На обратной стороне луны

«На темном небе Много звезд красивых, Но свет дает одна луна» Когда Саске понял, что не в силах вынести все то, что, тревожно и бессчетное количество раз, беспрестанно крутилось в воспаленном мозгу, не давая покоя ни на секунду, он, шатаясь, добрался до постели и ничком рухнул на нее, закрывая глаза. Он думал, что хотя бы немного полежит, чтобы … чтобы … чтобы просто-напросто … … набраться сил. Последнее было скорее уступкой тому странному, болезненному состоянию, заставлявшему сердце сжиматься, а губы дрожать в бесполезных попытках заставить себя произнести одно-единственное слово. О, если бы здесь был этот альфа! Саске сильнее сжал глаза. До набивших оскомину разноцветных вспышек. Чувствуя, как веки подрагивают, вернулся к тщательно раздуваемому чувству ярости. О да. Вот что это было: ярость. Та, что похожа на птицу, вырвавшуюся на свободу. Та, что похожа на бушующий гнев стихии. На ярость горной речки. Речки, вышедшей из берегов и ломающей последние, шаткие, трещащие остовы рухнувшего заграждения … Но … но, несмотря на то, что взбесило его, было то единственное, что как-то могло примирить с тем, что он случайно узнал. Като Цунаде. Сестра Наруто. Омега, что защищала его даже тогда, когда было очевидно, что произошло между ним и Наруто, ее братом … Что уложило его в постель на целых три дня! И это не от переизбытка любви, вернее, как раз от ее переизбытка, только в очень-очень отрицательном смысле. Но … Тонкие веки дрогнули. Черно-белые ресницы шевельнулись. Даже зная, что альфа был жесток … она, омега, пыталась найти ему оправдание. Может, потому, что она объяснила это расплывчато «Клановое воспитание альф»? Нет. Было что-то еще. И, если отбросить в сторону эмоции и негатив, можно попытаться понять. Если не смогли понять его. Понять, отчего более старшая омега, даже если видит, что натворил ее младший, но взрослый брат, приводит аргументы в его абсолютную защиту и оправдание. Саске вздрогнул. Тут что-то не то. Он чувствует … понимает … но, как обычно бывает, не может схватить за краешек ускользающую от него истину. Отбросить кривляющуюся личину лжи … Так … Так, может быть … Слова, жесты, взгляды? И вообще … может, он вообще ошибся? Не так понял, не так услышал? Так в чем правда?! В том, что такая, как Цунаде, не станет защищать такого … такого … словом, негодяя. Потому … … Потому, что для нее он не является таковым или потому, что такой, как Наруто, не смог бы поступить иначе с таким, как Саске?! Это самая очевидная истина или он запутался?! Саске глубже зарылся в одеяло, не открывая глаз. Он сам не знал, почему вдруг решил разобраться во всем. Почему? Он действительно не знал. И еще одно. Еще одна странность … Он уже говорил сам себе, что, впридачу ко всевозможным случившимся с ним неприятностям, всем этим странностям, есть еще одна? Так сказать, дополнительная. От которой хотелось … То ли плакать, то ли смеяться. Запах … Его, Саске, запах. Он ведь не чувствовал своего запаха. А запах альфы — да. Он словно въелся в его кожу, обволакивал все его тело и реально подавлял все прочие запахи. И то, что Саске, после второго раза, после второй близости с альфой (если можно помягче так это назвать) восстанавливался намного быстрее … омега инстинктивно понимал, оно связано, скорее всего, именно с этим деликатным обстоятельством. Может, еще и поэтому, Саске, в конечном итоге, эмоционально выдохся. И звонок тамады упал на благодатную почву. Чтобы Саске, среди всех своих метаний, снова вернулся к исходной точке. Ты проклинаешь нашу встречу, Наруто? Мечтаешь стереть меня с лица земли? Или, все же, мы оба были более честны … когда? В какую встречу? Нос омеги дрогнул, уловив слабый аромат можжевельника с красным апельсином. И, неожиданно, мышцы лица расслабились, Саске задышал чаще, а потом постепенно затих. Дыхание, бывшее беспокойным, выровнялось. Искусанные губы тронула легкая, почти счастливая улыбка … омега заснул. *** Тем временем у того, о ком омега думал, раздраженно дернулась бровь.  — Спасибо, что выбрали нашу клинику! Молодая омега за административной стойкой, едва звякнул колокольчик «музыки ветра», тотчас расцвела профессиональной улыбкой и, едва услышала короткое «Узумаки Наруто. Записан», немедленно протянула несколько белых листов: — Пожалуйста, поставьте свою подпись. Вот здесь. Это стандартная форма, если Ваш омега будет приходить к доктору без сопровождения … В глазах Наруто вспыхнул опасный огонек: — Вам только что перевели восемьдесят тысяч йен за обычную консультацию! И … Цунаде дернула отото за рукав, поклонилась: — Так в каком кабинете принимает доктор Шимура Данзо? Продолжая улыбаться, администратор «Status Аридзава » нажала на небольшую кнопку. Доброжелательно пояснила: — В стоимость первоначальной консультации — по особому распоряжению владельца «Status Аридзава», а также с согласия нашего главного врача, входит частная беседа с родственником пациента. Мы стремимся создать для наших пациентов как можно более доверительную атмосферу. А что может быть более действенным, чем доверие со стороны близких? То есть тех, кто сам решил, что можно довериться именно нам? Вы понимаете, конечно, о чем я говорю? Не прерывая зрительного контакта, она, понизив голос, добавила: — Именно поэтому у нас распространена система бонусов. Если Вы выражаете желание … вернее, подтверждаете свое согласие … Первая консультация проводится без пациента. Просто беседа с его родными. И, в зависимости от того, как она пройдет … Вы, господин Узумаки, можете привести к нам своего омегу. И, повторяю, эта, бонусная, консультация будет бесплатна. Свирепые глаза альфы метнули пару молний. Наруто сузил потемневшие колючие глаза и медленно оглядел омегу, по-прежнему стоящую «по стойке смирно»: — Не люблю обсуждать денежные вопросы, не касающиеся деловой сферы … Также не люблю дважды напоминать одно и то же. Несколькими минутами ранее Я. Напомнил. Про первоначальный взнос. Каким образом «бонус» поглотил … — Восемьдесят тысяч йен, — улыбка администратора-омеги стала … какой-то располагающей? — будут немедленно Вам возвращены, если беседа с врачом Вас не устроит, и Вы решите не заключать договор с нашей клиникой. Но, осмелюсь все же сказать, подобных случаев у нас никогда не было. Что, как Вы понимаете, говорит о хорошей, деловой репутации клиники и … не сочтите за саморекламу … о безусловном профессионализме возможно, Вашего будущего лечащего врача. Таким образом, можно будет считать, это стоимость консультации, когда сюда придет в первый раз Ваш супруг. Господин Учиха Саске, правильно? — Узумаки Саске, — теряя терпение, низко рыкнул Наруто и набрал воздух в легкие, чтобы указать, как они тут, при всей своей исполнительности и вообще дотошности, перепутали фамилию пациента, или … — Это моя вина, — поспешно вклинилась в беседу Цунаде, — я так спешила оформить наш первый визит, что, указывая фамилию Саске … Ну, немного перепутала фамилии, по привычке указала добрачную фамилию … Да это же неважно! Это же не страшно, учитывая, что договор еще не подписан? А то, что он будет подписан, я не сомневаюсь! Поэтому, думаю, денежный вопрос улажен! Вот так! Почувствовав руку сестры на плече, слегка сжимающую его, Наруто подавил гнев и, на автомате сжав руки в кулаки, резко засунул их в карманы брюк. В конце концов, после того, как он дал добро … Цу провела полдня, дотошно исследуя сайты и вися на телефоне. Прежде чем остановилась на «Status Аридзава «. Так что … Он снова сузил полыхающие праведным гневом глаза и сомкнул челюсти. Послышались шаги: откуда-то сбоку выпорхнула молоденькая омега в невероятно белоснежном и накрахмаленном костюме, который буквально хрустел при каждом движении сестрички, и казалось, она сейчас куда-нибудь взлетит. Ко всему прочему, о-медсестричка была, как две капли похожа на ту, что по-прежнему улыбалась сейчас им из-за ресепшен клиники «Status Аридзава»: — Мадока-сан, — умудряясь одновременно не сводить глаз с важных клиентов и отдавать указания, омега с бейджиком «Хаюми-сан, главный администратор S. А», велела: — Проводи Господина Узумаки и … –… Като Цунаде. –… Госпожу Като в кабинет 313К. Безупречная улыбка Хаюми-сан стала еще безупречней: — Вы не возражаете против того, чтобы дальше Вас сопровождала моя заместительница? Мадока-сан, тотчас поклонившись, ненавязчиво поправила свой бейджик «Мадока-сан, первый администратор S. А». А Хаюми-сан учтиво договорила: — Уверяю Вас, это одна из самых лучших наших сотрудниц! Других в штате «Status Аридзава» нет! Я хотела сказать … у нас работают только лучшие! Цунаде снова сжала плечо Наруто. Мадока-сан, мгновенно сориентировавшись, что речь идет о консультации, в перечне услуг клиники, говоря профессиональным языком его сотрудников, оплаченной платиновым бонусом *, поспешно поклонилась и, шагнув вперед, вежливо попросила: — Пожалуйста, сюда. Альфа и омега прошли по коридору, освещенному мягким, успокаивающим светом нескольких потолочных светильников, включающихся по мере движения, и очутились около сверкающих хромом лифтов. Отстраненно Наруто заметил, что прикрепленная к ним Мадока-сан ненавязчиво, но умело провела их дорогой, где им никто не попался на пути и вывела к лифтам, опять же, расположенным, видимо, в отдаленной части клиники. Словно отвечая на мысленный посыл, омега с бейджиком «первый администратор», а по правде говоря, видимо «старший помощник» оставшейся за стойкой Хаюми-сан, учитывая статус новых клиентов, сочла необходимым пояснить: — Мы стараемся, чтобы наши клиенты не встречались друг с другом. Вы, надеюсь, заметили, что в приемной было несколько дверей? И я вышла к Вам из той, что расположена