Чувства цвета акварели

Настало воскресенье. В Лондоне оно разлилось по улицам редкими для города солнечными лучами и приятным, скорее весенним, теплом. Даже обычно хмурые прохожие, казалось, сбросили несколько нитей морщин, обращая их в мимолетные улыбки. Вот какая-то девочка лет пяти, забавно перебирая ногами в быстром беге, со всей своей детской силы бросила яркий мячик в лужу и брызги радужными бабочками разлетелись вокруг, пачкая её аккуратное нежно-розовое пальто; девочка радостно вскинула руки вверх и так заливисто засмеялась, что её смех начал казаться маленьким вторым солнцем для окружающих. Вот оно — счастье в мелочах. Легкое, прозрачное и беззаботное. Какая-то женщина, по всей видимости мать, тут же подбежала и оттащила ребенка подальше от грязной лужи. С недовольным лицом она присела на корточки и начала оттирать белоснежными салфетками светлое пятно от капель, начиная спокойно отчитывать свою дочь. Но последняя казалось настолько довольной совершенным действием, что мать не выдержала, и её губ коснулась тёплая улыбка. Не оставило это событие равнодушным и одного подростка, который стоял за большими окнами уже породнившейся ему чайной, и так же лучезарно улыбался, грея руки о теплую чашку какао. Настроение его было хорошим, даже скорее расслабленным. Мысли, подобно пару из чашки, легким танцем поднимались вверх и растворялись, не давая возможности даже на секунду за них зацепиться. И это было лучше. Не было лишнего груза работы, который сваливался на него за эту неделю. Сегодня уже последний рабочий день Эрена в чайной и он хочет сделать его особенно душевным, запоминающимся. Ребята предлагали ему устроиться официально, но Йегер тут же отмахнулся. Аргументировал он это тем, что как раз заканчивает школу, времени и так мало, а работа выжмет из него последние соки, и тогда сил куда-то поступить у него точно не останется. Но он обещал часто забегать на чай, проведывая их, и тогда успевшая расстроиться Петра всё-таки оставила его в покое. День действительно был по-настоящему солнечным, но, как говорится, чем ярче свет, тем гуще тень. И вся эта тень, казалось, скопилась конкретно в одном человеке. А этот человек сейчас с видом самого Сталина пытался выяснить, кто пролил всю бутылку жидкости в уборной и не удосужился убрать за собой. С самого утра Ривай сам не свой. Никто не спорит, что о его хорошем настроении ходят только легенды, но зато его плохое — а точнее обычное — делится на просто плохое и очень плохое. Сегодня, видимо, второй вариант. Вид его мрачнее лондовской тучи, придирки еще более унизительные, а оскорбления более изощренные. Эрена периодически терзали сомнения, что на его состояние как-то влияют вчерашние события, но он не нашёл смелости, чтобы спросить, потому что лёгкий страх услышать положительный ответ всё равно теплился где-то глубоко внутри. Мальчишку Ривай как раз-таки почти не трогал сегодня. Ведь он не поленился и встал пораньше, чтобы провести в чайной генеральную уборку на пару с Пиксисом до прихода посетителей, и результат был действительно бальзамом на душу. Не то чтобы в «Titanis» было когда-то грязно, но разного рода посетители всё равно оказывали свой эффект на заведение: грязь с обуви, заляпанные детьми сидения, залапанные пальцами стекла... и без периодической генералки было просто никуда. Ривай с Эреном сегодня практически не разговаривали. — Я закрыл окна в вашей квартире, — утром с порога произнес парень, зайдя в чайную и кладя ключи на стол. Оруо и Петра, до этого спокойно разговаривавшие с хозяином, вопросительно вылупились на ключи так, словно это был пакет с коксом, — Я бы ещё сказал, что покормил кота, но у вас его нет. Придётся подарить на день рождения. Эрен, идя в чайную и подготавливая свои слова заранее, был настолько уверен, что вызовет этим хоть какую-то ухмылку на лице мужчины, заметную только ему одному, но Ривай даже не посмотрел на парня. Забрал ключи, коротко кивнул и продолжил что-то объяснять своему бармену. Йегер, словно в холодную воду опущенный, простоял так еще несколько секунд за спиной мужчины, а после молча удалился в сторону подсобки. Такими различными скачками и проходил его последний рабочий день. Парень решил особо не забивать голову дурными мыслями и подойти к Риваю позже, авось остынет. Ведь мужчина был подобно огоньку свечи. Если быть неосторожным, мгновенный пожар сожрет всё вокруг, оставляя после себя лишь жалкие кучи пепла. У Эрена постепенно начало получаться контролировать это непослушное пламя, оберегать его и сохранять в своих границах. И парень уверен, что скоро получится даже согреть им руки. — У меня такая идея! — из кабинета Ривая, подобно смерчу, вылетела Ханджи, размахивая телефоном. Новоиспеченный репетитор Эрена пришла к другу где-то полчаса назад и всё это время торчала у него в кабинете. Что они там так активно обсуждали — одним стенам