Омежка для профессора

       — А-а-а-а-а!       Парта со скрипом отъехала назад, задев другую парту, а стул с грохотом упал на пол. Намджун сейчас пнул ногой со всей силы и другую парту. Может быть он бы перевернул весь кабинет и парочку вещей выбросил бы в окно, разбив стекло, а потом бы жалел о том, что такая истеричка, и оплачивал ремонт. Для него ужасно стыдно вести себя так, но ничего поделать не может.       Он просто в ярости. Омега снова убежал хер знает куда! Не дал и слова сказать и убежал. Сам вывел его на щепетильные ответы, сам начал задавать странные вопросы, и сам же покраснел. Намджун ему открылся и в лоб сказал правду!       Почему альфа так бесится? Он сам не знает, ибо всегда отличался самоконтролем, но сейчас все бьет через край — эмоции, переживания, непонимание. Сначала это было мило и забавно, но сейчас смотреть на пятки достало.       — Уф…       Альфа немного успокоился, когда увидел небольшой разгром в углу кабинета, а когда понял, что ему это и убирать, то окончательно остыл. Присев на ту же несчастную парту, будто школьник, Ким потер виски указательными пальцами.       Если подумать, то ничего трагичного не случилось. Намджуну надо время, чтобы обдумать все слова, которые он выпалил омеге. Хоть и надоело чувствовать себя ураганом, но все же, иногда от урагана не убежишь, если он будет слишком близко. Намджуну просто надо выловить его, или подманить в безлюдное место и зацепить.       — Боже… — мучительно.       Намджун усмехнулся со своих мыслей. Он будто не с омегой поговорить хочет, а на рыбалку поехал. Зацепить? Может альфе еще капкан поставить и учебниками замаскировать, а он сам будет сидеть в цветах в камуфляжной форме и высматривать своего студента через бинокль. Ну что за идиотизм?       «А за руки других вы тоже волнуетесь?»       «Но я же глупый.»       «Руки теплые…»       Омежий голос раздался в голове колокольчиками, но не надоедливыми, а теми, которые обычно папочки весной вешают на балконах. Но это не отменяет того факта, что эти фразы въелись в голову. Чимин выглядел так безнадежно в тот момент, отчего сердце сжималось. Неужели Чимин чуть ли не плакал, потому что не знал, что это все означает со стороны Кима, ведь обычно альфа хладнокровен с остальными студентами, а тут…       До Намджуна наконец-то полностью доперло, что у них взаимная симпатия. Влюбленность? Неважно что это, главное, что чувство хорошее.       Сейчас бы вскочить с этой парты и скорее найти омегу, но в универе уже пусто, поэтому Киму остается только горько вздохнуть и пойти домой. Завтра надо обязательно поговорить. Цель поставлена.       

***

      — Папочки…       Чимину бы сейчас убиться об стену. Это просто позор. Ебаный позор, без извинений за свой французский. Другого словосочетания и не подобрать, чтобы описать то, что сейчас испытывает омега. Он чувствует себя просто отвратительно.       Таким идиотом.       Богом идиотов.       Но ему страшно. Трусливый идиот.       Но как по другому? Что же делать? Ему дурно при виде профессора, от его запаха, взгляда; крутит живот, все дрожит, словно подталкивая к нему и отталкивая одновременно. Что же сейчас подумает альфа после этого…       — Идиот…       Уже было? И что? Именно это и подумает. Некоторым нужно сто раз повторить, чтобы стало понятно — это Чимин. Ну почему же просто не рассказать? Зачем так мудрить? Но так страшно.       Теперь Паку точно ничего не светит.       — У-у-у-у-у-у!       Пока Тэхена нет дома, Чимин сможет поплакаться в подушку и повыть, как волк на луну, а когда тот придет, уже мирно спать, неосознанно держась за живот.

