Файтинг!!!

Вечером того же дня, сразу после неприятной беседы с тренером, я подошла к своей матери с серьезным разговором. Долго думала, как все буду объяснять, но мне это жизненно необходимо. — Мам, можно я уеду в США к бабушке и поживу у нее, пока не начнутся отборочные среди старших школ? Мне было стыдно говорить такое вслух, ведь я прекрасно понимала, что действительно серьезных причин, по которым я бы могла пропустить учебу, нет. Все это было моим эгоистичным желанием сбежать, спрятаться от проблем, которые свалились на меня подобно снежной лавине. Я нутром ощущала на себе обеспокоенный взгляд мамы, которая не знала, что ответить на подобную просьбу. Уверена, она догадывалась, что случилось нечто плохое в Академии Фукуродани, и это нечто было связано с боксом. Но отпустить меня в Америку, пусть и к бабушке, во время учебного процесса? Вдруг поездка негативно отразится на моих оценках и моей успеваемости? Не много ли материала я пропущу? Такие мысли определенно волновали ее, причем очень сильно. Дженна встала с дивана, и, игнорируя шум от телевизора, по которому сейчас шел ее любимый сериал, и подошла к дочери. Она погладила ее по плечам, пытаясь успокоить, ведь та буквально задыхалась. — Рури, почему ты хочешь уехать? У тебя проблемы, над тобой снова издеваются? Буллинг в Японии не был чем-то необычным, даже наоборот, являлся неотъемлемой частью японского общества. Перед туристами они, японцы, старались особо не демонстрировать свое настоящее отношение, ведь подобное плохо скажется на репутации нации, но когда человек годам живет бок о бок с ними, утаить нечто столь значимое не представляется возможным. Не удивительно, почему первой мыслью у Дженны была ситуация с травлей. Я отрицательно покачала головой, не желая признаваться, что все дело в задетой гордости. Но если не объясниться, меня точно никуда не пустят. — Мацуба сказал, что я несерьезно отношусь к боксу, что с таким отношением, я могу не рассчитывать на национальную сборную. — Ты же знаешь, что национальная сборная — не единственная команда в стране? Даже если тебя не примут, есть много других популярных клубов, которые обязательно приняли бы тебя. С каждым годом, в Японии все больше иностранцев, так что через некоторое время ситуация обязательно улучшиться. Детка, ты не должна зацикливаться на всем плохом, что может произойти в будущем, — мать хотела погладить меня по голове, но я непроизвольно уклонилась, а затем, дабы не смотреть ей в лицо, я плюхнулась на диван. Мама, игнорируя мой очевидный побег, присела рядом, все равно пытаясь заглянуть мне в глаза. О, нет, только не её проникновенный взгляд! Я его не выдержу. — Я против твоей затеи, — честно высказалась Дженна, хмурясь. — Но я догадываюсь, почему ты хочешь поступить подобным образом. Ты хочешь доказать им, а в частности тренеру, что всех их мысли полны бреда. И пусть это неправильно, я поддержу тебя, помогу с перелетом и договорюсь со школой. Только обещай мне, что помимо усердной тренировки, ты не забросишь учебу, хорошо? Вскинув голову, я в шоке посмотрела на эту невероятную женщину перед собой, дабы в следующее мгновение кинуться ей на шею. Я крепко обнимала ее, не зная, как еще выразить переполнявшую меня благодарность. Знаю, редко какой родитель поступил бы подобным образом на ее месте, но из-за этого мама еще более замечательный человек! — Спасибо, мам! Правда, огромное спасибо, — уткнувшись ей в шею, я заревела, выплескивая накопившиеся эмоции. Меня ласково погладили по голове, убаюкивая. Камень с души упал, а желание показать всему миру, чего я стою, только увеличилось. Никто не может говорить мне, что бокс — игра, и не получить в ответ за свои слова.