известно. Зое действительно напоминала бурю. Такую неспокойную, громкую, неумолкающую. Кажется, в девушке вырабатывается слишком много энергии за минуту, и если она не выплеснет её куда-то в ближайшее время — просто взорвется. Это было так непривычно и так противоположно Риваю, но, возможно, именно этим они и дополняли друг друга в общении. Эрен едва не выронил чашку, когда Ханджи подбежала к нему и схватила свою бедную жертву за плечи. Пара капель выплеснулись за края и обожгли нежную кожу, от чего мальчишка тихо шикнул, в мыслях выругавшись. — Надо же последнее фото сделать! — радостно выдала Зое, привлекая внимание всех сотрудников вокруг. — Ты так говоришь, будто мы больше никогда не увидимся, — хмыкнул недалеко сидевший от них Эрд, — Уверен, Эрен слишком соскучится и завалится к нам уже послезавтра. — Ты, безусловно, прав, друг мой, — философским тоном ответила девушка, — Но тут дело в символе! Нужно запечатлеть первый, пускай и принужденный, рабочий опыт Эрена с его удачным коллективом. Разве я не права? — Да, я бы тоже хотела фотографию, — улыбнулась подошедшая Петра, кладя поднос на барный стол и уже начиная поправлять свои волосы, с которыми и так всё было в порядке, — Ты как, Эрен? — Конечно я согласен! — вдруг широко улыбнулся виновник торжества, поставив свою чашку рядом с подносом и вызывая радостные улыбки всех остальных. Все привели себя в относительный порядок и собрались в кучку напротив стены с длинными картинами, на которых была изображена японская сакура. Их Ривай бережно вывешивал по всей стене битый час. Эрена поставили в центр, как главную причину этого сыр-бора, и, в силу его роста, попросили сильно вверх не вытягиваться. Только Ханджи нацелила объектив своего телефона на всех, Эрен вытянул руку вперед и резко остановил её, вызывая несколько непонимающих взглядов в свой адрес. — Было бы некрасиво делать это фото без мистера Аккермана, — спокойно объяснил парень, — Он главный во всём этом, — Ханджи согласно подхватила его слова и в эту же секунду громко закричала, пугая некоторых посетителей. Постоянные обыватели «Titanis» уже привыкли и даже не обернулись. — Ривай!!! Через пару секунд угрюмая физиономия высунулась из-за двери кабинета и облила Ханджи с ног до головы гневным взглядом, правда той было как-то всё равно. — Брось свои писульки на минуту и иди сюда, очень важное дело к тебе, — таинственно ухмыльнулась Зое и мужчина мрачно подполз к образовавшейся недавно толпе, — Совместное фото! — Я в подобной херне не участвую, — мужчина развернулся и уже начал было уходить, но его нагло схватили за воротник серой, как его настроение, рубашки. — Я тебя и не спрашивала, грымза, — фыркнула девушка и, как игрушку, запихнула мужчину к остальным, на что в ответ получила тихий отборный мат. Пользуясь тем моментом, пока Ривай, не двигаясь, в голове составлял план убийства, Зое успела сделать три фотографии (на случай если кто-то моргнет) и восторженно заявила: — Готово! Все одновременно выдохнули. Кто побежал смотреть, что получилось, а кому было всё равно, и он спокойно вернулся к своей работе, как, например, Ривай, которого тут же и след простыл. Эрен посмотрел ему вслед, единственный заметивший шустрый побег, и подошёл к Ханджи, решив посмотреть фотографию. Та с улыбкой приблизила изображение и мальчишка смог каждого внимательно рассмотреть. Все улыбались, обнимая Эрена, корчили рожицы, ставили рожки друг другу, только Ривай стоял мрачнее тучи, скрестив руки на груди и демонстрируя своё нежелание фотографироваться. Но теплая улыбка всё равно посетила губы Эрена. Их первая фотография. Попросив Ханджи сегодня же перебросить ему все фотографии, парень с уверенностью и хорошим настроением направился в кабинет. Остановившись под дверью, Эрен чувствовал, что собирается открыть двери едва ли не в преисподнюю. Темная аура Ривая просачивалась даже через самые узкие щели и вызывала легкое желание передумать и уйти. Но нет, нельзя. Для приличия Йегер постучался и, не дожидаясь ответа, тут же вошёл, закрыв за собой двери. В кабинете даже температура была холоднее. Единственное окно было плотно закрыто от солнца жалюзями, пол пропитался запахом хлорки, а фигура, гордо восседающая в кресле, только придавала этой картине некой таинственности. — Чего тебе? — равнодушно бросил мужчина, не отрываясь от монитора. — Я хотел вас кое-куда пригласить, — Эрен по-доброму улыбнулся и, не ожидая даже приглашения, присел в кресле поменьше напротив. Ривай буквально на секунду одарил парня вниманием и тут же вернул свой взгляд обратно. — На свидание зови своих тупых подружек. Мне нет дела до этой чепухи, — Ривай слишком громко щелкнул кнопкой мыши, тихо про себя на что-то шипя. — Это не свидание! — рьяно возразил парень, чувствуя, как от этой мысли уши наливаются кровью, — Это не свидание. Это другое, — уже более спокойно повторил он. — Мне