Осколки. Книга 4 (Заключительная)

Оранжевый остров сразу покорил сердце Чарли, несмотря на то, что ей казалось, она прикипела душой к Потерянному острову с его вечными дождями и снегопадами, серым небом и утренними туманами, так похожими на Лондонские. Но Оранжевый остров в самом деле понравился ей, возможно, потому что он действительно был похож на рай, а возможно (и этот вариант был наиболее вероятным), потому что здесь жила Тэсс, которая любое место делала прекрасным. Они поселились у мамы Чарли, которая выделила для них новую просторную и светлую спальню на втором этаже. - Здесь еще никто не жил, - сообщила она в первый вечер, когда все вкусности были съедены, а Джозеф вернулся на Потерянный остров. – Я берегла эту комнату для какого-нибудь особого случая, уж больно она мне нравилась. Как вам? Чарли как зачарованная смотрела на огромную кровать под балдахином из золотистого бархата, на туалетный столик из светлого дерева, на резной шкаф и ширму, на створках которой застыли во взмахе крыльев аисты, вышитые золотыми нитями. Комната была идеально викторианской, почти точной копией той самой спальни в том самом доме, который Чарли навестила во время своего последнего путешествия на Землю. - Надеюсь, кровать вам понравится, она не очень большая, но зато очень мягкая. Или… может, все-таки показать вам комнату с кроватью побольше? – миссис Брайтли лукаво прищурилась, а Чарли и Тэсс покраснели до корней волос. - Мама! – заорала Чарли. - Ой, да ладно вам, - она с улыбкой махнула рукой. – Здесь вам нечего стесняться и не от кого прятаться. Все влюбленные должны спать на больших кроватях и точка! - Эта кровать вполне подойдет, - процедила Чарли. - Ага, - поддакнула Тэсс. – В самый раз. - Ну и отлично! Тогда располагайтесь. Осваивайтесь и если что, зовите. И она ушла, а Чарли принялась разбирать вещи, в то время как Тэсс расстелила постель и зажгла маленький торшер на тумбочке. Комната, наполнившаяся приглушенным желтым светом, сразу стала еще уютнее. - Тебе она тоже ту спальню напоминает? – спросила Тэсс с улыбкой, присев на кровать. - Да, - Чарли улыбнулась в ответ. – Очень напоминает. Когда умывшись и переодевшись, они легли в постель, забравшись под плотное мягкое одеяло, Тэсс прижалась к Чарли, обняв ее рукой и, конечно же, ногой, и затихла. Какое-то время они лежали молча, привыкая к теплу друг друга, осознавая и впитывая разумом и душой каждую секунду этого объятия. И, несмотря на многообещающий и завлекательный размер кровати, секса совсем не хотелось. В тот момент важнее всего было просто обнимать друг друга. - Чарли… расскажи мне, пожалуйста, про Тришу, - попросила Тэсс тихо, намотав на указательный палец прядь волос Чарли и тут же распустив получившееся кольцо. - А что тебе про нее рассказать? – Чарли немного напряглась от этого вопроса. До сих пор ей казалось, что Тэсс избегает разговоров про Тришу Паркер. - Все, - Тэсс вздохнула. – Я знаю только, что ей десять с половиной лет. И что она рыженькая, как я. Она… в самом деле на меня похожа? - Ну… разве что волосами и веснушками. Да и то оттенок у ее волос немного другой, более светлый. - А глаза? - Зеленые. - Она красивая? - Миленькая. Забавная, - Чарли улыбнулась. – Довольно умная. - Расскажи еще что-нибудь. Чарли рассказала про то, где Триша учится, про то, что она занимается игрой на фортепиано и поет. Рассказала, как, несмотря на ужас и разбитую коленку, Триша повела себя очень храбро и делала все, что Чарли ей велела. А Тэсс задавала все новые и новые вопросы, которые рождались у нее в голове десятками в секунду, и наконец, Чарли не выдержала: - Тэсс… Зачем ты хочешь знать об этом? Тебе должно быть больно и неприятно слушать все это. Тяжело не думать о том, что на месте Триши могла быть ты. - Нет, Чарли, мне не больно, - Тэсс накрутила на палец еще одну прядь, но уже не торопилась выпускать ее. – Я очень рада за эту девочку. И мне приятно осознавать, что справедливость все-таки существует, и чудеса все-таки случаются, пусть и не со мной, но хотя бы с другими людьми. Для меня это очень важно, потому что… в последнее время я почти утратила веру. После того как я узнала, что Морган нацелился на мою сестру, что-то… как будто умерло во мне. А теперь, когда ты рассказываешь о том, как спасла Тришу, это что-то воскресает. - Ох, милая… - Чарли поцеловала Тэсс в макушку. – Мне