильно прижимали к себе, так, словно они падали не на пол, а с обрыва. Голова оказалась напротив головы, губы напротив губ. Едва слышно Вэй У Сянь произнёс. — Хань Гуань Цзюн, быть может, ты меня уже отпустишь? Вместо этого, Лань Ван Цзи притянул Вэй Ина ещё ближе и их уста соприкоснулись. Вэй У Сянь послушно касался губами влажного языка мужчины, его собственные губы немного припухли и стали розового оттенка. Горячее, сбивчивое дыхание Лань Чжаня, как огнём опаляло его губы, руками он гладил бедра, ноги и поясницу Вэй Ина. Сам же, обездвиженный, он не мог ничего. Его голова стала кружиться, стала туманной, мысли спутались, и Вэй Ин плохо понимал, что сейчас происходит. Но целоваться, оказывается, так приятно! Он ещё ни разу ни с кем не целовался до этого. Скажи он об этом Лань Чжаню — тот ни за что не поверит. Не понаслышке второй нефрит знал о многочисленных девушках Вэй У Сяня — куда бы он ни пошёл, они везде его окружали. Стоило ему хоть немного улыбнуться или заговорить, как противоположный пол тут же исполнял все, что он только пожелает. Однако, Вэй Ин никогда не переходил границы дозволенного и не лез ни к кому с приставаниями. Он полагал, что только с единственной стоит вытворять подобные вещи. Ему бы никогда не пришло в голову, что свой первый поцелуй он отдаст мужчине, и не просто мужчине, а им окажется никто иной, как: степенный, до невозможности скучный и правильный, всегда с каменным лицом на котором ноль эмоций (и как только брат понимает его настроение!) — Лань Ван Цзи. Вдобавок, огонь, жажда, исходящая от Лань Чжаня сейчас, ну никак не вязалась в тот образ, что видел Вэй Ин на протяжении всего знакомства с ним! Этот «новый» для него Лань Ван Цзи был очень нежным мужчиной — его руки были горячими и трепетно, даже с любовью, касались тела, поглаживали его, прижимали к себе. Он был страстным — глубокие поцелуи сводили Вэй Ина с ума, заставляли требовать больше, ещё и ещё. Он задыхался от нехватки кислорода, жадно хватал ртом воздух, как рыба выброшенная на берег, затем снова, с той же страстью, впивался в эти чувственные губы. Особенно нравилась Вэй У Сяню нижняя губа — её форма была удивительно изогнутой и выпуклой. Он так приятно пахнет — едва уловимый запах сандала кружился в воздухе. Длинные, чёрные волосы, пахли весенним дождём и свеже-срезанной травой. Его глаза сейчас такие глубокие — в те секундные перерывы для захвата кислорода, У Сянь видел яркие оболочки его янтарных глаз. На каждой радужке было по три тёмно-коричневых пятнышка, сами зрачки были тёмные, Вэй Ин даже сказал бы, что они чёрные. Кожа была очень гладкой, (красивое лицо, как вылепленное из глины опытным мастером), и бледной — на лице отчётливо выделялись густые чёрные брови в форме дуги. Лань Ван Цзи прервал поцелуй, немного переместил Вэй Ина ниже (усадил себе на бедра) и сел на полу. Затем поменял их позу на прямо противоположную. Теперь У Сянь лежал недвижимый на том месте, где только что был Лань Чжань: его руки были раскинуты на уровне головы, ноги согнуты в коленях, длинные волосы, собранные в конский хвост, почти выбились из причёски и разметались по деревянному полу. Одной ногой Лань Ван Цзи раздвинул ноги мужчины и навис над беспомощным телом. Тёмные глаза Вэй Ина расширились (сейчас в них не было того безудержного веселья): в них читалась паника, страстное желание узнать что будет дальше, удовольствие, сомнение. Его губы распухли от поцелуев и стали ярко- красными, как спелые ягоды. Ему было