по слову из тебя вытягивать? — Недавно вы позвали меня на свои соревнования, — Йегер игнорировал колкости мужчины и улыбнулся, наполняясь приятными воспоминаниями того вечера, — Теперь я хочу позвать вас на свои. — Соревнования по поеданию бургеров? Нет, избавь меня от такого «счастья». Да твою ж мать, — Ривай отбросил несчастную мышку в сторону и устало потёр виски. Эрен не сдержал любопытства и попытался заглянуть в монитор, чтобы понять, что именно не выходит у Аккермана, но застыл под прицелом гневного взгляда, и тут же стушевался. — Нет, по скейтбордингу. Сегодня в восточном ангаре у нас неофициальные соревнования с ребятами, с которыми мы давно планировали это сделать. Думаю, там будет на что посмотреть, — Эрену показалось, что он достаточно убедил мужчину, так как тот сейчас внимательно смотрел на него своим нечитаемым взглядом. — Я ничего не обещаю, Эрен, — уже без яда ответил Ривай, а мальчишка продолжил гнуть своё. — Поверьте, там... Договорить ему не дал зазвонивший телефон мужчины. Тот молча взял его, поднялся из-за стола и отошёл в другую сторону кабинета, забыв о существовании паренька. Плечи последнего поникли в предательском чувстве обиды. Он устремил свой взгляд в широкую спину Ривая, обтянутую тонкой тканью рубашки, и прикусил язык, чтобы не ляпнуть сейчас лишнего. — Алло, — ответил мужчина приглушенному голосу в трубке. Кажется, женскому, Эрен не смог точно разобрать, — Я помню. Нет, всё нормально. Да, — Ривай отвечал коротко, и из его ответов тяжело было связать хоть какую-то логическую нить разговора. Спустя минуту, которую мужчина просто стоял и слушал голос, Эрен решил удачно улизнуть и не мешать. Странное чувство зародилось где-то очень глубоко внутри.

***

Скрежет подшипников превышал даже крики не слишком большого количества собравшихся в ангаре людей. В основном это были друзья и знакомые каждого участника обеих команд, абсолютно левых зевак здесь было очень мало, да и помещение всё же закрытое. Начинала команда соперников, так как соревнования происходили на их территории. Видно было, что ребята натасканные не за один год, и выполняли достаточно сложные финты, практически не совершая ошибок, так что «битва» точно скучной не будет. Эрен почувствовал, как его ладони вспотели, и он едва не выронил свою доску из рук, когда их команда подходила ближе к огромной рампе, дожидаясь своей очереди. Парень еще раз окинул толпу беглым взглядом, но знакомую макушку в ней, увы, не обнаружил. В желудке что-то мерзко сжалось, но Йегер подбодрил себя мыслью о том, что Ривай просто опаздывает. Ведь ему кто-то звонил по делам, мало ли какие ситуации бывают. Да... Эрен встряхнул плечами и судорожно выдохнул, сжимая скейтборд до побеления костяшек. — Эй, бро, не суетись ты так, — рядом стоявший Стен дружески стукнул его в плечо, но Эрен не ожидал этого и едва не скатился прямо вниз по рампе под колеса соперников, — Не такие уж они и профи. Я выследил пару их слабых мест, мы сможем сделать лучше, — блондин самодовольно улыбнулся, поправляя широкую футболку. — Всё в порядке, — отстраненно ответил Йегер, пытаясь собрать свою сосредоточенность в кучу, чтобы не подвести вдруг команду, — Просто думаю, как мне начать. — Как мы и репетировали, — Стен удивленно вскинул брови, словно Эрен сказал несусветную глупость, — Начнешь с той базы, которую мы все отточили. А на десерт твой фирменный Мс-флип. У них этого тоже не было, — улыбнулся парень, словно ему уже не терпелось выбросить этот туз из рукава на всеобщее обозрение, — Только деку правильно закрути, а не как в прошлый раз, — продолжал Стен, и Эрен только кивнул в ответ. Его главный друг в этом деле всегда был разговорчив перед любыми соревнованиями. Возможно, таким способом он снимал волнение, которое у него еще никто не замечал, а, возможно, просто выплескивал накапливающуюся энергию перед таким событием. В любом случае, Эрену сейчас было как-то не до этого. Но не успел он загрузить себя еще большими волнениями, как свисток раздался по всему ангару, и команда соперников остановилась, а их команда наоборот — приготовилась. Только передние колеса соскочили с горизонтальной поверхности, Эрен тут же почувствовал, как по венам расплывается приятный адреналин. Ощущение невесомой скорости дарило своё, необычное удовольствие, и от этого хотелось кричать во всё горло. Когда ты ездишь по рампе, стараясь выполнять как можно больше точных и удачных трюков, ты перестаешь чувствовать время. Всё это превращается в один короткий момент, миг, в котором ты не успеваешь раскинуть мозгами, выбрать угол или в целом порассуждать, как тут сделать лучше. Ты совершаешь каждое движение машинально, словно твоё тело начинает жить отдельно от тебя, словно для этого заранее была кем-то создана определенная траектория, и теперь ты только без пререканий следуешь ей. Было ощущение, что каждые одобрительные