Любовь Старка

      Питер медленно брёл до дома. Чувствовал он себя препаршиво. Тяжесть во всём теле, тошнота вкупе с попеременно кружащейся головой — одним словом, всё было...       «Хреново...», — сделав передышку и привалившись к стене магазина, мимо которого он в данный момент проходил, дал заключение своему состоянию Паркер.       И зачем он только решил пойти на эти подготовительные занятия? Особо ничего из поданного преподавателем материала он всё равно не запомнил, а вот чувствовать себя стал только хуже. И главное, присутствие его в школе уже не требовалось. Вон все его одноклассники с головой ушли в подготовку к выпускному. Наряды покупают, мантии заказывают, лимузины меж собой делят. А Питер всё зубрит. И, казалось бы, всё, расслабься. Тест ты сдашь сто пудов. Ан нет. То ли жажда знаний, то ли уже просто привычка учиться брала над подростковым бунтарством верх.       По дороге мимо парня с включенной сиреной и мигалкой пронеслась машина скорой помощи. Паркер проводил её усталым взглядом. Инстинкт героя напомнил, что неплохо бы последовать за медиками, вдруг что серьёзное случилось, но другой голосок, более рациональный, его остановил. Куда ему сейчас в бой? Какой от него толк?       Питер приложил руку к повреждённому бедру. То, с какой скоростью затягивается рана, его беспокоило, ведь раньше процесс заживления проходил в более ускоренном режиме. Может, просто что-то препятствует этому процессу? Например, пуля. Паучок был почти уверен, что в мягких тканях его ноги, вполне возможно, мог остаться этот посторонний объект. Но отчего-то Паркер решил, что извлекать его необязательно, ведь живут же с пулями и осколками от снарядов в теле ветераны войны.       «Но как же я её выну?», — Питер продолжил свой путь, слегка прихрамывая, — «к врачам идти нельзя. Они всё Мэй донесут, и та на эмоциях полностью перекроет мне всю супергеройскую деятельность. Доктор Стрэндж? Он врач, даже хирург. И я вроде не так сильно перед ним провинился. Нет, на самом деле сильно, конечно, но он, похоже, не в обиде», –парень вытащил из кармана штанов телефон и посмотрел на время, — «если я пойду сейчас, на сколько это затянется? Успею к мистеру Старку?», — Паркер мысленно прикинул затраты по времени на эту операцию и понял, что с таким раскладом, он к своему мистеру Железное сердце приковыляет в лучшем случае часам к восьми. А это значит, на любование профилем Тони у него будет часа два-три. — «Нет», — мысленно помотал головой Паукан, — «мне этих жалких часов будет катастрофически мало. Лучше я тогда дождусь выходных, тогда к доктору Стрэнджу и сгоняю. Или может...», — Питер остановился и осторожно провел рукой по ране, — » попробовать удалить пулю самому? А что? В фильмах это даже хрупким девочкам удавалось. Чем я хуже?».       Поразмыслив еще, парень прочно вцепился в идею самому устроить себе операцию. Ну что в этом может быть сложного, правда?       И вот, только стоило Паучку оказаться в своей комнате, как он тут же начал гуглить с телефона все, что было связано с пулевыми ранениями. И на пятом сайте запечалился. Так как они все как один твердили, что вытаскивать пулю самому не лучшая идея, и вообще это крайне опасно. Что-то про то, что в человеческом теле около двухсот шести костей, шесть литров крови и примерно сто тысяч километров кровеносных сосудов. Что при попадании в тело опасная пулька деформировалась и расплющилась, оставив после себя на входе совсем неаккуратную круглую дырочку с застрявшей в его «слепом» конце пулькой. Мол, это дыра с рваными краями, начиненная кровавым фаршем, с осколками костей внутри, с какими-то беленькими и синенькими жилками, с постоянно текущей оттуда кровью и еще чем-то непонятным…       Короче, запугивали авторы статей знатно, в конце обязательно при этом напоминая, что без практики, да еще в антисанитарных условиях, почти нереально провернуть сие дельце.       Но один сайт все же пролил бальзам надежды на душу паукастого пациента. Говоря, что если пуля застряла в больших группах мышц, например, рук–ног, тогда можно рискнуть. А дальше шел список того, что может пригодиться. Питер воссиял и внимательно стал его читать. Но чем больше читал, тем больше понимал, что он этого сделать не сможет.       — Оттягиваем пинцетом края раны, а спринцовкой отсасывая натекающую кровь. Кровь будет мешать вам искать пулю в ране. Как только рана более-менее осушена, засовываем в раневой канал палец и пытаемся нащупать твердое тело пули…Главное — не перепутать пулю и кусок кости. Ну, тут уж как повезет... — парень побледнел.       Питер был далеко не неженкой — вон сколько всего в жизни довелось повидать — но даже его покоробило. Крови он не боялся, нет, да и раны себе перевязывал неоднократно. Но только он представил, как будет выполнять все указания по извлечению пули на себе и все… страх и тошнота тут же подкатили к горлу. Особенно «порадовали» вот эти слова автора статьи: «… вам понадобиться сильный помощник, который будет держать пациента, пока вы будете в нем ковыряться. Ведь страдалец будет пинаться, ворочаться и орать, всячески вам мешая. Ведь без анестезии боль будет жуткой».       Питер закрыл статью и прикрыл лицо руками.       — Похоже, лучше все же дождаться выходных и пойти к доктору Стрэнджу, — утерев пот со лба раскрытой пятерней, прошептал Паучок, — да и вообще, рана не особо то и болит, ха-ха, — и легонько шлепнул себя по бедру рядом с ранением. После чего парню тут же пришлось сжать зубы, чтобы позорно не запищать от резкой пронизывающей все тело боли. — Вот черт, — прошипел на выдохе паренек, чувствуя, как на глаза навернулись слезы, — больше так делать не будем.       Паркер, кряхтя, поднялся с кровати, на которую плюхнулся сразу же, как вернулся домой, и принялся аккуратно извлекать себя из одежды. Особенно пришлось повозиться со штанами. В процессе парень то и дело нечаянно задевал рану, оттого под конец своего «стриптиза» он уже ели сдерживался от желания просто-напросто порвать эти жалкие джинсы на себе в клочки.       — Ладно, взглянем, что там у меня, — Питер осторожно принялся разматывать бинты, что накрутил вокруг раны. Марлевая тряпка с обратной стороны чуть пропиталась кровью, отчего прилипла к коже. Отдирая ее, бедный паренек почти уверился в том, что с бинтом он у себя кусок мяса вырывает, что конечно было не так.       Ранение не выглядело так уж ужасно, и Паркер на взгляд не смог определить причину, по которой она так долго исцеляется.       — Может, помимо пули туда попало еще что? — осматривая раскуроченную кожу на ране, пробубнил себе под нос Паук, — вот жешь. А на вид выглядит чертовски жутко. В трусах в ближайшее время лучше ни перед кем не дефилировать.       Мысли о нижнем белье напомнили о его ненаглядном бородаче, кукующем в своей крепости-башни. Питер быстро схватил с кровати отброшенный в сторону сотовый и глянул на время:       — Черт, опаздываю, — в панике схватился за голову парень и, забыв о своем увечье, ломанулся к шкафу. Рана тут же напомнила о себе саднящей болью, что морозными лапами тут же охватила большую часть ноги, — Господи Иисусе, — взвыл Паук, резко тормозя и ударяя по шкафу ладонями, — больно-то как.       Тяжело хрипя, он приоткрыл дверцу и заглянул внутрь платяной обители рубашек и брюк. Упёрся взглядом в болтающийся на вешалке костюм Человека-паука и вздохнул. Ему придется рискнуть и переодеться в свое альтер-эго дома, а не как обычно в одной из ближайших подворотен. Так как облачаться в героя сейчас стоит осторожно, чтобы не потревожить рану. А в темном закутке-отрыжке меж домов, под обстрелом множества окон, медлительность может стоить открытием тайны личности и последующих за этим проблем.       — Будем надеяться, что соседи не заметят Человека-паука, который выползает у меня из окна, — Паркер проковылял с костюмом подмышкой к тумбочке, выдвинул верхний ящик и извлёк на свет божий бинт. Парню давно пора было обзавестись личной аптечкой вот для таких случаев секретных самолечений, а то Мэй скоро начнет что-то подозревать, когда из ее аптечки постоянно пропадают бинты. Больше тыбрить Питер ничего не решался. Поэтому о дезинфекции ран он вспоминал только тогда, когда их лечением занималась сама Мэй. Почему же тогда Паучок скрывал одни побои, а другие тётушке показывал? Все просто. Если женщина знала бы в действительности, как часто калечится ее племянник, то прикрыла бы всю его геройскую деятельность на корню.       