Ready to...

      Прошел ровно день с той самой поры, как Юнги приходил к дому Чимина. И ровно день как от парня не было никаких известий. Однако, Пак был совершенно готов к такому повороту событий. В этом не было ничего необычного, ведь Юнги его предупреждал об этом. От этого, Чимин мог спокойно жить и попросту ждать. Скоро. Очень скоро, он вновь сможет оказаться рядом со своим любимым. И уж тогда, никто не сможет их разлучить.       Время, выданное парню в связи с отстранением от работы, пошло только на пользу. Чимин начал понемногу приводить свои мысли и чувства в порядок. Он убрался дома и даже приготовил поесть. У него наконец-таки появился аппетит. Не сказать, что он ел все, что попадется ему под руку, но это гораздо лучше, чем совсем ничего. Мир, который недавно был призрачно серым, снова заиграл красками, раскрашивая его окружение разноцветными переливами. Его вновь радовала жизнь. Он любил ее. Все потому, что именно она подарила ему Юнги. Парни любили друг друга. А если немного подождать, то они и вовсе будут вместе. Только вот сколько ждать? Время ожидания давно подошло к концу, а Юна все не было.       — Может, я его неправильно понял? — Пытаясь себя успокоить, Чимин принялся говорить сам с собой. Он верил в Юнги. Во всяком случае, пытался верить. Это давало мнимую иллюзия спокойствия и не давало парню впадать в отчаяние. — Может не два дня? Может, ему нужно чуть больше времени… Но, я знаю, он точно придет.

