Омежка для профессора

      — Ну и погода, — недовольно буркнул альфа, собирая все бумаги в портфель.       Намджун любит зиму, только когда она красивая и спокойная. Когда снежинки падают, как пушинки, а не как метеориты.       — Тц…       Снова вспомнил разговор с омегой. От него на самом деле так неловко, потому что давно Намджун так не парился насчет омежки. Да когда он вообще парился насчет них. Может в какой-то степени Намджун козёл, но у него не было планов влюбляться в студента. Но он влюбился, ничего уже не попишешь.       Хорошо, что не стервозный, иначе бы это закончилось очень плохо. Впрочем, как и у всех.       Альфа вздохнул, думая над своей последней фразой. «Не будет церемониться», а как же? Что вообще на него нашло. Его как будто выбили из колеи. Все внутри место себе не находит, как и у Пака. Да и еще в последние дни нахлынула странная тревожность, будто что-то вот-вот случится.       Идя по лестничной площадке Намджун ухмыльнулся, подумав про очередную проверку. Они же любят, люди из министерства образования, ни с того ни с сего приезжать. Точно, именно это и будет. Значит надо уже печатать отчеты. Черт.       С такой мыслью Намджун продолжил спускаться вниз с четвертого этажа, как в голову что-то ударило.       Тудум.       Запах, он повсюду. Спелые персики ударили по носу, заставив Намджуна остановиться посреди ступенек, чтобы понять какого черта происходит. Что это? Откуда он? Чей он?       Сердце невыносимо сжалось и начало бешено стучать, а тревожность превратилась в целую панику, будто именно сейчас все живое исчезнет.       Альфа снова вдохнул этот аромат и насторожился еще больше. Это похоже на те нотки, которые кое-как пробивались из-под духов Пак Чимина.       — Чимин…       Альфа ошалело посмотрел вниз спуска между перилами. Внутри все застыло намертво, будто затишье перед бурей.       — Чимин!       Бомба проти́кала последний свой тик и взорвалась, будто ждала, пока до альфы дойдет осознание того, что у омеги, в которого Ким влюбился, началась течка. И она еще не успела даже разогнать пыль сомнений, а альфа уже со всех ног бежит, перепрыгивая каждые три ступеньки, чтобы спасти того, кого должен был беречь с самого начала.

***

      — Боже, Чи, когда ты стал таким тяжелым? — кряхтит Тэхен.       — Давай, потихоньку, — подбадривает Юнги.       Как же хорошо, что медпункт на первом этаже, но довольно далековато, к сожалению. Они отвели бы Чимина и в сторожку, которая намного ближе, но там некуда прилечь нормально, да и к тому же охранник альфа, пусть и старый, но альфа. В надежде, что там доктор, и он хоть как-то сможет помочь, друзья тащат течного омегу на плечах.       У Пака голова идет кругом, все плывет, ноги почти не держат. Он не думал, что будет настолько все ужасно: зад зудит, все так болит, голова трещит по швам, страх чего-то необъяснимого окутал с ног до головы.       — У-у-у…       Чимин вяло кое-как перебирает ногами и обрывисто дышит, пытаясь ускориться. У них медбрат добрый, поэтому Чимин поскорее хочет оказаться там, чтобы омега в халате как ангел его бы успокоил. Может даст таблетки, хоть что-то. Плевать, что нельзя, он лучше умрет, чем вытерпит эти семь кругов ада.       — Почти пришли, Чи, еще чуть-чуть…       Юнги распахнул дверь в помещение, где за столом сидел омега в халате и что-то записывал, но как только увидел трех посетителей вскочил со стула и направился к ним.       — Что случилось?!       — Тэмин-хён, у Чимина течка началась! — голосит Мин, помогая Чимину дойти до кровати.       — В чем проблема? Блокаторы с собой носить надо! Зачем вообще на занятия идти надо было?!       