Паркер аккуратно перебинтовал рану, затянул крепкий узелок и, шипя сквозь зубы, полез в костюм. Хлопок по паучку на груди и супергерой Человек-паук стоит посреди комнаты во всем своем великолепии.       — Ну, понеслась моча по почкам, — паренек вздохнул полной грудью и с разбега выпрыгнул в распахнутое окно. Залихватски провизжав, Питер, делая изящные пируэты, понесся вперед, подгоняемый ветром и адреналином, который уже привычно заиграл в бегущей по венам крови. Паутина сменялась паутиной, под ногами мелькали переполненные спешащими с работы домой машинами дороги, а глаза смотрят только вперед, туда, где живет его сердце. Раньше, до своей маниакальной влюбленности в Старка, Питти и не догадывался, какой он на самом деле романтик. Мысли о милых вещах и делах с любимым всегда перевешивали похотливые посылы. Да, конечно, наравне с невинными мыслями головушка паренька была полна похабщины, но только вот приправлена вся это непотребщина всегда была в розовые яркие краски. Если секс, то с лепестками роз и в окружении свечей. Наверно именно поэтому сексуально озабоченный Старк больше напрягал, чем вдохновлял Питера на свершения.       Впереди замаячил уже ставший почти родным дом Тони. Паркер улыбнулся и увеличил скорость. Точно камень, выпущенный из пращи, паренек катапультировал себя с последнего, прилегающего к резиденции Старка, здания и звучно впечатался в окно пентхауса. Прополз по стеклу на свое привычное место и заглянул внутрь комнаты. Железный был там.       Сидел себе в расслабленной позе на диванчике и листал что-то на планшете. Рядом с ним на столике стояла привычная бутылка виски и стакан. Паучок всмотрелся в этот натюрморт и недовольно сощурился.       «Что-то вы много пьете в последнее время, мистер Старк», — паренек развернулся спиной к окну и, навалившись на прозрачную гладь плечом, вполоборота принялся наблюдать. Смотреть так, может быть, было и не очень удобно, но удерживаться в таком положении на отвесной поверхности было удобнее, вот и приходилось терпеть.       Сначала Питер думал, что ранение будет ему мешать, но сейчас он его даже перестал замечать. Тони перетягивал все внимания его, потонувшего в розовых соплях любви, мозга на себя. Возможно именно поэтому, когда его поврежденную ногу прострельнула неожиданная острая боль, это стало для Паркера такой неожиданностью. Он схватился за поврежденную конечность и, зажмурившись, медленно выдохнул сквозь зубы.       «Ладно», — подумал Паучок, возвращая взор на Тони, — «Живем. Это я вполне могу вынести».       Но сказать было легче, чем сделать. От однообразной позы и от напряжения в мышцах нога начала ныть. Тянущая боль больше не исчезала, а продолжала накатывать все сильнее. Питер пытался и расположение тела менять, и растирать одеревеневшие мышцы, но боль не стихала. В конце концов, парень просто решил забить и постараться просто абстрагироваться.       Время шло. День погас в росчерке пера алых сумерек. Багровые краски заката растаяли, и на город темным покрывалом опустился вечер. Средь облаков зажглись первые звезды, город зашумел, а Старк сменил место дислокации и теперь что-то химичил за стойкой кухни. Паркер с трудом удерживал на его фигуре внимание. Его поврежденная нога горела, саднила. Игнорировать ее позывы становилось все труднее.       «Это не беда. Я все вынесу. Это пустяк для меня», — думал Питер, все чаще отворачиваясь от механика и приваливаясь затылком к окну за спиной. Он знал, он верил, что не может уйти, что его миссия — в этом навязывании своей компании Тони, хочет плейбой этого или нет.       Прошло еще около часа, тучки над городом почернели, сдвинули свои ряды и угрожающе нависли над нашим юным героем. Воздух стал прохладнее, а в атмосфере запахло озоном.       «Нет», — Паркер вскинул голову и с мольбой уставился в черное небо, — «только не говорите, что сейчас ливанет?».       