Странные братские чувства

      Весь остаток дня я провела целиком и полностью в книгах, даже не заметив, как закончился день.       На следующее утро, подскочив с первыми лучами солнца и, взяв из тумбы свои вещи, я залетела в ванную, где быстро привела себя в порядок. Из-за рабства привычка рано вставать пока еще никуда не делась. Через небольшой промежуток времени можно было уже идти в направлении камбуза.       Правда, выйдя за дверь, возникла небольшая дилемма: где находится камбуз? В прошлый раз получилось прийти наугад, даже не постаравшись запомнить направление.       Дойдя до поворота и повернув направо, вышла в большое и пока темное помещение. Оказывается, я ранее не заметила тут пушки со снарядами, которые стояли по бокам. Решив проигнорировать первую лестницу, которая вела наверх, и пройдя какое-то здоровенное бревно, которое было толще меня раза в два и шло от потолка до пола, медленно поплелась дальше, рассматривая пушки со стоящими снарядами рядом. Хорошо, что я неплохо вижу в темноте, иначе я напоролась бы на какой-нибудь ящик, обходя сложенные пирамидой снаряды. Впереди опять появился какой-то столб, который был намного больше предыдущего. Решив, наконец, не заострять внимание на предметы, я пошла дальше, пока не добралась до лестницы и нескольких дверей. Почему-то подумав, что камбуз находится именно за дверью, подойдя, открыла первую дверь.       На меня сразу же уставилось несколько пар мужских глаз, отвлекаясь от водных процедур.       Да, это была душевая.       Твою ж мать.       Я сразу же покраснела. Какой-то мужик с темными волосами по бокам, лысеющей макушкой и с темными усами загоготал.       — Эй, принцесса, женская душевая через дверь, — в ответ светловолосый мужчина с длинными волосами похлопал его по плечу.       — Да ладно тебе, вдруг она присоединиться хочет?       — Эй, милая, спинку потереть? — не выдержав подобного зрелища, закрыла дверь под гогот с той стороны.       Это не камбуз. Ни разу не камбуз.       Так, раз он сказал, что женская душевая через дверь, значит, эти все двери душевые.       Продолжая гореть от стыда, пришлось подняться по лестнице, раз с этими дверями я прогадала.       Странно, не помнится мне, чтобы по пути встречались лестничные проемы. Неужели, это действительно побочное явление после этого удара?       Снова пройдя небольшой коридор, наткнулась на здоровую дверь.       Навряд ли это будет очередная душевая или туалет. Дверь нестандартная, двухстворчатая. Хотя, кажется, следующая дверь была знакомой, и ноги сами понесли меня туда. Сделав небольшую щёлку, заглянула внутрь.       А ведь точно! Эта дверь была открытой, когда Татч и остальные делали заготовки.       Постучавшись, я зашла внутрь. Мужчины, которые до этого мирно пили чай, обернулись, с удивлением смотря на меня.       — О, мелкая! Какими судьбами? — Широ первый вышел из ступора, заговорив со мной и продолжая пить горячий напиток. Близнецы молча переглянулись и посмотрели на Татча, который как-то странно меня осматривал.       Он встал из-за стола и спешно подошёл ко мне.       — Так, давай по чесноку, — прошептал тот. – Ты сбежала? — сощурился мужчина, ожидая не то чтобы ответа, скорее, нужной реакции.       — Нет, что вы. Я договорилась с Марко, как вы и просили, — я улыбнулась, пытаясь хоть как-то разрядить слегка неловкую обстановку. Татч, еще раз смерив мою персону взглядом, кивнул и успокоился.       — Ладно, верю. Садись, чаю попьем, у нас до начала времени еще полно, — мы подошли к столу, где сидели мужчины. Заметив их взгляд, я сразу же опустила глаза и слегка поклонилась.       — Прошу прощения за прошлый раз, — они все переглянулись и снова посмотрели на меня.       — Надеюсь, ты в обморок в этот раз не шлепнешься? — Аден Редж отпил из чашки и поставил ее на стол, тряхнув длинной челкой. Я выпрямилась от его вопроса.       — Теперь навряд ли, — вступился Татч, садясь на своё место. — Марко взялся за её лечение, так что теперь волноваться нечего, так ведь, Рене? — молча кивнула, когда взгляд кока перешел с близнецов на меня.       — Ты это, давай садись, — Аден поставил еще один стул рядом с собой, на который я села, налив себе чай.       — Хорошо, продолжим, — кивнул Татч, осматривая присутствующих. — Как вы, должно быть, знаете, завтра высадка на остров. Остров летний, тропический, но необитаемый. Наша задача состоит в том, чтобы набрать провианта и при возможности объединиться с 16-ой дивизией для охоты за дичью. Как только высадимся, наши дивизионы поделятся на группы и разойдутся по всему острову, прихватив с собой два плотных мешка из грузового отсека. В случае опасности, стрелки делают выстрел в воздух, чтобы предупредить остальных, и позвать людей по близости на помощь, если выстрела будет два, — все за столом кивнули.       — Остальных ты предупредил? — глухо спросил Широ, слегка стуча протезом по полу. Татч переключился взглядом на здорового мужика.       — Да, вчера вечером. Остались только вы, — помпадур перевел взгляд на меня. — Что насчет тебя... — Татч полностью облокотился на сложенные на столе руки, чуть поддаваясь вперед. Он хотел было продолжить, но зазвонил Ден Ден Муши. — Вот черт, — он достал муши из своего кармана и снял трубку.       Улитка ожила, и у нее появились волнистые темные волосы, покрытые темной бонданой. Улитка была ко мне повернута раковиной вперед, но даже так было видно, как она улыбается.       — Эй, Татчи! Соскучился, братец? — задорно начал разговор собеседник помпадура. Тот слегка усмехнулся.       — Тич, появился наконец. Ну, как вылазка на тот остров?       — Как тебе сказать? Пара головорезов и больше ничего интересного.       — Когда возвращаетесь на корабль?       — Уже в пути. Через пару часиков уже будем на месте, — в ответ на это кок побледнел.       — Хорошо, — Татч кивнул и закончил разговор, пряча улитку обратно в карман.       — Господа, — он осекся и посмотрел на меня: — и дамы. К нам скоро присоединится еще один дивизион и его главный пожиратель, так что все готовимся, и по местам. Берем только те продукты, которые мы вычитывали вчера, — все спешно встали и, убрав посуду, начали подготовку. Я хотела было присоединиться, но Татч, взяв меня за голову, осторожно развернул к себе.       — Рене, встаешь со мной в пару. Пока не пройдешь обучение у меня и не поймешь, как тут ориентироваться, я не смогу тебя поставить, как самостоятельного кока, — я молча кивнула. — Вот и хорошо. Идем со мной, я по-быстрому введу тебя в курс дела, заодно покажу, что брать сегодня, а что нет.       Татч провел меня на склад, где были три мешка картошки, два лука и столько же моркови. В ящиках, что стояли рядом, были разнообразные овощи, от которых шел не очень хороший запашок. Показав определенные ящики, которые срочно нужно использовать сегодня, мы забрали несколько кастрюль и широкую сковороду.       Аден успел позвать еще несколько людей из дивизии Татча, которые встали на заготовки. Сам командир заметно нервничал, то и дело поторапливая своих подчиненных.       От непривычно быстрой нарезки, которая постоянно подгонялась помпадуром, я теперь имела не хилый кровоточащий порез. Решив сэкономить время, я смогла остановить кровь благодаря полиэтиленовой пищевой пленке, которой я в момент обтянула палец и затянула его потуже, после чего вернулась к работе. После нарезки меня потянули к плитам, где нужно было начинать обжарку и варку продуктов. Два часа пролетели как миг, и мы уже почти закончили приготовления.       Ноги предательски тряслись от постоянных передвижений, а руки сильно ныли. С другой стороны, работа здесь мне была более интересна, чем пребывание на той кухне. Их командный дух чувствовался при работе, и они старались поддержать друг друга. Я думала, что не смогу влиться в их общую командную работу, но Татч и Широ постоянно помогали мне, когда понимали, что я с чем-то не справляюсь. Из-за этого на душе становилось теплее и появлялись новые силы для работы.       