Истории поместья Маркиплаера

Селин понемногу привыкала к подругам её сестры. Это было сложнее, чем могло показаться. Детей в округе почти не было, выбор был лишь в том, идёшь ли ты за Доминикой или остаёшься в пустом доме, обречённая слушать пропахшие нафталином истории дедушки и перелистывать давно прочитанные книги. К тому же, странно было видеть тихоню-сестру в таком взбудораженном состоянии каждую неделю. Познакомились они быстро, но в компанию Селин вписалась лишь условно и явно чувствовала, что приближается момент, когда право на это место придётся заслужить. Она уже видела во взгляде Марии невысказанные вопросы, надлом в улыбке, будто кричащий : "Ты пришла, прекрасно, но что с того?" На подносе стояли три аккуратных чашечки. Не четыре. Она должна была чем-то отличиться. Мария обладала потрясающей харизмой и могла часами разговаривать на любую тему. Вильгельмина была бесстрашной и невероятно весёлой, Доминика отличалась чутким сердцем и всегда знала, когда нужно притвориться примерными воспитанницами и как незаметно прикрыть последствия войны с белками в гостиной. Селин просто была. Ей нужно было заявить о себе, сказать, что она тоже на что-то годится. Так что она прокралась в комнату бабушки и позаимствовала книги, на которые нельзя было даже смотреть. Язык на обветшалых страницах был слишком сложный, но Голос помогал ей. О, конечно, она не могла учиться колдовству в родном доме — вдруг поймают, а вот просторные и до странного пустые кабинеты поместья Марии для этого идеально подходили. Гадать по руке ей нравилось особенно. В день, когда вопрос появился в глазах Вильгельмины, Селин дождалась заминку в затухающем разговоре и с таинственным видом произнесла: — А хотите, я вам погадаю? Ну кто от такого откажется. Точно не заскучавшие юные особы в этот тяжёлый душный летний день. Первой оживилась Мария. Она питала слабость ко всему сверхъестественному. поэтому в тоне прозвучало искреннее любопытство: — Умеешь? Кивнув, Селин подсела к ней поближе и взяла за руку. Линии были непривычные. Что-то шло не так. Она видела лёгкие складки на коже, но не могла вспомнить, с чего нужно начать. Пауза затягивалась. Успокойся, малышка. Посмотри на линию Жизни. — О, спасибо... — прочистив горло, Селин с новой силой распрямила руку Марии и глубоко вдохнула. — Я вижу долгую жизнь. Вижу много дорог и приключений,— бойко начала она, загадочно понизив голос. Остальные девочки сели поближе, даже Вильгельмина, пусть и с недоверчивым ворчанием. Она всегда говорила, что под землёй только больше земли, а на небесах никого нет. Ну и пусть. Для неё Селин придумает что-нибудь поприятнее. — Ты станешь великой... великой... Актрисой. — Великой актрисой! И встретишь любовь всей своей жизни. Мария заулыбалась так радостно, что нельзя было не ответить тем же. Но дальше Селин не понимала. Линия вдруг обрывалась и начиналась, снова обрывалась, начиналась, а потом вообще пропадала и шла где-то в другом месте. Она никогда ничего такого не видела. Продолжай. — И всё? — подняла брови Мария, многозначительно переглянувшись с Доминикой. Что-то щёлкнуло. — Нет. Потом случится что-то... нехорошее. Все притихли. Для фальшивых гаданий обычно обходились кучей приятных банальностей, а это было что-то новое. Стало интересно. Только вот Селин было не так весело. — Ты... эм... может, кому-нибудь другому погадать? — Её голос дрожал. — Вильгел- — Да Билли я! — возмутилась девочка, однако руку всё-таки протянула, всем видом демонстрируя, что её это не касается. Селин взглянула на ладонь и почувствовала, как платье на спине становится липким от пота. И вовсе не из-за жары. — Ты проживёшь очень долгую жизнь... — начала она и помотала головой: линии прямо на её глазах стали причудливо завиваться. Галлюцинации? — Но вместе с этим очень несчастную... и... Ей уже казалось, что она видит неясные картинки будущего. Они подлетали к ней, как падающие с деревьев листья. Мария нахмурилась. — Что ж, это определённо уже не весело. Зачем такой мрак нагонять? За окном громыхнуло. Девочки подскочили. На небе же было ни тучи? — Селин, может, нам стоит... — тихо начала Доминика, явно волнуясь за сестру, которая и правда выглядела так, будто вот-вот расплачется. Что бы ни привиделось ей в будущем подруг, Селин точно это не нравилось. Но та в ответ только отпихнула ладонь Вильгельмины и дёрнула Доминику на себя так, что она чуть не упала. Селин смотрела на руку ровно несколько секунд. Потом разрыдалась.