На обратной стороне луны

«Этот мир земной – Отраженное в зеркале Марево теней. Есть, но не скажешь, Что есть. Нет, но не скажешь, Что нет» Сначала Саске показалось, что он слышит треск собственных костей. Хотя это была одна-единственная нога. Угораздило же его зацепиться ремешком сумки за какую-то корягу, поскользнуться и, конечно же, по инерции полететь вперед! Даже малый рост не помог. Вернее, помог, превозмогая боль, проворно отползти к спасительной стене, превратившейся прямо-таки в якорь. Учитывая последние события, наверное, это просто «фетиш-на-стену». Черт … Вот черт! Шатен, тем временем, убедившись, что омега молчит и, решив самонадеянно, что он теперь хозяин положения, рыкнул: — Сейчас будет весело! И, предупреждая возможное возражение: — Если ты попробуешь сказать хоть слово, я лично вырву тебе твой проклятый язык. А, если закричишь, последствия будут еще хуже. Может, слышал когда про пропавших без вести омег? Будешь умничкой и не пополнишь их ряды! Саске прикинул свои шансы. Убежать не удалось. Бросаться на четверых здоровенных альф, если уж начистоту, это … Наверное, это точно самоубийство, но … … Но прежде, чем к нему протянулась рука лидера, чтобы воплотить в реальность обещание веселья, так сказать, второй закон животного мира *, и прежде, чем омега поставил на кон свою жизнь, на сцене появился еще один персонаж. Который, в отличие от пьяной четверки, не кричал, не угрожал, не задирал. Он действительно стоял и просто смотрел. Тяжелым, уверенным, немигающим взглядом. По-видимому, входя в небольшой процент тех, про которых говорят … Взгляд — настоящее оружие. Он выражает такую внутреннюю силу, что подчиняет себе, подавляет, пугает. Как в тумане, Саске наблюдал поспешно пятящихся прочь и по одному исчезающих вдали несостоявшихся насильников. Отстраненно слушая их сдавленные, очень похожие на испуг, шепотки. И только потом до него дошло: — Да они, наверное, пара. Ты слышал, как этот малыш сумел нас запутать? Если бы не упал, мы бы … Пара … точно … Пара?! Хватаясь за выступающие камешки спасительной стены, Саске медленно поднялся на ноги. Высокий, в свободных брюках и майке с какими-то невозможно-рваными прорехами, со светлыми волосами, повязанными небрежно банданой, с очень неплохо подкаченным торсом, альфа чуть наклонился к нему: — Полагаю, что такое инстинкт самосохранения, ты знаешь? Или нет? — Полагаю, я в состоянии сломать какую-нибудь палку и дохромать до парка, там, вроде, есть люди, — зло окрысился Саске, тотчас уловив явную издевку, а вовсе не я-такой-ахуенный спаситель-бедных омежек-хочешь, чтобы я-такой красавчег-проводил тебя домой? Наруто — а кто ж еще? Едва ли не закатил глаза. Он испытал плохо подавленное желание закинуть этого упрямого придурка за спину, как в каком-нибудь документальном фильме из жизни далеких предков, когда суровые альфы так и поступали, когда хотели обзавестись второсортным существом у своего очага. Омегой, то есть. А что, хорошие были времена! Светловолосый, чуть поджав губы, окинул сжавшуюся фигурку второсортного внимательным, если ли не презрительным, взглядом. И испытал мимолетную жалость. Этот … ведь действительно собирался драться с теми, против которых вообще никто. Кто-нибудь, объясните мне, вот что творится в мозгах подобных … блондиночек?! Какого ляда тут было? Или … а если бы?! А если бы он был на месте этого хиляка … неужели бы сдался, даже будучи один против всех?! Еще один взгляд уже был более чем милостивый. По сути, Наруто вообще не смог бы объяснить природу этого взгляда. Может, проснувшийся в нем самец просто-напросто злился, что не удалось славно размяться, да и раздражение плохой советчик. Впрочем … подумав немного, он остыл и даже успокоился: — Вон там есть довольно уютное кафе. И нам повезло, потому что сегодня опять выходная суббота. Почему бы нам не посидеть там немного? Тем более мы, вроде, знакомы и у нас даже есть общие друзья. А потом я вызову тебе такси и … — Согласен, — буркнул Саске. Но, чтобы у альфы не возникло, случайно или нет, иллюзий, пояснил: — Я не завтракал. Пожалуй, мысль хорошая насчет кафе. Наруто на секунду призадумался, а что же такого делал омега, если ушел из дома, даже не позавтракав? Потом решил, что, вообще-то, его это не касается и