Тутберидзе видит всё.

Если когда-нибудь наступит день, когда мы не сможем быть вместе, сохрани меня в своем сердце, и я буду там навеки. (с) Алан Милн. "Винни Пух и все, все, все"

Олимпиада-2022. Китай, Пекин.        У меня было ощущение, что я не спала с того момента, как начался Олимпийский год. Задача была одна - доказать всем, что я могу. Доказать ей, что я могу. Могу забрать Олимпийское золото, могу прыгнуть четверной прыжок. Могу. Все могу без тебя.       Не могу.        Уже четыре года не живу, а существую. Это так непривычно: самой выбирать музыку для выступлений, самой выбирать костюм, самой выбирать и искать идеи. Сначала я пыталась. Но все мои мысли уходили в "Этери бы это не понравилось... А вот это да, это хорошо". И назло всему и вся, программы ставились по принципу: "Этери бы это не понравилось". Назло себе и ей. До сих пор хочется задеть ее. Нет, не для того, чтобы ей стало обидно или неприятно, а просто показать: "Смотри! Я здесь!" - взять за плечи и потрясти с просьбой, нет, мольбой, обратить на себя внимание.        Но ты тщательно всё скрывала. С моих программ уходила, а на пресс-конференциях упорно игнорировала вопросы о наших отношениях, мои открытые взгляды, хотя чувствовала их. Всегда смотрю на твои плечи и шею. Такие изящные, с четким контуром. Однако почему-то на следующую конференцию, посвященную нашему предстоящему отъезду в Пекин, ты пришла уже с палантином на плечах. Неужели столь чувствуется мой взгляд? Я польщена.

***

       Первая тренировка на льду Пекина. Мне кажется, я никогда не была так счастлива, как сегодня. Тебе никуда сегодня не сбежать от общей тренировки. Каждой стране дается определенное время на катке. Ты будешь на меня смотреть. Ты увидишь мои четверные, мои вращения, мой номер, мои эмоции.        Мы заходим с Брайаном на каток вместе. Он придерживает меня за руку, так как я сразу зашла в коньках. Взгляд сразу натыкается на копну белых волос. Сделала еще светлее? Тебе идет. Ты помогаешь Трусовой и Загитовой зашнуровать коньки, шуча и настраивая их на нужный лад.        Ты невероятный психолог. Кстати, в Канаде женщины ужасные феминистки и даже требуют, чтобы профессии имели не только мужской род, но и женский, представляешь? Именно поэтому ты психологиня. Странно и смешно одновременно. Когда я готовлюсь к выходу, всегда вспоминаю наши разговоры и становится спокойнее.        Наконец, мы все готовы и выходим на лед, как только начинается наше время. Орсер не дает точных указаний, он считает, что я умная девочка и сама могу все разработать. А вот ты все так же заботлива к своим девочкам. Саша и Алина остаются у бортика около тебя и ты явно объясняешь им, где и что лучше сделать, с чего начать и что потренировать больше. Интересно, а где ты потеряла Даниила и Сергея Викторовича? А нет, не потеряла, они как всегда подносят себе и тебе кофе.        Девочки начинают тренировать свои программы и я тоже, когда замечаю, что к тебе подходит Орсер. Что он забыл то рядом с тобой? Брайан что-то говорит тебе, довольно улыбаясь. А ты и взглядом не ведешь. Просто слушаешь, смотря на своих девочек. Ты ведь знаешь, что сейчас, несмотря на нашу тренировку, взгляды журналистов и объективы их фотокамер направлены исключительно на вас. Сладко улыбнувшись, даже приторно-сладко, ты поворачиваешься к нему так же мило, но явно с язвой в голосе, отвечая ему. Даже по тому, как ты открываешь рот и как двигаются твои брови, я понимаю, что ты говоришь именно вот так. Усмехнувшись, мой-не мой канадский тренер продолжает стоять рядом с тобой, когда я захожу на четверной и падаю.        Вот что происходит, когда не следишь, куда едешь и как заходишь на прыжок. Колено сразу дает о себе знать и встать я не могу. Около меня оказывается Брайан и помогает выйти с арены, садясь на ближайшую скамейку со мной. А тебя и след простыл. Это ты так не хочешь меня видеть или мои коленные муки?        Я растираю колено(как всегда советовала ТЫ), когда чужая рука кладет мне на колено сухой лед и протягивает эластичный бинт. Знакомое кольцо, аккуратный маникюр. Твои руки. Неужели уже глючит? - Подержи минут 10, потом наложишь повязку. Лучше не тренируйся больше сегодня, завтра еще успеешь. - говорит человек твоим голосом. Все, Медведева, дожилась мечтами об Этери. Я поднимаю взгляд и наконец понимаю серьезность всей ситуации. Передо мной и правда ты. - С..Спасибо.. Этери.. Этери Георгиевна, - киваю и я сглатываю - А с чего такая забота? - во мне просыпается какая-то резкость и обида. Обида за игнорирование моих взглядов, прокатов и даже приездов к тебе домой.        Только один мой приезд увенчался успехом. И то, корявым таким успехом. Ты, видимо, ждала Диану, поэтому так быстро открыла дверь. Увидев меня, ты сразу попыталась закрыть ее. Попыталась. Я подставила ногу и таки успела проскочить в твою квартиру: - Что ты тут забыла, Медведева? - нахмурилась ты, поставив руки на бока. - Тебя, - я быстро преодолела расстояние между нами, встав на носочки и целуя тебя. Ответила. Мне приятно. Я поняла как скучала. Скучала по твоим рукам, что сейчас сжали мою талию. Скучала по твоим губам, которые накрашены прозрачным блеском с вишневым вкусом. Скучала по твоим волосам, которые я сейчас пропускала через пальцы. Скучала даже по твоим зубам, которые покусывали мои губы. Ты опомнилась через пару минут, справившись со своими эмоциями и отстраняясь от моих губ. Ты коснулась губами моего лба и выдохнула: - Нет, Медведева. Ты забыла совесть. Уходя, нужно уходить. Ты ушла с катка. А каток - это моя жизнь. Значит ты ушла из моей жизни. Все кончено, Жень, уходи.       Ведь я пыталась. Ты хрипло смеешься, садясь рядом: - Нам же нужно в этом году занять весь пьедестал русскими спортсменками, - ты приобнимешь меня за плечи и шепчешь в висок - Поэтому забирай бронзу и едь в свою Канаду, Медвежонок, - шепчешь ты и, улыбнувшись Орсеру уходишь. - Еще посмотрим! - кричу я вслед. - What did she say? - спрашивает Орсер - She wished me luck, - быстро ответила я и перевязала ногу.       Бронза. Это мы еще посмотрим. Посмотрим, у кого будет бронза. У Загитовой или Трусовой? Мне тоже интересно, Этери Георгиевна.