Когда все было закончено, мы все мирно отдыхали за столом кают-компании. И все-таки та двухстворчатая дверь вела именно сюда. Как только я села на скамейку, тело само распласталось по поверхности стола. За стойкой стоял Широ, который надраивал ее поверхность какой-то тряпкой. Татч, который до этого разговаривал со своими накама, перевел взгляд на меня. Я не шевелилась с того момента, как только села. Каждая мышца сильно выла от непривычной нагрузки, из-за чего я просто не хотела лишний раз их тревожить.       — Эй, сова, ты как?       — Нормально, — вяло пролепетав это, пришлось все-таки найти в себе силы, чтобы повернуть голову в сторону помпадура.       — Ну с боевым крещением, что ли, — засмеялся тот. — Ничего, недельку походишь овощем, а потом привыкнешь, — он по-отцовски похлопал меня по спине, из-за чего мышцы воем откликнулись на его прикосновения.       Вдруг дверь на камбуз открылась, и на пороге появился огромный, тучный мужчина с черными волосами, прикрытыми той же банданой, что была и на улитке. Сняв с плеча вещь- мешок, он вошел и, подойдя к нам, спустил ее на скамью, где сидел Аден с близнецами.       — Какие люди, и без колокольчика на шее! — улыбаясь, встал Татч, пожимая руку своему прибывшему товарищу, который в ответ пожал руку всем присутствующим и протянул руку мне, когда я подняла голову.       — О, новые лица, — улыбнулся черноволосый. — Маршалл Д Тич, будем знакомы, — он приблизил руку к моему лицу.       Пришлось перебороть усталость и пожать руку ему в ответ.       — Рене, рада знакомству, — кивнув, пришлось силой выпрямиться.       — Ну, чем угощать будешь, а, Татчи? — засияв улыбкой, в которой не хватало пары-тройки зубов, проговорил мужчина, оглядывая барную стойку и пытаясь заглянуть за дверь, что была далее от нее. Мы все встали и пошли к стойке, и, нырнув через нее, прошли в кухонную часть.       В кают-компанию начали потихоньку прибывать остальные Белоусовцы, выстраиваясь цепочкой возле стойки.       Тич, который стоял впереди всех, взял три тарелки и поплелся к свободному столу. Люди цепочкой проходили стойку, беря свои порции и рассаживаясь по своим местам. Татч учил меня как правильно нужно дозировать навар пиратам и в каких порциях, пока остальные накладывали пюре, раскладывали котлеты или разливали компоты.       Когда поток людей более-менее спал, Татч посмотрел на Маршалла, который до сих пор сидел на том же месте, почитывая газету. Он осторожно пихнул меня в бок, привлекая внимание.       — Так, пока не пошли вторые, иди отнеси-ка Тичу еще тарелку. Если сейчас за чтением его не отвлечь новой порцией, пока он размеренно ест, то, боюсь, последующим может ничего не остаться, — помпадур передал мне тарелку с картофельным пюре и мясным жаренным биточком.       Не став спрашивать о его бешенном аппетите, я, просто кивнув, вышла из-за стойки и направилась к до сих пор жующему и читающему газету мужику. Молча поставив тарелку, я заглянула в газета, прочитав небольшой заголовок статьи: «Увеличение числа пиратов». Заметив мой заинтересованный взгляд, он обернулся, улыбаясь.       — И давно ты присоединилась к нам?       — Меньше недели.       — Понятно. Тебе метку сделали? — я удивленно посмотрела на темноволосого пирата.       — Что, прости? — хлопая глазами, пришлось переспросить мне.       — Ну, метка Белоуса, — он большим пальцем показал себе за спину. На его рубашке темного цвета был рисунок веселого Роджера. — Она обычно делается после вступления в команду, — округлив глаза, покачала головой.       — Нет, нет, нет! Я не вступила в команду! Я сюда попала чисто случайно и планирую… — он убрал газету и махом начал доедать свою третью порцию.       — Зря ты так. Ребята у нас хорошие, да и в обиду никто не даст, — активно жуя, проговорил тот и дружески осторожно ткнул локтем в бок. — А если повезет, то кто-то вместе с тобой встанет на «тихую гавань». Понимаешь?       Позади меня появился Татч.       — Рене, задерживаешься, — он кивнул мне в сторону стойки, и, в момент взяв грязную посуду со стола, я быстрым шагом начала отходить от мужчин. Проводя меня с секунду взглядом, Татч повернулся обратно к жующему мужчине. — И не пугай девочку, Тич. Рановато ей еще до твоей «гавани», — улыбнувшись, кок поправил слегка съехавший платок.

