Death is Gold

— На этом выступление Чревовещателя Гидеона Глифула завершается! Спасибо, что были с нами!        Телевизор громко работал в зале, а Мэйбл, Диппер и Стэн расположились поблизости. Пайнс по привычке вывалила в пиалу различных вкусностей, подперла подушку к креслу, на котором сидел дядя, и придвинулась к брату, желая в полной мере насладиться глупыми шоу, которые любит крутить телевидение Гравити Фолз. Однако сегодня, помимо всех этих странных шоу вроде «Тигр-кулак», шло вечернее выступление их давнего друга.  — А он изменился, не правда ли? — хихикнула Мэйбл, склонив голову набок, и вновь посмотрела на экран, на котором был заснят Гидеон.       В отличие от того, каким она видела его в детстве, он точно изменился. Пухлая фигура превратилась в высокую и довольно стройную для парня; волосы не были уложены, как раньше, поэтому белокурые пряди местами торчали в разные стороны, хоть и были довольно аккуратно заправлены и приведены в порядок. Темно-голубой костюм и черная рубашка с белым галстуком по-прежнему подчеркивали его стиль, к которому он привязался с детства, а публика, несмотря на былое шарлатанство, вновь его полюбила. Только теперь он работал добросовестно, много лет изучая различные трюки и фокусы; яркие, голубые красивые глаза смотрели в кадр не без искры искренней радости, а губы всё больше и больше растягивались в широкую улыбку, позволяя зубам показаться на вид. И, чего не скрыть уж точно, улыбался Гидеон очень красиво. Диппер даже легонько подколол её, ткнув локтем, а Мэйбл смущенно расхохоталась, даже не отрицая этого.  — Тюрьма изменила его в лучшую сторону, — прокомментировал Диппер, листая дневник, расположенный на коленях.       Кстати говоря, это был тот самый дневник, который Гидеон безумно хотел заполучить в детстве, как какой-то более важный трофей. Он был ярым пропагандистом в глазах близнецов, а те всё равно дразнили его тем, что не позволяли этой книжонке пропасть. Да и Диппер этого ни за что бы не допустил. Дневник с различными аномалиями в Гравити Фолз — это то, что подарил ему Стэнфорд перед смертью много лет назад. И потерять его было большим провалом, которого он бы себе никогда не простил.  — И что ты думаешь по поводу конверта? — она повертела бледно-синим конвертом у глаз брата, а тот вздохнул и повел бровью, вдруг вспомнив, как заинтригована была сестра с утра, когда распаковывала его и читала письмо от Глифула. — Может, сходим? Он всё равно нас пригласил на своё следующее выступление!       Диппер пожал плечами и ничего не ответил по поводу посещения Гидеона, а Мэйбл всё же позволила этой теме упасть в их разговоре и вновь обратила внимание на телевидение.       Выступление Гидеона закончилось, и теперь начались свежие новости Гравити Фолз. Она вытащила подушку, о которую облокачивалась, и прижала её к груди обеими руками, наблюдая за тем, как абстрактные картины выстраивают линию связи с репортершей — Шандрой Хименес.       И эта женщина, к слову, до сих пор была репортером номер один во всем городе, своим трудолюбием к донесению новостей народу немало поражавшая многих. Теперь же после прямого включения её лицо приняло довольно серьёзный вид, а рука, появившаяся в кадре, приставила рабочий микрофон ко рту.  — Мы находимся у входа в лес на центральной улице и ведем прямой эфир прямо из Гравити Фолз, — начала Хименес, — и сейчас здесь проводится расследование об убийстве сорока девятилетнего жителя, чьё тело было найдено в этом самом лесу, — женщина повела рукой в сторону леса. — Версии у всех разные, но патологоанатом, осмотревший его прямо с места событий, заявил предположение о том, что его мог атаковать дикий медведь. Нападений медведей не было годами и, возможно, это первый случай за последние несколько лет. Расследование всё ещё проводится — так комментируют эту ситуацию правоохранительные органы. Они опасаются, что медведь, напавший на человека, мог оказаться больным бешенством, поэтому с этого момента они планируют стоять на страже порядка и защиты природы куда более внимательно, — не без охоты в словах сообщила Шандра Хименес, что было вполне неудивительно. В Гравити Фолз мало случается что-то подобное, тем более, что с последнего происшествия прошло много лет.       