крики и аплодисменты были подарены только ему, Эрену. Он полностью отдался процессу, но всё равно смог уловить сигнал Стена о том, что время подходит к концу, и пора делать его последний трюк. Остальные ребята разъехались по сторонам, освободив парню пространство, так как его иногда заносит во время этого. Эрен тихо выдохнул, поднимаясь вверх, и ему вдруг ужасно захотелось подарить этот трюк Риваю. Чтобы мужчина смог оценить, насколько он красив, когда совершает подобные финты. Йегер остановился наверху и бегающим взглядом постарался вновь найти его среди толпы ненужных людей, и сердце больно сжалось, когда он так никого и не увидел. Эрен начал терзать нижнюю губу, проверяя еще раз. Вдруг он ошибся? И Ривай обидится, что тот не заметил его прямо в переднем ряду? — Эрен, блять, не тяни, время, — где-то снизу шикнул Стен и Йегера как водой окатило. Он в злости раздул ноздри и наклонил корпус. Эта самая злость смешалась вместе с обидой и выплеснулась в виде резких неосторожных движений во время самого процесса. Эрен не стал долго раскачиваться и с первого раза пошел на поворот на противоположном подъеме. Он толкнул деку ногой, желая совершить всеми ожидаемое вращение, но не удержал баланс, и выронил скейт. Тот с грохотом свалился на рампу и колесами вверх скатился вниз. Эрен сначала неудачно приземлился на пятки, не удержал равновесие и свалился на задницу, так же скатываясь вниз и осознавая весь масштаб того, что он только что в горячке сделал. — Всё, это пиздец, — послышалось где-то в стороне знакомым голосом Стена, смешиваясь с общим гвалтом зрителей. Кто-то из его ребят подошёл к нему, подал руку, похлопал по плечу, что-то сказал в знак утешения, но Эрен тяжело улавливал суть. Шум в его голове перемешивался вместе с яркими граффити ангара, и мальчишку даже затошнило от отвращения: то ли обстановки, то ли самого себя. Он видел родившуюся вдруг радость на лицах соперников и скривил губы в новом приливе злости. Хотелось схватить эту чертовку доску и показать ещё раз. Показать, что он действительно умеет делать это, а не просто выпендривается на публику. Хотелось закричать об этом, но странный ком стал в горле, и голос словно пропал окончательно. Да какого чёрта он вообще так волнуется?! С каких пор поражение в обычных соревнованиях стало так волновать его? И почему он не пришёл?! Последний вопрос выцарапался на кромке черепа и больно заныл, словно удар по виску. Эрен поморщился и внезапно захотел скрыться отсюда, даже не дожидаясь очевидного результата. Но кто-то не дал ему это сделать и начал трясти, вытягивая из мутного тумана. — Ты слышишь, придурок?! Мы победили! — радостно закричал Стен, обхватывая несколько обмякшее и уставшее тело друга. — Твоё падение ни капли не испортило наше цельное выступление. Зрителям даже понравилась твоя страсть и дикие эмоции на лице! — голос Джереми, ещё одного парня из их команды, также послышался в общей шумихе. Для Эрена эти слова были словно бегущая строка рекламы внизу телевизора: быстрыми и плохо проясняющими главную суть. — Пойдешь ко мне? Мы тусу закатываем, мои уехали, даже несколько ребят из проигравшей согласились, — Стен повесил свою руку на плечи Эрена, — А хотя, кто тебя спрашивать будет! Он утянул Эрена с собой в общем потоке подростков, жаждущих громкую музыку и алкоголь, не дав времени даже подумать. Дом родителей Стена располагался в очень удобном месте для того, чтобы проводить подобного рода вечеринки. Соседи по бокам съехали, поэтому жаловаться на шумных и буйных подростков попросту было некому, а остальные, жившие рядом, были сами еще молодой парой и относились с пониманием. Иногда делали только легкие замечания, когда такого рода шабаш переходил уже все границы. Единогласно они решили скинуться на алкоголь и закуски, и отправили за всем этим добром совершеннолетних. Буквально через двадцать минут двухэтажный дом превратился в настоящий мини-клуб. За окнами уже серело, поэтому ребята врубили разного рода фонари, добавляя вечеринке ещё большего эффекта. Музыка разливалась в каждом потаенном углу дома, заставляя любого хотя бы немного двигаться в её такт. Эрен осушил первую банку пива, которую ему буквально засунули в руки со словами «Ну всё, хватит киснуть!», и почувствовал, как злость немного отпустила его. На её место пришло странное спокойствие, но далеко не апатия — легкая обида ещё горела внутри. Парень достал телефон, пока его никто не трогал, и начал быстро печатать. «Вы не пришли», — прямая констатация факта без лишних слов, демонстрирующая всё настроение. Ответа не было ни через минуту, ни через пять, ни через десять. Для Эрена это время тянулось, как резина, и в итоге он плюнул, теряясь в глубине толпы. Какая-то грудастая блондинка выхватила его, подобно рыбак золотую рыбку, и принялась тереться своими буферами об тело парня, думая, что это его как-то впечатлит. Для