так жаль… что спасти тебя у меня все-таки не получилось. - Нет. Получилось. Своим поступком… тем, что ты сделала ради меня, ты спасла меня. Не только Тришу и Эмму, но и… меня тоже. И я… хочу кое-что подарить тебе в знак благодарности. - Но Тэсс, мне ничего не нужно, главное, что я снова могу быть с тобой… - Вот… гляди… - Тэсс наконец перестала играть прядью волос девушки и разжала пальцы, меж которыми что-то блеснуло. - Что это? – Чарли приподнялась на локтях и присела на кровати, подставляя руку, чтобы поймать маленькую вещицу. - На самом деле я схалтурила… - Тэсс усмехнулась. – Ведь два раза один и тот же подарок не дарят. - Один и тот же… - выдохнула Чарли, не веря собственным глазам. Она снова держала в руке серебряный кулончик в виде сердечка на тонкой изящной цепочке, который Тэсс подарила ей когда-то очень давно, в тот день, когда Чарли вернулась из тура, и они танцевали на крышах заброшенных автомобилей. Маленькое прохладное сердечко, хрупкое, как Тэсс, прекрасное, как любовь. Чарли нажала маленький рычажок сбоку, и медальон открылся, и внутри она увидела их крошечные черно-белые фотографии. Те же самые фотографии. Тот же самый кулон. - Господи… - выдохнула Чарли, пораженная. – Но как это возможно? Этот кулон… он… я в нем утонула, Тэсс. Это невозможно. Невозможно… - Я воссоздала его по памяти, - Тэсс обняла Чарли за плечи и прижалась щекой к ее щеке. – Просто вспомнила его, подумала о нем хорошенько, и вот он – на моей ладони. Это твоя мама научила меня. И я еще не такое умею! - Господи, - повторила Чарли. – Я не могу поверить…. Неужели здесь такое возможно? - Ага. Здесь возможно почти все. И здесь тебе не нужно заказывать у смотрителя острова нужные вещи. Ты можешь создать их сам. Не с первого раза, правда, но… Все равно у всех получается. - И даже у меня получится? - Конечно! Я научу тебя, - и Тэсс поцеловала Чарли в мочку уха. Девушка хихикнула, ей стало щекотно и как-то особенно невыразимо приятно. - Хочу надеть его… Поможешь мне? Тэсс помогла Чарли застегнуть цепочку на шее, а затем поцеловала ее в эту самую шею, и они, целуясь, снова повалились на кровать. А на следующий день Чарли ждал еще один сюрприз, покруче первого. С утра, сразу же после завтрака Тэсс повела ее гулять по острову. - Теперь моя очередь показывать тебе интересные места! – заявила девочка. - Какая-нибудь заброшка? – улыбнулась Чарли в предвкушении. - А то! Конечно же заброшка, - хохотнула Тэсс, застегивая белый поясок на своей коричневой в белый горошек блузке. Она была прекрасна. И Чарли совсем не хотелось никуда идти, хотелось просто любоваться Тэсс, обнимать ее, целовать ее запястья и тощие коленки. Перед тем как отправиться на заброшку, они спустились к ручью, который Тэсс называла «ручей бабочек». - Здесь всегда много бабочек, самых разных, - поведала девочка. – Мне встречались даже совсем диковинные – фиолетовые с желтыми пятнами, очень красивые. А еще красные, желтые и зеленые, похожие на летающие листья. Они посидели на теплых камнях, опустив ноги в прохладную журчащую воду ручья, слушая стрекотание кузнечиков, щебетание птиц и любуясь изредка пролетающими и усаживающимися на цветки липы бабочками. - Они мертвы, эти бабочки? – спросила Чарли, когда одна из них опустилась на подол юбки Тэсс и замерла, сложив вместе свои отливающие изумрудным бархатом крылышки. - Да, - ответила Тэсс просто. – Маленькие красивые души погибших бабочек. Ты можешь даже поймать их, прикоснуться к их крыльям, и они улетят дальше, как ни в чем не бывало. Должно быть, эти бабочки и сами не поняли, что они давно умерли. Разноцветные призраки. Чарли смотрела на босые ступни Тэсс, опущенные в прозрачную воду. Большинство мозолей уже зажили, потому что Тэсс, находясь в глубокой депрессии, давно не танцевала. - Я знаю, о чем ты думаешь, - девочка посмотрела на нее с улыбкой. – Не переживай, Чарли. В тот момент, когда я покидала Потерянный остров, я просто не смогла забрать с собой пуанты, мне не хотелось даже видеть их. Я могла думать только о том, что потеряла тебя, навсегда, и… я была уверена, что никогда больше не прикоснусь к ним, хоть ты и просила меня не поступать так. Но теперь я очень рада, что ты привезла мои пуанты с собой. И мои платья… Мне уже хочется снова их примерить, и я обязательно это сделаю в ближайшее время. А сейчас, сегодня мне