немного в стороне? Мы составляем расписание консультаций таким образом, чтобы время консультации было только Ваше. Легкий полупоклон и — все та же профессиональная улыбка. — Это входит в терапию Данзо-сенсея. Наруто недоверчиво хмыкнул. Цунаде примирительно улыбнулась девушке: — Мы просто очень беспокоимся … — Вам совершенно не о чем беспокоиться! — тотчас горячо принялась озвучивать очевидное Мадока, так как предварительно Цунаде внимательно изучила все о врачах клиники и не поленилась узнать подробно о квалификации каждого, — Вы идете на прием действительно светилы медицины! Данзо-сенсей … Он имеет несколько ученых степеней, защитил диссертацию по нервным расстройствам психики и … и … Я знаю, о чем говорю! Я была слушательницей Медицинских курсов, когда его Великий ум заметил меня, ничтожную омегу! Наруто предпочел думать, что в списке, который показали им, рейтинг каждого светилы оценивался не только учеными степенями; о чем думала Цунаде, знала только она. Очнулся альфа на последних словах, больше имеющих отношение к цели их нахождения здесь, а не к перечислению замечательных качеств местного божка: — Мы пришли! И, аккуратно нажимая на позолоченную, отполированную посетителями, дверную ручку, обращаясь почтительно куда-то вглубь кабинета: — Данзо-сама! Это родные Учихи-Узумаки Саске. Отбросив прочь вопрос, «какого черта я тут делаю», Наруто решительно переступил порог кабинета. *** — Совершенно верно, — Шимура Данзо, среднего роста альфа с правым глазом, прикрытым повязкой, задумчиво покачал головой, — даже из того немногого, что я узнал, я могу сделать определенные выводы и наметить схему лечения. Думаю, на будущей неделе Вы можете привести сюда Саске-куна. Наруто сжал челюсти так, что скулы не просто свело. Они закаменели, как и люто сверкнувшие глаза, ставшие поистине ледяными. Руки, с самого начала консультации снова сжатые в кулак, разве что теперь альфа, не замечая этого, постукивал ими по коленям, побелели, так альфа их стиснул. И даже успокаивающее пожатие Цунаде, во время беседы, не сводившей с него встревоженных глаз и бывшей начеку, плохо помогло. Однако — то ли Шимура-сама действительно был профессионал, не реагирующий ни на какие провокации, то ли потому, что беседовала с ним только Цунаде, в то время как Наруто угрюмо молчал, избегая смотреть в слишком мудрые, немного усталые глаза пожилого врача … Но тот невозмутимо продолжил, стараясь говорить как можно более обнадеживающе: — Я сталкивался с подобными случаями. Если коротко — психогенная немота, или мутизм. Впрочем, это отражается только на душевном состоянии, физически подобные пациенты здоровы. Они просто не могут говорить. Цунаде покосилась на брата, слишком сильно вздрогнувшего при этих словах. Поколебавшись пару секунд, тихо спросила: — Но почему? Данзо пристально посмотрел в глаза медововолосой омеги: — Сильный стресс. Испуг. Смерть близкого. Физическое или психическое насилие. Выбор, как видите, широк. И, если я получу немного больше информации … Стул полетел на пол. Едва не хлопнув дверью, Наруто вскочил и быстрым шагом вышел вон. Данзо и Цунаде с минуту смотрели друг на друга. Не прерывая взгляда, Шимура довольно холодно сказал, и у покрасневшей Като-сан на секунду мелькнуло ощущение, что второй глаз врача, тщательно прикрытый овалом повязки, видит сквозь плотную ткань: — Думаю, наши безголовые администраторы забыли Вас предупредить. В клинике «Status Аридзава » правила диктуют не совсем деньги и власть. Потому что мой дед был ее основателем и владельцем. Теперь, как Вы понимаете, нынешний хозяин клиники я. И, как Вы также понимаете, будучи владельцем клиники, я практикую не на постоянной основе. У Вас должна была быть бонусная консультация с главным врачом, Кумадори-сан. Но Вас провели в мой кабинет. Думаю, Вы не будете возражать? К тому же я, в виду вышеперечисленных причин … беру не всех. Только тех, кто меня заинтересовал. Чья история меня заинтересовала. И, когда я даю свое согласие, считайте, с той самой, первой минуты, лечение начинается. Поэтому Вы должны уяснить самый главный принцип. Подавшись вперед, Данзо шепнул: — Вы ничего не должны от меня скрывать. Если действительно хотите помочь своему брату. И его супругу. Откинувшись обратно на спинку кресла, слегка отстраненно, но учтиво, договорил: — Но, разумеется, все подчинено, прежде всего, пожеланиям и предпочтениям потенциальных пациентов. Если Вы хотите — Вас по-прежнему ждет Господин Кумадори Митате. Если нет — мы возвращаемся к моему первому распоряжению относительно нашего сотрудничества. Повторяю: Вы ничего не должны от меня скрывать. Что Вы решили? Цунаде, слегка опешив, моргнула пару раз. На автомате открыла-закрыла замочек сумочки … И только, увидев, что врач снова откинулся на спинку широкого офисного кресла, медленно перевела