***

      Мы закончили ближе к вечеру и, когда мы выходили с камбуза, я увидела маленького принца, который нес с собой большую кипу бумаг. Попрощавшись с Татчем и остальными, я направилась к Харуте. Поприветствовав парня, переняла у него часть переработанной древесины с записями, за что получила благодарный кивок.       — Спасибо, поможешь донести?       — Если бы не помогала, не стала бы у тебя забирать всю эту листву, — поправляя стопку, улыбнулась я. — Веди, куда нужно? — Харута кивком показал идти за ним.       — Ну, как день прошел на камбузе? — начал он, повернув голову в пол оборота.       — Вполне неплохо. По крайней мере лучше, чем сидеть в четырех стенах, — Харута поправил стопку, которая была явно больше моей, и зажал рукой верхние листы.       — Сейчас выйдем на палубу. Смотри, чтобы листы не разлетелись, — обратился ко мне парень. Приблизившись к двери, я зажала листы так же, как и Харута, и он открыл дверь, пропуская меня. Прохладный свежий воздух ударил в лицо. Харута вышел следом и пошел вперед.       Я невольно начала осматриваться. Этот исполинский корабль до сих пор вводил меня в восторг от своих масштабов. Да и на палубе было очень людно. Впервые вижу такое скопище на корабле.       Видя мое нездоровое увлечением кораблем, Харута улыбнулся.       — Ну как? — отвлекшись от рассматривания парусов, повернулась к парню.       — Невообразимо. Этот корабль просто великолепен, — мы прошли половину палубы, и я взглянула за фальшборт, рядом с которым играли на бочках несколько людей. Темно-синее море взбивалось в морскую пену от порывов ветра, покачивая огромный корабль-остров на волнах.       — Да, тут я с тобой согласен. Лично мне с самого начала понравился Моби Дик.       — Это название корабля? — спросила я, поднимая бровь.       — Да, – Харута кивнул и оглянулся назад. — Честно говоря, я до сих пор вспоминаю, как юнгой драил каждый метр корабля. Он с самого начала стал для меня домом, как только Белоус взял меня, — мы подошли к большой надпалубной надстройке, возле которой мы и остановились. Харута снова открыл дверь, придерживая бумаги подбородком. Пришлось быстро шмыгнуть внутрь, чтобы не заставлять ждать парня. Пройдя несколько одинаковых дверей, он остановился напротив одной из них.       — Мы пришли, — Харута открыл дверь и встал возле нее, пропуская меня вперед. — Проходи.       Я зашла в небольшую комнатку, которая была обставлена простенько, но на мой взгляд, уютно: длинный узкий шкаф для вещей слева от двери, рядом стояла кровать с двумя тумбочками по бокам, на одной из которых стоял светильник. Напротив кровати стоял компактный письменный стол со стулом, с которым соседствовала полупустая двухъярусная книжная полка.       — Добро пожаловать в мою каюту. Положи, пожалуйста, бумаги на стол.       Молча положив кипу на стол, заметила небольшую фотографию в рамочке, на которой узнавался ананас, помпадур, гейша и сам маленький принц, которые стояли с другими людьми на фоне огромного человека с белыми усами.       Ну, теперь понятно, почему «Белоус», а не, допустим, «Грязноног».       Вторая часть кипы приземлилась рядом, чуть не теряя со своей стопки пару листов.       — Это ваша команда? — разглядывая фото, поинтересовалась я. Парень покачал головой.       — Нет, это только командиры и сам капитан. Боюсь, если бы фотографировались все, одной фотографии не хватило бы.       — Надо же… — задумчиво хмыкнув, я задалась вопросом: и сколько же людей на борту? Правда, когда взгляд упал на настольные часы, мысленно дала себе подзатыльник.       — Ладно, мне пора бежать. Не подскажешь, как добраться до медотсека? — Харута, кивнув, оторвался от бумаг.       — Выйди из общего коридора в пристройку. Там должна быть лестница, ведущая вниз. Как спустишься, иди прямо, никуда не сворачивая. Как только пройдешь Бизань-мачту, поверни направо — там единственный поворот, который ведет в коридор медотсека, — более-менее поняв, благодарно кивнула и поспешила к выходу.       — Спасибо, Харута, — парень кивнул в ответ и вернулся к просмотру принесенных нами бумаг.       На выходе из коридора я столкнулась с Изо, который, по всей видимости, шел в свою каюту.       — А, вот ты где. Спустись в медотсек, Марко опять тебя обыскался, — поблагодарив мужчину, пришлось рвануть со всех ног вниз. Добежав до нужной двери (и при этом не заблудившись в кой-то веке), зашла внутрь, тяжело дыша. Феникс был уже там.       — Опаздываешь, ёй. Татч и остальные освободились минут двадцать назад. Где ты была? — сидя на стуле, мужчина стянул с себя очки. Анабель, что вышла из противоположной двери, положила на стол небольшую папку, приветственно кивая мне.       — Разговаривала с Харутой. В следующий раз постараюсь примчаться быстрее, — Марко встал, освобождая место светловолосой девушке, и кивнул на кровать, что была по правую руку от меня, на нее я сразу же села. Теплая рука вновь коснулась головы, а через секунду теплое пламя начало приятно греть голову.       — Думаю, бесполезно спрашивать тебя о том, что ты делала в каюте Харуты? — Анабель тихо хихикнула, что услышали мы с мужчиной, и на секунду покосились на нее.       — Помогла занести бумаги, заодно по дороге и поговорили.       Ясно, эта пернатая зараза теперь может выслеживать меня.       — Как понимаю, ты заметил это волей? – феникс кивнул, слегка улыбаясь.       Что и следовало доказать. Вот почему он такой довольный.       — Как прошел день на камбузе, ёй? – неожиданно спросил Марко.       — Хорошо, — тихо прозвучал мой голос, видимо, из-за усталости.       — Ухудшения самочувствия не было? — его рука перешла на то место, где от его прикосновения ранее была жгучая боль. Сейчас боль была терпимее, что позволяло Фениксу приложить ладонь с мифическим огнем прямо на очаг.       — Эм… нет, не было, — слегка качнув головой, я посмотрела на сидящую Анабель.       Оставшееся время он просто молча лечил меня своим пламенем. Когда он ушел, Анабель потянулась, сидя на стуле, проминая спину при помощи спинки. Она повернулась ко мне и тепло улыбнулась.       — Ты чаю не хочешь?       — Не откажусь. Ты сейчас, надеюсь, свободна?       — Относительно, — вздохнула девушка. — Но для чая время всегда найду.       Через несколько минут мы пришли с камбуза с чайничком, чашками и небольшим пакетиком печенья, который по дороге обратно дал нам Тич.       — Да ты не беспокойся, Маршалл-сан добрый, хоть на вид и страшный, — пожала плечами, смотря на то, как девушка развязывала пакетик. Поставив чашки и взяв чайник, я начала разливать зеленый чай.       Мы сидели вместе несколько часов, просто разговаривая на женские темы. Анабель все пыталась узнать, что же все-таки было у нас с Харутой, но постоянно натыкалась на один и тот же ответ.       — Слушай, а переезжай ко мне в каюту! Женские комнаты рассчитаны на три места, но, так как нас четверо, я живу одна, — от такого предложения горячий чай чуть не вылился через нос.       — Ой, но я ведь не состою в команде и могу покинуть её… — я слегка стушевалась, на что девушка просто махнула рукой.       — Ерунда, — она сделала глоток горячего чая, из-за чего слегка скривилась. — Ой, горячее. Так хотя бы веселее будет, да и ты в медпункте торчать не будешь, — я задумалась. А ведь действительно, мне одной скучно и поговорить не с кем. Девушки, наверное, после своего рабочего дня разбегаются по каютам.       — Хорошо, покажешь тогда комнату? — отпив горячий чай, у меня у самой навернулись слезы из-за обожжённого языка.       — Обязательно. Давай только чай допьем, — так же мило улыбаясь, девушка откусила печенье, взятое из мешочка.