Темный рай

Единственный способ отделаться от искушения — поддаться ему.

Оскар Уайльд

— С ума сошел? Я не могу никуда пойти в таком виде! Солнце уже садилось за линию горизонта, а мы по прежнему валялись на пляже как два овоща. Пабло задумчиво закусывая душку от очков, медленно оглядел меня с ног до головы, заострив особое внимание на моих мокрых волосах. — Ты совершенно права, — заключил Бустаманте, окончив с осмотром. Внезапно взъерошив мои волосы руками, модный приговор вновь постановил: — Так намного лучше. — Ах ты, дрянь такая, Бустаманте! — как только Пабло почуял беду, тут же сорвался со своего места. Увязая ногами в песке, я начала свою погоню, плюс ко всему песок был просто огненным, поэтому бежала я без оглядки. — Сначала догони! Бегаешь как девчонка, Спирито! — подначивал он, вертя передо мной своей задницей. — Так же плохо как и плаваешь, впрочем. Я остановилась, наигранно восстанавливая дыхание как после одышки. Но когда моя голова взлетела вверх, я отчаянно сорвалась со своего места и догнала Пабло в два счета. — Я и есть девчонка! — повалив Бустаманте на землю, я оказалась лежать на нем сверху. Ноги, волосы, одежда — песок был повсюду. Я убрала прядь волос, которые в результате бега оказалась во рту, но продолжила смотреть в его голубые глаза. Пауза затянулась. Никто из нас не смел говорить, пока Пабло не начал первым. — Поехали, — своим полушепотом он словно пытался меня уговорить, — одна поездка на мотоцикле, и твоя укладка будет как из первоклассного салона красоты. Я даже готов отдать тебе свою футболку. — Я не хожу ни по каким салонам красоты. Губы Пабло задрожали как если бы он попытался скрыть свою улыбку. — Оно и видно, — закрываясь двумя руками от оплеухи, которую я для него приготовила, Бустаманте обманным движением повалил меня на песок, а сам на этот раз оказался наверху. Когда я попыталась дернуться, он придавил меня всем весом своего тела. — Соглашайся, Спирито, или у тебя есть другой вариант? Могу подбросить до дома предков? — Только не надо на меня давить, — я устало закатила глаза, когда увидела его улыбку, — ладно, считай, что ты меня уговорил. — Держи, — я и глазом не успела моргнуть, как Пабло стянул с себя футболку и кинул в мою сторону. — И перестань уже на меня глазеть. — Ну все, ты меня достал, — я быстро поднялась с земли и побежала за ним следом. Мы все время смеялись, и из-за этого, надрывая животы, больше не могли бежать быстро.С каждый своим шагом, я старалась загребать как можно больше песка, чтобы осыпать им Бустаманте. Черт возьми, кажется я уже сама не ведаю, что происходит вокруг. *** Поездка на мотоцикле была сказочной. Мне нравилось ловить ветер в руках, чувствовать скорость, лавировать на полных оборотах двигателя по узким улочкам города. Все это нравилось мне настолько, что я уже всерьез задумалась о том, чтобы попросить на восемнадцатилетие собственный байк. Представляю как будет верещать Соня по этому поводу. У дверей супермаркета, я отдала Пабло его футболку, потому что мы оба не хотели быть арестованными за публичное обнажение в общественном месте. По дороге в один из отделов, я на всякий случай решила уточнить у своего нового друга: — Что мы здесь делаем? — Покупаем тебе новую одежду, — пробормотал он между делом, разглядывая вешалки с женской одеждой. — Как тебе ультра мини юбка? — Пабло приложил к себе черную стрейчевую юбку, сплошь расшитую золотистыми пайетками. — Только через мой труп. Пожалуй, я лучше примерю вот это. Подобрав наугад джинсовые шорты с бахромой и футболку на два или даже три размера больше, я направилась в сторону примерочной. — Ну как там идут дела? — когда Пабло сунул свой любопытный нос в мою кабинку, то сразу же получил от ворот поворот. Не знаю, что он хотел там разглядеть, но инициатива всегда наказуема. — Исчезни! После моего наказа, он, облокотившись спиной на стену и смирно сложив руки на груди, терпеливо принялся ждать у дверей примерочной. Шорты как раз оказались в пору, а футболку я спустила на одно плечо и повязала в тугой узел на талии. От мокрого бюстгальтера пришлось отказаться, а новый был не по размеру. Да и покупать столь интимные вещи для своего гардероба на деньги Бустаманте мне не хотелось. Раздвинув занавеску в примерочной, я прокружилась вокруг себя, и приняла позу супермодели на подиуме. — Та-дам! Что скажешь? Пабло в оценивающем взгляде чуть приспустил очки на переносицу, которые зачем-то прихватил в супермаркете на рекламной стойке. Еще я заметила на его голове новую кепку со значком «Nike.»  — Дай заценю, — он перевернул этикетки и проверил на них цену,  только после этого Пабло принял окончательное решение. — Отлично, просто супер. Я уже даже подумываю взять тебя в жены, ты такая экономная. — Можно подумать, я соглашусь на твое предложение… — Ой, да больно надо было! — игриво съязвил он, все еще направляясь к кассе. — Как представлю, пришел с работы чуть позже обычного, и она уже бежит с битой в руках на улицу разбивать твой новый автомобиль! — Просто меня не нужно злить. — Злить? — Пабло повернул голову в мою сторону и усмехнулся. — Да ты вообще помешанная, я бы тебя прямо сейчас в дурку сдал. Добрый день, — отвлекаясь от обсуждения нашей темы, БУстаманте, посылая располагающую улыбку, оторвал бирки и отдал их продавцу на кассе. — Что-нибудь еще? — кокетливо поинтересовалась молодая девушка. — Да, — Пабло положил шоколадку, которую невпопад схватил с прикассовой зоны, — и вон ту мааааленькую коробочку, — он указал за спину девушки, где на рекламном щите в ассортименте висели пачки с презервативами. — Это не для тебя, — буркнул через плечо Бустаманте, предполагая мое возможное возмущение. Продавщица игриво хихикнула в кулак, не давая раскрыть мне и рта. Мне захотелось накрутить ее гидроперитные волосы на кулак и размазать ее неумытое личико по кассе. — Это все? — Да, — Пабло опять же с вежливой улыбкой на своем лице протянул ей карту, а другой свободной рукой заткнул мне рот, потому что я была уже на грани того, чтобы вслух выкрикнуть, что Бустаманте забыл оплатить кепку и очки. — Ваш чек, пожалуйста. — Спасибо, — обращаясь к девушке на кассе, Пабло жеманно придвинул ей шоколадку по товарной ленте, — а это вам. Моему возмущению не было конца и края, когда мы вышли на улицу, — Зачем ты украл эти вещи, ты же мог за них заплатить?! — я установила руки в бок и принялась нервно трясти ногой. Пабло пошел дальше, на ходу оправдываясь за свое поведение. Мне пришлось пойти следом за ним. — Зачем платить, когда можно украсть? Ты сама ответила на свой вопрос. Тем более, это сеть супермаркетов моего отца, так что, считай я украл у себя. Я остановилась и упрямо стояла на своем. — Нет, ты должен был заплатить! — Я заплачу, обещаю, у меня просто превышен месячный лимит по карте, — было видно как Пабло стало не по себе от сказанной им правды. Он сдвинул кепку, и нервно потирая лоб левой рукой, обреченно уставился в серый асфальт.— Как только мне переведут деньги за концерт в клубе, я все возмещу! — Ладно, — я неуверенно пошла дальше, а потом вслух задалась новым вопросом. — И как же мы собирались сегодня веселиться без гроша в кармане? — Принцесса, — заводя мотоцикл, Пабло игриво указал мне головой занять пассажирское сидение позади себя. Он опустил защитное стекло на шлеме и произнес с видом царствующего на троне короля,  — уж об этом не беспокойся! *** Место, в которое меня привез Бустаманте, было из разряда тех, в которые случайно не забредешь. Бар в полуподвальном помещении, с темным освещением по периметру стен и с бильярдными столами в отдельном зале, именуемой лаундж-зоной, находился в самом криминальном районе города, можно сказать, на самых задворках Буэнос-Айреса. Войдя внутрь, мы присели за барную стойку, и я тут же почувствовала себя не комфортно, когда один из мужчин, сидевший рядом со мной, просканировал похотливым взглядом мои голые ноги. Пабло заметил этот вызывающий жест незнакомца, но не стал выяснять с ним отношения, а просто пересел на соседний стул, закрывая ему обзор. — Что это за место? — фыркнула я, брезгливо укладывая локти на сплошь и рядом исписанную деревянную поверхность. — Здесь весело, скоро подтянется народ и начнется настоящая вечеринка. Тем более, только здесь нам нальют бесплатно. — Почему? — Бустаманте даже не успел мне ничего ответить, как ярко-накрашенная молодая барменша с пирсингом в правой брови оказалась прямо перед нами. — Паблито, дорогой мой… — протянула она, целуя его прямо в губы. Поцелуй был не слишком интимным, но и на дружеский чмок тоже не тянул.  — Ты что-то не особо балуешь нас своими визитами в последнее время. Я смотрю у тебя новая девушка, — барменша обошла стойку и по-хозяйски уложила руку на плечо Бустаманте. — Я не его девушка. — Она не моя девушка, — одновременно произнесли мы с Пабло после чего посмотрели друг на друга. — Мариса меня не любит, — закатывая губу, точно какой-то маленький ребенок, он пожаловался, призывая сочувствие к собственной персоне. — Как тебя можно не любить, лапуля? — усомнилась барменша и еще раз чмокнула Бустаманте в щеку. Пабло указал на меня глазами в жесте, «ты это слышала?» — Я ей тоже самое твержу, а она не верит! — Ладно, ха-ха, это очень смешно, — я изобразила кривую улыбку. — Я, Мариса, — протянув руку девушке для знакомства, она сразу же ее пожала. Рукопожатие было крепким, хотя сама барменша на вид была не больше сорока килограмм. — Я Ви, — она резко потянула меня на себя и прошептала на ухо, — даже не думай связываться с Бустаманте. Это не прозвучало как предупреждение, а скорее как простая шутка. — Эй, вы же только познакомились, когда вы так спелись? — Не обижайся, красотуля, — Виктория щелкнула Пабло по носу, а тот на лету попытался словить ее палец, чтобы прикусить его зубами, — ты же знаешь, моя любовь к тебе навечно. — Ви… — протянул Бустаманте, хватаясь за сердце, — я тоже люблю тебя. И однажды женюсь, я же всегда