дыхание. Подумав, кивнула: — Я поговорю с Наруто. — До того, как Саске-кун придет сюда. — До того. Шимура, впервые за все время беседы, скупо улыбнулся. Удивительной улыбкой — не затронувшей уголки глаз, но, тем не менее, той самой, что вселяет надежду. Что ты сделал верный выбор. Обратившись сюда. Кивнув, альфа поставил перед собой руки, сложив их замочком: — Как я правильно понял, сначала мы поговорим с Вами, Цунаде-сан. Начнем с самого начала. *** Тихо-тихо прикрыв за собой дверь, Цунаде растерянно огляделась, ища младшего брата. Почувствовав страшную жажду, обрадовалась, увидев автомат с питьевой водой. И уже наклоняясь, чтобы достать заветный стаканчик, заметила того. Наруто стоял, прислонившись к стене. На одном из балконов, подобно террасе пригородных домов, опоясывающем этаж. Уже выйдя к нему, Цунаде отметила про себя, что Наруто был по-прежнему бледный. Как в ту минуту, когда вскочил, роняя стул. Неужели все так серьезно? Цунаде молча протянула стакан с прохладной водой брату и вскрикнула, когда, повернувшись, он с силой оттолкнул ее руку. Несколько капель упало вниз, застыв небольшими темными пятнами на красивом белоснежном ковре, отчего-то постеленном даже на балконе клиники. А следующие слова альфы только подтвердили ее догадку: — Мой дядя всегда любил повторять: послушай омегу и сделай наоборот. Я смеялся, когда он так говорил, учитывая, что как раз у него в семье все было абсолютно не так! Пожалуй … это был единственный случай, когда омега вертела альфой! Но этот … Замолчав на секунду, Наруто отошел от стены, подошел к перилам. Ветер тотчас атаковал его, растрепал пшеничные волосы. Обернувшись, срывающимся голосом, зло, он рыкнул, не обращая внимания, что отчаяние, явно преобладающее над всеми остальными противоречивыми чувствами, буквально бьет по нервам: — К какому коновалу ты меня привела?! — Но ты же не возражал, когда поручил мне подыскать подходящего врача и клинику. Цунаде Като говорила тихо, ласково и стараясь не раздражать лишний раз:  — Ты же видел на стенах его дипломы? Сертификаты? Подтверждение квалификации? Он хороший врач, Наруто, и он поможет Са … — Предсказатель своей судьбы не знает, ** — продолжал рычать Наруто, но уже потише, — ты же видела его перевязанный глаз?! Цунаде мудро промолчала. По тому, как бледность потихоньку проходила, а тон отото стал на полоктавы тише, она поняла, что Наруто уже смирился. И следующий же вопрос подтвердил ее догадку:  — Хорошо. Тебе сказали, что мы должны делать? — Конечно, — пожала плечами Цунаде, и философски добавила, — не зря же я оставалась, когда ты ушел! Вместо какого-либо возражения, Наруто похлопал себя по карманам и, достав сигареты, вытащил одну. Нервно затянулся. Указывать брату, что в последнее время он стал очень много курить, старшая омега не стала тоже. Только осторожно положила свою руку на руку Наруто, слегка сжав пальцами его пальцы. И, не сводя задумчивого взгляда с тлеющего огонька «Lark», попросила:  — Давай хотя бы в самом важном не будем играть по их правилам? Плечи альфы вздрогнули. Он замер, так и не донеся сигарету до губ, пока красный огонек не превратился в пепел. Продолжал держать ее на излете и никак не отреагировал, даже когда, догорев, кропотливый труд табачных дельцов не обжег слегка кожу на внешней стороне руки. Только хрипло спросил: — Давно ты перешла на его сторону? Нэ-сан … А? Цунаде, развернувшись лицом к лицу альфы, также осторожно отряхнула остаток пепла. И, глядя, как закружились дымчатые снежинки в воздухе, мгновенно подхваченные ветром, усмехнулась: — Ты заметил только это? — Зато самое важное! — огрызнулся привычно Узумаки, принимаясь пальцами выбивать дробь по перилам. Цунаде вздохнула. Если бы она не знала многое из истории этого альфы, так тесно связанной с ее … С их с Даном истории … Она бы подумала, какими эгоистами могут быть влюбленные. Но … Омега покосилась на чуть подрагивающую кожу рук. К которой пристал пепел сигареты. Отото действительно стал много курить. — Ну, хорошо. Она отмахнулась от тревожных мыслей, пока ведущих в никуда, сосредотачиваясь на конкретной задаче. — Шимура-сенсей набросал мне кое-что … что мы можем сделать, прежде чем начнутся полноценные занятия. Я о Саске. Она внимательно посмотрела в хмурые глаза альфы: — Он говорил, что, прежде всего, необходимо вытащить его из эмоционального кокона. Ты понимаешь, что это такое? Понимаешь … почему с твоим омегой произошла эта … психогенная немота … Отото? Наруто посмотрел на нее. Отвернулся. Желваки заходили: — Спасибо, нэ-сан. Справлюсь сам. — Еще доктор сказал, что мы обратились в клинику вовремя. Он предполагает, что, в сочетании с правильно подобранными транквилизаторами … нейролептиками для омег … и психотерапевтическими сеансами … есть шанс. Наруто резко обернулся. Уголок рта дернулся пару раз. Сузив