просто хочется наслаждаться моментом и… просто быть. Я чувствую жизнь так ярко и остро сейчас, что мне хочется впитать ее в себя всю, а не растратить в танце. - Хорошо, - Чарли погладила ее по распущенным волосам. – Это прекрасное желание. Налюбовавшись бабочками и окончательно отморозив ноги, они отправились гулять дальше и дошли до того самого загадочного места, которое Тэсс хотела показать Чарли в первую очередь. - Всякий раз, приходя сюда в одиночестве, я мечтала о том дне, когда покажу эту красоту тебе, - сказала девочка, взяв Чарли за руку и проводя ее через кусты ежевики. – Даже не верится, что ты наконец-то это увидишь… Они ступили на открытую поляну, и Чарли выдохнула, впечатленная открывшимся видом. Над ними нависли развалины очень большого и очень старого сооружения. Больше всего оно походило на старинную усадьбу или древний монастырь, от которого остался один остов, поросший мхом и лозами плюща. Через обрушившуюся в некоторых местах крышу уже проросли деревья, и сквозь их ветви сочились четко очерченные солнечные лучи. - Красиво, правда? – Тэсс прильнула к Чарли и положила голову девушке на плечо. - Не то слово… Это просто… завораживает, - прошептала Чарли. – Что здесь раньше было? - Говорят, какой-то храм… Это было очень давно, несколько столетий назад. В те времена, когда люди, попадающие сюда, еще верили во всяких богов. Они построили этот храм, чтобы призвать богов к себе. Но те, понятное дело, так и не явились. И люди постепенно смирились с тем, что никто не спустится с небес, чтобы ответить на все их вопросы. Или наказать их, или похвалить. Люди стали просто жить и искать ответы сами, в своих душах. А храм забросили. Вот так. Хочешь зайти внутрь? - Ну еще бы! И они отправились гулять по развалинам, прячась друг от друга за полуразрушенными стенами, бегая друг за другом по шатким ступенькам и останавливаясь, чтобы полюбоваться причудливой игрой солнечного света, который словно прорезал дыры в старых камнях и наполнял мертвые стены сияющей жизнью. Когда устав, они привалились к стене, чтобы перевести дух и вдохнуть тишину и покой этого места, Тэсс медленно проговорила: - Я хотела показать тебе еще кое-что, чему я научилась на этом острове… - Ну, показывай, - Чарли посмотрела на улыбающуюся девочку, чье лицо и волосы были подсвечены солнцем. Между ними сквозь разрушенную каменную кладку сочился тонкий луч света, и когда Чарли смотрела сквозь него на Тэсс, ей казалось, что девочка тоже сияет. - Только предупреждаю, это может… ну… немного напугать тебя. - Тэсс! Давай, не томи, что ты удумала на этот раз?! - Ну хорошо, - она усмехнулась. – Закрой глаза. И не подглядывай! Чарли закрыла глаза, демонстративно вздохнув. Не прошло и пары минут, когда Тэсс сказала: - Открывай. Не подозревая никакого подвоха, Чарли открыла глаза и снова взглянула на девочку. Точнее… на девушку. Сначала Чарли показалось, что это солнечный луч исказил лицо и внешний облик Тэсс, но несколько раз сморгнув, она поняла, что это невозможно. Никакой солнечный луч не мог сделать Тэсс выше ростом, и уж тем более не мог увеличить ей грудь. Чарли, не веря собственным глазам, обошла девушку (?) и взглянула на нее с другой стороны. Тэсс с улыбкой наблюдала за ней. А Чарли смотрела на нее, узнавая и в то же время не узнавая такое привычное и так неуловимо изменившееся лицо. Одно она могла сказать точно – Тэсс больше не была подростком. И она была прекрасна. - Ох, Чарли, ты покраснела, - Тэсс рассмеялась. – Неужели я в самом деле так хороша? - Я… Господи боже, - только и смогла ответить Чарли. - Я решила сделать себя двадцатипятилетней, - объявила Тэсс. – Ты всегда переживала из-за нашей разницы в возрасте, вот я и подумала, что было бы круто, если бы мы стали одногодками. Ну, хотя бы ради эксперимента. Так что… вот так бы я выглядела в двадцать пять. Как тебе? - Я… - Чарли сглотнула. В горле пересохло. – Ты… очень красивая, Тэсс. Очень. На самом деле. - Но тебе как будто не по себе? - Я… не знаю, - Чарли смущенно закусила губу. – Я словно не узнаю тебя… Словно это немного не ты, и я… растерялась… наверное. - Слишком резкая перемена? - Да, пожалуй… - Так уж и скажи, что ты просто любишь малолеточек! – рассмеялась Тэсс, и Чарли смутилась еще больше, едва ли не до обморока и, замахав руками, воскликнула: - Нет, нет! Господи, нет! Я не в этом смысле! Я… вовсе