Медбрат, начал копаться в шкафчиках, пока омегу усаживали на кровать под тихий плачь.       — У него первая, первая! — уже говорит Тэхен, поглаживая плечики друга.       — Что?!       Тэмин повернулся к омегам и быстрым шагом подошел к кровати, глядя на то, как Чимин ёрзает на ней и кривится.       — Хён, мне больно! Мне так больно… У-у-у-у. — хнычет Пак. — Дай мне что-нибудь, помоги…       Омега окончательно расклеился и заплакал. Снова накрыл неведомый страх, тело чувствует, что не в безопасности, что вокруг все враждебное и начинает трястись. Берет ужасный озноб, а живот болит еще больше.       — А-а-а-а…       Чимин пытается перевернуться, но делается еще хуже, отчего тот сжимается еще сильнее.       — Божечки… — Ли Тэмин сел рядом, поглаживая плечики омеги. — Прости, зайчик, я не смогу помочь.       Хотя у самого сердце кровью обливается при виде этой бедняжки. Первая течка, так еще и так поздно. Как же жаль его. И так не повезло, что не дома, а именно здесь, просто кошмар. От него сейчас пахнет за километр, что даже жутко, ведь мало ли сколько дуру может быть у студентов, что уж сказать, когда течный омега рядом.       — Точно… — выдохнул медбрат. — У тебя есть альфа?       А затем посмотрел на друзей омеги, которые стояли рядом и не знали как помочь, отчего тоже держались за сердце с грустными мордашками. Чимин сейчас на слова не реагирует, поэтому лучше спросить у них.       — Пусть его заберет альфа, если он есть.       Друзья потускнели, еще больше. Последняя надежда исчерпана, так как альфы у Чимина нет. Хотя в голову Юнги закралась мысль из воспоминаний произошедшего сегодня, и та ситуация с пиджаком, и то, как они вместе заходили в класс.       «Не может быть…»       Юнги вылупился на Чимина, пытаясь понять, может быть правдой его догадки, или нет. А что если… Это именно то, что хотел сегодня рассказать Чимин? Может именно это он хотел объяснить?       — Альфу… — прохрипел Чимин.       Альфу. Ему страшно, ему так страшно. Чимин чует запахи альфы где-то близко, разных альф, но они все незнакомые… Пробивается родной кофе со сливками, но еще так далеко, хоть и приближается, но далеко… Хочется к запаху кофе, как же хочется к нему. Чимину нужен Намджун.       — Позовите…       — Что? — переспросил Тэхен, который отошел на пару секунд, чтобы запереть дверь.       Опасно быть с открытой дверью, даже с закрытой нет гарантии, но так спокойнее. Надо переждать, пока все студенты не уйдут домой, а потом думать, как его доставить домой.       — Учителя, — хнычет Чимин, — позовите учителя Кима. Я хочу к нему! Я хочу к учителю!       Чимин заплакал навзрыд, сжимая свою куртку, не видя сквозь слезы шок всех окружающих. Холод прошелся по всему телу, зад еще больше начал зудеть — как отвратительно. Кажется, что Чимин сейчас потеряет сознание от боли, что даже уже начал затихать, потому что за эти несчастные десять минут боль и страх забрали всю энергию — тело не выдерживает.       — Он хочет… Чтобы мы позвали англичанина? — удивленно и с некой заторможенностью спрашивает Тэхен у двух омег.       Только Юнги понял все с первого раза, но все равно не мог поверить в его слова. Как же так…       — А если он потеряет сознание? Это плохо, — хрипит Тэхен, перебирая мокрую челку Чимина. — Что же делать?..       Очевидно, что звать учителя. И… Нет. Не очевидно. Все тут знают, что в таком состоянии любой сойдет, поэтому Чимин может пожалеть, что так молил об этом. Но… Почему именно профессор Ким? Может Чимин много раз встревал в перепалки с учителем? Поэтому он так запомнился Паку.       