держу данное мной слово. — Ой, не заливай! — Виктория отрешенно махнула на него рукой и принялась исполнять только что поступивший заказ. У нее очень ловко и умело получалось смешивать коктейли в шейкере. — Такие как ты никогда не женятся! — Почему это?! — вдруг возмутился Пабло. — Потому что ты бабник, таскающейся за каждой юбкой и собственная свобода для тебя важнее всего на свете. Виктория указала на меня пальцем в жесте, «совершенно верно детка», и улыбнулась во все свои тридцать два зуба. — Мне нравится эта девчонка! Где ты ее нашел? Пабло сделал глоток пива, который Ви любезно поставила перед его носом и произнес, удовлетворенно выдохнув, когда распробовал пенистый напиток на вкус. — Бродяжка, — Бустаманте просто пожал плечами. — Воровала в хлебном отделе в супермаркете. Купил ей поесть, вот она за мной увязалась. Я подняла шутку Пабло на смех, ударив его кулаком в плечо. — На самом деле мы одноклассники, — я обратилась к Ви и поблагодарила ее за свой напиток, поднимая свой бокал с узкой соломинкой в воздух. — Ааа, так вот где я тебя видел, — Бустаманте усердно продолжал играть роль идиота, — это ты списала мою домашку по литературе? — Да, — я сузила глаза, ртом играя с трубочкой в своем бокале, — и по математике и физике и так далее… — Какими судьбами здесь? — уточнила Ви, натирая барную стойку, когда разделалась со всеми вновь прибывшими заказами. — Мы решили сегодня забыться и напиться. — Принято, — барменша махнула головой, — что вам предложить? — Принцесса? — Пабло оставил право выбора за мной, а сам пошел танцевать. — Простите, не могу удержаться, сделай по-громче, Ви! — крикнул он, когда уже полностью отдался ритму и музыке. На самом деле песня была дурацкая, как и глупая попытка Пабло избежать нашего с Ви общества. Я решила пройтись по текиле, и пока моя новая знакомая нарезала лимон в качестве закуски, я следила за Бустаманте на танцполе и в одного «нарезала» любимый мексиканский напиток. Алкоголь приятно обжигал внутренности, а когда на телефон поступил тысячный звонок от Сони, я его выключила без всякой задней мысли и убрала в карман. Наши развлечения, связанные с дегустацией всех алкогольных напитков, что были в баре, продолжились. В какой-то момент, Пабло приказал мне надеть солнцезащитные очки, и сам, натягивая кепку на глаза сделал тоже самое. Он объяснил это тем, что хоть клуб и не совсем популярный у журналистов, но тем не менее, обязательно найдется такой смельчак, который снимет наши развлечения на телефон и сольет все в интернет. Проблемы с отцом, касаемо моего противоречивого имиджа в противовес его политической карьеры на данный момент были нужны мне меньше всего на свете, поэтому я и не думала перечить Пабло. Так мы и провели несколько часов, отрываясь на танцполе или прожигая время за баром, в очках как два пафосных придурка. Неоновый свет от флюоресцентных ламп забрезжил в стеклах, попадая в такт музыкального бита. Танцпол качало драйвом. — Или у меня уже в глазах двоится от выпитого, или я только что видела здесь Паулу, — я сообщила свое умозаключение Пабло, чуть приспуская очки на переносицу и указала на кого-то в толе. — Конечно, — ни капли не сомневаясь, в наш разговор влезла Виктория, — она же здесь работает. Смена Ви уже подходила к концу, поэтому она поддержала нас в распитии текилы, каждый раз эротично слизывая соль с татуированной руки. Я перевела суровые глаза на Пабло, а он, опрокинув очередную стопку и заметив на себе мой пристальный взгляд, состроил физиономию полную удивления: — Да, ладно, тебе! Правда что ли? А я и не знал! Вот же мир тесен, — он попытался улыбнуться, но я была непреклонно строга в своем взгляде, от чего наигранная улыбка быстро слетела с его губ. Я соскочила с высокого барного стула и со словами, «мне срочно нужно в туалет», направилась в сторону уборной. — Подожди, — рванув следом, Пабло, дернул меня за руку, когда я уже почти скрылась за дверью туалетной кабинки. — Это женский туалет, тебе сюда нельзя, — я попыталась захлопнуть дверь, но не вышло. — Мне везде все можно, — он словно не обратил никакого внимания на мои слова. — Так всегда учил меня Серхио Бустаманте. Что не так, принцесса? — Пабло с пьяну склонил голову набок. — Ты спрашиваешь у меня??? Бустаманте наигранно задумался, вглядываясь в очертания белого глянцевого потолка, — да. — Тогда читай по губам, Бустаманте, — я прочертила невидимую молнию. — Не желаю быть разменной монетой в чьих-либо отношениях. Ты притащил меня в бар, где работает твоя девушка! Твоя нынешняя девушка! Я не знаю зачем ты это сделал, но мне это все не нравится. Хотел заставить ее ревновать — нашел бы себе какую-нибудь шлюшку на танцполе! — Хорошо, тебе это не нравится, я понял. Принцип первый — обозначить проблему. Нет, он точно надо мной издевается! — Это не смешно, — зло процедила я сквозь зубы. — Выйди, мне нужно пописать! — Я подожду тебя там, — Бустаманте указал пальцем на входную дверь. — Не нужно, я