приличия подергавшись пару минут с незнакомкой, он ловко вынырнул из её цепких рук, всё как та же рыбка, и направился в сторону паков с алкоголем. Выудив ещё одну бутылку пива, парень залил её в себя едва ли не одним глотком. Что-то стукнуло по вискам и на мгновение поплыло, а после картинка вновь восстановилась, только уже с более низким качеством. Выхватив ещё одну, он направился тыняться среди толпы в поиске хоть каких-то приключений за этот вечер. Телефон в кармане, казалось, аж обжигал кожу сквозь грубую ткань джинсов и Эрен вновь дрожащими пальцами достал его. «Я думал, у тебя хватит совести прийти», — какая-то детская обида начала сжирать парня с головой и он даже не заметил, как вновь перешел на «ты». Он нервным движением откупорил следующую бутылку и приземлил своё тяжелое неуправляемое тело на первую ступеньку лестницы, что вела на второй этаж, даже не заметив рядом сидящего парня. Когда тот вдруг отрыгнул, Эрен подавился пивом, резко оборачиваясь. — Прости, парень, желудок что-то совсем херовит, — незнакомец икнул для общей суммы и протянул свою руку с какими-то яркими кольцами, — Майк. — Эрен, — выдохнул мальчишка, совершая новый глоток. Незнакомец, а точнее Майк, был чернокожим с длинными дредами и достаточно яркой на вид одеждой, чем немного напоминал Снуп Дога. По состоянию он уже был так же далеко не трезвым, и сейчас только перила помогали ему окончательно не свалиться. — Чё киснешь? — пытался завязать диалог новый знакомый Эрена, — Меня вот девушка кинула, — он как-то слишком наигранно вздохнул. — Понимаю, — коротко ответил Эрен, рассматривая танцующих на барной стойке девушек. У одной целлюлит трясся прямо под музыку, и это было даже несколько забавно. — Тоже с тёлкой проблемы? Ты прикинь, я захожу сейчас в спальню, а она с каким-то жирным уродом сосётся! — с искренними эмоциями выдал Майк и тут же поник с перекошенным лицом, — Мерзость. — Да, можно и так сказать, — пытался отвечать Йегер на вопросы между потоком слов, — Пригласил её на соревнования, а она не пришла. И даже на сообщения не отвечает, — он не уловил тот момент, когда тоже начал делиться наболевшим. А какая, в принципе, разница? — От шлюха, — выдал парень, похлопав Эрена по плечу. Последнего перекосило от такого комментария, но он решил благоразумно промолчать, увлекшись вновь пивом. Несколько минут они молчали, переваривая маленький откровенный диалог между ними. В голове Эрена плясали разного рода мысли, подобно толпе, наполнившей почти весь первый этаж. Телефон не вибрировал. Ривай не отвечал. Неужели это всё-таки после вчерашнего? А вдруг мужчина банально натурал и мальчишка даже не удосужился поинтересоваться насчет такой глупой, казалось бы, и одновременно самой важной детали? Сразу полез со своим ненужным вниманием, создавая дискомфорт чужому ему человеку. Чужому, но уже успевшему без остатка заполнить все мысли. И, чёрт, с этим ничего не получается поделать. — Ух, сколько девочек, — вдруг нарушил тишину Майк, тихо присвистнув вслед удаляющейся громадной задницы. А ведь полчаса назад у него была девушка, подумал Эрен. — Ага, и не протолкнешься, — уныло протянул Йегер, потирая глаза. Алкоголь уже сильно ударил в голову, начиная медленно и уверенно высасывать силы. — Эй, чувак, ты чё, педик? — Эрен аж дернулся, поражаясь настолько быстрому гей-радару его напарника по несчастью. — Если и так, то что? — уныло протянул мальчишка, уже готовый выслушать лавину унижений или даже дать сдачу. — Ахиреть, — спохватился парень, и Эрен попытался распознать гамму эмоций на его лице. Он словно динозавра только что увидел, — Впервые вижу педика, — почти подтвердил мысли он, — И как оно? — Что? — Долбиться в жопу, — Майк сделал настолько серьезное лицо, словно говорил о том, что он неизлечимо болен раком. Эрен пустил легкий смешок. — Я не знаю, — честно признался тот. — Ты типа девственник? — Майк в недоверии повел правой бровью. — В гейском мире — да, — пожал плечами мальчишка и отбросил пустую бутылку в ящик, что так удобно стоял рядом с ними. Он посмотрел на парня и понял, что слишком перегрузил его пьяный мозг такой сложной информацией, так как физиономия Майка сейчас напоминала старый компьютер, который отчаянно пытался загрузить новую вкладку. — Ладно, похер, — махнул рукой тот, — Хочешь кайфануть? Майк начал хлопать себя по карманам и на секунду на его лице выразился испуг. Потерял, подумал он. А после поднял указательный палец вверх, что-то вспоминая, залез в один из задних карманов своих порванных джинсов и достал маленький пакетик с таблетками. Теперь он еще больше напоминал Снуп Дога. Эрена на секунду заметно передернуло и он тут же начал махать руками в знак своего несогласия. — Нет-нет, прости, чувак, я не буду наркоту. — Да брось, она несильная, я уже пробовал. Зато расслабишься как следует, — широко улыбнулся тот и высыпал на ладонь Йегера