Мысли вскачь

      — Питер, — выдал резервный коммуникатор недовольно-старковским голосом, — скажи на милость, почему я наблюдаю через камеры твоей маски твоё же подбитое лицо вкупе с сиреневым туманом в округе?       Питер, пытающийся одновременно внимать Старку и определять по звуку местоположение боевых дронов, старающихся добавить ему непредусмотренных природой отверстий, даже поперхнулся воздухом от возмущения.       — Вы что, наблюдаете за мной через камеры моей маски? — сердито прошептал он, потому что сердито проорать помешало желание вышеозначенными отверстиями не обзаводиться. Что ещё за надзор!       — Я так и сказал, — похоже, даже голос мистера Старка способен закатить глаза в ответ на особо тупые фразы собеседника.       — Это… это… — Питер попытался подобрать слова, одновременно выглядывая через ограждение крыши, за которым и прятался. Придумать гневную тираду, сидя на корточках и едва высовывая нос из-за бетонного парапета, почему-то не очень получалось. — Вмешательство в личную жизнь!       — Пацан, я очень надеюсь, что ты не занимаешься своей личной жизнью прямо в костюме Паука, — Тони его блеянием явно не проникся, зато Питер вмиг приобрёл цвет спелого томата. Старк в своём репертуаре! — Ты лучше выкладывай, с какого перепугу снял маску со встроенным в неё универсальным фильтром в присутствии распылённого неизвестного вещества? — тон мистера Старка явно попахивал обещанием добавить какой-нибудь протокол «тугое пеленание», не позволяющий делать ничего опаснее плетения качель из паутины для детишек.       Питер оглядел воздух в округе, а затем крышу расположенного ниже здания. Пока всё чисто.       — Маска на девушке, которая была у них в заложниках, — в динамике возмущённо забулькало, и Питер поспешил добавить, пока наставник не задохнулся от негодования. — Не переживайте, она без сознания, потому моего лица не видела!       Послышался отнюдь не обрадованный этой информацией стон:       — Если учудишь ещё что-то, то я его тоже не успею увидеть!       — Я не мог её там бросить! — Питер снова спрятался за своим сомнительным укрытием и посмотрел на прислонённую к ограждению девушку: короткая юбчонка и легкомысленная блузка странно сочетались с паучьей маской. Помахать, что ли, мистеру Старку, он же сейчас пялится через неё? Хотя… лучше не испытывать его терпение, и без этого Питера ждёт разнос по полной. — Вдруг этот газ ядовитый? Она могла умереть! А у меня регенерация…       Раздался глухой звук, который можно было интерпретировать только как успешные попытки Старка побиться головой о внутреннюю сторону забрала.       — Серьёзно, Питер, помнишь правило, зачитываемое милыми бортпроводницами перед каждым полётом? О том, что сначала кислородную маску на себя, потом на ребёнка. Как ты думаешь, почему именно в такой последовательности, ммм? Кто будет спасать девчонку, если ты там отключишься?       «Так вы и будете», — мысленно вздохнул Питер.       — Я только на вашем самолёте летал, — вслух он пробурчал совсем другое. — Там такого не рассказывали, кажется, — он снова приподнялся и покрутил головой. Неужели всех уложил?       — Ты, конечно, молодец, что доложил о лаборатории наркоторговцев, — голос Старка звучал так, будто у него болели все зубы разом, что придавало похвале странный окрас. — Но почему меня не дождался?       — Один из бандитов начал угрожать девушке ножом! Она, наверное, от страха сознание потеряла. Я не мог оставаться в стороне. И, честно, не ожидал, что в меня начнут стрелять колбами с каким-то газом!       — Не ожидал он… Ладно, я буду через пять минут, не влезь там никуда. Эй, всё в порядке? Ты побледнел… Питер? Питер!       Питер проснулся резко, как от удара по голове, что было странно, потому что от удара по голове он бы скорее заснул, так сказать. Одного взгляда на напичканную приборами комнату было достаточно, чтобы узнать медблок на Базе Мстителей. Он был здесь не таким уж редким гостем. Жаль только, что приходил сюда вовсе не чай пить. И правда, какой чай, когда все Мстители пили кофе литрами? Хм, литрами, а не пинтами? Странно, неужели объёмы кофе считаются исключительно в метрической системе? Может, стоит обратиться за разъяснениями в палату мер и весов?       Так, стоп, что за бред? Питер потряс головой, которой, по-видимому, накануне неслабо так приложился. Нужно на будущее шлем купить. Хотя бы велосипедный. А велосипеды на этой неделе крали целых три раза…       Дальнейшему округлению Питеровых глаз помешало явление Брюса Беннера, который улыбнулся Питеру и попытался одновременно оценить показатели всех приборов разом.       — Как дела, герой? — спросил он, принимаясь быстро тыкать в планшет. — Нормально себя чувствуешь?       