все равно ухожу отсюда. — Хорошо. — Хорошо? — я высунула голову из кабинки, и выкинула свои очки к чертовой матери. Голова закружилась еще сильнее. — Ты не так должен со мной разговаривать, — кажется я уже была конкретно не в себе, и алкоголь играл на моем настроении как на клавишах пианино. — А что я должен был? — Ты должен сказать, что мне некуда идти, и сейчас ночь, а на улице может быть очень опасно. — Вот видишь, ты сама это понимаешь, принцесса. — Аррр, — прорычала я в полном бешенстве, — уходи, ненавижу тебя! И не называй меня больше принцессой! — Хорошо, — Пабло обезоруживающе поднял руки над головой, от чего его футболка оголила часть живота. Он слегка пошатнулся, облокачиваясь на стену, — считай, что я уже ушел. — Вали, давай уже! И знаешь, что? — как любой не совсем трезвый человек в такой ситуации, я противоречива сама себе и жаждала этого разговора. — Ты, Бустаманте, — мой палец грозно уставился в его лицо, — делаешься таким невозможным, когда выпьешь! — Я — только когда выпью, а ты всегда невозможная! — Скройся с глаз моих!!! — крикнула я что было сил, и кажется даже перекричала музыку, звучавшую в баре. После его ухода, я, обреченно рухнув на крышку унитаза, возмущенно пнула ни в чем не повинную дверь и принялась плакать, сама не зная почему. — Хватит, Мариса, ты со всем справишься! — приказала я себе, стоя уже у зеркала. Я умылась, промокнула лицо бумажной салфеткой, и расслабленно выдохнув, отпустила ситуацию. Далее предстояло самое сложное — гордо покинуть клуб с высоко задранной головой, при этом ни разу не споткнувшись и не натыкаясь на стены. Пробираясь через толпу на танцполе, подверженную влиянию ритмичной музыки и алкоголя, я целенаправленно устремилась к выходу. Заметив как Пабло прижал к барной стойке Паулу и что-то настойчиво объяснял ей на пальцах, близко склонившись к ее уху, я вспыхнула словно пожар. Только вдохнув в себя свежий воздух на улице, я почувствовала долгожданное облегчение и свободу. Но ненадолго. Мое личное пространство нарушил случайный пассажир, который явно был «подшофе», впрочем как и все посетители в этом злачном заведении. — Красотка, пойдем со мной, тебе понравится, обещаю. Брезгливо скидывая с себя его руки, я оттолкнула незнакомца, но его касания были настолько крепкими и властными, что в одиночку мне было не справиться. При все при этом, он был раза два выше и плотнее меня. — Отвали, дядя! Я же сказала, не трогай меня! — А вот теперь мне действительно стало не до смеха. Паника на грани истерики накрыла меня с головой. В такие моменты вспоминаешь и папочку и мамочку, и очень сожалеешь о том, что ты нехорошая девочка, которая в столь поздний час уже давно спит в своей розовой комнатке. — Куда ты уходишь, красавица, — шею обожгло горячим дыханием с резким запахом алкоголя. — Мы еще с тобой не закончили. У нас с тобой будет своя вечеринка. Мужчина попытался схватить меня за бедра, но я со всей силы вырывалась. Мое лицо исказилось маской боли и отвращения, а незнакомец все продолжал бесцеремонно хватать меня за все части оголенного тела. — Ты не понял? — я услышала за спиной голос Пабло, и мысленно прошептала про себя, «слава Богу.» — Руки свои убрал! — Что ты там сказал, щенок? — незнакомец двинулся на Бустаманте, отчаянно сжимая свои кулаки. Пабло замахнулся первым, но промахнулся и пропустил подачу, угодившую ему прямым ударом в челюсть. Получилось не слабо, но из-за то, что он успел увернуться, крови и рассечения на лице почти не было. Но в следующий момент Пабло собрал последние силы и прямой удар левой пришелся прямо в нос негодяю. — Блядь! — от боли Бустаманте затряс рукой, запачканной кровью. А после скомандовал, склонившись над побежденным, — валим отсюда, быстрее!!! По всей видимости, борзый незнакомец был в отключке, а его друзья вышедшие на улицу, были готовы прийти ему на помощь и смело ринуться в бой. Я бежала сломя голову, и обернулась только лишь затем, чтобы посмотреть далеко ли от меня находится Пабло. И в следующую секунду почувствовала касание руки и уверенный толчок вперед. — Беги, даже не думай останавливаться! С этой мыслью в своей хмельной голове я, рука об руку с Пабло, пробежали несколько кварталов без остановки. Когда погоня прекратилась, мы остановились в одном из темных переулков, неосвещенных фонарями, чтобы перевести дух и немного прийти в себя. — Отлично бегаешь, принцесса, — пробормотал Пабло через одышку, — совсем не так как плаваешь. Я подняла растерянные глаза и продолжила восстанавливать дыхание, все еще тяжело дыша. — Ты в порядке? — произнес Пабло на выдохе. — У тебя здесь кровь, — я посмела дотронуться до его рассеченной губы. — Ерунда, — он махнул рукой, — подскользнулся на кафеле в туалете. — Ты никогда не думала, почему в заведениях, где присутствует выпивка в уборный всегда настелен скользкий кафельный пол? — Бустаманте все продолжал ерничать, пока я исследовала его лицо на наличие новых ссадин и повреждений. На самом