глаза, низко рыкнул: — Что еще поведал тебе чудо-доктор? — Запущенное состояние лечится гораздо дольше. Синие глаза стали еще темнее: — Но лечится же?! Не найдя ответа, Цунаде кивнула головой. Впрочем, Наруто ответа и не ждал. Сухо бросив «поехали, итак потеряли время, а там пробки», альфа быстро обогнул омегу и толкнул плечом балконную дверь. Цунаде в какой-то задумчивости шагнула следом … но резко остановилась. Ахнув, стала растерянно оглядываться, ища глазами ту самую тетрадочку, куда она записала рекомендации Шимура-сенсея, но так и не нашла. — Вот же … Чертыхнувшись от души, омега сначала хотела вернуться в кабинет Данзо, но не решилась. Сейчас многое зависело не только от самого Саске, но и от окружения … то есть близких. А начинать реабилитационный курс с того, что она продемонстрирует свою безголовость?! Вот куда, скажите на милость, она положила тетрадь?! Так что … Като-сан поджала губы и решительно направилась к лифтам. По сути, главные наметки она запомнила и даже упомянула о них Наруто. А потом, когда она привезет Саске на второй прием … если что, еще раз все уточнит. Как раз на приеме это будет выглядеть более естественно. Цунаде приободрилась. Блестящие хромированные створки «Fuji» бесшумно разъехались в разные стороны. Каблучки омеги эхом отразились от блестящего металлического пола лифта. Замелькали цифры. 9 … 8 … Като Цунаде стояла, придерживая ремешок сумки, и смотрела на свое отражение в начищенном до блеска зеркале, размещенном дизайнером напротив, между не менее блестящими панелями. Она бодрилась, но именно сейчас выглядела усталой. Более чем. И … Прикрыв глаза, Цунаде чуть отвернулась и расслабленно прислонилась к стенке кабины, отстраненно слушая, как тихо гудит подъемный механизм. Мысли то и дело возвращались к брату и его омеге. К тому, что случилось у них. Наверное, это жестоко … но это помогало отвлечься от собственных проблем. Она вспомнила, каким был Саске в день свадьбы. Как сияли его глаза — каким-то таинственным, загадочным, магическим светом — особенно во время клятвы … От сердца к сердцу, душа к душе, мысль к мысли, чистыми помыслами, верными поступками, до последнего вздоха, пока смерть не придет за нами, следуя за ее чертог. Преодолевая невзгоды, рука об руку, словно связанные красной нитью судьбы. Вместе — и навсегда. Порознь — никогда. Я и ты. Ты и я. Вдвоем — до последнего вздоха. Она не заметила, как стала повторять заключительные слова вслух: –… До последнего вздоха. Словно очнувшись, Цунаде сердито одернула сама себя. Расклеилась! Не вовремя! Она ругала сама себя, чтобы отвлечься. Потому что — кстати или нет, против ее воли воспоминание продолжило ту самую мысль. Что у того Саске, которого она увидела там, на берегу реки … глаза не сияли. Пальцы омеги сжали ремешок дорогой сумки так, что ногти впились в кожу ладони, с легкостью преодолев изящный барьер. Здравый смысл подсказывал, что пора прекратить отгораживаться от действительности, если она хочет помочь. Но … ками-сама … как же все сложно и запутано! Помочь Саске — значит, признать вину Наруто. Но жестокая правда была в том, что Като Цунаде абсолютно не кривила душой. Как ни грустно, именно там, на берегу реки. И что она — даже учитывая то, в каком состоянии был омега, когда она сорвалась на звонок Наруто … Даже тогда! Она свято верила в правду именно младшего брата. Что он просто не сдержался, что это было … по взаимному согласию. Тем более … Цунаде сглотнула. Тем более он, Саске, все подтвердил. И, в таком случае … Она отстраненно подумала, что выглядит не менее бледной, чем брат. Брат и сестра … Умело накрашенные помадой сливового цвета губы омеги тронула горькая улыбка. Впрочем … Что они могут сделать сейчас? Что на их стороне? Пока … пока только время. Если … Если бы только… они с Наруто знали, что все закончилось. Ведь, как она и сказала брату, если ты выполняешь все условия, ты имеешь право ждать подобного от тех, кто диктовал тебе эти условия? Ведь так?! Или нет?! Она, почувствовав легкое раздражение, нетерпеливо переступила с ноги на ногу, в бессилии перекидывая сумку на другое плечо. Изображение напротив состроило легкую гримасу. … Наруто тоже был раздражен. Он был так раздражен, что успел не только съехать на первый этаж, но и, дойдя до машины, разблокировать дверцы. В ожидании сестрицы молодой альфа принялся барабанить по приборной панели. Глаза то и дело возвращались в одну точку. Пока он не откинул чуть изогнутую крышку бардачка. Вскинулся, на всякий случай, проверив, не показалась ли нэ-сан в дверях клиники, и снова уставился на тоненькую тетрадочку с обложкой из какого-то аниме. Если бы Цунаде его видела в эту отдельно взятую минуту, она, возможно, удивилась бы произошедшей с ним метаморфозе. А может, и нет. Чуть сузив глаза, альфа внимательно вчитывался в летящий почерк