***

Аи, которая утром разговаривала со своим семпаем, весь оставшийся день была в прескверном настроении. Слова Аримы выбили почву у нее из-под ног, особенно та часть, где упоминался монолог Мацубы-сенсея. Девушка всегда думала, что Рима — любимчик у тренера, поэтому имеет особое отношение. Кто же знал, что все так обернется? Несмотря на все сказанное, червячок сомнений, что семпай просто не так все поняла, все же закрадывался в умную головушку Фумикавы. Может, по этой причине первогодка и подошла к друзьям Куруру-семпая, у которых та проводила так много времени? Пусть третьегодка Бокуто Котаро и выглядел пугающе, а его товарищ второгодка Акааши Кейджи заставлял кровь стыть в жилах, она все-таки заговорила с ними. Девушке было необходимо с кем-то обсудить сложившиеся обстоятельства, но реакция, последовавшая за этим, окончательно добила Аи. — Мацуба-сенсей прямо так и сказал, что для Куруру-семпай бокс — развлечение, хобби. Это так несправедливо! — бойко говорила девушка, постоянно фыркая из-за накативших заново эмоций. — Разве это не так? — Котаро вмиг стал серьезным, каким бывает крайне редко. — Рима действительно часто появляется в нашем клубе, посещает все наши игры. Кто-то даже предположил, что она наш новый менеджер. Если бы бокс был для нее тем, что она говорит, то относилась бы к нему ответственнее: — Тут он заметил, что на него внимательно смотрят две пары глаз, причем не совсем так хорошо. — Я хотел сказать, может, для Римы клуб бокса всего лишь… забава? Если тренер сказал, что Рима часто пропускает тренировки, то разве это не первый признак того, что будущее она не связывает с боксом? Если что-то действительно важно для тебя, то ты будешь вкладываться в это, пока не свалишься с ног. Пытаться раз за разом, пока силы не покинут тебя. Вот это и есть тренировка, которая позволит тебе претендовать на место в профессиональном спорте, не так ли? Бокуто был угрюмым, а после своих слов и вовсе приуныл. Он не хотел так говорить, но все произошло само по себе, без его ведома. Парень и раньше волновался за Риму, ведь та прибегала едва ли не по первому зову, стоило ему расклеиться. Неудивительно, что тренер это заметил и сделал выговор. Котаро подумывал даже сказать ей об этом лично, но никак не решался, боясь, что если она уйдет, то… Он даже не мог сказать, что будет, но знал, что неприятное. Заметив накалившуюся атмосферу, Кейджи попытался кое-как ее разрядить. Он не хотел ссоры или конфликтов, особенно в школе в столовой, пожалуй, самом многолюдном месте, не считая коридоров. Его голос звучал спокойно и уверенно, именно таким он успокаивал капитана волейбольной команды Фукуродани. — Не думаю, что вы правильно поняли, Бокуто-сан, — попытался возразить Акааши, отчасти осознавая истинную причину поступков Куруру-сан. Но связующего волейбольной команды словно никто не слышал, а все его слова как горох об стенку. Никакого толку. — Как вы можете так говорить! — громко возмутилась Аи, ударяя руками по поверхности стола. — Куруру-семпай очень старается! Больше всех нас! Вы, ничего о ней не зная, смеете ее судить! Я была лучшего о вас мнения, Бокуто-сан. — А ты хорошо ее знаешь, Аи-чан? — ответил ас Фукуродани, нахмурившись. — Вы знакомы чуть меньше полугода, но ты уверена, что понимаешь ее. Не слишком самонадеянно с твоей стороны? Ты не можешь знать, что именно Рима думает о боксе. Поэтому ваш тренер был прав, когда рассказал ей об истинном положении дел. Голубые глаза девушки наполнились слезами, поэтому она, ничего не отвечая, схватила сумку, которую опустила на пол, и ушла. Смотря на ее удаляющуюся спину можно было увидеть, как плечи мелко подрагивают. Казалось, что Фумикава переживала больше, нежели сама Рима. «Надо ей написать» — подумала первогодка, доставая из кармана пиджака мобильный телефон. На заставке у нее была фотография, где все участники клуба счастливо улыбались. Это была их первая вечеринка в честь того, что Куруру удалось победить противника, которому позорно проиграла в прошлом году. Хоть Аи тогда еще не вникла в суть рассказов своих семпаев, но по-настоящему прониклась всеми эмоциями радости от победы. Девушка видела, как Арима тренировалась допоздна, теряя счет времени. Стоит ли говорить, что из-за этого и сама Фумикава стала приходить домой часов в десять? Не сделай она этого, кто бы позаботился о капитане? 16.49 Аи-чан: Здравствуйте, Куруру-семпай. Надеюсь, вы там хорошо питаетесь. Только прошу вас, семпай, не переусердствуйте так на тренировках. Вам нельзя получить травму прямо перед турниром. Как вы и просили, я проведала волейбольную команду. Все там трудятся, не покладая рук. Коноха-сан пожелал вам удачи, а также попросил возвращаться как можно скорее, иначе Бокуто-сан сведет его в гроб. Простите, если отвлекла от тренировки. 16.53 Аи-чан: Эм, хотела еще сказать… Файтинг, Куруру-семпай! Застыдившись своего последнего сообщения, Фумикава быстро убрала телефон, пока не удалила всю переписку. Слова, которые она написала Ариме, слегка остудили ее пыл, и теперь она могла трезво смотреть на сложившуюся ситуацию. Первогодка могла понять, почему Бокуто подумал подобным образом о Риме. Многие школьники страдают излишней самоуверенностью, думая, что им и море по колено. Когда же суровая реальность настигает их, то они теряются и опускают руки, считая, что это не для них. Многие «подающие надежды школьники-спортсмены» в итоге бросают команду, вместо этого берясь за химию, физику или обществознание. В итоге все речи становятся обычной бравадой, которая жутко раздражает тех, кто до черных точек в глазах тренируется перед игрой или турниром. «Куруру-семпай верит в Бокуто-сана, но почему он не может сделать то же самое для нее? Разве они не, как там говорят, «бро»? Похоже, единственный, кто тут не понимает семпая, так это вы, Бокуто-сан» — думала Аи, когда садилась в автобус. Тренировку сегодня отменили, перенеся ее на воскресенье, ибо Мацубе-сенсею пришлось ехать в офис, дабы уладить все дела с анкетами участников на отборочных. Мельком взглянув на качающийся из стороны в сторону брелок рыбки, который ей подарила Арима перед летними каникулами, Фумикава пообещала самой себе, что будет усердно тренироваться до прихода семпая.