***

POV Автор.       Гимн Российской Федерации играет для всех трех спортсменок пьедестала. Все три девушки представительницы России. Триумфом для них закончились командные соревнования. Все трое уже Олимпийские чемпионки, а Саша и Алина уже даже двухкратные.        Через 10 минут после этого триумфа по новостям объявят: - Наши фигуристки творят невозможное! Буквально только что закончились соревнования наших одиночниц в личном первенстве! Золото нам принесла Александра Трусова, серебро - Евгения Медведева, а вот бронза за Алиной Загитовой! Нам удалось взять интервью у Евгении Медведевой, давайте передадим слово нашей корреспондентке. На экране появляется улыбающаяся Женя Медведева, потирающая свою серебряную медаль: - Женя, мы вас поздравляем с удачным выступлением! Вы стали олимпийской чемпионкой в командных соревнованиях и первой в них тоже были вы. Что не хватило сейчас? -Спасибо большое! Всего мне хватило! Я очень рада за Сашу, она большая умничка! Поэтому мне не жалко было ей проиграть сегодня. Проигран бой, но ведь не война, - смеется девушка и смотрит в сторону, откуда чувствует взгляд родных глаз.       Там на нее смотрит ее Этери, которая рада не только за свою Сашу Трусову, но и за Женю, которая добилась главной своей амбиции - доказала, что лучше Загитовой. Та усмехается и покачивает головой.       Когда все немного подуспокоятся и всем не будет дела до бывшего тренера и фигуристки, Женя подойдет к Этери: - Я же сказала, не бронза. - Я не сомневалась в тебе, - даже не дрогнув, говорит Этери, слегка усмехнувшись. - Этери Георгиевна, а у вас остались места в вашей группе для одной спортсменки? - она обнимает женщину за талию. - Ну, я поищу для вас место, Евгения Медведева, - улыбается Тутберидзе и поворачивается к ней.       И только им известно, что скрывала эта ночь перед произвольной программой.

***

Даже не спрашивайте, почему это стихотворение. Знала бы - написала бы. Состояние у автора психически-истерическое, вот и тянет его хер пойми на что. Сейчас бы два стихотворения вам вкидывать. На злобу дня. Просто для дум. Вы наденьте её одежду И пройдите её дорогой… Ощутите её надежды, Как она полюбите Бога… Вы поплачьте её слезами… Боль её испытав, хоть малость… Проживите её мечтами И примерьте её усталость… Вы предательства испытайте, Что, рыдая, она прощала… Как она, за других страдайте, Доверяя опять сначала… Её душу себе поставьте И прочувствуйте как не просто Всё в неё пропускать, представьте… И услышьте, что шепчут звёзды… Как она, этот мир любите И за счастье и за страданье… А потом уж её судите, Если будет ещё желанье! Ирина Самарина-Лабиринт А это второе. вы говорите: совесть ненужный хлам, а скромность отныне это удел для трусов знаете, глядя на то, что нравится вам я, признаться, немного горд, что не в вашем вкусе может, я дурак и наивный провинциал но я верю, что честность все же важнее победы и бездарно растратить весь свой потенциал лучше, чем взять и продаться другим как следует вы говорите: наглость второе счастье но нет на свете обманчивей этих слов даже если это самый короткий путь к власти он для негодяев и подлецов и может я неудачник, но я не предатель ваши награды за верность мне не нужны поймите, дороже не то, за что больше платят дороже то, чему нет цены. Мария Гу.