И тут в подтверждение мыслей Паучка на землю пролились первые капли. Редкие, мелкие, но это было лишь началом. С каждой минутой дождь усиливался, потихоньку перерастая в настоящий ливень. Будто вертикальный океан обрушился на землю. На метр вперед ничего невозможно было разглядеть.       «Ну, зашибись», — в сердцах чертыхнулся Питер и, прикрыв глаза, навалился спиной на скользкое окно. Он в секунду промок до нитки, — Карен, врубай обогреватель.       — Одну минутку, Питер, — отозвалась услужливая иск.ин, но через пару мгновений, как показалось парню с грустными нотками, добавила, — система обогрева костюма неисправна. Видно недавнее ранение повредило связь микрочипов. Вам стоило сделать диагностику костюма, прежде чем…       — Да-да, я понял, Карен, спасибо, — перебил помощницу Паукан и мысленно взвыл, — «ну вот только этого мне не хватало!».       Время шло, а дождь и не думал прекращаться, казалось, наоборот, он стал лить только сильнее, хотя куда уж больше. Паркер ожидаемо начал подмерзать. Паучий метаболизм и тут подкачал.       Питер больше не смотрел в комнату на Старка. Он сжался в комочек, как маленький воробышек, обхватил свои плечи руками и завис в одном положении. Его била крупная дрожь, холодные капли, казалось, морозили даже кости, а усилившийся ветер пробирал до внутренностей. В голове воцарился сплошной туман, а на фоне всей морозной атмосферы, нога наоборот начала лишь сильнее гореть огнем и болеть.       Хотелось все бросить и рвануть в укрытие, чтобы согреться, чтобы восстановить силы, но упрямство характера держало паренька на месте. В его курчавой голове укрепилась лишь одна мысль — уйдешь и все потеряешь окончательно. Вот он и сидел. Настойчиво, твердый в своем решении.       А силы все покидали его ослабленное тело. Веки закрывались, а взгляд ускользал, картинка становилось все более размытой. Парень начал мелко тяжело дышать, втянул голову в плечи и совсем погрузился в себя. Он чувствовал себя куском льда, пальцы онемели, а ноги ныли от усталости, уже с трудом выдерживая всю тяжесть тела лишь на себе одних. А дальше случилось то, что и следовало ожидать. Сознание измученного парня окончательно его покинуло, глаза закрылись, его тело расслабилось, ступни отлепились от стекла окна и Питер грузно полетел вниз, в темную бездну, еле освещенную маленькими газонными фонариками. И уже то ли в бреду, то ли во сне, а может и в реале, паренек различил над собой обеспокоено исказившееся лицо Тони и его протянутую к нему руку.

***

      Старк следил за паучком, с тех пор как тот только прибыл в его святая святых. Что-то в его поведении беспокоило гениального механика. Не было того огня в глазах, хоть их и скрывала маска, но механик всегда чувствовал их обжигающий след на себе. Не было того немого посыла, что парень всегда будто подавал мужчине через толщу стекла. Что-то было не так, но Тони не мог понять, что именно.       «Карапуз, ты здоров?», — с тревогой вглядываясь в скрюченную фигуру за окном, мысленно спрашивал Старк, нервно закусывая нижнюю губу. От волнения он даже встал и утопал на кухню, где отвлекающее забренчал бокалами, при этом неотрывно пялясь в экран планшета.       Начался дождь, и Паучок совсем скис. Он выглядел таким несчастным, таким одиноким и покинутым всеми, что сердце Железного тоскливо сжалось. Все его естество ринулось было к пареньку, желая очутиться рядом, обнять, успокоить, защитить. Но Старк не был бы Старком, если бы поддался на такую жалкую провокацию своего разума. Нет, он не должен вмешиваться. Это все нарушит, перечеркнет все его усилия и жертвы. А вы просто не представляете, какие усилия ему требовались, во время всех бдений Паука за его окном, чтобы не сорваться.       «Давай уже, врубай обогреватель», — внимательно изучая каждое мимолетное движение парня, думал Тони, — «не заставляй папку так беспокоиться, глупое дитя».       Но время шло, а привычный пар от горячего воздуха костюма, так и не появлялся, что добавляло еще пару копеек в копилку нервотрепки механика. От напряжения, с которым он впился взором в очертание фигуры Питера, Старк на автомате схватил ближайшую бутылку из бара — вроде джин — и, не смотря, присосался к ее открытому горлышку. Не ощущая вкуса, он глотал горячительное пойло, а внутренне при этом весь дрожал.       — Пятница! — серьезно нахмурившись, крикнул гений нашего времени, — можешь просканировать Питера?       — Одну минутку, сэр, — отозвалась исполнительная иск.ин, — мистер Питер находится не в зоне моих датчиков, мне до него не достать.       — Едрить твою в дышло, — чертыхнулся Тони, злобно скрипнув зубами, — тогда влезь в систему Карен.       — Исполняю, — еще пару минут ожидания, и электронная помощница с сожалением протянула, — мои извинения, сэр, но, похоже, мистер Питер перенастроил систему моей последовательницы, мне к ней не подключиться.       — Так хакни! — уже весь на нервах гаркнул Старк, замечая, что Паркер совсем перестал глядеть в его сторону, а это очень плохой признак.       — Если бы я могла, то сразу бы это сделала, — казалось бы, вздохнула Пятница, — мальчик умен, постарался на славу.       — Да чего он там умен, — взвился механик, — так физико-химических дел спец. Куда ему до программирования.       — Похоже, ребенок вырос, сэр.       — Ну обосраться теперь про войну, — плейбой пнул стойку, — как не вовремя у тебя интеллект проснулся, малыш. Так, Пятница, сколько тебе понадобится времени на то, чтобы взломать союзницу нашего членистоногого?       — Несколько минут, — тут же отозвалась собеседница.       — Долго, мля, — Тони совсем потерял контроль, причем спроси у него сейчас, чего он так психует, он бы и сам не смог ответить. Просто вся ситуация его настолько напрягала, что он совсем перестал давать отчет своим чувствам. И действиям, — подрубай последнего Марка и мигом его во двор, — раздавая команды, миллиардер отставил бутылку и, уже не прячась под маской отстраненности, ринулся к окну, — пусть будет наготове, а сама отчет мне, быром! Любой, даже по внешним признакам.       — По внешнему анализу могу сказать, что мистер Питер нестабилен, а еще он явно имеет ранение верхней части бедра.       — Да в рот мне пароход! — подскочил Старк, подрываясь к створке окна, — открывай! — Хлопнул он по стеклу.       Пятница послушно отворила двери перед боссом, и именно в этот момент Питер сорвался вниз. Тони на автомате кинулся следом, высунулся наружу по пояс и протянул руку к Паркеру, чувствуя, как глухо бьется о грудную клетку сердце.       — Малыш!!! — с отчаянием прокричал Старк, округлившимися от страха глазами следя за падением своего такого родного паренька. Милого, глупого, но несказанно дорогого.       Ситуацию спас вызванный костюм Железного человека. Он как раз подлетел к окну гостиной, так что Питер, пролетев лишь какой-то жалкий метр, приземлился на его стальные руки.       — Молодец, бро! — радостно загоготал свесившийся уже чуть ли не по колени Тони, — тащи его ко мне!       Марк, гудя репульсорами на ногах и спине, плавно подлетел к своему создателю и аккуратно передал кажущееся таким невесомым тело Паучка с рук на руки. Старк, заполучив парнишку в свои объятья, тут же прижал окоченевшего и промокшего Питера поближе к себе и трепетно заглянул тому в лицо. Такое умиротворенное, будто ничего и не происходило, и он не сидел еще совсем недавно на улице под ударом взбесившейся стихии.       — Карапуз, детка, — осторожно коснувшись холодной щеки парнишки кончиками пальцев, позвал на пробу Тони. В ответ ожидаемо лишь молчание, — Пятница, приготовь ванну! — командным тоном возопил механик, осторожно укачивая тело Паркера в своих руках, — и врача мне в горницу! Надо принцессу нашу подлатать.       — Уже выполняю, сэр, — по-боевому отчеканила помощница, как будто тоже подзарядившись настроением от своего босса.       — Держись, роднуля. Прости старика, — Старк понесся со своей драгоценной ношей на руках к душевым комнатам, — сейчас я все исправлю. Все будет хорошо.       Тони так и бежал вперед, отдавая приказы своему механическому персоналу на ходу, а Паркер этого всего не осознавал, пребывая в глубоком обмороке, в который его загнал его заботливый организм, чтобы в это время преспокойненько врубить на полную регенерацию и излечить своего носителя.