жарко: по скулам на лице и по шее капельками стекал пот. Его широкая грудь часто и быстро вздымалась — Вэй Ин тяжело дышал, хватая губами воздух. Лань Чжань наклонился и оголил плечи Вэй У Сяня. На впадинке, где шея соединяется с плечами, он нежно укусил. С немых губ сорвался хриплый стон. Постепенно, поцелуи опускались все ниже и ниже, пока не достигли преграды в виде штанов. На несколько минут Лань Чжань замешкался и сел у согнутых ног мужчины. Хриплым голосом Вэй Ин произнёс. — Лань Чжань, что ты делаешь? Сейчас же остановись, пока это не зашло так… — договорить ему не дали, а заткнули рот глубоким поцелуем. Ещё раз, а потом ещё. До тех пор, пока дышать совсем стало нечем. Второй нефрит из клана Лань убедился в том, что вести диалог Вэй У Сянь пока не может и воспользовался этим, чтобы спустить с него штаны. Нежно он провёл рукой по груди, животу, а затем по внутренней стороне бедра, и остановился на пахе — мурашки побежали по оголённой коже Вэй Ина, и если бы не оцепенение, то он бы дёрнулся ещё сильнее. Лань Ван Цзи вернулся к предыдущей позе, снова стал между расставленными ногами мужчины. Из своего широкого рукава он ловко выудил маленькую баночку сандаловым маслом и обмакнул туда свои длинные пальцы. Вэй У Сянь почувствовал, как к его интимному месту что-то прикоснулось, и ощутил внутри себя палец. Он хотел вырваться и убежать, но не смог. Вместо этого он протестующе закричал. — Лань Чжань! Лань Чжань! Остановись! Внимательные, янтарные глаза не мигая уставились на его лицо. Сохраняя полное спокойствие (хотя, может только с виду) Лань Ван Цзи произнёс. — Я не причиню тебе боли, перестань вопить. Ты же не хочешь, чтобы нас услышали? — на последних словах он сделал акцент, намекая на то, что ещё и рот Вэй Ина не сможет произнести ни звука, как и тело, которое не может шелохнуться. — Ты, правда, этого хочешь? — ошеломленно спросил У Сянь. Длинные, запутанные волосы нефрита качнулись в такт его голове. В глазах плясало дикое, огненное пламя. Он впервые повел себя настолько смело. Это пугало и будоражило одновременно. — Мгх. Палец внутри У Сяня стал двигаться очень медленно и плавно, пока не задел чувствительное место. И Вэй Ин глухо и протяжно застонал. К одному пальцу вскоре присоединился второй, позже третий, и процедура продолжилась. Вэй Ин уже был на пределе — весь мокрый и дрожащий, голос перешёл на шёпот, губы пересохли и как молитву только повторяли раз за разом. — Лань Чжань… Лань Чжань… Лань Ван Цзи вынул пальцы из Вэй Ина и снял оцепенение с его тела. Сам мужчина едва держался: он тоже весь вспотел, его руки слегка тряслись, а тело требовало разрядки. Первым делом, что он сделал после того, как освободил Вэй Ина, так это снял с себя ханьфу и бросил его в сторону — небесно-голубое одеяние полетело на стол и там приземлилось. Вэй У Сянь почувствовал, что снова контролирует своё тело, однако встать он по-прежнему не мог: после такой сокрушительной разрядки, его еще били легкие конвульсии, а от долгого лежания в одной позе, мышцы затекли и плохо слушались. Пока он собирался с мыслями о том, как встать, Лань Ван Цзи снова наклонился над ним. — Вэй Ин, я не могу больше ждать… — А? Лань Чжань схватил в охапку мужчину и развернул к себе спиной. Одной рукой он держал его за талию, другой рукой взялся за одежду. — Ох, Лань Чжань, что ты… Он взял Вэй Ина за ханьфу и резко стянул одеяние вниз. У Сянь остался в одной нижней рубашке, со спущенными штанами до колен. — Эй, Лань Чжань, что ты