деле ему не слабо досталось. — Спасибо, — то ли из жалости, то ли от всего того, что на меня навалилось, я уткнулась в его в грудь, закусывая губу от слез, — я так испугалась. Пабло был явно озадачен моим внезапным порывом, и как только понял что к чему, ободряюще принял меня в свои объятия. — Ты действительно решила побродить по ночному городу в полном одиночестве? -он словно пытался меня отчитать, но делал это в своей собственной манере, без наставлений и прочего дерьма. — Вот сумасшедшая! И это после того, как я купил тебе новые шмотки? Все его позерство и слова были направлены только на то, чтобы меня развеселить. Заливаясь слезами, я оторвала голову от его груди. — Ты купил их в супермаркете!!! — Да, но деньги то были последние! А это между прочим, очень широкий жест. — Заткнись уже, — я легонько ударила его кулаком, и по новой принялась распускать нюни на его широкой груди. — Меня никто не любит, даже мой отец! И защитить меня некому, я хочу быть слааабой! — Ну что мне сделать, чтобы ты перестала лить слезы? Боже, я это просто ненавижу, — вымученно простонал Пабло, — что угодно:  бей меня, кричи, ругайся, только не плачь больше. А хочешь, — в его голове словно созрел какой-то план, — я куплю тебе мороженное, вы же девчонки любите мороженное, да? — Я не люблю, — мне не хотелось отпускать его от себя, и поэтому я прижалась к Пабло еще сильнее. Мне сейчас была так важна чья-либо поддержка, что даже Пабло Бустаманте, которого я ненавидела всеми фибрами своей души, под определенным градусом алкогольного опьянения, казался мне идеальной кандидатурой в качестве «жилетки». — Тогда почему в фильмах бабы все время заедают расставание с парнем ведёрком мороженного, сидя с ложкой во рту перед слезливой мелодрамой? — Я не знаю, тем более у тебя все равно денег нет. — Денег действительно нет, — повторил он мое умозаключение как данность. — А хочешь на карусели прокатимся, как в детстве? — А? — я не поняла, что конкретно имел в виду Пабло, но все же подняла голову, в след его выставленного вперед пальца. Перед взглядом предстала картина мигающей различными огоньками карусели с разноцветными лошадьми, точно из детства. Мои глаза загорелись. — Как ты за это заплатил? — Лучше не спрашивай, — обронил Пабло, усаживая меня на одну из розовых пони. Я обратила внимание на то, что на его руке отсутствуют часы. — Ты что отдал ей свои дорогущие часы, за то чтобы мы покатались на дурацкой карусели? — Ну во-первых, она не дурацкая! Во-вторых, я заплатил за индивидуальный неограниченный прокат под ночным небом, — палец Бустаманте устремился вверх, а за ним и последующие, когда он продолжил свое перечисление: — В-третьих, часы подделка, их мне Гвидо подогнал, а в-четвертых, это просто вещи, а вернуться в детство — бесценно! Если можно было бы поцеловать человека без всяких на то последствий, или попросту стереть этот поцелуй из его памяти, я бы определенно сделала это прямо сейчас с Бустаманте. Кажется алкоголь окончательно притупил мой радар на придурков. Пока Пабло бормотал какую-то белиберду про технику безопасности, я начала размышлять о том, как в этом парне уживаются две диаметрально противоположные личности. Одна из которых — дерзкая и отталкивающая, а другая — ранимая и безумно притягательная. Тетенька за пультом управления запустила карусель, и та медленно закружила нас по кругу. Из колонок, прикрепленных к основанию, раздавалась приятная мелодия, словно из музыкальной шкатулки, а вокруг мигали разноцветные лампочки и огонечки. Было так здорово, словно я побывала в волшебной стране, где любое твое желание может быть исполнено. Эта карусель вскружила мне голову настолько, что я уже не хотела возвращаться из мира грез и фантазий в суровую реальность. Мимо меня как в калейдоскопе пролетали мигающие витринные вывески и рекламные плакаты, люди, которые так же как и мы, не спешили оказаться дома. И когда все закончилось, я снова сникла и загрустила. — Что такое? Я помотала головой в качестве своего протеста: — Все хорошо. — Тогда я спрошу еще раз, — Пабло осторожно поднял меня за подбородок, чтобы посмотреть в мои глаза. Мои брови сдвинулись на переносице, а губа самопроизвольно потянулась вниз. — Я не хочу, чтобы этот день заканчивался. Не хочу возвращаться ни в колледж, ни домой. — Вот глупая, — Пабло возмущенно закатил глаза, — я и не думал об этом… Мы же только начали свое приключение! — И что будем делать дальше? Где мы будем ночевать в конце-концов, под открытым небом? Это безумие, и при том, это романтично, только когда с любимым человеком. — Ауч, — Пабло издал звук, будто его сердце пропустило предательский удар, — а вот сейчас было обидненько. Расслабься, принцесса, у меня есть своя квартира. Я замолчала, понимая, что добровольно ночевать в одной квартире с Бустаманте это чистое самоубийство. Сумасшествие, в общем что угодно, но только не это. Однако его прерогатива меня озадачила. Чтобы хоть как-то скрыть свои раздумья