не против того, чтобы ты менялась, я не призываю тебя навечно застрять в этом теле! Я просто подумала, что ты могла бы… меняться постепенно… я не имела в виду… - Да успокойся, Чарли, я же пошутила… - мягко произнесла Тэсс и сделала шаг ей навстречу. – А ты того и гляди расплачешься… Вот что значит больное место. Ох, Чарли… ну что ты… И Тэсс, двадцатипятилетняя Тэсс, обвила руками шею Чарли, прильнула к ней и поцеловала девушку в губы. Растерявшись, Чарли не успела даже ответить на поцелуй, когда почувствовала, что Тэсс снова меняется. Как будто уменьшается в ее руках. Когда она открыла глаза и снова взглянула на девочку, та уже не выглядела на двадцать пять, но и четырнадцатилетней она тоже больше не была. - Ну, так лучше? – полюбопытствовала Тэсс. – Теперь мне шестнадцать. Столько, сколько и должно было быть. Хотя… признаюсь честно… с грудью я все-таки похимичила и сделала ее чуть больше, чем надо. Чарли рассмеялась. - Ты никогда с этой грудью своей не успокоишься, да? - Никогда. Во всяком случае, до тех пор, пока ты ее не оценишь. Может, прогуляемся в кустики? - Тэсс! - Ну ладно-ладно. Но я тебе правда нравлюсь такой? - Очень нравишься, - ответила Чарли искренне. – Ты красавица. И я правда буду счастлива наблюдать за тем, как ты взрослеешь и меняешься. Но не так резко! Это… слишком смущает меня. - Хорошо, договорились, - и словно в закрепление этого договора они снова поцеловались. А солнечные лучи обнимали их, невесомо и легко, касаясь их кожи, вплетаясь в их души. * * * За следующие три дня Чарли и Тэсс успели облазить практически весь Оранжевый остров, они много времени проводили в уединенных заброшенных домиках и еще больше – просто на природе, устраивая пикники, валясь в траве, читая книжки, дурачась, болтая и играя на гитаре. Чарли продолжила свои начатые когда-то уроки игры на инструменте, и Тэсс, выучив четыре простых аккорда, смогла сыграть свою первую песню, отчего пришла в неописуемый восторг. А в пятницу вечером Тэсс позвала Чарли сходить на Большой костер, который каждую неделю устраивал Марти, смотритель Оранжевого острова. - Марти призывает нас сжигать в этом костре что-нибудь ненужное, что-нибудь отжившее себя, - объяснила Тэсс по дороге. – Он призывает нас учиться отпускать прошлое. - И… ты уже что-нибудь сжигала там? – спросила Чарли. - Только свою одежду, в которой я… попала сюда в первый раз, - Тэсс опустила взгляд и посмотрела на свои балетки. – Я ненавидела ту кофту и юбку, ну ты… понимаешь почему. - Понимаю, - Чарли обняла девочку за плечи. Теперь это было делать намного удобнее, потому что Тэсс значительно подросла. - А больше я ничего не сжигала, да и вообще редко приходила на этот костер. Просто не любила находиться среди других людей. Но сегодня… я хочу избавиться от одной вещи. - Какой? - Увидишь. Когда они пришли на пляж, костер уже горел, но народ еще только начинал собираться. Мартин, облаченный в свой любимый светлый балахон, сверкая лысиной и улыбаясь до ушей, поджаривал зефир, нанизанный на длинную железную палку. - Подходите, ребята! – кричал он, подзывая свободной рукой приходящих людей. – У меня целый ящик зефира, на всех хватит. И не забывайте избавляться от своего балласта, друзья! Костер был такой огромный, что тепло от него чувствовалось даже на расстоянии нескольких шагов. Чарли и Тэсс остановились и немного постояли, обнявшись и любуясь отблесками пламени, взлетающими ввысь и тающими в чернеющем небе. А затем Тэсс засунула руку в сумочку и вытащила оттуда печально известный Чарли блокнот. Они посмотрели друг на друга, и слов не требовалось. Чарли лишь погладила девочку по голове и тихонько шепнула: - Молодец. Тэсс шагнула к костру и бросила туда блокнот, а потом вернулась на прежнее место, к Чарли. Они смотрели, как обложка и бумажные листы мгновенно занялись пламенем, скукожились и почернели, рассыпаясь, превращаясь в пепел. - А знаешь… - Тэсс вздохнула. – Я в самом деле начинаю забывать. Почти два с половиной года прошло. И все это… как-то тускнеет в памяти. Может, когда-нибудь я окончательно смогу… отпустить тот день. - Обязательно сможешь, - с уверенностью произнесла Чарли. – Ты уже сделала очень большой шаг вперед. - Только благодаря тебе. Ох, Чарли… Даже не знаю, что бы со мной было, если бы ты не вернулась ко мне. Просто не знаю, - Тэсс прижалась к ней, и мертвое