собрался делать? Мужчина скрутил руки за спиной своей жертве, ещё ниже наклонил того, почти прижимая его лицо к полу. Вэй У Сянь ощутил, как к нему прижимается что-то большое и беспокойно заёрзал на полу. В этот же миг большое и горячее заполнило У Сяня до предела. Вэй Ин громко ахнул. Лань Чжань замер. Он вошёл до конца и не двигался — давал Вэй Ину привыкнуть к новым ощущениям. Совсем немного он поддался назад, потом ещё раз вперёд. Водоворот новых, доселе неведомых ощущений, с головой накрыл Лань Ван Цзи. Такой возбужденный, покорный и зависимый от его ласк Вэй Ин, напрочь разбил остатки железного самоконтроля второго нефрита. Звуки стонов начали срываться с губ Вэй У Сяня. Его голова запрокинулась, спина выгнулась навстречу. Лань Чжань отпустил его руки и схватился за растрёпанный «конский хвост», натянул его на себя, вынуждая последнего ещё больше выгнуться назад. Плавные движения быстро перешли в бешеный ритм. Обычно молчаливый и безэмоциональный Лань Ван Цзи сейчас часто дышал, с его губ, время от времени, срывались стоны. Вены на его руках вздулись, лицо стало розовым и исказилось в экстазе, тонкие бледные губы стали алыми, а глаза ярко сверкали золотым пламенем. Вэй У Сянь сейчас чувствовал себя марионеткой в руках Лань Чжаня: все его тело подчинялось только ему. Он балансировал на краю между бессознательностью и безграничным удовольствием, которое накатывало волнами и смывало остатки здравого смысла подчистую. Он чувствовал, сладкий финал вот-вот накроет его с головой, и он упадёт в чёрную бездну кульминации. И вот, его тело начало сотрясать крупная дрожь; тело в последний раз выгнулось со всей силы навстречу и… перед глазами все померкло, звёздочки заплясали перед ним, Вэй Ин тихо всхлипывал и бился в конвульсиях на полу. Внутри он ощутил жар, хлынувший в него, и глухой стон мужчины позади себя. Лань Чжань осторожно покинул тело своего любовника. Обессиленный Вэй Ин повалился на пол, упал на бок, едва переводя дыхание.

***

Сколько прошло времени с тех пор, Вэй У Сянь не мог сказать. Наконец, его дыхание, более-менее, успокоилось. Он искал глазами Лань Чжаня. Тот сидел неподалёку на полу. Наполовину обнаженный, он был Аполлоном, сошедшим с небес. Всегда аккуратно собранные волосы растрепались, лицо его ещё по -прежнему было слегка розового оттенка, губы приоткрыты. Тонкие пальцы упирались в деревянный пол, а на лице было такое замешательство, которого Вэй Ин, прежде, никогда не видел. Это было что-то сродни страху, удивлению и недоверию к только что произошедшему, словно это было не с ним. Тот дикий блеск уже угас в его глазах, на смену ему пришло осознание содеянного. Медленно он поднялся на ноги, кое-как пригладил волосы и принялся надевать верхнюю одежду. Вэй У Сянь, все ещё обессиленный, лежал на полу и заговорил хриплым голосом. — Лань Чжань, ты что, уходишь? Тот не произнёс ни слова. И даже не удостоил Вэй Ина взглядом, наоборот, старательно прятал глаза и смотрел куда угодно, но только не на него. Когда Лань Ван Цзи наносил последние штрихи своей одежде, У Сянь, пошатываясь, встал на ноги. Он схватил второго нефрита за рукав. — Ничего не объяснишь, а, Лань Чжань? Мужчина призвал Би Чень и вышел к окну. Вэй Ин, как приклеенный следовал за ним. — Лань Чжань.? — снова позвал он. Не глядя на человека напротив и старательно вырывая рукав из цепких рук, Ван Цзи сказал. — На сегодня ты свободен, — с этими словами второй нефрит из клана Лань взмыл в воздух на мече и унёсся