и муки совести, я перевела все на шутку. — Так уж и твоя? Наверняка отец подарил, чтобы ты смирненьким был? — А…нет, — Пабло будто что-то вспомнил, — то другая квартира, я ей не пользуюсь. Эту я купил на то, что сумел заработать в группе. Я в очередной раз прикусила себя за язык и пала духом, потому что снова оказалась не права на его счет. То ли Бустаманте заметил, то ли действительно умел врать, глядя прямо в глаза и при этом не краснеть, но после паузы, Пабло словно передумал: — Конечно, предок подарил. Откуда у меня столько денег? Так ты идешь? На мой телефон поступил очередной звонок от Сони, и на этот раз, вспоминая о случившемся после бара, я решила ответить. Подав Пабло знак того, что мне нужно взять мобильный, я оставила за собой время еще раз поразмыслить насчет нашей ночевки в его квартире. — Да, мам? — Марисочка! Дорогая моя, скажи, что ты в порядке? — Все в порядке мам, правда. Отец рядом? — Нет, он опять куда-то поехал среди ночи. — Понятно, — я замолчала, потому что не могла больше говорить без слез. — Мам, не говори ему пожалуйста ничего, я останусь ночевать у старой подруги, — я перевела молчаливый взгляд на Пабло, а потом повернулась к нему спиной и прошептала в трубку: — Не волнуйся пожалуйста, я тебя очень люблю. Целую. — Ну не такой уж я и старый! — наигранно обижаясь, возмутился Пабло, когда я повернулась. — Жду не дождусь как мы оденем пижамки и будем рассказывать друг другу секретки с фонариком под одеялом. Внутри меня все сжалось, но виду я не подала, а просто зашагала вперед. — Нет? Не будем? — переспросил Бустаманте, в очередной раз строя из себя шута, а после этого поравнялся со мной и больше не открывал рот без надобности. *** — Располагайся, чувствуй себя как дома, — Пабло включил в прихожей свет. — Но в этой квартире есть некоторые правила: ноги на стол не класть, пИсать строго в унитаз, и самое главное,  поел — помой за собой посуду. — Думаю с этим проблем не будет, — я разулась, осторожно оглядываясь по сторонам. Квартира была двухуровневая. На второй этаж, где по всей видимости находилась спальня, вела лестница, а весь интерьер квартиры, если говорить в общем, напоминал модный стиль «хай-тек.» Минимум мебели-максимум навороченных гаджетов и пространства. — Так, что еще, — озадаченно теребя нижнюю губу, Пабло открыл дверь, — здесь ванная с туалетом, там кухня, — он указал пальцем в сторону яркого гарнитура, — а на втором этаже кровать. Как джентльмен, я тебе уступаю свою мягкую постельку, а сам посплю на диване. Оценивающе осматриваясь вокруг, я медленно начала двигаться по лестнице вверх. — Уступаешь потому что ты хороший мальчик?! — Ну разумеется, — от моего взгляда не ускользнул тот момент, когда Пабло технично стащил с перил предмет женского нижнего белья и суматошно спрятал его в своем кармане. — Ты не заменишь мне постельное белье, на всякий пожарный? — Обижаешь, моя кроватка девственно чиста, но как хороший хозяин я выполню твою просьбу. — Спасибо. — Всегда к вашим услугам, принцесса. Возьми из моего гардероба что пожелаешь и переоденься, а я пока налью нам что-нибудь выпить. Пока голос Пабло растворялся в открытом пространстве квартиры, я обратила внимание как аккуратно была заправлена его кровать. Словно это сделала девушка, или домработница. Мне до последнего не хотелось верить в то, что Бустаманте такой чистюля по жизни. — Предпочитаешь не понижать градус? — Ага… — ответила я словно на автопилоте, и отворила разъезжающиеся дверцы гардеробной. И там был идеальный порядок на всех полках: — все вещи лежали каждая на своих местах и были подобраны строго по цветам. — Извини за бардак, я давно не убирался, — это явно было сказано с долей сарказма, и я не смогла сдержаться, чтобы не улыбнуться. — Ничего, ты же не знал, что я приду. — В следующий раз, я тщательно все тут отдраю! — Пабло намеренно сказал это как можно громче, предполагая, что я все еще нахожусь на втором этаже. — Следующего раза не будет, — прошептала я, стоя за его спиной. За то время, что Пабло намешивал нам что-то в бокалы, я переоделась в самую что ни на есть длинную футболку, которая была у него в гардеробе. Бустаманте моментально среагировал на мой голос, повернулся со стаканом в руке и вскользь пробежался по моей фигуре. — Отличный выбор, — несмотря на свои слова, Пабло явно был огорчен моим конечным результатом. — У меня там еще и красненькая такая же есть, — подметил он весьма учтиво. — Да, я видела, только она едва ли прикрывает мою огромную сицилийскую задницу, — я намеренно напомнила ему о сказанном им оскорблении в мой адрес перед всем классом. — А… — Пабло усмехнулся и предложил мне бокал, — ну тогда хорошо, что ты выбрала именно эту. Совсем забыл рассказать тебе еще одно правило, никто не ходит в моей квартире голышом, кроме хозяина, разумеется. — Разумеется, — я посмотрела на Пабло поверх дна своего бокала и переместила глаза на предмет, полностью завладевший моим вниманием. — О, у тебя