одну такую таблетку. Эрен сверлил её таким взглядом, словно та могла дать какой-то ответ или совет: принимать или нет. Он покрутил её с разных сторон, ощущая некую двоякость собственного мнения. — Не ссы, я говна предлагать не буду, — Майк подмигнул и демонстративно глотнул одну из таких таблеток. Эрен вылупился на него, будто эффект должен был показаться в ту же секунду. Ещё пару минут подумав, он осмотрелся и закинул таблетку в рот, тут же глотая. Та на вкус была нереально кислой и мальчишка поморщился, прислонив тыльную сторону ладони к губам. Он настолько опасался ужасных последствий, что под гнетом самовнушения ему показалось, словно таблетка тут же ударила по голове, заставляя всё вокруг размываться в плавных красках. Эрен решил резко подняться, из-за чего у него с первого раза не получилось, и он грохнулся мимо ступеньки. — Тише тебе, — раздался голос Майка рядом. Тот подхватил его под локоть и помог встать. Эрен только благодарно кивнул и сощурился всматриваясь в толпу. Он шел упрямо вперёд, словно имел какую-то определенную цель. Растолкав несколько пьяных тел и игнорируя недовольные оскорбления в свой адрес, Йегер выбрался на относительно чистый участок. Вновь достал телефон. «Мне грустн», — не успев даже дописать, отправил Эрен и уперся лбом в какую-то стену. Стена оказалась высоким парнем, который недоумевающе посмотрел на незнакомца. Эрен брякнул «извините» и ушел в другую сторону. «Не думал что мои вчерашние действия приведут на с к игнору. Прости меня», — Эрен недолго подумал перед тем, как отправлять это, а потом всё же нажал на кнопку, закрыв глаза. Внутри всё начало медленно выворачиваться наизнанку. «Хочу тебя увидеть», — это было последнее перед тем, как в глазах всё начало плыть куда стремительнее.

***

Темные портьерные шторы, закрывающие окна от лишнего света, черные салфетки на столе, специально закрученные ленточки на ножках бокалов. Куча фотографий, не оставляющих шанса избежать их взглядом ни на минуту. Они были всюду, постоянно врезались в лицо и заставляли неприятно морщиться. Темно-серая скатерть бархатом скатывалась вниз и щекотала колени легкой серебристой бахромой. До отвалу накрытый стол с различными блюдами на вкус каждого присутствующего. И дорогие вина, которые только еще раз демонстрировали финансовое состояние семьи, не более. Слишком много пафоса для такого мероприятия. Словно праздник устроили. Ривая начало тошнить от окружающей обстановки. — А как твоя жизнь, Ривай? Ты чем-то занимаешься сейчас? — спросила рыжеволосая женщина с широкой кружевной лентой, повязанной на голове. — Открыл свой бизнес, ничего интересного, — пожал плечами мужчина, раскатывая по тарелке оливки, которые он терпеть не мог. — Как это — ничего интересного? Новый бизнес всегда интересная и важная ступень в жизни. Расскажи получше, — уже вступил в разговор полный мужчина с пышными усами над верхней губой. Только Ривай хотел открыть рот, как его телефон завибрировал раз пятый за весь вечер, и это вновь услышали все, обратив на него свое внимание. Неловкости он, конечно, не почувствовал, а вот лёгкое раздражение с примесью радости из-за возможности спастись — да. Аккреман закатил глаза, осознав, что это опять этот мелкий идиот, и сжал губы в тонкую линию, буквально только секунду размышляя. — Пожалуй, мне всё же придётся отойти. С работы. Прошу прощения, — не дожидаясь ответа, он отодвинул стул и направился в сторону коридоров. Только тихие перешептывания оказались достаточно позади, Ривай достал телефон и, не тратя время на глупые сообщения, тут же набрал этот настойчивый номер, который не давал ему покоя весь вечер. Первый гудок, второй, третий. — Ну же, ответь, мелкий паршивец, — тихо прошипел мужчина, постукивая носком лакированного туфля по деревянному покрытию, — Пока я окончательно не решил переломать тебе все пальцы. Гудки оборвались из-за слишком длительного звонка. Ривай набрал ещё раз. Такая же тишина. — Да ты издеваешься, — едва ли не выплюнув эти слова, мужчина стал возвращаться обратно, но мобильный вновь завибрировал. «Помоги», — высветилось на экране и внутренности Ривая с болью потянулись вниз. Он набрал ещё один номер, а после появился в гостиной. — Мне нужно идти, неотложные дела. Поговорим о моем бизнесе в какой-нибудь другой, несуществующий, раз, мистер Магнолия. Не удостоив их больше никакими словами, Ривай забрал свой пиджак и покинул дом, направляясь прямиком к своей машине. Он игнорировал всяческие предложения дворецкого о помощи: дать зонтик, донести легчайшую сумку до машины, накинуть пиджак. Вся эта вычурность казалась Риваю до идиотизма смешной и скрыться от неё хотелось как можно скорее. На улице уже была темень и даже как-то дико холодно до того, что тело сплошь покрывалось мелкими мурашками и начинало сильно подрагивать. Лондонская осень стала проявлять себя во всей красе. Аккерман