Мой непутёвый вуду или связанные

      Нагиса в шоке смотрел на свою мать, не понимая, что произошло.       Накамура хмуро посмотрела на Шиото, а затем громко фыркнув, вышла из палаты. Низшая аккуратно взяла руки сына в свои и, погладив их, осторожно поднимает взгляд.       Нагиса смотрит как раненный зверь, ему не вериться в услышанные слова, в груди что-то хрустит, как будто ломается. И низший не понимает, почему ему так неожиданно больно, то ли от жестокости матери, то ли от понимания, что он потерял возможность жить обычной жизнью хотя бы до окончания школы.       — Что это значит? — тихо, почти не слышно шепчет Нагиса и отпускает голову.       Шарлотта продолжает гладить ладонь сына и не понимает, когда она пропустила момент, что та так выросла. Она поправила свои тёмно-синие волосы, целует его в лоб и громко отвечает:       — То и значит, Нагиса, не строй из себя дурака. Завтра к тебе придут те же люди, ты отдашь им кольцо и согласишься во всем что они скажут, — мать не бьёт его, а по телу разливаться разряды боли. Нагиса не понимает себя и свою реакцию, но согласно кивает.       Шиото уходит, поправив одеяло сына. В палате виснет давящая тишина, что душит похлеще слов женщины, что приходила. Ему как будто сдавили горло, вытянули из нормальной жизни и бросили на скалы реальности. Нагисе смешно, каким же глупым он был, раз решил что сможет хоть на секунду приблизиться к тем, с кем так хорошо проводил время. По щекам шли предательские слёзы, а в голове крутилась мысль, что всё кончено.       Разве не этого ты так хотел? Разве не ты просил всё вернуть на круги своя? Чего же теперь плачешь? Ты такой слабый Нагиса. Ты слаб.       Шиото так и не смог уснуть. Он просидел так всю ночь, поэтому сейчас всё тело ныло и просило отдыха. Собственное отражение в окне было ненавистно ему сейчас, что он с трудом сдерживал себя, чтобы не швырнуть в него чем-нибудь.       В какой-то момент к нему зашёл его лечащий врач, но Нагиса лишь согласно кивал, пропуская все его слова и устало смотрел перед собой. Видимо мужчине это надоело, и он просто вышел, оставив низшего наедине со своими мыслями. Он корил себя за свои вчерашние эмоции, но выдавить из себя хоть каплю радости просто не мог, а потому сидел сейчас, словно кукла и не знал что ему делать дальше. С ним как будто играли в жестокую игру, где сначала давали надежду на что-то, а затем безжалостно её вырывали из рук. А ведь он только смирился, что вечность будет на дне. Шиото не знал, что должен говорит, как реагировать, смеяться или плакать, что он должен сделать. Что?       Хочу увидеть папу.       Тишину прервали, за дверью послышался грохот, а затем она и вовсе отлетела. Нагиса вздрогнул и удивлённо посмотрел на Каяно, что, пыхтя подбежала к его кровати.       — Наги! Боже, ты такой бледный, что они с тобой сделали?! Что случилось, почему я узнаю о том, что ты тут от Рио? — высшая не переставала тараторить, словно её в любую минуту перебьют.       Шиото отвернулся от Каэдэ и, поджав губы, покачал головой.       — Слушай, уходи, — говорил он тихо, но Каяно слышала, как его голос сильно надломился, как будто ещё минуту назад он отчаянно кричал. — Я…я не хочу сейчас разговаривать. Мне… надо подумать нал сложившейся ситуацией.       Каэдэ протестующе замычала и села на край кровати, обхватив его ладонь своей.       — Нет. Я же вижу что тебе нужна помощь. А друзья помогают друг другу, так ведь?       Нагиса нахмурился, но руку не отдёрнул. Устало вздохнув, низший посмотрел в лицо Каяно и вновь покачал головой.       — А мы друзья? — высшая вздрогнула.       Каяно неверующе смотрела на него, а затем прикусила нежную губу. Она сжала его ладонь с такой силой, что Шиото болезненно зашипел и выдернул её из захвата.       — Да, — Каэдэ кивнула своим словам. — Может ты так и не считаешь, но для меня ты — друг. Мы об этом не говорили, но я считал, что это и так понятно, но видимо, что я слишком переоценила свои способности, — она мягко улыбнулась, а затем добавила. — Но я всё равно хочу тебе помочь. Для меня-то ты друг.       Её прервал Асано, что спокойно зашёл в вышибленную дверь. Шиото нахмурился, но прогонять ещё одного гостя не стал.       — Шиото, ты довольно забавный малый. Не хотелось бы, чтобы ты вдруг взял и так просто потерял титул. В конце концов, я ещё не отомстил тебе за прошлый раз, — парень аккуратно поправил чёлку, что усердно лезла в глаза и посмотрел на Нагису своими проницательными серыми глазами. — Но, даже несмотря на это. Знай, тебя есть кому подхватить, главное сделай первый шаг и начти взбираться на гору.       Нагиса непонимающе взглянул на Гакушу, а тот лишь уныло разглядывал помещение. Каяно фыркнула от его слов и тихо прошептала:       — Он снова загнул в своих философских фразочках.       Когда все замолчали в дверном проёме оказался человек, которого здесь вообще не ожидали увидеть. Карма постучал о дверной косяк и, как-то устало улыбнулся.       — Не знал, не гадал, что Асано иногда может выдать что-нибудь стоящее.       Асано закатил сглаза и, фыркнув, вышел из палаты.       Акабане посмотрел на Нагису, непонятно чему кивнул и прошёл в комнату. Шиото сжался под пронзительным взглядом янтарных глаз, но всё так же молчал. Каяно потянулась к нему, но Карма протестующе зашипел, и высшая отдёрнула руку, а затем вышла вслед за Асано.       — Ну здравствуй, Вуду, — голос у Акабане был хриплым и ужасно уставшим, под глазами залегли синяки, они не виделись всего день, а впечатление, что высшему только хуже стало.