сосредоточился на событиях нескольких часов ранее. Руки, небрежно засунутые в карманы, чуть сжались. Пожалуй, когда отец повторял любимую присказку их прадеда без шлифовки и алмаз не блестит, ** он, наверное, немного преувеличил. Покосившись на слегка прихрамывающего Саске, молча тащившегося чуть впереди, он усмехнулся. Обычно он имел дело с восторженно закатывающими умело накрашенные глазки омегами, висящими на его руке, ну или, на худой конец, омега чинно семенила сзади, пока он решал архиважные вопросы по сотовому. Учитывая, что обычно дорога заканчивалась в его постели, разбираться в душевной организации подобной кошечки ему было лень. Да и не хотелось особо. Но … Наруто, прицениваясь, осмотрел идущую впереди фигурку. Саске, замедлив шаг, тотчас обернулся. Холодно посмотрел, не осознавая, что точь-в-точь повторяет обычный взгляд, каким Узумаки смотрел на него еще в доме Фуума. — Похоже, ногу подвернул не я. — Но хромаешь ты, — мгновенно вернул «мяч» Наруто. Саске поджал губы, и вздернул голову так, что визуально даже стал выше ростом. Нога у него, правда, здорово ныла, но омега поклялся умереть, но ничем не показать этого. Секунду помолчав, Наруто не удержался от замечания: — Тебе же больно! Может … Саске, вместо ответа, прибавил шаг. Разом пресекая всевозможные вариации этого самого «может». Так, огрызаясь друг на друга, они и дошли до кафе «Под небом». Особенность которого состояла в том, что хозяин кафе, некий пожилой альфа Савамура Йоши, устроил его прямо в огромной криптомерии.*** Снаружи это смотрелось довольно необычно: внизу огромный ствол с симметрично раскинувшимися в разные стороны мощными корнями, а вверху расположился уютный домик. Подняться в который можно было по металлической, с красивыми «завитушками», винтовой лестнице. Лифт, к сожалению, тут не был предусмотрен. Остановившись, Саске посмотрел на вывеску. Идеально чистая, тщательно выглаженная ткань слегка покачивалась на ветру, безмолвно приглашая посетителей. — Саске … — ожил Наруто. И даже — как заметил боковым зрением Саске, сделал движение в его направлении. Сделав вид, что не услышал и не заметил, омега двинулся вперед. Опять-таки, проигнорировав сдержанное проклятие, произнесенное сквозь зубы. Однако, когда оба непримиримых врага переступили порог заведения, оставив обувь в гэнкане ****, Саске не мог не восхититься, с каким вкусом здесь все устроено. Особенно его поразил стеклянный потолок, прозрачный до такой степени, что посетителям реально казалось, что над ними огромное небо, протяни руку и коснешься. И, если в его любимом кафе «Путь цветов» подобный эффект достигался искусным интерьером, где преобладающий белый цвет помогал имитировать «прогулку в облаках», здесь на помощь пришла сама природа. Небо, спустившееся немного вниз, или невесомый дом, поднявшийся вверх. — Наверное, вечером здесь необыкновенно красиво, — задумчиво произнес Саске, после того, как персонал кафе, выстроившись в один ряд, поприветствовал их громкой фразой «Добро пожаловать!». Подумав немного, тихо добавил, чуть прищурившись и приложив к глазам ладонь: — Потому что можно увидеть луну … Наруто, успевший изучить меню, удивленно посмотрел на омегу. Природа альфы взяла верх. Постучав ногтем по тарелке насыщенного зеленого цвета, напоминающего о теплом времени года, ехидно заметил: — Может, тебе следует взять у господина Савамуры визитку и застолбить место вечером, потому что, наверное, кафе невероятно популярно во время Цукими? Или у тебя опять нет сопровождающего? — Полагаю, ты настоятельно хочешь предложить свою … кандидатуру, — процедил Саске, в последний момент красочный эпитет убогую заменив многоточием. — Если настаиваешь, — расхохотался Наруто, абсолютно не оценив деликатную заминку. Впрочем, он же не экстрасенс! Отсмеявшись, Узумаки предложил: — Предлагаю мир. Он хотел добавить едкое замечание, что-то вроде … ты же давно не ел, почему бы не подкрепить свои омежьи силы? Но замолчал. Омега зашуршал страницами меню, стилизованными под старинный пергамент из рисовой бумаги, и он реально завис. В груди шевельнулось странное ощущение. Очень странное. Очень нехарактерное для альфы. Для него. Необычная внешность омеги … эти черно-белые ресницы, на которых словно застыл иней. Или посеребрила