Странные братские чувства

      Я быстро шла по пустому коридору. Забавно, я немного привыкла к корабельной качке и теперь уже совсем не чувствовала ее. Задумавшись, я просто плутала, без особой цели.       «Мне нужно высадиться на следующем острове. Если подумать, меня принял только помпадур, а остальные просто осторожно относятся ко мне. Если высажусь, то в начале обоснуюсь на острове, а потом время покажет, если, конечно, все пройдет гладко», — я остановилась, окончательно понимая, что заблудилась.       — Шикарно… — закатила я глаза, стоя на пересечении коридоров. И из какого я вышла?       Я растерялась. Ладно. Самая лучшая дорога это всегда прямо. И не важно, куда она выведет.       Засунув руки в карманы штанов, я медленно поплелась вперед. Теперь я шла и всматривалась в совершенно незнакомые двери. Может, это каюты? Двери стоят друг к другу плотнее, чем ранее. Буквально, 2 с половиной метра, и снова дверь…       Впереди показался тот парень, которого я видела вчера. Он, заметив меня, вначале куда-то хотел повернуть, но, подумав, дождался, когда я дойду до него.       — Привет, — я заметила только, когда он встал напротив, что он слегка выше меня. Он смущенно улыбался и рассматривал меня до того момента, как взгляд упал на руку.       — Привет, — улыбнулась я, слегка кивая. Он слегка покраснел.       — Мое имя Харута, я так и не успел вчера с тобой поговорить, — смущенно улыбнулся маленький принц, теребя рукав. — Я все хотел спросить, как твоя рука? — мягко улыбнулся парень, обеспокоенно смотря на слегка покрасневший бинт.       — В порядке, спасибо, — прикрыв рукой бинт, ответила я. — Не подскажешь, где тут медотсек? Я заблудилась, — вновь осматриваясь, проговорила смущенно я. Харута кивнул.       — Давай я провожу тебя, эм… — он запнулся, вопросительно смотря на меня.       — Прошу прощения, я не представилась! — я потянула ему руку. — Ри... Прости, Рене, — смущенно улыбнулась я. Он пожал мою руку.       — Рад познакомиться, Рене. Пойдем, я доведу, — тряхнув рукопожатием, мы разъединили руки, и он знаком показал идти за ним.       — Так откуда ты? — спросил Харута, идя рядом и следя, чтобы я не отставала.       — Я сбежала с острова Моро, — ответила я, на что Харута отрицательно покачал головой.       — Нет, нет, я не про это. Я про твой родной остров, — я вздрогнула и опустила глаза.       — Родной… остров… — произнесла отстраненно я. Харута шёл, не оглядываясь, впереди меня. Вдруг перед глазами побелело.       Момент, и я стояла на краю какого-то скалистого обрыва. Внизу был хвойный лес, а далее шла равнина, на которой стоял город, объятый огнем. Языки пламени устремлялись вверх, освещая ночное небо.       Вдалеке были слышны чьи-то истошные крики, плачь и стрельба. Слезы душили меня. Поняв, что здесь нельзя находиться, я поднялась с колен и побежала прочь от ярко горящего города, куда глаза глядят…       Я упала на пол, хватаясь за голову. Харута, увидя это, кинулся ко мне, пытаясь помочь. Я вновь не могла ничего слышать. Маленький принц что-то кричал, оборачиваясь, тряс меня за плечи, но я просто находилась в прострации. Когда рядом показался Изо, стоявший в шоке, и подлетевший из неоткуда Марко, я потеряла сознание.

Меня тянуло вниз, где была сплошная темень и холод. Я бы сейчас отшутилась, но это было не к месту, и мне сейчас было очень… жутко. Виски гудели, а после головной боли осталось чувство пустоты. Я пыталась вспомнить, что произошло, но в голове было пусто, и мысли просто не шли в голову. Попыталась осмотреться. Я будто парила в непонятном для меня пространстве, но рядом ничего не было. Только тьма, которую с каждой секундой я боялась все больше. Я обернулась. Позади меня стояли, обнявшись, три фигуры на фоне огня. Женщина и мужчина средних лет и маленькая девочка. Я неспешно приблизилась, пытаясь рассмотреть их лица. Вдруг женщина с очень длинными светлыми волосами повернулась ко мне. В ее темных глазах читалась боль. Мужчина поднял голову. Черные волосы, которые только тронула седина, слегка колыхались, будто от ветра. Его зеленые глаза смотрели на меня спокойно, но с печалью. Ко мне выбежала девочка лет семи. Она с разбегу обняла меня. Она подняла на меня свои изумрудные глаза полные слез. Присев, я приобняла ее, гладя по соломенным, как у женщины, волосам. Она отстранилась и побежала к паре. Они одновременно приобняли ее одной рукой, а вторую протянули ко мне. Я начала тянуть к ним руку. Огонь усилился, вспыхнув. После яркой вспышки они пропали, а я осталась во тьме с протянутой рукой. Я, опустив руку, отвернулась. Я сделала пару шагов, но ноги меня будто не слушались. Опустившись, я обвила руками ноги, опуская на них голову. Из полуопущенных глаз заметила голубое мерцание. Вскинув голову, я присмотрелась, но ничего не увидела. Обернувшись, я заметила летящее вниз голубое перо, сделанное, казалось, из огненных язычков. Я побоялась этого пера и, встав, решила отойти назад, но наткнулась на что-то твердое. Обернувшись, я увидела улыбающегося Татча, а позади Харуту. Татч поймал перо и протянул его мне. Я стояла в недоумении. Видя, что я не понимаю, что от меня требуется, Татч, взяв мою руку и вложив перо, сжал. Оно было очень теплым и, кажется, начинало согревать. Позади мужчины мелькнул силуэт Изо, идущего к нам. Присмотревшись, я заметила множество силуэтов, идущих в нашу сторону. Но среди них был один и самый большой... Перо начало обжигать и я переключила на него внимание. От него начал исходить свет. Я прижала его к себе, и все исчезло в белом свете. Создалось ощущение падения.