***

      Третий день. За ним четвертый. Тишина — единственный спутник Чимина в душной комнате. Надежда постепенно уходила. Если быть совсем точным, то она его покинула по наступлению ночи третьего дня. И сейчас, парень совершенно пуст. Прямо как до встречи с Юнги. Та же самая пустота и неопределенность. Разум юноши погряз во мрак. Ему ничего не оставалось, как попросту отдаться во власть рефлексов. Шаг за шагом, он приближался к тому самому адресу, к которому ему строго настрого запретили приближаться. Но, пусть они скажут это безжизненному телу. Парень больше походил на зомби. Огромные черные круги под его опухшими глазами, лишь подчеркивали образ безжизненности.       Одиноко горящий свет на втором этаже. Слишком яркий. Настолько мощный, что еще больше обесцвечивал и затемнял окружающую местность. Это означало только то, что в доме кто-то есть. Страх. До боли знакомое чувство. Чимин облокачивается на забор и сползает по нему вниз. Что он здесь делает? Почему оказался здесь? Ответить на эти вопросы могли бы только высшие силы. Силы, заманившие его сюда.       Случай. Слишком многое в жизни зависит от единично произошедшего случая. Черная машина подъезжает к дому. Парень, одетый во все черное, выходит из авто и прощается с человеком, расположившемся на переднем сидении. Чимин знает, кто скрывается под капюшоном. Юнги.       — Я же уже говорил, что охрана мне не нужна. — Юноша отчетливо произносит слова уставшим голосом. Его явно достали своей чрезмерной опекой. Это выражалось в его выражении лица и его слишком натяжным действиям. Правда, высказать все это, парень не имел ни малейшего права. Ему не позволяло воспитание. — Я уже около дома. Практически в шаговой доступности от входной двери. Что может произойти, черт возьми?!       Водитель недовольно покачав головой, трогается с места и покидает парковочную площадку, оставляя Юнги одного. Такое обманчивое чувство. Чимин поднимается на ноги и медленно движется к парню, который совершенно не замечает его.       — Юнги. — Легкое эхо волнами разносится по округе, заставляя владельца этого дома испуганно обернуться. — Прости, что нарушил твой запрет. Я не могу больше ждать. Не могу!       — Опять ты?! — Юн смотрит на потрепанного парня. Он уже не видит той эстетической красоты, которую мог наблюдать в день концерта. — Что на этот раз смог придумать? Какой, к черту, запрет?       — Ты говорил, чтобы я не подходил к тебе… — Чимин делает небольшой шаг навстречу и Юнги моментально делает шаг назад, совершенно не желая сближаться с полоумным фанатам. — Я тебя обидел? Прошу, не молчи. Только не молчи!       — Ты меня не обидел, ты меня достал. — Юн глухо выдыхает пар в ночное небо. Парень стоящий перед ним, совершенно не знает чувство такта. Он поджидал его ночью около дома. К тому же, вновь несет какую-то несуразную околесицу. — Давай разойдемся по-хорошему. Живи своей жизнью, а я буду жить своей. Согласен?       — Ты и есть моя жизни.       — Черт! Куда можно убежать от таких чокнутых фанатиков вроде тебя? Где можно от вас спрятаться?! — Как бы Юнги не было тяжело смотреть на парня стоящего перед ним, но терпеть такое хамство, он больше не был в силах. Этот сумасшедший фанат переходил даже границы для таких же сумасшедших фанатов. Его поведение было слишком хамское. Да и сам он был чересчур доставучим. — Чимин. Тебя вроде так зовут? Как бы тебе не хотелось этого, но мы не знакомы. Я совершенно не знаю тебя. Да и вряд ли хочу знать. Все, чего мне действительно хочется, так это того, чтобы ты попросту отстал от меня!       — Но… как можно забыть этот год, который мы жили вместе? Ты не имеешь никакого морального права забывать такое! — Чимин переходит на крик. Несмотря на это, он старается себя сдерживать. Он тратит на это свои последние силы, но ему удается включить свой разум. Ему больно слышать такое. Тем более, из уст самого любимого человека на земле. — Ты не имеешь права забыть меня…       Точка кипения. Шкала доходит до своего логического предела. Юнги взбешен настолько, что не может больше контролировать себя. Парень, в мгновение ока, оказывается рядом с Чимином и хватает его за воротник куртки. Он разворачивает юношу лицом к своему дому и указывает на него пальцем.       — Посмотри туда. — Злость переполняет его. Он встряхивает дрожащего Чима, чтобы тот перевел свое лицо в сторону. — Смотри туда, я сказал! Видишь, там говорит свет! Там, меня ждет моя девушка! И я ее очень сильно люблю!       — Но…       — Закрой свой рот, и просто слушай! С меня хватит… Я хотел разойтись на положительной ноте. Но ты… ты слишком упертый. — Юнги снова разворачивает парня. Теперь они находятся лицом к лицу друг к другу. Музыкант пристально смотрит в страдающие глаза, но жалость, которую он испытывал ранее, покинула его, оставляя после себя только разочарование. Юнги изначально поверил в то, что они могут быть знакомы. Он искренне старался вспомнить его. Но, этот человек был лишь очередным глупым фанатом, который придумал себе красивую историю и с удовольствием поверил в нее. — Уйди прочь. И не смей попадаться мне на глаза. Никогда! Это последнее предупреждение. Я предупредил тебя. Потом не говори, что я не делал этого. Если ты ослушаешься его, то поверь, тебе станет очень и очень худо.       Юн швыряет парня на снег. Секунда. Всего лишь секунда его внимания, после которой звезда разворачивается и быстрым отточенным шагом уходит в сторону дома, оставляя надоедливого фаната наедине со своими мыслями.