прочь. — Лань Ван Цзи, сейчас же вернись! — крикнул вдогонку он. Вэй Ин, пошатываясь, зашёл внутрь. Ноги ещё сильно тряслись, спина жутко болела и во всем теле ощущалась усталость. Он окинул место их совокупления взглядом: подушки разбросаны по полу, его ханьфу валяется скомканным по среди библиотеки, на письменном столе, все так же, лежали книга и бумага с незаконченной писаниной Лань Чжаня, там же был и забытый гуцинь. Молодой человек распустил волосы и снова собрал их в конский хвост. Он уже вернул подушки на место и только собрался надеть одежду, как услышал, что двери открылись и кто-то вошёл внутрь. Поспешно (насколько это было возможно с трясущимися ногами и больной поясницей) Вэй Ин схватил свою одежду и юркнул за полки с книгами. Там он быстренько натянул ханьфу и завязал тесёмки. Зашел не кто иной, как брат Лань Чжаня, Лань Хуань. Его мелодичный голос окликнул по имени брата. Немного погодя Вэй Ин расслышал приближающиеся шаги «близнеца». Хоть они и были братьями, но Си Чэнь был полной противоположностью. Всегда добрый и приветливый, внимательный, не строгий и рассудительный. Он с большой заботой опекает своего младшего брата Лань Ван Цзи, и лишь он в состоянии понять какое настроение у брата, выспался ли он, в добром здравии. С виду одинаковы, но лицо Лань Хуаня лучится добротой и на губах играет лёгкая улыбка — лицо Лань Ван Цзи же, всегда строгое, без эмоций, а взгляд прожигает насквозь. Вэй Ин подумал, что прятаться не имеет смысла, поэтому смело вышел из-за полок и пошёл к окну, чтобы стоять против света и не показывать вида трясущихся ног, плохо собранных волос и ещё много чего, что он не в силах объяснить заботливому брату. Первый нефрит из клана Лань почти дошёл до стола, где не так давно сидел брат. Он увидел Вэй Ина и на его губах расцвела добродушная улыбка. -А, Вэй У Сянь, — Лань Хуань остановился у стола. — добрый день. Вэй Ин старательно делал вид, что все в порядке и старался придать своему голосу обычный тембр. Прежде всего, он поклонился. — Цзэ У Цзюнь, добрый день. Певучий голос брата снова заговорил. — А где же Лань Ван Цзи, разве он не должен был быть с тобой? В открытое окно подул ветер и в воздухе отчётливо запахло сандалом. Вэй У Сянь тут же сообразил в чем дело и поспешно отошёл от окна. — Так и есть, Лань Хуань, — заговорил Вэй Ин. — однако он недавно ушёл. А мне, конечно же, не сказал куда и почему. Фиалковые глаза первого нефрита блуждали по библиотеке. Его взгляд упал на стол с недописанными бумагами и лежащим инструментом, на кое-как сложенные подушки у стола, и, наконец, на растрёпанные волосы Вэй У Сяня. Немного помолчав, он произнёс. — Что ж, тогда он, наверное, у себя в покоях, — Лань Хуань развернулся в сторону выхода и неспешно пошёл. Напоследок он бросил. — Вэй У Сянь, тогда ты уже можешь на сегодня закончить с писаниной и отдохнуть. Предлагаю искупаться в источнике, он поможет расслабиться и смыть лишний запах. На последнюю реплику брата Лань Ван Цзи, Вэй У Сянь не знал как отреагировать. Он лишь беззвучно открыл рот и закрыл снова. И когда только двери с щелчком закрылись за первым нефритом, Вэй Ин шумно выдохнул от облегчения. Он решил, что как только смоет с себя запах Лань Ван Цзи, то тут же разыщет его. В его голове настойчиво вертелись вопросы: он нравится Лань Чжаню? Если судить по тому, что только что произошло — это очевидно. Однако, почему же он сразу сбежал не сказав ни слова? Испугался? С этими мыслями Вэй Ин направился на источники.