      Раскрыв глаза, рывком я села на кровати, тяжело дыша.       Я очнулась на той же кровати в медкрыле. На меня с беспокойством смотрела светленькая медсестра с того места, где при первой нашей встрече сидел Марко. Она подскочила со стула и, взяв фонарик со стола, подлетела ко мне.       — Как себя чувствуешь? — она в момент взяла меня за лицо и посветила фонариком в глаза. Я хотела было отвернуться, но та сильно держала меня, не давая мне сделать это .       — Потерпи. Посмотри на свет, — я перевела глаза на источник света и пыталась из-за всех сил не сощурить их. Она недолго посмотрела на зрачки и хмыкнула, убирая фонарик. Я, моргая, повернула голову и заметила спящего Харуту рядом.       — Зрачки не реагируют… — она сжала губы, смотря на меня. Харута начал сонно моргать глазами. — Головная боль, потеря ориентации были? — она внимательно посмотрела на меня. Я, переводя взгляд с сонного Харуты, ответила:       — Головная боль, которая начиналась обычно от легкого удара, — та, кивнула и бросилась к столу, беря планшет для бумаги. Зажимом закрепив листы, та вернулась ко мне, записывая что-то в нем.       — Хорошо…— дописав, она вновь подняла на меня темные глаза. — Как я поняла, у тебя есть светобоязнь?       Я непонимающе посмотрела на нее.       — Ну, то есть… — она задумалась и, сама того не замечая, начала шариковой ручкой слегка похлопывать себя по щеке. — Долго не можешь смотреть на свет.       Поняв, о чем она, я протянула «а» и кивнула. Та снова сделала запись.       — Тошнота, рвота, головокружение? — подумав, я покачала головой. Девушка повторила процедуру и, снова кивнув своим мыслям, подняла с бумаги взгляд. Она села напротив на приправленную кровать. — Потеря памяти? — я застопорилась и перевела взгляд на Харуту, который уже внимательно слушал на нашу беседу. Я вздохнула.       — Это все равно рано или поздно всплыло бы... — шепнула я. — Да, есть, — кивнула я, опуская глаза. Девушка щелкнула ручкой и посмотрела на меня, положив планшет к себе на колени.       — Как и когда это произошло? — спросила та.       — Во время того, как меня оглушили. До этого я ничего не помню, — неуверенно сказала я. В ответ девушка кивнула.       — Хорошо, а когда это произошло? — подняла бровь светловолосая.       — Два месяца назад.       — И тебе не оказали помощь? — удивилась она, на что я просто покачала головой.       — Нет. На рынке рабов мне просто обработали и замаскировали рану, а в рабстве никто мне не оказывал помощь, — девушка вздрогнула и поднесла руку к губам, смотря на меня с сожалением. Она встала, отложив планшет, и подошла ко мне.       — Позволь осмотреть место ушиба...       Я кивнула и опустила голову. Она начала водить рукой по моим волосам, аккуратно убирая их.       — Вижу, остался шрам, — кивнула девушка, отходя. – Так, остаешься в каюте и никуда не уходишь. Если выйдешь еще раз, то мы тебя привяжем к койке, — вздохнув на такое заявление, я обреченно кивнула. — Вот и хорошо, — улыбнулась она в ответ.       — Тут душевая хотя бы есть? — буркнула я, провожая длинноногую блондинку взглядом до стола.       — Да, видишь ширму? — она ответила, не отвлекаясь от бумаг. Я осмотрела помещение взглядом и позади, смотрящего на меня, Харуты заметила ее.       — Угу, — кивнула я.       — За ней дверь, ведущая в душевую, — сказала она и скрылась в противоположной от выхода двери. Харута, как вышла медсестра, встал со стула и пересел на край койки, на которой была я.       — Значит, ты потеряла память? — тихо спросил он. Я молча кивнула, опустив глаза.       — Почему ты… никому не сказала об этом? — я посмотрела на Харуту.       Наивный, думает, что я сразу же начну сливать всю свою подноготную пиратам, которых я даже не знаю. Я покачала головой, опуская ее.       — Побоялась, — Харута тихо вздохнул. Я подняла на него глаза.       — Я напугала тебя, да? — тот вздрогнул, слегка покраснев. — Прости, я, наверное, доставила тебе проблем, — провела рукой по волосам я, улыбаясь. Тот покачал головой.       — Все в порядке. Я смог позвать на помощь, и мы донесли тебя, — опуская взгляд, проговорил парень. Я положила руку ему на плечо.       — Спасибо.