сердце Чарли дрогнуло, на миг снова став живым, бьющимся. - Не думай об этом, милая. Я с тобой, и теперь все хорошо. Так шли их дни, один за другим, тихо и размеренно и вместе с тем весело и необычно, потому что Чарли начала постигать метафизику Оранжевого острова, и вместе с Тэсс они порой творили потрясающие вещи прямо из воздуха, устраивая друг для друга сюрпризы едва ли не на каждом шагу. Они отметили Рождество, скучая по снегу, нарядили большую елку в гостиной и пригласили на праздник Джозефа. Они не думали ни о прошлом, ни о будущем, погрузившись в счастливо-сонное состояние, которое мог подарить только Оранжевый остров, и которое, должно быть, и было тем самым упокоением. Прошла зима, наступила весна. И эта весна подарила им еще одну встречу. Особенно долгожданную для Эмили. Ранним утром миссис Брайтли буквально ворвалась в спальню к Чарли и Тэсс, напугав их обеих до смерти. - Важная новость, девочки! Просыпайтесь скорее! Очень важная новость. Ох, Чарли… - Что стряслось? – Чарли сбросила ноги вниз и села на постели, сонно моргая. Тэсс тоже высунула нос из-под одеяла и приподнялась, выглядывая из-за спины Чарли. - Сегодня ночью… Ох, Господи, как же я волнуюсь! – Эмили выдохнула, снова вдохнула и только тогда смогла закончить фразу: - Сегодня ночью умер твой папа, Чарли. Сердечный приступ. Чарли открыла рот и тоже шумно выдохнула. Сон как рукой сняло. И если на Земле такая новость могла подкосить кого угодно, то теперь она воспринималась совершенно иначе. Совершенно противоположно. Чарли неуверенно улыбнулась, встала и пошла навстречу матери, чтобы обнять ее. Эмили прижала к себе дочь, хихикая, как девочка, и восклицая: - Господи, я знаю, что не должна радоваться, но это просто выше моих сил! Стивен мог бы еще пожить, но я так устала ждать его, так устала! Господи, неужели я наконец-то увижу его! Просто не верится! - Когда он прибудет сюда? – спросила Чарли. - Его еще копируют… Ох, скорее бы! Марти обещал привезти его к обеду. - Но это же просто чудесно! – воскликнула Чарли. – Мы должны подготовиться к его приходу! О, Господи… - она закусила губу, внезапно смутившись. - Что такое? – спросила миссис Брайтли. - Эм… Даже не знаю… - Чарли потупилась. – Он ничего не подозревает про меня и… Тэсс. Не представляю, как он воспримет такое. - О, не волнуйся, дорогая! – Эмили погладила дочь по волосам. – Предоставь это мне, я все объясню ему. Твой отец уже не такой твердолобый, как десять-пятнадцать лет назад. Уверена, что он все поймет. - Хорошо бы… - Не сомневайся! И Эмили оказалась права. Когда лодка со Стивеном Брайтли причалила к берегу, и отец Чарли вышел на сушу, он был так рад видеть Эмили и Чарли, что расплакался, обнимая их по очереди и все повторяя: «Не может быть, Господи, не может быть! Мои девочки! Боже мой! Мои девочки!». И когда он увидел Тэсс, смущенно переминающуюся с ноги на ногу в сторонке, он с улыбкой произнес: - Чарли, а эта рыженькая милашка случайно не твоя избранница, из-за которой ты… ну… из-за которой ты… - Да, это она, - выдохнула Чарли, бледнея. – Это моя Тэсс. - Ну… что ж, - Стивен смущенно откашлялся. – Приятно познакомиться, Тэсс. Кажется, теперь в нашей семье на одну красавицу больше, да? Тэсс рассмеялась и сказала, что ей тоже очень приятно познакомиться. И на этом все вопросы закончились. Стивен ничего не сказал ни о возрасте Тэсс, ни о том, что знает ее историю, которую столько раз крутили в новостях. Он сделал вид, что Тэсс – просто обычная девушка, просто девушка его дочери. Кроме того, Стивену было не до них и не до соблюдения законов морали и нравственности. Он не выпускал из объятий свою жену и выглядел при этом таким счастливым, каким Чарли наверное никогда его не видела. А на следующий день он уже сумел сменить свою внешность и, сбросив двадцать лет, уже не выглядел стариком рядом с молодой и красивой Эмили. Отец Чарли снова был таким, каким она запомнила его в детстве, и вместе с тем что-то в нем изменилось. И если при жизни сорокалетний Стивен производил впечатление жесткого, мрачного и неласкового человека, то теперь он все время улыбался, шутил и иногда даже напевал, что особенно поразило Чарли. А еще Стивен поставил во дворе их дома большие качели-диван, заявив: «Ну теперь это настоящие качели, и с них больше никто не упадет!». Тэсс так понравилось новое развлечение, что она