Тэхен так сомневается, потому что не может отдать своего лучшего друга в лапы кому-то в такой момент. Но…       Вдруг раздался грохот, будто кто-то впечатался в дверь медпункта, и звук от резкого дерганья ручки. Это произошло настолько резко, что все чуть-ли не подпрыгнули, кроме Чимина.       — Кто… это? — спросил Юнги.       Омеги с ужасом принялись пялиться на дверь, боясь, что альфы учуяли и сошли с ума. Некоторые пройдут мимо, а ведь некоторые отшибленные… А если дверь выбьют?! Никакой омега не остановит!       — Угф…       Чимин внезапно оживился и трясущимися руками попытался приподняться с койки. Он близко… Так близко, прямо там, за дверью, это точно он. Это Ким Намджун. Кофе со сливками, это точно они.       — Впусти, — прокряхтел Чимин, взявшись ладошками за рукав Тэхена. — Открой дверь.       Прозвучал еще один глухой удар и уже отчетливое порыкивание за дверью. По ту сторону кто-то явно вне себя от ярости от того, что не может попасть в помещение.       — Пустить? Чимини… Ты уверен? — мягко спрашивает Тэхен. — Я не хочу, чтобы ты потом жалел об этом.       Губки сжались, а щенячий взгляд с мольбой посмотрел на Кима. Омежка покачал головой, шмыгая носом.       — Тэхени, пожалуйста, он поможет. Он правда поможет. Я хочу к нему-у-у-у! — омега завыл, подползая к краю кровати, который ближе к выходу.       Тэхен посмотрел на своего бедного друга, на Юнги, который смотрел на это уже спокойно и вздыхал, затем на Тэмина, который уже с облегчением смотрел на Чимина, будто так и надо. Затем снова на Юнги, тот поймал взгляд Тэхена и мягко кивнул, как бы говоря, что Чимин не бредит и что нужно открыть дверь.       Киму ничего не оставалось сделать, кроме как с горечью на сердце пойти и отворить двери. Как только Тэхен отпер дверь, в помещение как вихрь влетел альфа с тяжелым дыханием. Благо, что Тэхен был чуть в стороне, иначе бы сбили, и не заметил даже.       Это и правда был профессор: слегка растрепанный, расстегнутое пальто, шарф наперекосяк, дыхание глубокое, будто только что пробежал марафон.       — Где? — рыкнул себе под нос Намджун, будто разговаривает сам с собой.       Альфа пробежался глазами по медпункту в поисках омеги и, когда увидел, как Чимин весь в трясучке, еле как чуть-ли не пытается сам спрыгнуть с высокой койки, начал большими шагами идти в сторону Пака.       Как только Чимин увидел, что к нему идет Намджун, вытянул руки вперед поближе к нему и начал то сжимать, то разжимать кулачки, как ребенок. В безопасность, туда, где не будет больно. Не успел Ким подойти впритык, как Чимин обвил намджунову шею. Альфа сразу же прильнул к своему омеге, обхватив талию и прижав к себе покрепче.       Запах кофе заполонил все легкие и Чимин слегка успокоился, но все еще прерывисто хлюпал и выдыхал воздух.       — Мне больно! — шмыгает носом. — Очень больно.       Намджун переложил одну руку на волосы омежки и слегка погладил их.       — Скоро перестанет, потерпи немного.       — Помогите… Мне страшно.       Чимина забрался носом прям к вискам альфы и начал нюхать волосы, проклиная все на свете. Тело все еще трясет и требует неизвестно чего, зад все еще зудит, но омегу, на странность, это пока не волнует. Ким Намджун рядом, теперь уже все приятно ноет, а не страшно болит, теперь не так страшно на самом деле, но говорит, чтобы пожалели.       — Все хорошо, никому тебя не отдам… — прохрипел Намджун, пройдясь носом по волосам Чимина в ответ, вдыхая наконец-то явный запах, который не перекроет никакой флакон духов.       Намджун глубоко вздохнул, почувствовав, как в брюках уже начинает вставать. Надо валить отсюда, пока окончательно не пал в глазах всех присутствующих. В этот момент альфа встал в полный рост и без малейшего намека на вопрос сказал:       — Я его забираю.