дорожку та самая луна, которой омега недавно восхищался. Ощущение волшебства, сначала тихое-тихое, словно кто невидимый затронул твое сокровенное мягкой лапкой. Дотянувшись до спрятанных глубоко неясных, непонятных, словно душу вытягивающих, чувств, накрыло с головой. Накатило внезапно. Завладело всем существом, на секунду погружая разум на грань между действительностью и тем странным чувством, испытываемым молодым альфой. Словно впервые и словно — как будто уже было. Совсем, как в тот вечер в доме Фуума. На веранде. Мистика. — Вы готовы сделать заказ? Вздрогнув, Наруто с минуту смотрел на официантку-бету в красном платьице и ослепительно-белом переднике с кокетливой наколкой тоже белого цвета в малиновых, явно крашенных, волосах. С силой провел по лицу. Что это сейчас было?! Наваждение ушло. Перед ним — всего-навсего омега, далеко не милая, не паинька, не кокетка даже … всего-навсего омега, задавшаяся целью держать круговую оборону. В первую очередь от себя самой. Ведь так? Дождавшись, когда официантка упорхнет выполнять выбранные ими блюда, Наруто чуть хрипло поинтересовался: — Что у тебя с теми отморозками? Оторвавшись от тревожных дум, Саске выразительно посмотрел на руки альфы со сбитыми костяшками на смуглых пальцах. Судя по свежей сукровице, он недавно дрался, так какого черта переносит свои проблемы на его скромную личность?! Пусть Узумаки и явно подавил недоальф своей ментальной силой … силой духа, убийственным спокойствием. Но … но все же чувствовалось, насколько он взбешен. Просто выбешен. Выведен из себя. Возможно, альфа еще не пришел в себя после драки, и тем молодчикам просто-напросто выпала честь изобразить собой грушу для битья или успокоения нервов … то есть подавления агрессии, как … … Как обычно и бывает у взрослеющих, отстаивающих свою территорию, драчливых, невыносимых альф. Ведь так? Запоздало пришло осознание, что его могли если не изнасиловать, то избить и ограбить, а значит, ему вообще повезло, что те придурки встретились ему после оплаты взноса в университет. Хаотично мелькающие мысли не поспособствовали улучшению вмиг испорченного настроения. Хмуро поправив челку, привычно огрызнулся: — Ничего. И еще сильнее разозлился, когда Наруто хмыкнул, да с издевкой: — Ну да, ну да. Так я и поверил. Чертово логичное окончание обтекаемого «ну да» весьма ощутимо повисло на кончике языка. Что там мама говорила про радость любви? Про сказки под названием «есть ли в природе истинные»? Наверное, если допустить подобное — они таковыми не оказались бы … С этим. Ни за что. Никогда! Злобно зыркнув, Саске уткнулся в свою тарелку, делая вид, что очень, ну просто катастрофически голоден. Хотя аппетит ему отбили надолго. Снова хмыкнув, Наруто покачал головой и спокойно занялся утолением своего голода. В отличие от омеги ками-сама наградил альф его рода отменным аппетитом. Особенно после хорошей драки. Наруто автоматически сузил глаза и невольно сжал палочки, продолжая поглощать жареную рыбу с восхитительной золотистой корочкой. Он с удовольствием проглатывал кусок за куском, то и дело, отвлекаясь на чашечку риса. Саске продолжал ковыряться в своей порции с видом мученика. Хотя хорошенький пальчик омеги лично выбрал себе окономияки — большую румяную лепешку с начинкой из мяса, овощей и морепродуктов. Вот чего выделывается? Разве омеге положено вести себя так на свидании?! Или точно положено? Вроде этого поведения ломаки я берегу фигуру, да я на диете … Наруто едва не подавился. Заслужив еще один хмурый взгляд. — Что? — далеким от любезности и еще меньше от кокетства, тоном спросил Саске. Да что не так с этим омегой?! Почему он так не похож на всех тех, с кем он обычно зависает? Особенно если учесть, что он, вообще-то, его как бы спас? Да он должен вообще визжать от счастья! Палочки едва не разломились пополам. Он удачно сделал вид, что так и надо. — Ты не находишь, что на первом свидании себя ведут по-другому? Или это вообще твое первое свидание? Не с чем сравнивать? Ляпнул и прикусил язык. Если бы взглядом убивали, он бы свалился тут же под стол хладнокровным, бездыханным трупом. Внезапно Наруто стало элементарно смешно. Саске такого маленького роста, ну любой невысокий альфа их класса на две головы выше, а ведет себя вызывающе. И такой … — Ты полез ко мне с поцелуем. Не я. Кстати, тебе никто не говорил, что можно и потренироваться немного? Твои многочисленные подружки, видимо, вообще ничего не соображают, а у меня со вкусом порядок. Думаю, когда-то кто-то тебе показал так, навык, как целовать омегу и ты механически заучил. А учитель был, видимо, не особо умен. Так что … тренируйся, Наруто. Целуешься ты не очень. «Милый». Не произнесенное определение благополучно похоронилось под завалом отрицательных эмоций. Пострадавшего «эго» альфа-самца. Нет, ну что такое! — А дерешься хорошо, — пожалел разозленного альфу Саске и решил восстановить справедливость, — не обращай внимания, ты ж обвешан омегами, думаю, они тебя утешат. Скажут то, что ты хочешь услышать. Глаза Наруто опасно блеснули. Напоминая Саске — вот она, ирония судьбы! Тот вечер на веранде, когда альфа обратился к нему … и было в облике этого прожженного сердцееда что-то такое … необъяснимое … И, если уж начистоту, про поцелуй … Саске поспешно уткнулся в лепешку. Прозрачные лепестки тунца шевелились от паров горячего воздуха готовой «пиццы», вызывая внутри омеги странные ощущения. Кусочки тунца дрожали, а, казалось, дрожит его сердце. Почему так? — Вот что-то мне подсказывает, — неожиданно заговорил Наруто каким-то тягучим голосом и странные ощущения просто обострились: — Что все тогда было не так и ты лжешь. — Да неужели? — Саске на секунду поднял глаза и снова уткнулся обратно. Ему показалось, что Наруто вознамерился его поцеловать, чтобы доказать правоту своих слов. А отбиваться с писком пустоголовой омеги ах-отпусти-противный-на-нас же-смотрят! Он бы не смог. Тем более, в этот час вокруг никого и не было. Двусмысленное положение спасла все та же официантка. Нарисовавшись около их столика, бета аккуратно поставила чашечки с дымящимся кофе и радостно объявила: — Сегодня для Вас моти с сюрпризом! Саске хотел было сказать, что он, вообще-то, сладкое не особо и любит. Разве что данго … Потом вспомнил, что эти самые сладкие жевательные рисовые клецки на шпажке, облитые сладким соевым соусом, обожает Итачи и загрустил. Вспомнил про свадьбу. Итачи. И заодно свою потенциальную. Окончательно расстроившись и забыв про свое не люблю, машинально придвинул поближе квадратную тарелочку и принялся за моти. Также машинально смотря на официантку и недоумевая, а какого черта она все еще тут? — Получилось! — заорала официантка и захлопала в ладоши. Саске недоуменно уставился сначала на свое моти, с начинкой из киви, и только секунду спустя догадался посмотреть в тарелку Наруто. Овальную. Но то, что было обозначено «получилось» и отчего Саске едва не оглох, так громко выразила свой восторг бета, оказалось разломленным моти с начинкой из … — Это же клубника, — понизила, наконец, децибелы бета и благоговейно договорила, — это и есть сюрприз от нашего заведения! Сладкая ягода сладкой любви! Мы с нашим поваром и не предполагали, кому достанется двойная ягода … А оказалось Вам, юной, молоденькой парочке! Как это здорово! Теперь Вашему молодому человеку остается разделить ягоду на две половинки и одну отдать Вам, тогда у Вас будут долгая взаимная любовь и гармоничные отноше … Саске удалось вклиниться в непрерывный, восторженный поток чужого словоблудия, учитывая, что безмерно обрадованная официантка гипнотизировала взглядом Наруто, наверное, потому, что проклятая клубника была на его тарелке:  — Мы. Не. Парочка. Если хотите, заберите эту половинку себе. Наруто закашлялся. Лицо официантки побагровело, даже учитывая очень толстый слой пудры. Моргнув пару раз, она вспомнила, наверное, чему ее учили на курсах по обращению с капризными клиентами и сдавленно предложила: — Хотите, Вам принесут блинчики? Ждать долго не придется, а за сюрприз платить не надо, извините, что так получилось! Грозный администратор возник, словно черт из табакерки: — Хаюми-чан, ты опять что-то напутала?! Саске открыл рот, чтобы объяснить, что он думает по поводу их дурацких традиций, а заодно посоветовать оторвать руки повару, но осекся. Круглые глаза беты медленно наливались слезами. Вздохнув, он попросил: — Не блинчики, а мороженое. И еще кофе. Едва они остались одни, Наруто открыто, в голос, расхохотался. И смеялся так долго, не реагируя на свирепые взгляды Саске, что тот, наконец, смягчился. И тоже засмеялся. Уже на выходе, когда они встали около спуска вниз, Наруто, которому удалось опередить омегу, обернулся, озорно сверкнув белозубой улыбкой, обнажающей клыки. Только он улыбался так, что это не выглядело устрашающе. Или потому, что у этого альфы в арсенале были всевозможные улыбки, включая подобную этой?  — Я бы взял тебя на руки, — шутливо проговорил Наруто, не давая повода разозлиться, — ведь тут очень высоко, практически вертикально, поэтому мне здесь и нравится. Мало народу всегда и отличное обслуживание. Саске вспомнил конфуз официантки и хмыкнул. Наруто, конечно, расценил хмыканье Учихи по-своему. В глазах загорелся недобрый огонек: — Впрочем, если ты из тех омег, что предпочитают быть в одиночестве, то, пожалуйста. Не отводя взгляда, Наруто отошел в сторону, вернее, сделал шаг и … Никто так и не понял, как так случилось. Но только то, что Саске среагировал и дернул альфу на себя, спасло того от падения вниз. Переведя дыхание, Наруто осторожно нагнулся: — Этим кретинам следовало вместе с вывеской повесить табличку осторожно, у нас немного не убрано. Блондиночка, ты чего? Саске так напугался, что даже не обратил внимания на обидную кличку. Сквозь пальцы дрожащих рук он смотрел на присевшего перед ним на корточки альфу, опасаясь вымолвить хоть слово из-за элементарной боязни, что тот услышит, как стучат зубы. — Сааске, — большие пальцы принялись ласково поглаживать запястья омеги, — ты, в самом деле, за меня испугался? В принципе, приятно. Но вообще-то я везунчик. И уж зацепиться за что-нибудь смог. Да и не бог весть, какая высота. Подумаешь, шмякнулся-встал! Пальцы раздвинулись чуть сильнее. — Везунчик, — зло произнес Саске, кивнул красноречиво на сбитые костяшки, — а это что?! Желваки альфы сжались, на секунду, но Саске все равно заметил. Значит, проблемы были не только у него. И посерьезнее, чем напугать подобных тем, кто задирал его два часа назад. Вздохнув, он опустил руки вниз, одновременно руки альфы, поглаживающие его запястья, исчезли. На секунду Саске стало как-то неуютно, словно он вдруг лишился чего-то самого важного в своей жизни. Нахмурившись, он зябко повел плечом, поправляя ремешок сумки. Как это объясняли им на каком-то тупом предмете «Основы биологии альф и омег»? В основе всего — стремление альфы быть защитником, а омеги найти того, кто будет о них заботиться. «О них», это, подразумевалось, здоровое потомство. Все же старшая школа. Тем временем Наруто, на секунду задумавшись, почесал переносицу. Вроде задан вопрос, и вежливость диктовала свои правила, но … … Но объяснять омеге, чьи челюсти он недавно сворачивал, Наруто не собирался. Тем более … Он более пристально посмотрел на охорашивающуюся Блондиночку. Тем более драка произошла, к сожалению, из-за него. Саске поправил одежду и взялся за витиеватый поручень: — Спасибо за компанию. Вежливо и неожиданно. Наруто едва не открыл рот. Разве так бывает? За ним косяками ходят омеги, жаждущие, чтобы он им вставил, а он смотрит на этого, к тому же из раздельной школы … и почему-то радуется, что тот поблагодарил его за обыкновенный обед в обыкновенном кафе! И более того … Обнаружив, что Саске, не дождавшись ответа — да и ждал ли? Стал тихонько спускаться вниз, осторожно наступая на травмированную ногу, Наруто спохватился и поспешил следом. Делая вид, что все вышеперечисленное, просто дань вежливости. Но, на всякий случай, зорко следя, чтобы медленно спускающийся по ступенькам омега не подвернул больную ногу снова. А что? Он как-то читал про подобное, а его сестра так вообще умудрилась в возрасте Саске два раза проделать подобное! Наруто чуть не запнулся, когда обнаружил, что, задумавшись, практически врезался в неторопливо идущего Учиху и только когда тот дернул рукой, понял, что неосознанно прижал своей ладонью к согретому солнцем ажурному металлу изящную, узкую ладонь. Омеги! И тут же, словно оправдывая его недовольство, и демонстрируя противоречивость представления Наруто о том, как должны вести себя эти самые омеги, если их руки коснется рука альфы, Саске развернулся, спиной упираясь о перила: — Иди. — Куда? — совершенно искренне растерялся Наруто. И услышал восхитительное: — Вниз! — Я, вообще-то, альфа, — хихикнул Наруто. Заслужив