омеги. Удивляясь только одному. Как и когда она успела все записать?! Коротко и, одновременно, подробно? Он сам не заметил, как, прочитав последнюю фразу, словно зацепился за нее. Снова и снова обводя слегка обкусанным ногтем иероглифы, вчитываясь, повторяя, пока смысл не засел прочно в мозгу. Ведь есть же что-то, что его радовало? Блять. Пальцы надавили на лист. Данзо-сан, наверное, не знал, нэ-сан не знала … никто не знал. Даже если самым что ни на есть невероятным, фантастическим образом допустить то, что он собирался нормально жить с этим омегой … Видимо, ему придется допустить и то, что в его обязательствах ничего не изменилось. Разве что … Пальцы едва не продавили иероглиф «радовало». Разве что он изменился. — Ты фокусник? Вздрогнув, Наруто вынырнул из задумчивости. Дернулся спрятать обратно. Поздно. Цунаде уже сидела рядом, успев увидеть и поднятую крышку вещевого ящичка в салоне «Honda Civic». И потерянную ею тетрадочку. Вернее, вновь обретенную. Открытую как раз на ее же торопливых заметках. Поняв, что спалился, сердито и непоследовательно рыкнул: — У тебя плохой почерк! Цунаде пристально понаблюдала за лежащей поверх раскрытой тетради рукой Наруто. Прохладно заметила: — Кто-то рассуждал про пробки. И не повела и бровью, когда Наруто в ответ наградил ее хмурым взглядом. Они выехали на центральное шоссе и только свернули в сторону «дома у озера», как ожил сотовый, поставленный Наруто в «торпеду». Короткое: — Слушаю! Несколько минут напряженного молчания и — после водворения черно-белого «Sharp» обратно, красноречивое подергивание уголка рта. Визитная карточка того, что альфа на пределе. Цунаде выдохнула, вместо ремешка сумочки, крепко сжимая ремень безопасности. «Что?!». Светофор мигнул, меняя зеленый цвет на красный. Наруто посмотрел в сторону. Глухо произнес: — Нотариус, что составлял завещание для Джи-софу ***, погиб. Официальная версия: плохо переходил дорогу. Цунаде еще сильнее вцепилась в синтетику: — А не официально … Красный мигнул, быстро сменяясь обратно на зеленый. Альфа зло утопил педаль газа в пол. Красноречиво ответив и без слов. *** Мы по делам! Скоро вернемся! Не скучай! Саске, сонно моргая, напомнил себе эти три сентенции, наблюдая, как, пошатываясь, выгружаются из машины «родственные души». Интересно, если бы их остановил инспектор, кто стал бы дуть в трубочку? Кто стал бы уверять, что это именно он был за рулем? Впрочем … Саске неожиданно обнаружил, что успел соскучиться и встревожиться. Приехали … и ладно. Он осмотрел зигзагообразный тормозной след и опустил штору. Обнаружив, что испытывает странное успокоение оттого, что они, наконец, действительно приехали, действительно дома, и одновременно, сердясь на себя за это. Тихонько вздохнув, он вернулся в постель и, зарывшись под одеяло с носом, постарался снова заснуть. Как ни странно, несмотря на дневной сон, это ему удалось. «У тамады не было лица. То есть оно, конечно, было. Но во сне вместо этой весьма существенной детали, позволяющей определить, с кем имеешь дело, было размытое пятно. Что не мешало Каидзоэ-сану чувствовать себя комфортно, в своей тарелке. Впрочем, как всегда. Он развалился в каком-то огромном офисном кресле, демонстративно помахивая сотовым телефоном, и язвительно, издевательски растягивая слова, говорил: — Ты, в самом деле, считаешь, что твоя глупая немота — твое полное оправдание передо мной и тот железный аргумент, некий факт, что послужит решением оставить тебя навсегда в покое, как бесперспективного игрока? Наивный, наивный омега, да к тому же ставший ущербным. Впрочем, для того, чтобы тебя имели во все омежьи места, говорить и не обязательно, верно?! Так что … если не хочешь, чтобы я тебя наказал, ты беспрекословно выполнишь самую главную часть нашей сделки. Хха… Не находишь, эта игра слов восхитительна?! Ты залезешь в бумаги своего мужа и добудешь мне то, что я хочу. И еще. Если ты залетел … … Избавься от ребенка! — ИЗБАВЬСЯ!!!» — ААААА!!! С бешено бьющимся сердцем Саске рывком сел на постели. Ему казалось, что он кричит. Громко-громко. На самом же деле он судорожно напрягал губы, схватившись руками за горло. Челка вся слиплась от пота, рубашка прилипла к телу. Глаза бегали от предмета к предмету, разум отказывался включаться. Что это?! Он не сразу сообразил, что расплывчатое пятно, на котором, наконец, остановился насмерть перепуганный взгляд — красиво составленный и упакованный в не менее красивую оберточную бумагу букет цветов. А запах … Моргнув пару раз, и столько же раз заставив себя глубоко вздохнуть, Саске заставил себя успокоиться. И только тогда обратил внимание на того, кто протягивал ему этот букет. Узумаки Наруто. Его альфа. Конечно же, его альфа. В отличие от него, взъерошенного, всклокоченного, потного, с полубезумным взглядом, альфа стоял вплотную к разворошенной