***

      Тихая квартира. Она впускает Чимина, бесшумно закрывая за ним входную дверь. Он не смог сказать ни слова. Даже не единого звука. Юнги просто захлопнул перед ним входную дверь, оставляя его одного, прямо как ненужного котенка. Рыжеволосый парень быстро ставит себе диагноз. Он сошел с ума. Происходящее так сильно ранит его душу, что проще оказаться в сумасшедшем доме, чем продолжать жить подобным образом. Да и нужно ли вообще жить? Ведь все что он делал, было ради Юн. Для себя, парню существовать вовсе не хочется.       — А что, если он прав? Что, если я очередной чокнутый фанат? — Произнесенные вслух слова режут подсознание парня на две части. Реальный мир и вымышленный. — Нужно кончать с этим…       Теплая вода. Все что нужно продрогшему на морозе телу. Но, оно еще не догадывается, что совсем скоро потеряет какую-либо возможность ощущать тепло. Ведь Чим решил все окончательно. С таким положением вещей, пора заканчивать. Он хочет себя запомнить таким, какой он есть сейчас. Ведь если он и правда сходит с ума, то с каждым днем все будет только хуже и хуже.       Но, когда же случился сбой в его нервной системе? Когда же Чимин перестал отличать реальность от иллюзии? Почему тот Юнги был с ним, а этот говорит, что не знает его? Для чего же Чимин задает сам себе эти вопросы, если уже давно решил, что нужно покончить с этим? Парень достает заранее приготовленное лезвие и безжизненно смотрит на него. Он плавно закатывает рукав своей любимой рубашки, которая слишком сильно прилипает к его телу, создавая еще более мерзкие ощущения. Правда в тому, что Чимину совершенно все равно на дискомфорт. Все, чего он желает, побыстрее расправиться с этим омерзительным чувством. Парень подносит лезвие к своему запястью, но медлит, услышав еле различимый шум в глубине квартиры. Шаги. Кто-то направляется к нему. Дверь поддается слишком легко, несмотря на то, что Чимин закрывал ее.       — Привет. — Тихо. Слишком тихо. Даже само слово звучит как-то чересчур глухо. — Прости, что довел тебя до такого.       — Почему?! Почему ты вновь это делаешь? — Чимин отказывается верить своим глазам. Юн, которого он видел пару часов назад, никогда бы не попросил у него прощения. — Почему ты сначала все портишь, а потом бесцеремонно появляешься и просто извиняешься?       Слезы. Всего лишь очередная капля воды в переполненную ванную. Чимин не в состоянии сдерживать свои чувства. Ему хочется умереть. Это настолько сильное чувство, что никто и ничто не способно его переубедить.       — Я не могу бросить тебя. Особенно в такой момент. — Юнги присаживается на пол рядом с ванной. Он легонько касается водной ряби, но ничего не чувствует. Нет ни тепла, ни холода. Нет ничего. Молчание. Такое убивающее и такое нужное. Куча вопросов. Но даже ответы на них не нужны, когда эти двое рядом друг с другом. Юн встает и протягивает руку Чимину, помогая встать и выйти из теплой жидкости обтекающей его тело, в холод квартиры. Он ведет его на кухню и сажает на стул. После чего, берет полотенце и тщательно вытирает его рыжие волосы, которые успели изрядно намокнуть.       — Юнги… я не могу понять, то, что сейчас происходит, это реально или нет?       — Это реально. — Юнги накрывает голову Чимина и чуть сильнее прижимает полотенце к непослушным волосам. — Правда, это реально лишь в твоей голове.       Молчание. Оно вновь заволакивает их в свои объятья. Ответ на единственный интересующий вопрос, парень получил. Большего ему не нужно. Чимин уже решил, что окончит свою жизнь именно сегодня и этот ответ лишь подтверждает правильность его решения. Карикатурно придуманная история — вот его жизнь.       — Спасибо, что ты сейчас со мной. Но… я больше не смогу так жить.       — Понимаю. — Юнги тоже больше не в состоянии терпеть свою жизнь. Она слишком изматывает его. Уничтожает, сжигая всю внутреннюю атмосферу. Юн садится напротив и берет Чимина за руки. Такие теплые. Но, это тепло невозможно передать тому, кого не существует и в помине. — Я так и не сделал тебе подарок. Пойдем.       Они встают и в тишине идут к спальне. Юнги открывать дверь и входит внутрь. Подойдя к одной из полок, он достает оттуда маленькую коробочку. Подвеска. С двумя буквами. «М.Ю.»       — Позволишь?       Чимин не отвечает, лишь кивает головой. Юн обходит парня и аккуратно снимает с него старую цепочку, заменяя ее своим подарком. Руки. Мертвенно-холодные руки обхватывают парня и прижимают к себе. Он так давно не обнимал его, что даже забыл какого это, просто быть с тем, кого любишь.       — Теперь я. — Чим разваривается и смотрит в родное лицо парня. Такие красивые глаза, что можно сойти с ума. Какая смешная ирония. Единственное, что портит картину, это адская боль связывающая их двоих. Бледно-благородное лицо. Парень обнимает Юнги за шею и защелкивает подвеску, которая символизирует преданность их душ друг другу. — Хочу гулять. Составишь компанию?       — Да.       Парни бредут по заснеженным улицам. Они наконец-то вместе. Пусть даже на короткий срок. Пусть даже поздно. Сейчас, они счастливы. И лишь потому, что просто рядом друг с другом.       Спонтанный разговор. Он зашел сам по себе и перерос в краткий пересказ минувшего года их совместной жизни. Они вспоминали все. Моменты, которые радовали их и заставляли грустить. Они без умолку делились своими эмоциями, не замолкая ни на секунду и стараясь не касаться моментов минувшей недели. Это получалось до того момента, пока они не оказались рядом с ювелирным магазином.       — Прости конечно, но как тебе удавалось делать что-то материальное? Я где-то могу понять, что в пределах моей видимости, все было вполне оправдано. Но… билет. Да и та же самая подвеска. Как?       — Признаться, я и сам не знаю ответа на этот вопрос. Могу предположить лишь то, что все это происходило в моменты твоего отключения от реальной жизни. Тебе приходится их называть провалами в памяти. Думаю, ты делал это сам. Я всего лишь старался подогнать это под себя. Видимо, мне и самому хотелось этого. Хотелось поверить, что я могу жить и существовать как обычный человек. — Юнги глубоко вздыхает и смотрит в облачное небо. Снег, медленно падая, создавал уютную красоту притворного праздника. — Но, это только мечты.       Мечты. Насколько же сильно они могут околдовать человека и тем самым испортить ему жизнь. Стоит только переступить порог дозволенного, как они могут выйти из-под контроля и завладеть ситуацией. Фанатичная вера во что-то, в итоге, может убить. Жизнь так коротка и стремительна. Время потраченное на иллюзорные фантазии быстро проходит, оставляя человека ровным счетом ни с чем.       — Мы пришли. — Чимин подходит к перилам и смотрит вниз. Быстротечная река сбиваемая натиском своего же течения, все еще не замерзла. Снегопад. Он заставлял людей поверить в зимнюю сказку. Однако, и это было обманчиво. Погода стояла настолько теплая, что даже природа не могла окончательно заснуть, укутавшись в снежное покрывало и дожидаясь весны.       — Ты точно готов к этому?       — Готов. Я готов ко всему, лишь бы не помнить эту притворную жизнь которая у меня была. Это мое единственное желание. Это — моя самая заветная мечта.       — Если ты этого так сильно хочешь, я буду с тобой до самого конца.       Чимин перелезает через ограждение и ступает на тонкий край моста. Юнги молча следует за ним, точно так же, как и его любимый держась руками, чтобы не пуститься в пропасть раньше запланированного времени. Секунды. Они тянутся нескончаемо долго, особенно когда ты находишься на волоске от смерти. Всего лишь короткий шаг разделяет их от неминуемой гибели. Правда, они оба готовы к этому.       Первым, шаг делает Чимин. За ним следует и Юнги. В этот прекрасный зимний день они вновь вместе. Вместе до последнего. И это — лучший новогодний подарок.