выехал на основную трассу, забивая в навигаторе нужный адрес, до него ехать было примерно минут пятнадцать. Если местами чуть-чуть нарушать, конечно. Когда мужчина выехал на дорогу с частными домами и машин оказалось очень мало, он включил дальние фары и сбавил скорость: где-то здесь и находилось нужное место. Откатив своё окно, он тут же услышал приглушенный звук музыки и хмыкнул про себя — цель обнаружена. Припарковав автомобиль у дома, Ривай поставил его на сигнализацию и выключил навигатор. Не постучав в квартиру (это было бы бесполезно, его всё равно никто не услышит), Аккерман открыл дверь и в глаза тут же бросился яркий свет от различного рода фонарей. Куча пьяных тел тряслись под бьющую по голове музыку, разбрасывая по квартире ядовитую вонь пота и дешевого алкоголя. Мужчина невольно поморщился. Какой-то блондинистый парень невысокого роста тут же подбежал к нему, видимо, единственный, кто обнаружил незваного гостя. — Эй, вы кто? Мужской стриптиз мы не заказывали, — он хрюкнул от смеха, видимо, сочтя свою шутку очень смешной. Так и получилось, несколько подобных ему идиотов заржали рядом. — Прикрой свою вонючую пасть, пока я тебя собственными руками в обезьянник не затолкал, — отрезал мужчина, начиная усердно пробираться сквозь толпу. Парень только испуганно икнул ему вслед. Внутри толпы запах был просто тошнотворный, словно с головой в помойку забрался. Ривай прикрыл рот и нос ладонью, пытаясь себя хоть как-то спасти от ночного кошмара. Какая-то брюнетка подмигнула ему, видимо, приглашая потанцевать, но передумала после недвусмысленного выражения лица. Мужчина анализировал толпу взглядом, но нужного ему человека так и не смог найти. Ни через минуту, ни через пятнадцать. Затем его вниманию встретилась лестница на второй этаж и он, подобно танку, направился прямиком к ней. Заметив на лестнице валяющегося чернокожего паренька с пакетом таблеток, Ривая охватила злость. Он отбросил пакетик с таблетками на более видное место и едва ли не бегом направился на второй этаж. Музыка там была немногим тише, чем на первом. Бредя по темному коридору, он услышал приличные стоны из двух комнат, где даже не удосужились закрыть двери. Тошнота от этого места еще сильнее подкатывала к горлу и он включил на телефоне фонарь, осматривая местность. Свет остановился в конце коридора под окном, где лежал мальчишка, закрыв свои глаза и морщась что есть силы. Ривай тут же узнал его. — Скажи мне, когда я перестану находить тебя бухим в говно на полу? — зло прошипел мужчина, убирая телефон и пытаясь хоть как-то посадить парня. — Ты пришёл, — тихо прошептал Эрен и простонал от боли, резко подступившей к голове во время движений. — Свинья, — выплюнул Ривай и заметил стоявшую на подоконнике бутылку. Он открыл крышку, понюхал, удостоверившись, что это просто вода, и резко вылил её на лицо парня. Тот дёрнулся, схватил полной грудью воздух и, не выдержав такого поворота, начал блевать в рядом стоящую пальму. Ривай схватил его длинную челку пальцами, чтобы тот ещё и волосы не запачкал, и приблизительно направлял в полнейшей темноте. Когда Эрен просто начал глубоко дышать и трястись в крупной дрожи, Аккерман зло покачал головой, — Ты идти можешь? Ответа не последовало. Видимо, Эрен еще плохо осознавал, что происходит. Он хватался за руки мужчины, как за спасательный круг, но никаких внятных слов в разумную цепочку так связать и не смог. Ривай плюнул, поднялся и следом аккуратно поднял и самого мальчишку. Закинув его руку на плечо, он начал аккуратно тащить его за собой, особенно сильно медля на ступеньках: свалиться кубарем вдвоем — был так себе вариант. Выбраться наконец-то на улицу и вдохнуть свежий воздух без давления этого кошмара было полезным для них обоих. Мужчина дошёл до своей машины, открыл задние двери и аккуратно уложил Эрена на сидения, оставив пока двери приоткрытыми для большего количества воздуха. Рядом он положил пачку пакетов, на случай, если того укачает в дороге. Ривай отошёл от машины и тут же вытянул сигарету из пачки: нужно было срочно успокоить нервы. Пока дым приятно обжигал лёгкие зажатой между губ сигаретой, мужчина набрал в телефоне номер и прислонил устройство к уху. Ответ последовал уже после второго гудка. — И что могло случиться поздним вечером? — в трубке послышался сонный, но вовсе не злой голос. — Нужно разогнать один шабаш с подростками. Тут наркота по всему дому летает. Адрес пришлю смс-кой, — ответил мужчина, глубоко затягиваясь и закрывая глаза. — Даже не буду спрашивать, как ты там оказался, — засмеялся Эрвин в трубке и сбросил вызов. Ривай успокоил свою душу, выбросил сигарету точным движением в урну и сел за водительское кресло. Тело сзади тут же закопошилось, обнаружив, что в салоне появился кто-то ещё. — Ривай? — охрипшим голосом послышалось сзади. — Нет, твоя смерть, — мужчина пока не стал заводить машину, дав Эрену