***

      — Юнги, как ты думаешь, мы можем себе позволить такси до кафе через дорогу?       Омега повернул голову в сторону Чимина, который хитро и вредно улыбался. Пак чувствовал себя ужасно, но не показывал ни малейшего кадра из своей головы, где бушевала буря. Получается довольно хорошо, ибо включать дурака или же просто быть дураком ему, оказывается, не впервой.       У Юнги такая же буря, безысходность, рёв, сердце болит от переживаний, но он тоже ничего не говорит и не показывает. Так как у Мина всегда кислая мордашка, то стараться особо и не надо. Но шутка Чимина заставила улыбнуться.       — Хочешь почувствовать себя царем? — усмехнулся.       — Да, потому что наши королевские задницы не могут позволить себе идти под такой метелью.       Сегодня погодка не из лучших: с раннего утра буйствует ветер и снег под гул. Чимин еле как добрался в универ, поэтому сейчас даже через дорогу переходить не хочется. Но увы и ах:       — К сожалению, наши финансы нам позволят только плакать, — рассмеялся Мин.       — Фу на тебя.       Чимин тоже рассмеялся, потому что слишком жизненно. Пора бы уже задуматься о своей первой подработке, чтобы реально в такие дни добираться домой с комфортом, но главное не привыкать, иначе придется искать вторую.       — Какие планы у тебя на вечер? — внезапно спросил Юн.       — А? Да никаких, а что?       Чимин прекратил смеяться и посмотрел на друга, который видно начал немного волноваться и слегка замялся на удивление Пака.       — Да… Я спросить хотел… Можно я к вам сегодня ночевать приду?       — Да?!       Чимин ошалело посмотрел на Юнги, который сразу же захотел спрятаться и ужасно испугался от такой реакции. Но зря, ведь у Пака фейерверки были в глазах от такого предложения. Боже, вот что надо. Сейчас они соберутся вместе — и будет вся эта плюшевая атмосфера. Может, Чимин даже сможет выговориться и ему помогут.       — Конечно! Конечно можешь! Что за вопрос? Да хоть ключи забирай и с нами живи.       Чимин с улыбкой бросился обнимать Юнги и тереться щекой о волосы, как кот.       — Тогда я приеду в 8 вечера примерно.       — Хорошо-о-о-о.       Когда Юнги услышал радостный голосок друга, почувствовал огромное облегчение от того, что его смогут поддержать, помочь. Что если скажет правду о том, что через пол года у него будет сын, то его не осудят. Его поддержат, его пожалеют и подумают вместе с ним, что делать дальше. Если надо, то и поплачут вместе. Как же хорошо.       — Пак Чимин!       Этот голос появился настолько резко, что вздрогнул даже Юнги… но вот Чимин не то чтобы вздрогнул, он даже слегка задрожал и ошалело посмотрел вперед, оторвавшись от шеи Мина. Впереди, в метрах пяти от них стоял профессор Ким и серьезно смотрел на омегу, с которого уже шестой холодный пот сходил.       — Юни, я кажется забыл сумку в раздевалке, надо скорее забрать…       — Но вот же…       Чимин повернулся на 180 градусов, не дав другу закончить, и уже хотел идти, светя всем своей сумкой на плече, как:       — Стоять, — четко, даже слегка грубовато прикрикнул Намджун.       У омег такой тон пугающий, что уж говорить про громадного альфу и его басистое звучание. Чимину ничего не оставалось делать, как замереть на месте, будто кто-то нажал на кнопку стоп.       Юнги стоял между ними и наблюдал, как Намджун смотрел на Чимина с некой злостью, а Чимин смотрел в пол, не смея поднять головы.       — Что здесь про…       Но и это Юнги закончить не удалось, потому что профессор уже подошел к Паку, не обращая внимание ни на кого: ни на Мина, не на студентов с косыми взглядами. Он сконцентрировал внимание на Чимине и отступать не собирается.       — Я по-твоему гончая-собака? Почему я должен бегать за тобой?       — Вы не бегаете за мной.       Намджун хмыкнул, скрестив руки на груди. Юнги сглотнул. Чимин вздохнул, все еще не смея поднять головы.       — Тогда ты? Я настолько пугало, что ты так боишься меня? И я не бегаю? Думаешь я стоял бы сейчас здесь, если бы не бегал?       — Тогда не бегайте.       Чимин, думает, что он тупой утырок и лучше бы заткнулся.       Юнги думает тоже самое.       Намджун пока что еще держит себя в руках.       — Тогда не бегай от меня. Подними глаза, когда я с тобой разговариваю.       — Я не бегаю от вас. Оно само получается.       Голос слегка обрывается, но омега все же поднял голову, смотря прямо в глаза альфе.       — Это вы виноваты! Вы! Я не выбирал!       — Думаешь у меня был выбор что ли?! Да и о чем ты вообще?!       Намджун уже перешел на высокие тона. Нет. Если он сейчас не выключит препода, то все пойдет коту под хвост. С Чимином так нельзя.       