Мэйбл, от удивления приоткрыв рот, вдруг вытянулась вперед и заметила, что позади репортерши у места преступления стояли шериф Блабс и его верный помощник Дурланд. Само место было ознаменовано ярко-желтой лентой с надписью, а тела не было видно из-за веток деревьев, под которыми и находился так называемый труп. Диппер, наконец, поднял взгляд на экран, отвлекаясь от своего дневника, и его лицо приняло тоже не менее удивленное выражение. Особенно тогда, когда, обращая камеру к месту с другого ракурса, решили показать тело, накрытое чем-то белым, что теперь было испачкано огромными разводами алой жидкости.  — Нападение? — пробормотала Мэйбл, вспоминая одну из аномалий города в виде мультимедведя. Но он не был таким уж плохим для того, чтобы так просто атаковать невинного человека. Дядя Форд, когда они были довольно маленькими, приводил их в лес к этому животному, и близнецы даже гладили одну из голов этого зверя. Он не мог убить. Точно не мог. Разве что… если бы его спровоцировали на столь чудовищный поступок.  — Этого не может быть, — возразил Диппер. — Я читал записи Форда и точно знаю, что находится медведь намного дальше от города. Почти у озера, — он покачал головой и быстро полистал дневник, точно зная каждую страничку наизусть, после чего нашел нужную и показал её сестре.  — Любой, кто видел или знает об этом происшествии, может обратиться в полицейский участок. Не будьте равнодушны. Любые ваши возможные показания на этот счет могут помочь в расследовании.       Диппер не выдержал и переключил канал на какую-то из глупых передач, которые любил Стэн, и откинулся назад к креслу. Напряжение заметно витало в воздухе, даже несмотря на спокойствие их дяди, однако после этого близнецы Пайнс больше ничего не говорили по поводу этого.

***

      Билл открыл свои золотистого цвета глаза и огляделся, рассматривая лесную чащу и вслушиваясь в каждый из звуков, что ничуть его не пугали. Затем стал медленно расхаживать по лесу, местами опираясь на трость, а иногда держа её за спиной, ровно выпрямившись.       Он никуда не торопился, не вел счет времени и просто проводил время, как ему заблагорассудится. Сайфер пропустил достаточно лет, в которые люди просто жили изо дня в день, и не следил за ними, по-прежнему выжидая зов душ и чувство предсмертия, абсолютно ни о чем не беспокоясь и ничем не занимаясь круглыми сутками. После веков молчания и миллионов собственных мыслей Билл понял, что быть среди людей довольно изнурительно.       Тут же он почувствовал странный сдвиг в воздухе, который не ощущал уже очень долгое время. Это заставило его обернуться, чтобы взглядом обозначить своё окружение и проверить каждую мелкую деталь в той местности, в которой он сейчас располагался. И это далеко не было тем чувством, что ему было свойственно ощущать, когда душа готова к его принятию. Это было что-то другое, но не менее сильное и тяжелое.  — Я знаю, что ты там, — Билл выжидающе посмотрел в сторону деревьев и поднес запястье выше, равнодушным взглядом поглядывая на время сквозь стекло потрескавшихся часов. Это было странно, ведь они ему не особо нужны, однако сейчас, когда тот, кого Сайфер ожидал увидеть, приближался, стрелки часов начинали тихонько подрагивать на ровном месте. Он интуитивно догадывался о присутствии того, кто от него скрывается, но не был до конца уверен в своих догадках.  — Как всегда.       Прямо за спиной Билла послышался хруст ветки, и тот спокойно обернулся, чтобы взглянуть на нежеланного гостя. Тэд Стрэндж отступил на шаг от сломанной под его ногой тоненькой ветки и посмотрел на Сайфера. Сам же Билл не дергался, спокойно смотря в ярко-фиолетовые глаза старого приятеля. Какое-то время они просто молчали, а затем всё же заговорили друг с другом.  — Что ты здесь делаешь, Стрэндж? — Билл оперся руками о трость и заметил, как таинственная улыбка Тэда растянулась на его лице.  — Неужели я не могу посетить своего старого друга? — этот парень с темно-фиолетовыми, чуть взлохмаченными волосами рассмеялся от души, выглядя каким-то придурком в глазах Сайфера, что непоколебимым взглядом наблюдал за его припадком.  — Мы больше не друзья.       Тэд замолчал, резко прерывая смех, и взглянул на блондина так, будто тот разрушил нечто важное. Однако когда они были молоды, Сайфер и вправду разрушил, прервал и забросил их общение по одной очень серьезной причине. Ну, а сейчас же Билл совсем потерял счет во времени, оттого, может, и вовсе позабыл о том, кто был ему подобным.  — Ты говорил это ранее и говоришь сейчас. Неужели тебе не хочется вновь пройти через наш смертоносный танец? — с любопытством поинтересовался Тэд и хохотнул, взмахнув рукой.  — Танец, в котором ты постоянно проигрываешь, — огрызнулся Билл, не отступая ни на шаг даже тогда, когда Стрэндж приблизился к нему.  — Тогда как насчет ещё одного? — Тэд провел рукой по волосам, откидывая челку назад. — Последний танец старых друзей.       Сайфер едва не зарычал, свободной рукой хватая парня за горло, и посмотрел ему в глаза сразу, как только вжал того в дерево, из-за чего тот спиной врезался в его столб. Ух-х, как же Билл хотел, чтобы смертельные прикосновения работали на этом придурке.       Коллекционеры Душ, коими они и являлись, были единственными, кто мог касаться друг друга не в зависимости, облачены их руки во что-то или нет. Тэд засмеялся даже тогда, когда тот усилил хватку и крепче сцепил пальцы вокруг его горла, не давая возможности и пошевелиться.  — Мы не друзья, — прорычал Билл, а янтарные глаза в темноте стали загораться мягким, но таким опасным свечением. Тем более, что в ночи это выглядело более устрашающе. — Были когда-то, но ты всё испортил.       Тэд едва не задохнулся от новой волны смеха, когда тот отпустил его, и стал жадно глотать легкими ночной прохладный воздух, а Билл закатил глаза, почувствовав желание ударить его по лицу или убить вовсе. Жаль только, что Коллекционеры Душ не могли убивать друг друга. Точнее, не совсем так. Хотя Сайфер был бы не против разделать этого идиота на куски.       И несмотря на то, что его хватка была довольно плотной и сильной, с Тэдом ничего не произошло, и не было ни единого повреждения, даже если бы Билл просто-напросто сдавил все его артерии. После этой перепалки, что, казалось, длилась часами, Сайфер отпустил его, отходя на несколько шагов в сторону и борясь с желанием привязать Стрэнджа к одному из этих деревьев.  — Я не стану заниматься тем, чем раньше, Стрэндж, — процедил Билл. — С меня хватит, а вот тебе не помешало бы остановиться. Я не стану прощать тебя, как в прошлый раз, — в его словах не было осуждения, однако при воспоминании о том, что любил делать Тэд, становилось не по себе.       Этот чудак усмехнулся, и Билл зло посмотрел на него, чувствуя, как его глаза до сих пор задействованы в пугающем свечении.       Он знал, зачем Тэд здесь, знал, что тот собрался делать и каковы его намерения. Он знал его, как давно прочитанную им старую книгу, и почему-то подумал о Мэйбл, которой стоит держаться от Стрэнджа подальше. Мало ли, что может забрести в голову этого идиота. Они ведь были немало знакомы, и Билл знал о нём всё или, по крайней мере, точно всё, что требовалось знать о нём. Он опасен для тех, кто не является ему подобным, опасен для каждого, в чьей груди бьется живое сердце. Опасен для этого города. И Сайфер стиснул зубы, решая для себя, что то, что было в прошлом, ни за что не должно произойти в Гравити Фолз.  — Мне здесь нравится. Уединенно, тихо, словно не от мира сего, — довольно прокомментировал Тэд, оглядывая лес так, будто находился в центре города. — Да и если произойдет тут что-то, то простым смертным понадобится много времени, чтобы выяснить, в чем заключается эпицентр проблемы, — этот парень вновь рассмеялся, потирая рукой шею, и чуть позже его голос захрипел. — Теперь я понимаю, почему ты здесь поселился.  — Ты здесь лишь потому, что следовал за мной, — констатировал Билл, прислонившись спиной к дереву. — Что тебе нужно, Стрэндж?  — Я хочу, чтобы мы снова стали друзьями, — мгновенно ответил Тэд, и глаза блеснули с неким азартом при взгляде на Сайфера. Тот с раздражением отвел взгляд в сторону и сложил руки на груди. — Прямо как в старые времена.  — Прямо как в старые времена, — повторил Билл, и в голосе промелькнули довольно мягкие ноты вперемешку с насмешкой. — Уже ничего не будет, как раньше.  — Почему? Прошлое, настоящее и будущее бессмысленно, ровно как и те души людей, которые мы собираем. Никто из них не имеет особого значения, — Тэд ухмыльнулся. — Мы можем манипулировать ими. Так почему бы нам с тобой не начать манипулировать и будущим?  — Это не так работает. Прошлое — это прошлое, а будущее — это будущее. Забей на всё и просто делай своё дело, Тэд, — пробормотал Билл, но его слова ничуть не повлияли на того, с кем он говорил. — Что бы ты ни делал, люди не увидят тебя, пока их души не оставят тело.       Лицо Тэда помрачнело, когда тот повернулся к блондину, а последний в свою очередь прищурился, следя за каждым движением второго Смертоносного Жнеца. Взгляд Стрэнджа был странным и безумным, таким, каким он его и запомнил в былые годы и века. Он был ему другом, рожденным с рассветом человека; Билл был жестоким, какой и полагалось быть Смерти, однако он не хотел быть, как Тэд.       Он не хотел забирать жизни силой.  — Я не подписывался на этот образ жизни. Я просто получаю от него удовольствие, — огрызнулся Тэд. — Однако, меня интересует ещё и то, почему ты так упорно застрял в этом глупом городишке.       Билл не ответил ему, прекрасно зная, что отвечать на эти слова опасно. И опасность заключается не в нем самом, а в том, кому он может её принести. Билл рассекал Гравити Фолз день ото дня и жил там только потому, что следил за Мэйбл: за девчонкой, чей звонкий смех довольно часто звучал в Хижине, за той, что была интересна ему, а главное — могла поговорить с ним. И он не мог допустить, чтобы такая тварь вроде Тэда хоть пальцем коснулась её.  — Я не буду играть в эту игру, Тэд. Больно стар для этого, — блондин вздохнул, а затем угрожающе взглянул на Стрэнджа всё ещё светящимися янтарными глазами. — Но если я узнаю, что ты убиваешь людей здесь… я убью тебя сам.       Заведя одну руку за спину, а другую выставив перед собой в области живота, Тэд поклонился, из-за чего Билл вновь закатил глаза. Сайфер слишком много времени провел в одиночестве для того, чтобы вновь работать с кем-то; он уже не мог себе позволить жестокого и насильственного отношения к людям, как делал это раньше чисто ради того, чтобы забрать чью-то душу. И теперь, когда появился человек, способный видеть его и слышать, он не может оставить этот город без защиты.  — Уверен, ты можешь и передумать. Уверен, что дружбу двух Жнецов можно возродить. Но… — его губы растянулись в хищной ухмылке, оголяя белоснежные зубы, — это будет, как только я узнаю, что держит тебя в этом городке, Билл, — он выждал небольшую паузу. — Потому что я не припоминаю, чтобы ты когда-либо защищал город.       Билл непринужденно пожал плечами, выглядя всё таким же равнодушным и спокойным. Слова Тэда ничуть его не пугали, ведь позже он всё равно найдет способ прихлопнуть его, сделай тот что-то, что принесет вред людям.  — Мне здесь нравится. Как ты и сказал — это место не от мира сего. Здесь абсолютно ничего не происходит, — пробормотал Сайфер. — Да и работа моя тут куда легче.       Билл одним движением руки уцепился за ветку и в следующее мгновение уже оказался на дереве, сверху наблюдая за Тэдом и скользя по его лицу чрезмерно насмешливым взглядом. Сам же Тэд не двигался, прожигая блондина взглядом, полным увеселения и безумия.  — Конечно, Билл. Я изучу этот город, а затем вернусь, — Стрэндж сложил руки на груди. — Было приятно увидеться с тобой.       Сайфер сухо кивнул ему, довольствуясь тем, что убил часть нескончаемого времени и поговорил с кем-то, кто хоть ненадолго смог утолить его желание поговорить. И теперь, когда ему стало чуть больше известно о возможной судьбе города, Билл решает навестить Мэйбл, пока у него есть такая возможность.