в копилку угрюмый взгляд и нелюбезное: — Тогда перестань капризничать и вали вниз. Хорошее настроение куда-то ушло. Пожав плечами, Наруто аккуратно обогнул маленькую фигурку, прижавшуюся к металлическим прутьям, и также быстро спустился на землю, не отказав себе в удовольствии, едва подошвы кроссовок коснулись асфальта, довольно громко проворчать: — И чего выебывается? Словно королева красо … Так и не произнесенный последний слог благополучно замер на обветренных губах. Наруто медленно оглядел Саске. Омега из-за ноги спускался очень медленно и был увлечен именно этим. А значит, не видел, как его пожирают синие глаза одного оборзевшего альфы. Наверное … наверное, усмехнулся Наруто, в непонятно какой раз принимаясь путешествовать по хлипкой, эфемерной фигурке, этот недомерок так бы и сказал, если бы заметил. Подумал и рассердился непонятно, почему. Вернее … … Вернее, пока они были на небольшом расстоянии друг от друга, он получил возможность посмотреть на того, с кем только что так мило обменивался любезностями. И думал он … О многом. Прежде всего, о том, что это … Игра природы. Наградившая этого небольшого роста омегу странной, дикой красотой. Потому что — Узумаки не мог не отдать должное — черно-белый омега … Блондиночка … был хорош. Очень хорош. Может, его потому и тянуло к нему, что тот ни разу не купился на его … игру? Тем временем Саске подошел к последнему пролету и остановился на пару минут, чтобы дать отдохнуть натруженной ноге. И Наруто испытал то самое, странное чувство. Слева от кафе на небе появился молочно-белый контур луны. А уходящее на покой солнце чуть притушило свое сияние, давая дорогу ночному светилу. И Саске, с волосами, которые ерошил поднявшийся ветер, с ресницами, словно окрашенными снизу серебряным снегом, четко встал как раз посередине призрачного круга. Не отдавая себе отчета, Наруто в два шага преодолел пролет и положил руки на перила. Тонкая бровь удивленно поднялась вверх. В черных глазах с оттенком маренго мелькнуло едва уловимое любопытство. — Можно я помогу тебе? — странно-хриплым голосом спросил Наруто. Немного подумав, Саске кивнул головой. Рациональная часть мозга Учиха указала, что спускаться осталось совсем ничего, но нога и в самом деле болит. Романтической он велел заткнуться. Как в замедленной съемке, он увидел крепкие, сильные смуглые руки альфы. Подхватившие его вверх, к небу, так, что замерло отчего-то сердце и аккуратно, спустя вечность, поставившие маленькую фигурку на твердую поверхность. … И никто из них не заметил, как щелкнул затвор фотоаппарата. *** Уже дома Саске понял, что день получился на редкость насыщенным. И он вымотан до предела. Скинув обувь, он поплелся в душ, на ходу раздеваясь. — Вот тебе и выходная суббота! Отстой! Вернее … Так можно было обозначить последние недели триместра. Ну да. Сначала неприятный разговор в туалете, где он рассказывает об обнаруженном открытии, что ему путь в университет закрыт. Потом «Хостесс Лав». Зал «Легкомысленная учеба». Встреча в переулке с уродами и травмирование ноги. Кстати … Надо бы реально сходить в клинику. Так, на всякий случай. И, на загладку … — Узумаки Наруто. И откуда он взялся? Фыркнув, Саске взял специально подогретое пушистое полотенце и принялся тщательно вытирать волосы. Мысли то и дело возвращались к Наруто, но, поразмыслив, Саске решил, что, если он хочет стать тем, кем хочет, необходимо дистанцироваться от общения с подобными субъектами. С самой первой встречи, несмотря на море обаяния и да, лучистую, солнечную улыбку, чувствовалось, что он презирает омег. Всех. И Саске будет последним, кто позволит самонадеянно воскликнуть: — Со мной ничего подобного не произойдет! Присев на край постели, он снова принялся прокручивать события этого странного дня. Если честно … Среди мыслей, бродивших в голове юного омеги, были мысли и другого плана. Не только мысли об альфе, с которым они недавно сидели в кафе. Рука об руку — предстоящая учеба в Кайоко и то, как он оплатил первоначальный взнос. И, если о молодом альфе Саске думал просто потому, что все же сам был молод, то университет стоял несколько в другой плоскости. Это было его, Саске, будущее и его почти реализованная возможность сделать это будущее реальным. Реакцию родителей