и бильярд есть? — Да, — Пабло двинулся за мной, поставив свой прозрачный стакан на зеленое сукно. — Ты играешь? — Отец учил меня в детстве. Говорил, что это игра аристократов. — А, ну-ка, проверим кто из двух отцов оказался более серьезным наставником. Сразимся? — Пабло перекинул мне кий через весь стол, и я одной рукой словила его на лету. — Хорошо, только для начала я обработаю твою рану, а то ты зальешь свой кристально чистый пол кровью. Мне жаль труды твоей домработницы. — А с чего ты взяла, что это домработница… — Тогда девушка? — я вопросительно вскинула брови. — Да, ты совершенно права, — Пабло был вынужден согласиться, — это домработница. — Где тут у тебя аптечка? Бустаманте прошел на кухню и достал из одного из шкафчиков пластмассовую коробку. Я взяла вату и промокнула ее в перекиси. Когда я протянула руку, что обработать рану на его лопнувшей губе, Пабло оказался стоять слишком далеко от меня. Запрыгнув на бильярдный стол, я слегка раздвинула ноги и пригласила подойти ближе, постукивая по своей коленке. — Иди, я не кусаюсь. — После того как ты на моих глазах разделалась с моим мотоциклом, я уже на этот счет сильно сомневаюсь. Бустаманте даже не дернулся со своего места. — Хватит болтать. Я тебе все верну, как только смогу, честно. — Да, ладно, — Пабло шагнул чуть вперед, и по началу не зная куда деть свои руки, долго водил ими на столе прямо в аккурат моих бедер. — Так достаточно, — прошептала я, когда близость наших тел была уже запредельной. — Ага… — протянул он, стараясь не смотреть мне в глаза, и молчаливо уставился в потолок. Я коснулась его раны ватой, и интуитивно почувствовав жгучую боль на собственных губах, подула на место рассечения. — А ты знала, что… — он снова принялся болтать что-то невпопад, стараясь скрасить неловкую тишину, возникшую между нами. — Тч… помолчи… Я почти закончила. — Хорошо. Что??? — Пабло чуть дернулся назад, — ты только что сказала, что кончила? Правда? У вас такое случается, просто от прикосновения? Он улыбнулся точно какой-то озорной мальчишка. — Вот, здорово! Я не удержалась и принялась отчаянно смеяться. — Почему ты все время все серьезные моменты переводишь на шутку? — мне было тяжело держать свой смех при себе, но я хотя бы попыталась. — Не знаю, — Бустаманте пожал плечами, — так проще жить. И потом, ты слышала, что смех продлевает жизнь? — Слышала… — Ладно, Мариса, — тон его голоса резко изменился и стал серьезным, — почему ты так нервничаешь сейчас? Весь вечер ты была собой, мы веселились и отлично проводили вместе время, а теперь ты снова как в танке. — Тебе просто показалось, — я выбросила вату в мусорное ведро, — закончили. — Слушай, если тебе неловко ночевать здесь со мной, то я могу переночевать, где угодно. Или ты думаешь, что я разболтаю об этом всему колледжу? Можешь не переживать, такого не случится. И уж поверь, я не собираюсь к тебе приставать, — Пабло хищно улыбнулся, — если конечно ты сама меня об этом не попросишь. — Хорошо, давай уже начнем нашу партию. Не терпится показать тебе победный дух Спирито. — Смотри, как бы потом не пришлось плакать из-за Бустаманте! Расхаживая с кием у бильярдного стола, я прицелилась и разбила все шары на центре игрового поля. — Только не в этой игре, хороший мальчик! Стакан за стаканом, удар за ударом, и я сама не заметила как стрелки часов перевалили за два часа ночи. — Ты действительно играешь неплохо… — Пабло, опираясь на кий одной рукой, терпеливо ждал моего последнего решающего удара. — Да, и когда я сумею нормально прицелиться, — я прищурилась, наметив траекторию удара, но перед глазами все плыло, как при головокружении, — покажу тебе, что значит настоящий удар Спирито, когда все оставшиеся на столе шары окажутся в лузе. — Ты светишь трусами, Спирито, — Бустаманте не упустил шанса подстегнуть меня. Он отвесил в мой адрес очередную шуточку ниже пояса, намекая на то, что я слишком сильно нагнулась для того, чтобы произвести удар. — Просто туда не смотри! — Во мне бутылка текилы и девушка, расхаживающая передо мной в моей же футболке. Я нормальный здоровый мужик, я не могу на это не смотреть! Все мое внимание было сосредоточено на шаре находящемся чуть правее от крайней лузы, поэтому я пропустила очередное высказывание Бустаманте мимо ушей. — И… — мой кий четко вошел в сукно, вместо того, чтобы дать центробежную силу предпоследнему шару на бильярдном столе. — Черт, — я ударила себе ладошкой по губам и пропищала: — Прости. Почти с минуту Пабло просто стоял молча и пялился на зияющую дыру в зеленом сукне. — Сначала ты испортила мой мотоцикл, — голос Бустаманте звучал обыденно, как будто он рассказывал о том, что только что помыл грязную посуду после ужина, — потом бильярдный стол, я уже боюсь показывать тебе свою машину, Спирито. Закончили игру, — Пабло перенял из моих рук кий и повесил его обратно на стену. — Ты просто ходячая катастрофа, принцесса. Ты знаешь об этом? — Я не специально, прости. — А ты сиськи