тебе

20:23. иногда мне кажется, что жизнь похожа на бесконечный круговорот, состоящий из того, что тебе не нужно. первое — это люди, которые обязательно уйдут в любом случае. второе — обстоятельства, изматывающие, но не имеющие никакого смысла. третье — сам факт того, что все делают это ради мимолётного счастья, которого, по сравнению с болью, слишком мало, чтобы продолжить борьбу. 20:25. иногда я откладываю эту мысль в долгий ящик и продолжаю делать то, что делаю, слегка даже наслаждаясь всем этим. 20:26. чаще — я хочу сдаться. 20:27. ещё чаще — я хочу убежать, сменив имя и образ жизни. я хочу найти смысл в чём-то ином. я хочу новую мечту и новый талант, я хочу другую внешность и совсем иную конституцию тела. я хочу другую душу с другим человеком, но с этой памятью (или лучше белое полотно. я не знаю, я не уверена). 20:28. хотя больше всего мне абсолютное поебать на происходящее, я делаю то, что делаю, говорю то, что говорю, и рискую почти каждую чёртову секунду, потому что если не, я сломаюсь без чьей-либо вины. меня просто не станет, и спасибо я себе не скажу. 20:30. я не могу носить линзы сейчас, потому что за четыре дня спала всего часов шесть — сегодня ночью два, в понедельник вообще ни минуту, позавчера час, а во вторник вот три, и в итоге мы получаем красные глаза, раздражающиеся из-за всего, и нечёткость зрения, поэтому приходится натягивать очки на переносицу, садится в трамвай, устало вздыхать и ни с кем не разговаривать примерно до девяти, принимая всё то, что происходит, как бы стараясь назад не оглядываться. нельзя. 20:33. я не знаю, почему я не сплю. я не хочу спать. спать — это почти как умереть, я устала уже имитировать смерть. либо по-настоящему, либо никак. 20:34. наверное, среди строк ты должна увидеть то, что я собираюсь самостоятельно свести себя, блядь, с ума. 21:21. я скучаю по тому, как плакала над фильмами или очень редко из-за себя самой. теперь же это происходит несколько раз в неделю в разных местах при разных обстоятельствах и непроизвольно. будто кто-то нажимает спусковой механизм, а я забываю, как природа сказала дышать. я вообще всё забываю, кроме того, из-за чего эта боль. 21:22. я скучаю по тому, какой моя семья была раньше. я скучаю по тому, как могла с лёгкостью и обо всём шутить с мамой, готовить с ней же на пару, гулять, ходить на ужасы или эротические фильмы, одеваться в короткие платья и цеплять мужиков всего лишь на пару минут, чтобы после им в лицо посмеяться из-за реакции на слова «мы мама и дочь, нам очень жаль». я скучаю по тому, как могла всё ей рассказать и смотреть всё время в глаза. я скучаю по тому, каково это — засыпать рядом с её спиной днём в послеобеденное время, выключив телефоны, но поставив будильник; по тому, как мир просто переставал существовать дальше нашей комнаты, дальше нас. 21:34. я думаю, что фраза 'я всегда буду рядом' должна обозначать именно это в любой ситуации, в любое время и при абсолютно любых обстоятельствах, особенно если человек знает о проблемах другого. особенно если он заранее видит три сотни пунктов, в итоге приводящих к потере себя самой и всего в итоге. 21:35. но, возможно, ты о таком и не слышала. 21:37. вероятно, я бы даже не приняла тебя, потому что ты вечно заставляла меня чувствовать себя плохо. заставляла думать, будто ты лучше, чем я, умнее, старательнее, будто ты — это весь мир, а я — заброшенная могила на кладбище, у меня даже имени уже нет и дата подстёрлась. будто ты — это шоколад, а я — ваниль, которую я же и ненавижу (и ещё десяток других, проходящих мимо. я в общем-то их понимаю. ваниль слишком мерзка во всех соотношениях в сравнении с шоколадом). будто ты — это спасительный берег реки, а я — лава, тянущаяся вниз, прямо туда, где снуются люди, направляющиеся к тебе, чтобы спастись. ты же меня и тушишь. ты же лишаешь меня красоты. 21:39. я это ненавижу. 21:41. я скучаю по тому, как волосы обнимали меня за плечи, как рука, зарываясь, путалась между прядями, а локоны скрывали большую часть лица даже несмотря на оправу. сейчас они не достают до плеч. сейчас плечи мои отравлены ядом, от которого не существует лечения. я погибаю без шанса на возвращение. 21:42. я скучаю по тому, как ещё в июне жизнь была совершенно другой. я скучаю по обманчивым иллюзиям касательство своего будущего. я скучаю по своей маме, держащей меня за руку. 21:44. иногда я скучаю по тебе, а потом останавливаю себя, потому что это тоже круговорот. мы возвращаемся > я глотаю счастья кусками, даже не пережёвывая (вдруг, так оно растворится) > что-то идёт не так > это не останавливается > я ухожу, потому что вместо того, что я должна чувствовать, я ощущаю лишь, как ты убеждаешь меня в том, кто я: случайное столкновение звёзд, стокгольмский синдром, лишь сумма каких-то чисел; ничтожество, говоря проще > я ухожу, потому что так вот нельзя. 21:46. я не возвращаюсь, потому что у меня больше нет будущего в то время, как ты идеально маневрируешь между всем этим дерьмом, валяющимся вокруг (не то чтобы это и я тоже, но чаще всего ты заставляла меня в это верить). 21:47. я скучаю по временам, когда действительно значила для тебя так много, что это читалось во всём. я скучаю по человеку, который не отвернулся бы от меня из-за моей вспыльчивости и глупого 'иди нахуй', когда я на взводе. я скучаю по человеку, которого больше нет, или я скучаю по воспоминаниям с ним, или я просто скучаю по тому, как всё было легко; по тем временам, когда я ещё могла чувствовать. 21:49. я сейчас не могу. кроме боли, нет ничего. 21:51. а ещё моей памяти больше не существует. каждый день стирается раньше, чем успевает закончиться, и, наверное, это хорошо: так я быстрее забуду тебя. 21:52. и неважно, что я хотела бы помнить всё абсолютно и касательно просто всего. 21:54. неважно, что я никогда не смогу простить свою мать. 21:55. не имеет значения, что я больше не смогу тебя полюбить. я не помню, кем ты была на самом деле. я не помню, зачем и почему. я не знаю, откуда эти сообщения вообще появляются и из-за чего не дают вдохнуть. 21:57. я не знаю, когда вся эта боль перестанет существовать, но в итоге я и правда буду в порядке. все мы. как и всегда. просто мне нужно поспать, а там как-то дожить до нового года, и уже станет легче: я не буду разочарованно вздыхать, когда не увижу неподалеку от меня сопящую мать, я не буду реагировать на каждый шорох. когда-нибудь она бросит пить и приползёт сюда, однако я буду слишком сильной, чтобы её принять. всему нужно время. и из-за бессонных ночей его так, так много, ты знаешь?