Учиха решительно отмел, потому что не хотел думать, что для отца-альфы подтверждение его зачисления на высшее вполне может оказаться пустым звуком. Не зря же мама-омега произнесла столь прочувствованную речь о том, как здорово быть семейным! Саске зябко передернул плечами и прикусил губу, раскладывая на расшитом шелком покрывале яркие бумажки из той самой «папочки». На всякий случай он готовил не менее прочувствованную речь, с намеком на потенциальное эго Фугаку-сана. Главное, чтобы дальше было так, как он объяснял друзьям. Он должен быть лучшим. И его должны зачислить на первый курс. Тогда у него будет железобетонный козырь, и его оставят в покое с этими дурацкими матримониальными идеями. А значит а) чтобы «Хостесс Лав» остался тайной и б) потенциальная свадьба Саске отодвинулась … скажем, годика на два. И еще. Интуиция Саске почему-то все время возвращалась именно к пункту а) его совершенного плана. «Хостесс Лав» … — Мне дали слово, что этого никто не узнает. Голос в гулкой тишине прозвучал так громко, что Саске невольно вздрогнул. Или он становится параноиком? Мельком посмотрев на часы, Саске накинул тоненький халатик и на цыпочках пробежал по коридору. Разумеется, нии-сан висел на телефоне. Вольготно растянувшись на низком овальном диване, он лежал на животе, укрыв себя простыней, с распущенными волосами, прилипшими к обнаженным плечам. Видимо, Итачи тоже принимал душ, и звонок любимого застал его врасплох. Вон, толком вытереться не успел. Хихикнув, Саске присел на край слегка смятой постели, принялся убирать мокрые пряди. Итачи ласково взглянул на брата, зашевелился: — Хикки, это Саске ко мне заглянул … ну да, я передам. И тебе спокойной ночи, дорогой. — Хикки, — упал ничком вниз Саске, заливаясь смехом. Приподнялся и ойкнул. Итачи ловко приподнялся и ощутимо щелкнул его по лбу, вместо привычного невесомого тычка сложенными в щепотку пальцами.  — Вот влюбишься, посмотрим, как вы с твоим будущим женихом будете называть друг друга, мой младший глупенький братец. Итачи принял сидячее положение, проницательно посмотрел: — Что-то случилось? Саске поправил разошедшиеся края халатика, одернул их еще раз, вздохнул и, решившись, в упор посмотрел на брата: — Ты жалеешь, что вместо высшего выходишь за … Итачи поднял руку. Немного помолчал: — Я полюбил. Вернее мы с Яхико полюбили друг друга. — Но если бы этого не было? — настойчиво не отставал Саске. Ему вдруг стало важным знать мнение аники о том, может ли любовь быть тем, что заставляет смириться с положением вещей, и что, если этой любви нет? — Саске … Итачи легко вскочил на ноги и потянулся. Высокий, гибкий, стройный, красивый. В общем, воплощение мечты для любого альфы. Так считал младший омега, подобно старшему брату растянувшись на слегка смятой постели и подперев рукой подбородок. С восхищением и обожанием смотря на любимого аники, уже и забыв, с какой целью, собственно, интересовался по поводу выбора. А потому немного задержавшийся ответ брата застал врасплох: — Чтобы тебя не грузить больше того, что есть и что тебе предстоит испытать … Отвечу очень коротко. С учетом того, что знаю сам. Да, наша семья очень влиятельная. Богатая. С древними традициями, уходящими … хм, хрен как глубоко. Но и более современная, если можно так сказать про то, что … Сев вплотную к младшему, Итачи очень серьезно сказал: — Главное, чтобы твой избранник был одобрен родителями. Не услышав ответа по поводу отказа от образования, Саске пропустил мимо ушей был одобрен родителями, тем более … это где-то так, и открыл, было, рот, чтобы повторить вопрос про высшее образование. Но нарвался на поднятую руку нии-сана: — Прости, Саске, не сейчас. Давай мы об этом поговорим позже? Мне завтра рано вставать, потому что надо ехать на репетицию свадьбы. Ты же не хочешь, чтобы я выглядел не выспавшимся? Дождавшись, чтобы Саске вышел, Итачи взял отложенный мобильник: — Ты все слышал? Надеюсь, мой брат никогда не узнает, кто подобрал потенциальную кандидатуру его жениха. Саске, уже отошедший от комнаты старшего брата, конечно, последних слов не услышал. Впрочем, настойчивость, с которой он так добивался ответа Итачи, в какой-то степени свою роль сыграла. Он окончательно утвердился в том, что ему, во что бы то ни стало, необходимо