Альфа сделал огромный вдох, и такой же выдох. После положил руку на волосы омеги, отчего тот дернулся и ошалело взглянул на него.       — Чимин, пошли просто поговорим.       Омега сомкнул губы до побеления, замечая на себе косые взгляды. Профессор такой же дурак. При людях начал разбираться, хотя если бы Чимин не начал так вести себя, то никто бы и внимания не обратил.       Намджуну ждать некогда, поэтому молчание — знак согласия. Согласие — именно то, что ему нужно. Поэтому альфа быстро взял того за руку и повел подальше от посторонних глаз, дав омеге лишь с извинением в глазах посмотреть на Юнги, ошарашенного от этого театра.       — Учитель Ким…       — Что?       — Отпустите.       — Нет.       — Мне больно.       Намджун остановился и перевел взгляд на омегу, смотрящего на него в ответ. После Ким оглянулся и понял, что он в идеальном безлюдном месте и со вздохом отпустил руку. Как только рука освободилась омега неловко потер запястье другой ладошкой, стараясь больше не поднимать взгляд на преподователя.       — А теперь, когда тебе не перед кем выёживаться, говори честно.       Ким наклонился к своему студенту и спросил:       — Я правда укусил тебя когда-то, или что-то не так сделал, что ты так реагируешь на меня? Если я правда виноват, то извини.       — Нет!       Чимин поднял взгляд на профессора и покачал головой.       — Вы хороший, это я глупый. Просто…       Руки затряслись, а в голове ураган мыслей, который хочет собраться в объяснение. Хочется правда рассказать все, чтобы стало легче, чтобы больше не мучиться. А собственно, почему нет?       — Вы ведь… Такой большой и статный, по вам все сохнут. Все бегают за вами, все боятся вас что ли, а вы такой холодный ко всем. Может быть и шутите и смеетесь, но мне кажется, что вы обращаетесь со мной лучше, чем с другими, — вздохнул. — Но я не могу думать так, это так высокомерно с моей стороны. Такой как я не может понравится такому как вы.       Омега всхлипнул, понимая, что сейчас не выдержит.       — Когда вы рядом, я не могу найти себе места. Мне то холодно, то жарко. Сам не свой. Вы одновременно страшный, и одновременно так притягиваете. А я не могу просто взять и влюбиться в вас, потому что вы не можете просто так взять и влюбиться в меня. Это так глупо.       — Что у тебя с самооценкой, я не понял.       Альфа все внимательно слушал и испытывал трепетную радость от каждого слова. Уже не стыдно и не неловко. Но наверное вести себя со студентом не как со студентом, а как с омегой, будет довольно непривычно.       — Я ведь сказал вчера, что ты мне нравишься.       Тудум.       Импульс прошелся по всем гребаным артериям, живот снова скрутило, в голове помутнело от этих слов. Быть не может. Пак не верит, что это правда. Он сейчас все скинет хоть на ретроград Меркурия, но не поверит.       — Ай…       Снова эта боль в животе, как уже надоело, только не сейчас… Чимин схватился за живот и сморщился. Это уже пугает. На Пака снова нахлынула паника. Так не должно быть.       — Ты в порядке?       Намджун неосознанно положил руку на лоб омеги. Довольно глупо, он ведь за живот схватился. Но да ладно.       Рука альфы, такая теплая и сильная. Он всего лишь положил ладонь на лоб, но уже чувствуется мощь. Чимин пропитался неким спокойствием, будто если сейчас упадет как принцесса, то его словят в сильные и безопасные руки.       — Все в порядке, сейчас полегчает, такое бывает.       Надо в безопасное место, надо спрятаться поскорее. Тут нельзя быть. Спрятаться, спрятаться, спрятаться.       Вкусно пахнет кофе. Там безопасно. Там больно не будет.       Чимин уперся в ладонь Кима и сделал шаг вперед, чувствуя кофе в легких, от чего живот еще больше ныл, но уже приятно. А когда омега окончательно потерял страх и уткнулся лбом в плечо, убрав руку, то… стало легче. Будто и нет никакой боли.       — С тобой точно все в порядке?       — Точно. Уже прошло.       Врет. Ему бы еще пару часов так постоять, но уже прозвенел звонок на пару, что заставило Пака оторваться и отойти со стыдливым видом.       — Извините, пара началась, мне уже пора…       Намджун ничего сказать не мог, чувствуя себя тупицей, потому что сейчас правда не знает, что сказать, что сделать. Жаль, что не только у омеги пара, но и у него.       — Завтра сам подойдешь ко мне, — сказал альфа. — Если не подойдешь, то я конечно найду тебя сам, но церемониться не стану. Браво.       Но слава богу, Чимин кивнул и пошел скорее к своему кабинету, оставив учителя снова одного. Но на этот раз, Намджун лишь уткнулся головой в стену и поправил волосы с легкой улыбкой облегчения и предвкушения.       Чимин шел по коридору, все еще держась за живот, но не чувствуя боли. На душе бабочки почти летают. На лице счастливая улыбка.