покажешь? Я насупилась, уже нисколько не сожалея о казусе с его бильярдным столом. — А в лоб не хочешь? — Значит ты еще соображаешь… — А что хотел воспользоваться своим положением? — Не совсем, хотел предложить тебе пойти спать. — Я не хочу спать, у тебя есть сигареты? Так курить хочется… — Есть, но я тебе их не дам. Я презрительно сузила глаза, и одела на лицо усмешку, — сейчас скажешь, что девушке это не идет? — Нет, дело твое… просто завтра голова будет болеть еще сильнее. А я не хочу быть у тебя на побегушках, ну знаешь, «принеси водички, то се.» Именно в этот самый момент я окончательно осознала какая черта меня так привлекает в Пабло. Он не старается загнать меня в рамки, не поучает и не осуждает, как многие, при этом всегда открыто высказывает собственное мнение, от чего я чувствую себя по настоящему свободной и защищенной одновременно. — Ну перестань, Бустаманте, — вымученно простонала я. — Нет, даже не уговаривай, тем более курить в моей квартире, строго-настрого запрещено. — Это еще одно твое дурацкое правило? — Да, во избежание пожароопасных ситуаций. — Пабло… я правда курить хочу. — Ничего не знаю, — когда он раздраженно поправлял джинсы, сигаретная пачка, выпала из его заднего кармана. Я воспользовалась ситуацией, и ринулась ее отбирать. — Ну хватит, ну перестань, — Пабло принялся меня щекотать, отчего я визжала и размахивала ногами в разные стороны. Моя футболка задралась, а наши препирательства на полу, со стороны больше напоминали невинную детскую шалость. — Пабло, я сдаюсь! Я сдаюсь!!! — прижимая локти ближе к себе, и закрываясь от его цепких рук, я хохотала как безумная. — Так то лучше, — он ударил ладонью об ладонь, знаменуя это тем, что покончил с тяжелой работой, — хотела меня облапать, могла бы просто попросить. Как только он отвернулся и закинул пачку на самый верх гарнитура, я напала на него сзади. — Что ты наделал, Бустаманте? Он резко обернулся, принимая на себя мою новую атаку, и в таком положении, мы оставались прижатыми друг к другу довольно долго. Мой взгляд медленно опустился на его губы и остановил свое движение только тогда, когда я пальцем коснулась его нижней припухшей губы. — Не делай так больше, принцесса, ты слишком пьяна. Я видела как дернулся его кадык, когда Пабло сглотнул и его голубые глаза пристально продолжили следить за моими. Не слушая его предрассуждений, я накрыла его губы легким поцелуем. То что получилось спонтанным и не совсем осознанным, переросло во что-то сумасшедшее и срывающее нам обоим крышу. Пабло запустил в мои волосы пальцы и со стоном вжался в меня. В одну сотую долю секунды он подхватил меня на руки и понес к бильярдному столу. Мои ноги обвились вокруг его талии, а пальцы крепко сцепились за его шеей. Я еще сильнее прильнула к его телу, и теряя последние крупицы рассудка, продолжила целовать Пабло. Он жадно впивался в мои губы, настойчиво раздвигая их языком. Во рту я отчетливо ощущала соленый привкус его крови, от чего во мне проснулись все животные инстинкты одновременно. — Стой, стой, Мариса, подожди. Это не совсем правильно. — Позволь мне решать, — я вновь потянулась к его лицу, но Пабло отстранился, упрямо стоя на своей твердой позиции. — Это просто секс! — Да, для меня, но не для тебя, Мариса. По его лицу было видно как нелегко ему даются эти слова, но тем не менее он продолжил: — Послушай, если завтра твое желание останется неизменным, тогда мы непременно продолжим, я обещаю. Но сейчас в тебе говорит алкоголь, завтра проснешься с трезвой головой и все осознаешь. Я не хочу быть следующим придурком в твоей сексуальной жизни, о ночи с которым, ты потом будешь сожалеть. — Намекаешь, что я сплю с кем попало? Да пошел ты! — я оттолкнула его от себя, но Пабло лишь только криво усмехнулся. — Ты надо мной посмеяться решил? Если бы ты не хотел, переспать со мной, то зачем тогда вообще помогал весь день? — Что? Ты совсем с катушек съехала? — он коснулся пальцем своего виска. — Думаешь мне уже и трахнуть некого? Проснись, родная, мир не только вокруг тебя одной вертится! — Ты сразу все это спланировал? Чтобы мне побольнее сделать, да? — Что спланировал? — устало переспросил Пабло. — Ты бредишь, Мариса! — Думаешь, что я слишком много выпила? Типа я алкоголичка законченная и сама не ведаю, что творю? Ты самовлюбленный лизоблюд! Будь проклят тот день, когда я тебя встретила! — Ты закончила? — Нет! — отчаянно выкрикнула я. — Закончила! — твердо заявил Пабло и снова притянул меня к себе. Не давая мне опомниться, он заглушил весь мой тихий протест одним жарким поцелуем. — К черту все! Спать я с тобой не буду, — предупредительно произнес Бустаманте, глядя мне в глаза при очень близком расстоянии, — но мы немного пошалим… Совсем чуть-чуть, принцесса, а потом спать! Да? Проглатывая ком в горле, я чуть заметно ему кивнула. — Да? — переспросил Пабло еще раз, и подтверждая свои же собственные слова, умиротворенно полушепотом вдохнул в мои губы протяжное, «дааа…»