буквально не слезала с качелей, уходя лишь днем, когда солнце начинало слишком припекать. Как-то субботним вечером, когда они сидели на качелях вместе, ели сладкую вишню и болтали о всякой ерунде, свесив босые ноги в траву, они увидели, как из-за дома вышел Джозеф и направился прямо к ним по каменистой дорожке. В руках он что-то нес, и Чарли и Тэсс недоуменно переглянулись. - Чего это он к нам пожаловал? – удивилась Тэсс. – Мы же на сегодня не договаривались… - Может, случилось чего? – насторожилась Чарли, которая уже была готова к чему угодно. Но когда Джозеф подошел ближе, по его улыбающемуся лицу они поняли, что ничего не случилось. А если и случилось, то что-то очень хорошее, чем он спешил с ними поделиться. То, что он нес в руках, было спрятано за полами его джинсовой куртки, но на мгновение Чарли показалось, что это нечто шевельнулось. Они с Тэсс остолбенели и молча воззрились на Джозефа. - Привет, - старик заговорщически ухмыльнулся. – А я к вам тут с сюрпризом пожаловал… - Что это? – спросила Тэсс, поднимаясь с качелей и пытаясь заглянуть Джозефу под куртку. - Не что, а кто, - Джозеф раздвинул полы, и девушки увидели маленькую блестящую пуговку носа и светлую лапку. Это был щенок. Тэсс вскрикнула от восторга и протянула руки к крошечному существу, которое уставилось на нее со смесью недоверия и естественного щенячьего любопытства. - Его зовут Майло, и ему недавно исполнилось три месяца, - сказал Джозеф, передав Тэсс щенка. – Я помню, Чарли говорила, что хотела золотистого ретривера, вот и решил… - Боже, какой же он славный! – Тэсс с Майло на руках присела на качели и погладила висящие ушки-треугольнички щенка. – Но что же с ним случилось? Почему он умер? - Бедняжку поразила какая-то щенячья болезнь, - Джозеф вздохнул. – Мне стало его очень жалко, и я подумал, что с вами он мог бы прожить свою жизнь, которой был лишен. Вот только есть одна проблема… Майло никогда не вырастет, потому что менять свою внешность животные не умеют. Физически он останется щенком, а умом может вырасти до взрослой собаки. - Ох ты, маленький… - Тэсс с нежностью погладила собаку и посмотрела на Джозефа с обожанием и признательностью: - Спасибо. Огромное спасибо. Мы позаботимся о нем, обязательно. Хочешь выпить с нами чаю? Джозеф не отказался, и Тэсс, сбегав в дом, принесла поднос с кексом и тремя чашками чаю. Для щенка же она захватила мисочку и бутылку молока. Пододвинув столик к качелям, они уселись там втроем – Джозеф в середине, а Чарли и Тэсс по бокам. Майло с удовольствием принялся лакать молоко на траве рядом. - Ну, как вам здесь живется, девочки? – поинтересовался Джозеф. - Хорошо! – в один голос отозвались Чарли и Тэсс, и старик усмехнулся. - Вашим родителям, похоже, тоже хорошо. Я видел их по дороге, они выглядят абсолютно счастливыми. - Это правда, - Чарли улыбнулась. – Пожалуй, такими счастливыми они не были даже при жизни. - У них сейчас второй медовый месяц, - понимающе отозвался Джозеф. – И по этому поводу я хотел предложить вам кое-что. - Что? – сразу оживилась Тэсс и поставила свою чашку на столик. - Я подумал… - Джозеф посмотрел на них по очереди. – Подумал, может, вы захотите отправиться в путешествие? Вдвоем. И ваши родители тоже побудут вдвоем. - В путешествие?! – воскликнула Тэсс, пораженная самой возможностью. – Но как? И куда? - Да куда угодно! Перед вами открыта вся бесконечность загробного мира, а вы сидите на одном острове. Это ведь совсем не для вас. Оранжевый остров больше подходит для спокойного отдыха пенсионеров и медитирующих проповедников вроде вашего смотрителя. А вам, юным искательницам приключений, нужно что-то большее, иначе вы тут совсем закиснете. - Но разве мне можно свободно передвигаться по загробному миру? – удивилась Чарли. – Я же… вроде как наказана вообще. Мне разрешили быть с Тэсс на Оранжевом острове, но не факт, что… - О, об этом не волнуйся! – Джозеф махнул рукой. – Вышестоящие разрешают тебе отправляться куда угодно, ну кроме закрытых зон, разумеется, где находятся гиблые души. Твое наказание полностью аннулировано. Да и мое почти аннулировано. Вышестоящие настолько расщедрились, что разрешают мне видеться с семьей каждую неделю. - О, Господи, как же это здорово, Джозеф! – Тэсс обняла старика одной рукой и устроила голову на его плече. – Я так рада за тебя! После волны поздравлений Джозеф