постели. Опираясь о нее коленом. В костюме, умытый и причесанный, выбритый. Высокий. Породистый. С едва уловимым парфюмом, выгодно дополняющим природный запах. Роскошный. Альфа-самец. Сволочь. Саске постарался сосредоточиться на более приятных вещах. Ах да. Чертов букет. Ощущая мелкую, противную дрожь, слабость во всем теле, так подействовал сон, омега поискал блокнот. — «Спасибо». Наруто почувствовал легкую досаду. Он сам не знал, почему, но ждал совсем другой реакции. Поэтому, когда Саске, убедившись, что он прочел короткую вежливую отписку, снова принялся что-то старательно выводить в блокноте, заинтересованно приподнял бровь, с нетерпением ожидая продолжения. Сильно подозревая, что это будет что-нибудь насмешливое, судя по неприветливому выражению лица. Даже если сделать поправку на то, что омега, похоже, не выспался. Но, когда омега закончил писать и протянул ему исписанные листы в клеточку … Наруто … … Наруто и вправду не знал, как определить то, что он прочел. Все догадки … ранее мелькавшие в его голове … все маленькие и крупные инциденты … вдруг сложились в одно целое. Что буквально выбило почву из-под ног. Вышибло дух. Заставило вылететь из седла. Разом. Кажется, принято говорить так?! — «Спасибо, у цветов приятный аромат. У тебя, для альфы, оказался неплохой вкус. Или это заслуга флориста? Он подобрал тебе символ весны … как будто знал, что наша свадьба была под сенью сакуры. Улыбка весны! А это … Подснежники, да? Оригинальный подбор для утреннего букета!» Подснежники, да? Наруто посмотрел на светлые, бело-желтые венчики ромашек, перемежающихся бело-кремовыми бутонами роз. **** На висках выступил пот, стало жарко, да так, что захотелось немедленно отереть его руками, каждая клеточка кожи которых вдруг ощутила давно забытый ожог от свежего пепла сигареты. Он вспомнил, как стоял посреди цветочного магазина, слушая беспрерывную болтовню продавца, подробное объяснение, какие цветы что символизируют и как их сочетать, и которому он, помня самую первую запись из тетрадочки Цунаде, чтобы поскорее прекратить эту «словесную пытку», брякнул: — У меня медовый месяц. Хочу сделать приятное … Сюрприз … — Твою мааать! — зарычал Наруто и спохватился. Посмотрел на Саске. Ноздри дрогнули, жадно впитывая … отказываясь признавать очевидную истину … и все равно запоминая … в каком из миров, в какой прошлой жизни он, скажи ками, так крупно налажал ?! Пошатнувшись, он все же нашел в себе силы положить букет около ног Саске, который уже успел принять сидячее положение, когда писал в своем чертовом блокноте. Вернее, поспешно положил и также поспешно, что-то бормотнув, практически выбежал вон. И только в коридоре, опомнившись, провел по носу. Ожидаемо пачкая руки в собственной крови. Выматерившись шепотом, он сначала отправился в ванную, где придирчиво изучил свое лицо, умылся и, пошарив в небольшом шкафчике, достал лекарство. Посидев немного, наклонившись вперед, мерно делая вдох-выдох, он подождал, пока кровотечение прекратится. И только потом, на всякий случай, сделав себе тампоны с «альфином», чтобы сузить сосуды, отправился на кухню. Где, чтобы скрыть свое состояние, сразу открыл холодильник и налил себе выпить. И сделал сразу два больших глотка. –У нас что, заседание анонимных алкоголиков? Дверца «Hitachi» плавно захлопнулась. Цунаде отсалютовала чашечкой с саке. Что, учитывая довольно объемную бутылку напитка, было тем, что обычно называлось омегой «условности». А та не унималась. — Ты выполнил предписание док … док … сея? — Что-то мне подсказывает, врачебные услуги нужны тебе, сестричка, — усмехнулся Наруто, отодвигая стул и садясь напротив. Цунаде покачала головой. Резинка на одном из излюбленных хвостиков лопнула, и медовые волосы упали на плечо. Омега всхлипнула: –Тты же знаешь … Потому что Дан … — Знаю, — отстраненно произнес альфа, отворачиваясь к окну. Любовь … когда его тетушка потеряла голову из-за крутого альфа-самца Като Дана … она придумала, что, если немного уменьшит себе возраст, а Наруто объявит своим младшим братом, это будет удача удач, для того, чтобы такой мачо, как Дан, попался на ее чары и не задавал ненужных вопросов. Ну, а потом … потом уже, когда Дан оказался нормальным альфой и смотрел на нее влюбленными глазами, Цунаде решила оставить все как есть. А Наруто … не так уж у него и велика была семья, чтобы не пойти этой самой семье навстречу и не выполнить невинную просьбу тетушки-сестрицы. Семья … Он сделал еще один глоток. Страшно, дико захотелось курить. Очнулся только от вопроса: — Что с тобой происходит? Уголок рта невольно дернулся. Наверное, он, когда все закончится, реально сойдет с ума. Если закончится … Посмотрев в упор, он холодно произнес: — Выполнял задание из той идиотской тетрадки. Что не так? Цунаде посмотрела на свои слегка подрагивающие руки: — Ты решил