Coraline — Maneskin

      Нагиса нервно поёрзал на кровати и отпустил взгляд, на свои сцепленные в замок руки. Между ними повисла неловкая тишина, никто не стремился её нарушить, а Шиото и вовсе мечтал о том, чтобы Карма так и не заговорил, но вместо этого высший подошёл к его кровати и встав рядом опёрся о стену.       — Ну что за кислая мина?       Нагиса сжал руки сильнее и прикусил язык, чтобы не начать реветь прямо сейчас при том, кого ненавидел всей душой, ну или хотел в это верить. Горло снова будто сдавили, не пропуская воздух, он стал задыхаться, а по щекам пошли предательские слёзы.       Что ему делать? Что он должен сделать?       Карма сам почувствовал приближающуюся истерику и, глубоко вздохнув, схватил Шиото за плечи. Заставив низшего поднять на него взгляд, он нервно прикусил губу и застыл в нерешительности. Нагиса дрожал в его руках и беззвучно открывал рот в попытке вздохнуть, а Карма сам еле держался, пытаясь сбросить чужие эмоции. Голубые глаза смотрели на него с такой болью, отчаяньем и непониманием, что в груди вновь предательски зашумело.       — Тсс, всё хорошо, — Карма сам не верил в свои слова, а низший в его объятьях задрожал ещё сильнее.       — Давай посчитаем, м? Давай со мной. Раз, — Акабане притянул к себе Нагису и, нежно обняв, стал покачиваться из стороны в сторону. — Повторяй за мной, два.       — Д-два, — сдавленно проговорил Шиото и вновь заплакал.       — Молодец… молодец, продолжай, — Карма больно прикусил свою губу и продолжил покачиваться.       — Три — Нагисе, казалось, что он теряет связь с реальностью, но спокойный нежный голос заставлял его продолжать считать и вырывать из своей груди слова. Воздуха катастрофически не хватало, но чем больше он говорил, тем спокойнее ему становилось и в какой-то момент он уже не дрожал, не плакал, но оставался в теплых объятьях высшего.       — Всё хорошо, — шептал Акабане и поглаживал его по голове. — Ты молодец.       Шиото не знал, как себя вести, ему было неловко и стыдно, что его видели в таком ужасном состоянии, но в то же время он был благодарен.       — Успокоился? — Карма говорил спокойно, и продолжал качаться, словно желал убаюкать низшего.       Нагиса кивнул и почувствовал, как тёплые объятья были разорваны. Хотелось вернуть руки Акабане обратно, но он просто поджал губы и сам отстранился подальше.       — Почему ты мне помог?       Карма нахмурился и отвернулся от Шиото предпочитая смотреть куда-то в пол. Они сидели в тишине и Нагиса уже вновь хотел, чтобы его оставили одного, потому что молчать одному было не так напряжённо и утомительно.       — Потому что я знаю, какого это остаться одному с чувством, что нужно что-то решить. С чувством, когда не знаешь, что делать дальше, но с пониманием, что все ждут твоего решения. Я знаю, какого это, бояться признать правду.       Карма провёл рукой по одеялу и, в последний раз взглянув на низшего, стремительно вышел из палаты, чтобы снова начать дышать полной грудью. Нагиса остался один.

***

      Нагиса спокойно встретил тех троих амбалов, что с каким-то сожалением приняли у него кольцо. Ему пришлось подписать много различных документов, однако в целом встреча прошла спокойно. Когда он вышел из больницы, то на пороге его встретила Каяно с Гакушу. Оба были чем-то взволнованы, но старались не подавать виду, поэтому просто начали вести какой-то бессмысленный разговор. Нагиса с удивлением узнал, что Асано просто настоящий педант, который просто ненавидит грязь. Каяно долго рассказывал смешные истории связанные с маленьким Гакушу. На что тот яростно шипел и затыкал болтливую подругу.       — А где Карма? — яростно спросил Асано и в очередной раз вытер руки.       Сзади кто-то шумно вздохнул, и вся компания разом обернулись. Оказалось, что всё это время Акабане шёл позади них спокойно попивая колу. Пройдя вперёд он странно посмотрел на Нагису и сказал:       — Я сматываюсь от вас. Вы ещё более безумны чем я думал, — Акабане изобразил ужас и быстро пошёл дальше.       А Асано с криком: «Подожди», побежал следом, видимо убегая от надоевшей знакомой.       — Прости, — неожиданно сказала Каэдэ и виновато отпустила голову. — Я не смогла тебя поддержать, ты нуждался в помощи, а я как друг не смогла помочь. Хотя друзья ли мы вообще?       Шиото посмотрел на высшую и поднял её голову, заставляя смотреть ему в лицо. Он улыбнулся ей, да вымученно, но по-настоящему.       — Ну, думаю, я бы хотел стать твоим другом. Меня зовут Нагиса Шиото, — низший протянул ей руку. — Давай дружить?       Каяно сначала удивлённо смотрела на Шиото, а затем, заплакав, бросилась ему на шею. Нагиса пытался её успокоить, а в ответ слышал непонятное бурчание.       Что ж, я принял правду, надеюсь и ты сможешь.