снова поинтересовался: - Ну так что? Вы готовы отправиться куда-нибудь? В какой-нибудь новый и неизведанный мир? Разумеется, Чарли и Тэсс были готовы. - А Майло мы сможем взять с собой? – спросила Тэсс, поднимая напившегося и покруглевшего щенка на колени. - Да без проблем! Не зря же я вам его принес. Можете отправляться вместе с Майло куда хотите. Они договорились, что в ближайшие три дня Чарли и Тэсс подготовятся к путешествию и соберут вещи, а затем Джозеф заберет их с Оранжевого острова. Они собрались за один день, а оставшиеся два мучительно ждали, предвкушали и гадали, куда же Джозеф отвезет их. И наконец в назначенное время они отправились на пляж, попрощавшись с родителями Чарли и прихватив с собой вещи и Майло. Джозеф уже ждал их на берегу. - Ну что, готовы? – спросил он, засучивая рукава. День был довольно жаркий. - Ага! – ответила Тэсс. – Давно готовы! А куда мы поплывем? - Я отправлю вас на Пурпурный остров, самый дальний из нашей цепочки островов. И если нам повезет с погодой, и мой компас не будет глючить, то мы доберемся туда часа за четыре. К слову сказать, обычный путь туда занял бы пять дней. - Но что дальше? – не унималась Тэсс. – Что мы будем делать на Пурпурном острове и куда отправимся потом? - Наберитесь терпения, - Джозеф помог девочке запрыгнуть в лодку и забрал у Чарли сумки. – Там вас ждет еще один небольшой сюрприз от меня. Чарли и Тэсс только с улыбками переглянулись и больше ничего не стали спрашивать. Майло, который уже знал, что такое лодка, освоился там довольно быстро и, повиляв хвостом, устроился у Тэсс на коленках, ловя носом запахи соленого моря и свежего ветра. Так, болтая с Джозефом и играя с щенком, они незаметно добрались до Пурпурного острова, и все путешествие заняло чуть больше четырех часов. - Этот остров – своего рода перевалочный пункт, - объяснил Джозеф, когда они вышли на новый незнакомый берег. – Он, как я уже говорил, завершает цепочку наших островов и единственный из них, соединяется с материками. - С какими еще материками? – удивилась Чарли. – Я думала, что здесь только острова… Во всяком случае на полной карте, которую ты мне давал… - Это была полная карта островов. А есть еще карта материков. Вот она, держите, - Джозеф вытащил из кармана на груди свернутый лист желтоватой бумаги. – Эта штука пригодится вам в вашем путешествии. - Но что это за материки, куда мы направимся? – спросила Тэсс. – Что за люди там живут? - Разные люди, много разных людей. Если на наших островах обитает в основном англоговорящее население, то на материках вы можете встретить и японцев, и французов, и русских. Там даже есть аборигены. Вот к ним я соваться не советую, уж больно странный народец. Я даже припас для вас несколько разговорников, они лежат в машине. - В какой машине? – Чарли уставилась на старика, не поверив собственным ушам. - В вашей новой машине, - ухмыльнулся Джозеф и, как ни в чем не бывало, достал из того же переднего кармана ключ от автомобиля. – Это и есть мой подарок. Ваше средство передвижения. Пойдемте, я неподалеку отсюда его припарковал… Сразу за деревьями есть магазинчик товаров для путешествий и небольшая стоянка. Шокированные Чарли и Тэсс последовали за стариком, прихватив сумки и, конечно же, своего нового четвероногого приятеля. - Джозеф, ты это серьезно? – все никак не могла поверить Чарли. – Мы можем отправиться в путешествие на машине? - Конечно серьезно! – Джозеф как будто даже оскорбился. – Или ваш буддийский Мартин был слишком занят обретением просветления, чтобы рассказать вам про все возможности, которые у вас теперь есть? Чарли и Тэсс решили никак не комментировать этот приступ ревности и просто молча пошли дальше. Пройдя через деревья и мимо нескольких одноэтажных домиков, они вышли на асфальтированную автостоянку. Там стоял всего один автомобиль, и Чарли и Тэсс замерли, не в силах поверить собственным глазам. - Не знал, что выбрать, - Джозеф смутился. – Я знал только, что при жизни у Чарли был мерседес, поэтому решил в итоге остановиться на нем. Только это мерседес внедорожник. Хорошая мощная машина. Подойдет для любых дорог, какие только могут встретиться вам в пути. - Господи… Джозеф, о, Джозеф! – Тэсс бросилась старику на шею, а Чарли продолжала, вытаращившись, взирать на новенький черный автомобиль, который в самом деле принадлежал им и мог увезти