***

      Больничная палата. Яркий белый свет. Он слишком сильно бьет по глазам парня. Боль. Материальная боль. Тело бесконечно ломит. Чимин старается открыть слипшиеся глаза. Ему больно. Мозг начинает работать быстрее тела. Он пытается вспомнить почему оказался тут, но на ум ничего не приходит.       — Доктор! — Крик. Этот голос. Такой знакомый. Такой родной. Он так давно его не слышал. — Доктор, он очнулся!       Чимин слышит шаги, которые разносятся где-то вдалеке. Слышит тяжелое дыхание. Чужой голос. Совсем чужой. Слишком уставший. Мужчина подходит вплотную к кровати и открывает парню глаза. Свет маленького фонарика. Рефлексы, которые отвечают на этот сигнал словно по заранее запрограммированной схеме.       — Не беспокойтесь. Теперь с ним все будет хорошо. Ты как приятель? Ну и заставил ты нас понервничать.       — Где я? — Чим не может заглушить боль в своем теле. Он открывает глаза и видит лицо матери. Она склоняется над ним и плачет. Это слезы радости. — Мама? Где я нахожусь?       — Ты в больнице, дорогой мой. Ты был в коме. Чуть дольше, чем два месяца. — Она старается унять слезы, но они никак не хотят сдаваться, не переставая литься из опухших глаз.       — Как ты себя чувствуешь? Что помнишь? — Спрашивает стройный мужчина в белом халате, что-то записывая в своем блокноте.       — Я только закончил университет. — Чимин старается поднять руку, чтобы коснуться головы, но рука не слушается. Его тело буквально скрипит от долгого бездействия, подобно старым часам. — Ты была на вручении диплома, правильно же? — Но женщина молчит. Она внимательно смотрит на сына, боясь даже выдохнуть. — После… мы поругались. Как всегда, по абсолютной глупости. И я… я настоял жить отдельно.       — Дальше, не останавливайся. — Доктор следил за реакцией матери, пытаясь сопоставить, правильно ли Чимин отвечает на его вопросы. Однако, лицо женщины было совершенно непроницаемым.       — Дальше… все очень смутно. — Парень как мог напрягал свой мозг, но тот выдавал лишь темный экран. Раз за разом. Сбой за сбоем. — Не могу вспомнить. Лишь картинки. Да и то размытые.       — Чимин, дорогой мой, это же было два года назад. — Женщина молниеносно оборачивается к врачу и слезы останавливаются сами по себе. Ее выражение лица мгновенно меняется. Оно наполнено страхом. — Мой сын потерял память?