еще хоть минуту прийти в себя. На время в салоне повисла тишина. Ривай откинулся на спинку и закрыл глаза, сложив руки на животе. Сквозь приоткрытые окна в машину пробивался холодный ветер и разгонял весь перегар, которым насквозь пропитался весь салон всего-то за десять минут. Музыка в доме, кажется, стала ещё громче, и внутри Аккерман ликовал, что уже сбежал оттуда и вызвал копов. — Я весь день ждал тебя, — как гром среди ясного неба обрушилось рядом, и Аккерман открыл глаза, не найдя в себе сил пошевелиться, — У тебя правда были дела важнее? Эти слова резали слух. Но вовсе не раздражением, а словно маленьким лезвием, которое ты не мог найти и извлечь, чтобы нормально дать ответ. Мужчина нахмурил брови и морщинка серьезности пролегла ещё толще. Копошение сзади стало сильнее. Кажется, Эрен сел. — Ты будешь меня и тут игнорировать? — голос Риваю показался непривычно холодным, совсем незнакомым. — Я взрослый человек, Эрен. У меня могут быть дела намного важнее катания на деревянных досках, — устало ответил Ривай, и голос его больше не звучал грубым. — А я тупорылый ребёнок, которого ты даже всерьез не воспринимаешь. Зато унитазы отлично драю, да? — мужчина буквально прожегшей кожей почувствовал на себе эту горькую усмешку и от неё внутри всё свернулось в болящий тугой узел, — Тогда почему ты просто не пошлёшь меня?! — Я тебя посылал, — не своим голосом негромко ответил мужчина и через зеркало заметил, что Эрен начинает закипать подобно чайнику, трезвея на глазах. — Не строй из себя дурака, Ривай! — едва ли не криком ответил Йегер, отбрасывая пакеты «для блювоты» в сторону, — Ты понял, что я имел в виду, — уже более тихо ответил тот, глотая колючий ком, застрявший прямо в самой глотке, — Я больше не буду мешать тебе. Ни на работе, ни в жизни. С этими словами мальчишка неуклюже вывалился из машины, ударяясь головой об крышу и роняя тихий мат от жгучей боли, прилившей к вискам. Мужчина со всей силы ударил кулаком по обтянутому кожей рулю и случайно попал по сигналу, пугая валяющегося неподалеку на газоне незнакомого паренька. Не давая себе времени подумать на холодную голову, Ривай выскочил из машины, пока Эрен не успел отойти, прижал его к громко хлопнувшей двери автомобиля и злобно посмотрел в огромные зеленые глазищи, которые сейчас были покрыты плотной пеленой опьянения и горькой обиды. На секунду мужчина подумал — это самое красивое, что он когда-либо видел. — И куда ты собрался идти в таком состоянии, идиота кусок? — мужчина сощурился, удерживая парня напротив себя, но тот и не сопротивлялся особо. — Куда-то на горизонт, чтобы не мешать никаким озлобленным на жизнь карликам, — Эрен с вызовом прошипел в ответ, вскинув подбородок вверх и оказываясь еще ближе к лицу Ривая. Запах алкоголя смешался с запахом сигарет. — Скажи, Эрен, у тебя когда-то мозги появятся? — тихо спросил Аккерман едва ли не в губы парня. Те приоткрылись, словно сдались под бархатом такого обволакивающего голоса. — Они пропали, когда мы встретились, — спокойно ответил парень и его взгляд сейчас казался ярче любых фонарей. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза с немой борьбой, не желая отступать. А потом что-то внутри каждого треснуло. Они подались вперёд одновременно, врезаясь носами и вжимаясь в тела друг друга. Тонкие губы Ривая сплелись вместе с искусанными губами мальчишки, и сердце в эту же секунду заколотилось, как бешеное. Руки Эрена нагло залезли под рубашку мужчины, желая почувствовать жар чужой кожи, словно это было что-то для жизни необходимое. Одна рука Ривая уперлась в крышу автомобиля, а другая держалась за пульсирующую шею мальчишки. Эрен целовался жадно и ненасытно, кусая чужие губы и не желая отстраняться ни на сантиметр, словно находил в себе новые силы от контакта с этим телом. Он тихо выдохнул в чужие губы и внутри Ривая что-то щелкнуло, сломалось, будто у него был карточный домик, который он так усердно строил все эти годы, и теперь Эрен так просто дунул на него. Развалил, разрушил, без разрешения залез в чужую жизнь и так плотно укоренился в ней, как самый настоящий паразит. И не было от него лекарства. — Мне не хватало именно твоего взгляда в той ненужной толпе, — тихо прошептал Эрен, прикасаясь ко лбу мужчины своим и трепетно разглаживая большим пальцем его белоснежный воротник. Он смотрел куда-то вниз, на землю, но от такой его близости всё равно тряслись колени, — Я думал, я сойду с ума, если не увижу тебя конкретно в ту минуту. Эти тихие слова были намного громче приближающегося звука полицейской сирены. Они прошумели в голове, как гул самолета, как гроза, бешеный поток воды в кристальном водопаде. Высеклись в груди жгучим и болящим пламенем, не оставляя выбора. Заставляя принять себя в таком виде, какой он есть по факту. Эрен разрушил его карточный домик и начал строить свой бетонный небоскреб в миллионы этажей.