их куда угодно. Абсолютно куда угодно. Отойдя немного от шока, девушка тоже обняла старика. Джозеф легонько погладил ее по волосам и шепнул в ухо: - Береги ее. И люби. Всем сердцем. - Обещаю, - тихо отозвалась Чарли. А потом Джозеф показал, где в машине лежат разговорники и словари с самыми разными языками, которые могут им пригодиться. Погрузив вещи в багажник и усадив Майло на заднее сидение, они готовы были отправиться в путь. - Советую вам посетить в первую очередь парк аттракционов в городке под названием Южная пустошь, - сказал Джозеф. - Сам я там, разумеется, никогда не был, но мне рассказывали, что в этом парке аттракционов находится самое большое колесо обозрения во всем загробном мире. Те колеса, на которых вы катались на Земле, просто не идут ни в какое сравнение с этим, даже ваше знаменитое Лондонское. - Поверить не могу! – Тэсс запрыгала на одном месте и захлопала в ладоши. – Скорее бы уже попасть туда! - Это невероятно… - Чарли покачала головой. – Я думала, что нас теперь ждет только покой, размеренная жизнь и никаких больше приключений… - Ну что вы! – Джозеф усмехнулся. – После смерти ваша жизнь только начинается! И вас ждет еще множество открытий и приключений, которые на Земле вам даже не снились. А самое главное, никакие неприятности вам уже не грозят! Можете развлекаться на полную катушку. Главное делать это в хорошей компании. Правда, Майло? Щенок высунул свой нос из открытого окна и лизнул протянутую руку Джозефа в знак согласия. Все рассмеялись. Пора было прощаться. Пора было двигаться дальше. И Чарли и Тэсс, еще раз обнявшись с Джозефом, сели в машину, вспоминая давно забытые ощущения. Столько раз они садились в салон вот так, вместе, захлопывали двери и смотрели друг на друга заговорщически, и их сердца гулко бились от нетерпения. Вот только тогда в их распоряжении был один лишь Лондон и пригороды, а теперь – бесконечность. И это будоражило еще больше, будоражило до дрожи в коленях. Джозеф махнул рукой им на прощание, и они тоже помахали ему из открытых окон. - Еще раз спасибо! Мы тебя очень любим! – крикнула Тэсс, а Чарли в это время завела мотор, наслаждаясь почти забытым чувством вибрации мощного двигателя. Они выехали со стоянки и направились по дороге вверх, в сторону выезда с острова. Тэсс, как всегда подняв свои длиннющие ноги на приборную панель, развернула на коленях карту и принялась внимательно изучать ее. - Сейчас мы направляемся вот сюда… - сказала она, ткнув в точку на материке под названием Южная пустошь, и Чарли едва не расплакалась от этого привычного и такого любимого жеста. – Интересно, что еще ждет нас в этом месте, кроме крутого парка аттракционов? - Совсем скоро мы это узнаем, - улыбнулась Чарли, подавив слезы счастья, так некстати обжегшие глаза. - А еще здорово было бы отметить мой день рождения в путешествии! – воскликнула Тэсс, высунув руку в открытое окно и подставляя кожу ласкам теплого воздуха. – Ведь мне совсем скоро исполнится семнадцать! - Да. И Джозеф сделал тебе лучший подарок, какой только мог сделать. - Это уж точно! – улыбнулась Тэсс. – Мне бы так хотелось, чтобы он когда-нибудь все-таки простил себя и был бы так же счастлив, как и мы. - Мне тоже. Но я думаю, что Джозеф уже близок к этому. Встреча с тобой очень помогла ему в прощении себя. - Надеюсь. Они помолчали немного, наслаждаясь ветром, дующим в окна, и видом длинной ленты дороги, по которому успели так соскучиться. Майло свернулся клубочком и уснул на заднем сиденье, положив нос на лапки. - А знаешь… - произнесла Тэсс с улыбкой. – Наверное, мы с тобой достигли своего «навсегда». - «Навсегда»? – переспросила Чарли. - Ага. Я всегда верила, что ты предназначена для меня, а я – для тебя, и что у нас это навсегда. Возможно, это было наивно с моей стороны, но я верила в это всем сердцем. Верила, что «навсегда» существует. И вот оно, прямо перед нами. Наша самая заветная мечта сбылась. Мы свободны, мы сбежали от условностей и законов того мира, в котором жили прежде. И теперь есть только мы. Просто Чарли и Тэсс. И никто не остановит нас, не упрекнет и не обидит. Уже никогда. - Да, - улыбнулась Чарли. – Наше «навсегда» в самом деле существует. - И не только наше, - Тэсс прильнула к ней и обняла руку Чарли, как делала всякий раз, когда девушка была за рулем. – Свое «навсегда» есть у каждого.

12 октября 2016 г.