***

      Черт, если Намджун не поторопится, то не дойдет даже до спальни. Уже и так опозорился перед соседями, неся в руках течного омегу вверх по лестнице, надо же было им именно в этом момент свою собаку выгуливать. Хотя… Какая кому разница? Они сейчас никто. Альфа еле как доехал до дома, умудрившись еще каким-то волшебным образом найти в себе остатки самообладания и зайти в магазин за презервативами.       Омега рядом мычит, трется о грудь и не собирается ни на секунду отцепиться от Намджуна, потому что хорошо. Чимин давно почувствовал, как в его бедро упирается угадайте что, самого профессора, кстати, аж смешно. Омега сейчас может быть и позволил бы себе смутиться и остановить всю эту вакханалию, но инстинкты бьют голову, зад требует члена. Чимин это тоже понял, наконец-то.       Ему сейчас не до здравого смысла и не до дум, что будет дальше. Голова заполнена лишь тем, как бы избавиться от всех неприятных чувств.       Вот Пак уже без обуви на руках альфы дышал в шею, не смея отпускать и на миг. Пахнет вкусно, хочет еще больше.       Больше, больше, больше.       У самого в штанах нет места, все тянет и снова начинает болеть, так как желаемое не получило.       — Угрх…       Чимин повалился на кровать, держась за альфу, затем поднял взгляд на Кима, который уже навис над ним с таким же измученным видом. Омега переметнулся руками к рубашке и начал пытаться ее стянуть, не вспомнив даже про пуговицы. Надо хоть что-то сделать, лишь бы не лежать бревном, иначе вернется рассудок — и Пак все испортит.       Альфа, не обращая внимания на действия Чимина, начал стягивать с хрупких ножек пропитанные смазкой джинсы вместе с боксерами, чтобы не тратить время. Омега как только почувствовал оголенность нижней части тела, неосознанно согнул колени, но спустя минуту его ноги насильно раздвинули и рывком потянули все тельце на себя.       Намджун успел стянуть с себя весь низ и нацепить контрацептив на уже пульсирующий стояк. Надоело уже ждать и тянуть, поэтому Ким обхватил талию омеги и слегка приподнял всего его, чтобы пристроиться головкой у входа и начать плавно входить внутрь.       — Ах!       Чимин вскрикнул от первого же ощущения напора, по всему телу пробежался настолько приятный импульс, что руки вздернулись и сжались в кулачки. Воздуха стало так мало, что распахнутый рот не мог захватить достаточно кислорода. Получалось лишь пыхтеть и вдыхать рывками, а выдыхать лишь криками.       Омега недавно плакал, что ему больно. Но сейчас… Так хорошо. По ногам будто бегали тысячи мурашек, отчего мышцы невольно сокращались. С каждым плавным движением, импульс становился все мощнее и приятнее, что уже невмоготу. Чимин потянулся руками к воротнику рубашки и расстегнул пару пуговиц, после рывком приподнялся, схватившись пальцами за ткань.       Чимин не сдержался и застонал со всей силы, так как всем весом начал насаживаться на член. Сам уткнулся лбом в лоб альфы, пытаясь плавно то опускаться, то обратно насаживаться, чувствуя, как его талию обхватили мертвой хваткой и мощные руки ему помогают в своем деле.       — Приятно, очень приятно, - шепчет омежка вперемешку с тяжелым дыханием.       Как же круто, просто ахуенно круто. Все еще не стыдно за свой французский.       Намджун тоже далек от стыда. Вот что его тянуло. Этот омега предназначен только для него. Его персиковый запах, его тело, волосы, голосок, манеры. Все это тянуло с первой встречи. Не очень романтично думать об этом сейчас. Намджун и не будет, ему сейчас плевать пока что на высокие чувства. Инстинкты не дают думать о высоком.       В ответ словам Чимина послышался лишь утробный рык. Намджуну тоже приятно, настолько приятно, что это будет надолго.