***

      Под конец пар Юнги и Чимин стояли в холле и ждали Тэхена, так как все же договорились на такси поехать домой.       Между омегами было неловкое молчание, так как оба ещё не отошли от случившегося. Вроде бы ничего страшного не произошло, но это очень удивило обоих, а у Мина пока не хватает смелости спросить, хотя наверное сейчас и начнет разговор с этого:       — О чем говорил с англичанином?       Когда прозвучал этот вопрос, Чимин немного замялся и вздохнул.       — Юнги, можно я все расскажу, когда мы будем все вместе дома?       Затем взглянул на друга с мольбой, чтобы не расспрашивал. Мин все понял и кивнул.       — На самом деле, я тоже хочу вам рассказать кое-что, когда мы будем вместе.       — Правда?       Чимин потускнел, и взялся за плечи Юнги.       — Ты чем-то болен? Серьезно?! Я знал, что тебе нездоровится! Это не смертельно?!       Юнги не смог сдержать смех и с некой горечью захохотал.       — Нет, не смертельно.       — Так болен все-таки?!       Юнги еще больше начал смеяться, но вот пришел и Ким Тэхен собственной персоной.       — Долго ждали? Че смеетесь?       — Тэхен, с Юнги…       — Все хорошо, — встрял Мин с улыбкой. — Мы еще такси не заказали.       Тэхен сразу же начал бурчать, ибо уже был готов и думал, что сразу же сядет, так оказывается еще ждать надо. Но все же достал телефон и начал копаться в приложениях в поисках транспорта.       Чимин улыбался, глядя на всю эту неразбериху. На Юнги и Тэхена всегда можно положиться, они всегда вызывают улыбку — это успокаивает. Чимин весело вздохнул, но вдруг побледнел и скривился.       Черт. Живот снова тянет и ноет. Как же раздражает. Такие ощущение, будто натянут канат и вот-вот порвется, так неприятно.       — Чи, тебе плохо?       Тэхен спохватился и взялся за плечи омеги.       — Нет, все нормально, это просто…       Пак не смог договорить как резко вскрикнул и схватился за живот. Канат разорвался — и по всему телу расплылась ужасная боль, накопленная за девятнадцать лет жизни. Больно, как же больно.       — Чимин!       Омеги ужасно испугались, когда Пак выскользнул из рук Тэхена и с криком упал на пол. Юнги упал на колени рядом и положил руки за плечи. Выглядит страшно, когда омега крючился на полу и кричит.       — Больно… Мне больно! Тэхен! Больно! Юнги! Больно! Мне очень больно!       Слезы потекли ручьем, а тело затряслось будто под пулями. Юнги сам уже хотел истерить, но быстро пришел в себя и встал около Тэхена.       Сейчас нельзя паниковать. У Чимина началась течка.