его порадовать. Цветы. Хороший выбор. Но почему у тебя второй раз идет носом кровь? Наруто нашарил-таки сигареты. Осторожно дотронулся до многострадального носа, зло сообщил: — Полагаю, ты уже догадалась. Вы, омеги, всегда знаете больше нас, альф. — Хочу услышать это от тебя, отото. Чтобы не видеть выражение лица Цунаде, Наруто закрыл глаза и произнес вслух то, что вывело его из равновесия: — Саске … Похоже, он не просто подходит мне по генотипу запаха … Он … Цунаде слегка расширила глаза. Это же … В памяти зазвучали слова преподавателя истории: … Считается, что Истинные, о которых грезят молоденькие, впечатлительные омеги, то есть Истинные пары, со всеми атрибутами, присущими этому явлению, не более чем преувеличение. Как известно … В нашем современном мире сущности делятся на «альф», «омег» и, наконец, собственно, «бет». А пары создаются просто и эффективно. Как и было заложено природой, по генотипу Запаха. То есть, говоря проще, по совпадению. Чтобы понять, отчего определенного альфу, например, потянуло к вот этой очаровательной омеге. И все! Далее у нас идет знакомство, узнавание друг друга, любовь среди создавшейся пары, здоровое потомство. Ну, а Истинные — это продукт киноиндустрии. Или, как говорит мой коллега по Древнему Ведению … Миф. — Миф … — эхом на свои воспоминания откликнулась омега и, наткнувшись на скептичную усмешку племянника, спросила, — разве это возможно? Наруто сжал руки в кулаки и два раза несильно стукнул по столешнице. Не вздрогнув, когда бутылка полетела на пол и разбилась вдребезги. — Я зашел в тот магазин, что ты мне посоветовала. «Цветочная эйфория». Тошно от одного названия. Но, несмотря на то, что я оттуда еле вырвался, я прекрасно помню, что составляло букет. Какие цветы. Я выбрал светлые тона. Роза и ромашка. Прежде чем Цунаде добавила что-либо, Наруто тихо добавил:  — Он написал мне «спасибо». Спасибо за цветы. И сказал … … Омега сидел, прикрывшись одеялом, бледный, какой-то помятый, взъерошенный, испуганный. В первую секунду ему смертельно захотелось подскочить, прижать его к себе … спросить … Что его так напугало? С ним все хорошо? Но воспоминание о том, как тот его разочаровал, собственные грехи, словно окатили его ледяной водой. Поэтому Наруто ограничился тем, что приблизился к кровати и, неосознанно оперевшись коленом о край, протянул букет. Готовясь как можно быстрее покончить с этой «терапией имени Данзо-сенсея». А потом … Он мог часами прокручивать в голове этот миг. Запомнив его до малейшей черточки. Как Саске написал в блокноте: — «Спасибо, у цветов приятный аромат … Подснежники, да?» — Подснежники … — низким голосом произнес Наруто, отбрасывая прочь свой стакан. Сминая сигарету. Это шутка такая, ками-сама?! … Ноздри альфы, дрожа, впитывали в себя неповторимый аромат. Запах его пары. Истинной пары. Идеально вплетающийся в его запах. А он … он долго не мог понять, что не так. — У него был аромат … Мята и нероли. Не знаю, когда, но я вдруг перестал его ощущать. Честно говоря, учитывая обстоятельства, мне было некогда обратить на это внимание. Ты знаешь … Дан. Цунаде кивнула, закусывая губу, чтобы не устроить пьяную истерику. Наруто … ему итак тяжело. — Я тебе не говорила … Когда у нас был тот врач … Я сказала только одно. Что у Саске восстанавливается связь. Ведь ты … –… Был в ярости. Договорил Наруто, запрокидывая голову так, что стал виден потолок. А перед глазами — ошметки изорванной плоти. Когда он, впав в исступление, пытался вырезать свою метку. Восстановление связи, да? … Запах пары. Нежный-нежный. Даже тот, прежний, с привкусом горького апельсина, и легким, едва уловимым ароматом мяты, похожим на лимонную свежесть мелиссы и, собственно, оттенок ментола. Тот был для него идеальным. А теперь … Теперь это было волшебство. Волшебство, похожее на сон-траву из какой-то легенды. Свежесть, яркость красок пробуждающейся жизни, и тающий снег, и холодный-прехолодный снежный ручей, и пение птиц на рассвете … Волшебство … — У Саске четко проявился один-единственный запах. Вобравший в себя мой и, одновременно, отличающийся от моего. — Подснежник, — тихо-тихо произнесла Цунаде, но Наруто услышал, — свежесть леса, плеск горного ручья и очень-очень хрупкий цветок. Первый цветок, появляющийся из-под снега. Один запах. У истинной пары. Вернее, у одного. Понимаешь, у кого? — Омега, — выдохнул Наруто, и снова ударил по столешнице, — Саске. Блять, он — мой истинный. Ангел с глазами грешника и дьявол с помыслами святого. * Подобные услуги стоили в разы дороже, и двойную консультацию себе могли позволить считанные единицы. Ясно, что бонусы — рекламный трюк, и цена якобы за первую консультацию была завышена, чтобы компенсировать вторую. ** Сапожник без сапог. *** Дедушка. **** Нежные светлые букеты из роз и ромашек принято дарить любимой. Ошибка флориста?