выучиться на этих самых курсах, более того, блестяще сдать тесты и тогда … Пальцы легли на ручку двери в его комнату. Музыка ветра, прикрепленная к ней, чтобы отгонять злых духов, тихонько звякнула. Нии-сан, по-видимому, влюбленный болван. Вряд ли Яхико, после свадьбы, позволит своему супругу учиться, даже, как пафосно обещала мама, в каком-нибудь задрипанном колледже! Саске призадумался. А если бы он влюбился? В кого бы он мог влюбиться, чтобы послать псу под хвост все мечты об образовании? И — ожидаемо или нет, тихонечко так, буквально на секунду, мелькнули знакомые белобрысые вихры. Задорная усмешка. Сила, что прогнала альф, спасовавших перед этой самой силой. И — кольцо рук, там, на ступеньках чертовой винтовой лестницы. Наверное … наверное, если допустить, что ему пришлось бы отказаться от чего-то в своей жизни … он бы хотел, чтобы отказ был немного похож на смуглого альфу, легко приподнимающего его над собой. Помотав головой, Саске сердито воскликнул: — Это мы еще посмотрим! Тем временем Наруто, даже не подозревая, что о нем думают, спиной упал на постель, подложил под голову скрещенные руки и задумался. Он всегда любил спать с открытым окном и просил не закрывать его шторами. Только свежий, прохладный ночной воздух. Только луна и звезды. Но почему-то именно в эту ночь было как-то тревожно. Причем Наруто так и не смог расшифровать, отчего ему в эту ночь не спалось. Часы-будильник тикали на небольшом шкафчике, мерно отсчитывая время, а он лежал и смотрел, как из-за рваных облаков медленно выплывает диск луны. Как ее призрачный, молочно-белый свет, распадаясь на полосы, чертит на полу комнаты свои геометрические узоры. И только засыпая, догадался, что напоминают ему эти черно-белые тени. Вернее, кого. Сон, с трудом пробравшийся к нему, мгновенно рассыпался ночным туманом. Наруто рывком сел, сбрасывая вниз сбитое во время того, как ворочался, одеяло. Внезапно он вспомнил. Как та самая глупышка, когда они уже уходили из кафе, догнала его в дверях. Низко-низко кланяясь, целую минуту благодарила за то, что он не стал жаловаться администратору, потому как она на испытательном сроке и, если бы хоть одна жалоба, то все. Ее бы уволили в кратчайший срок. И даже то, что это, в общем, заслуга Саске, бету не остановило. То есть она не дала Наруто и рта открыть. Так вот, та девица в этом своем красном платьице. Все время строившая ему глазки — а хотя бы тут, наедине с собой, можно быть честным, ему хотелось, чтобы это был Саске. Но ладно. Что-то было еще. Официантка, кланяясь, что-то сунула ему в руки … какую-то коробочку … Наруто едва сдержался, чтобы не закатить в раздражении глаза. На его памяти, назойливые поклонницы частенько совали ему нечто подобное, особенно активируясь в День альф. ***** Эти тонны шоколада, перевязанные кокетливыми бантиками-ленточками, в разнообразных вариациях вручались ему самыми смелыми поклонницами. Которые, как неотвратимое бедствие, одолевали его подношениями, надеясь привлечь к себе внимание. Думали, дурочки, что, если он возьмет в руки какую безделицу с их инициалами то все, стопудовое попадание. Он босиком прошлепал к своей одежде, нашарил ту самую коробочку. Оказавшуюся чем-то вроде небольшой, миниатюрной шкатулки. Усмехаясь, встал в полосу лунного света и, приподняв крышку, замер. Не зная, как реагировать. Идиотка положила туда — и когда только успела? Тот самый моти с двойной клубникой. В задумчивости вытянув руку, Наруто принялся разглядывать эту ягоду любви. Вздрогнув, он в растерянности огляделся. Ему показалось, что в наступившей тишине он услышал какое-то восклицание … Или нет? Бесшумно вскочив, Наруто подошел к окну и впервые дернул за бегунок, опуская вниз горизонтальные полосы. Решив, что все эти мысли … Это потому, что луна слишком яркая. И еще … — Все омеги одинаковые! Он очень постарался, чтобы голос звучал уверенно. Иногда мы врем, даже оставаясь наедине сами с собой. * Первый закон: выяснить, кто главнее. Второй, как «комплект» к первому: кто главнее, тот и веселее. Если кто запамятовал) ** Аналог «шрамы украшают мужчину». *** Дерево семейства кипарисовых, обхват ствола около 16 метров. **** Нечто вроде прихожей, вроде границы между улицей и помещением. ***** День Святого Валентина по-японски)