***

      Мужчина успокоил мать и вывел ее в коридор. Не хватало еще того, чтобы она действовала на, и без того, слабые нервы Чимина. Он подошел к койке и сел рядом с парнем.       — Я выпишу все нужные лекарства и постараюсь подготовить эффективное лечение, чтобы ты побыстрее вспомнил то время, которое потерял. Тебе придется больше гулять. Особенно по местам, где ты бывал раньше. И возможно, в скором времени, все вернется на круги своя.       — Доктор, может так и должно быть? Мне отчего-то не хочется возвращаться в прошлое.       Мужчина с широко открытыми глазами смотрит на юношу, но где-то понимает его. У каждого есть моменты в жизни, о которых совершенно не хочется вспоминать. Он протягивает ему подвеску, которая висела на нем при поступлении в больницу.       — Это мое… — Чимин не задает вопрос, он утверждает. Парень чувствует, что вещь была ему слишком дорога, но не может вспомнить почему. Это к лучшему. Парень окончательно решил, что должен порвать с прошлым. — Мне это не нужно. Можете выкинуть.       Доктор утвердительно кивает и выходит из палаты, оставляя парня одного. Одного с целым миром. Жаль, что только не с тем, который придумал для себя Чимин. В темном углу стоит Юнги. Он практически прозрачен, даже для самого себя. Юн улыбается. Он рад видеть своего любимого в полном здравии. Что касается его самого, то ему пришло время уходить.       — Спасибо, что ты подарил мне год полноценной и счастливой жизни. Спасибо, что научил меня любить. Я никогда тебя не забуду.       Мин медленно бредет по длинному коридору, прямиком к выходу. Юноша слишком долго находился в стенах этой больницы и теперь счастлив, что может выйти из этого плена. Чимин стал его собственным раем. Миром, где существовали лишь эти двое. Но, каждая сказка имеет свою логическую развязку. Как и все в этом мире. Он стал лишним. Нет, он был лишним весь этот год.       Чем дальше шел Юнги, тем сильнее ощущал слабость. Он жил лишь для Чимина. Сейчас же, он готов уйти на покой, если это вообще возможно для такого как Юн. Парень поднимает голову вверх и смотрит на ясное весеннее небо. Он чувствует, что тает. Буквально как залежавшийся снег, атакуемый солнечными лучами. И это, вовсе не красивые слова. Он действительно таял, исчезая с лица земли, оставляя после себя лишь маленькую частичку души Чимина в виде подвески с двумя буквами «П.Ч.».       Мечты. Как же сильно они влияют на человеческий разум. Как же сильно могут окунуть в свою пучину. Все дело в том, что человеческие мысли напрямую способны влиять на физический мир. И поэтому, мысли управляют человеком, мысли влияют на его жизнь, реальность, здоровье, самоощущения. Все то, что происходит в голове человека, тем или иным образом отражается в действительности. Мысли, желания, образы, эмоции. Они, как бы, выходят за пределы человека и влияют на окружающих его людей и мир вокруг. Чтобы уметь мечтать, нужно уметь балансировать на грани. Довольно тонкой, но все же ощутимой грани иллюзии и реальности, иначе… Иначе мечта рано или поздно может сбыться. И зачастую, совершенно не так, как мы бы того хотели.