Питер нерешительно кивнул, не до конца понимая, правда ли это. Что-то было странное… даже более странное, чем модное ныне среди девушек-подростков вырвиглазное сочетание зелёной юбки с синими колготками, и… Девушка!       Питер завертел головой, пытаясь найти глазами девичью фигуру на одной из соседних кроватей.       — С заложницей твоей всё хорошо, сейчас она в больнице, выпишут наутро. Полиция уже уведомлена и опросит её, как только она будет в состоянии отвечать на вопросы, — пояснил вырисовавшийся на пороге палаты Старк. Выглядел он недовольно, и Питер проникся бы этим всенепременно, если бы от этого дела его не отвлекала нарастающая паника. Желание возмутиться, что заложница вовсе не его, снова вызвало страннейшую цепочку ассоциаций, приведшую его почему-то к строению атома кадмия. С ним явно не всё в порядке!       — Как он? — спросил Старк у Брюса, начисто игнорируя мнение, собственно, Питера по этому вопросу.       — Основные показатели в норме, но я всё ещё не разобрался с неизвестным веществом в его крови, — Беннер сосредоточенно всматривался в столбики цифр. — И хотел бы подробнее исследовать активность мозга.       — Питер, всё хорошо? — на него соблаговолили обратить внимание, и Питер зачем-то хоть и неуверенно, но всё же кивнул. — Тогда, видимо, ты получишь работу у меня в офисе. Не знаю, есть ли у нас вакансия на должность штатного фикуса, но цветом лица ты как раз подходишь. Ты плохо себя чувствуешь?       Плохо — не вполне уместное слово. Скорее странно. Мысли резво перескакивали с одного на другое. Скоро установят новый мировой рекорд по прыжкам в длину… кстати, какой текущий? Кажется, недавно он смотрел про это видео… А новые видео с Пауком много лайков набрали?       Питер с силой сжал ладонями виски, игнорируя встревоженный возглас Беннера. Что-то не так с его головой. Мысли… Это его или не его? Сложно сосредоточиться, это чужой голос? Как выглядит чужой голос? А если это не чужой, но как чужой, это же…       — Шизофрения? — с вопросительной интонацией таки выдал он. Старк с Беннером переглянулись.       — Насколько мне известно, никто из здесь присутствующих таким расстройством не страдает, — осторожно ответил Брюс, потянувшись к одному из приборов и уже с явной тревогой поглядывая на Питера. Хмурый Тони полез в свой телефон, и у Питера возникло странное ощущение, будто его медицинская карта даже зачесалась от пристального рассматривания. Бррр.       Хм, не шизофрения? Тогда точно какая-то другая психическая болезнь. Мыслительный процесс перепрыгивал через голову привычных, адекватных ассоциаций, словно зайцы с грядки на грядку. Такие, которые изрядно портят жизнь фермеру, выращивающему морковь. Или томаты. Питер любил томаты. И томатный сок. Ещё куриный суп, и пиццу, и…       — Лазанья, — выдал он и, глядя на вытянувшиеся физиономии перед ним, уточнил: — С грибами.        Через пару секунд, осознав сказанное, Питер окончательно скис.       — Велеть Пятнице заказать? — осторожно поинтересовался Старк и после отрицательного жеста Питера вздохнул. — Грибов тебе, по-моему, и так достаточно. Таки надышался! Когда ты уже научишься элементарным правилам безопасности!       Брюс мягко остановил его гневную тираду и так же мягко спросил у Питера:       — Пит, можешь попробовать объяснить, что происходит?       Питер чуть не взвыл.       Да как объяснить! Они что, не видят, что с его мозгами что-то не то?! Мысли прыгают… зайки, чтоб их! Нет, лошадки! Целый ипподром! Чёрные, гнедые, в яблоках…       — Подкова! — с отчаянием выдал он, умоляюще глядя то на одного, то на другого собеседника.        Старк с Беннером на какое-то время подвисли.       — Которая на счастье? — осторожно уточнил Тони, и Питер снова замотал головой.       — Прыг-прыг, — с нажимом сказал он. Ну же, гении, соображайте!       Брюс задумчиво уставился в потолок, а Тони сделал над собой поистине героическое усилие, чтобы не заржать, хотя его лицо выражало явное намерение сделать это при первой же удобной возможности.       — Мне кажется… — неуверенно пробормотал Брюс, не отводя взгляда от белых потолочных плит, и замолчал. Питер со Старком дружно и с одинаковой надеждой уставились на него.       — Мне кажется, — снова попробовал Беннер, переводя-таки взгляд на Питера, — хм, Пит, ты имеешь в виду что-то типа «мысли вскачь»?       Боже, Питеру срочно, просто жизненно необходимо было расцеловать этого человека. Он закивал с каким-то остервенением. Понял! Понял, хотя сейчас Питер сам себя слабо понимал. Вот алгебру он понимал лучше, да. Только в его случае матрицы не помогут. Да и «Матрицу» он давно не пересматривал…       Бред! Но Беннер — учёный воистину гениальный, вот уж кто точно заслужил при жизни…       — Памятник! — выдал Питер, с обожанием глядя на Брюса.       — Надеюсь, не надгробный, — флегматично вздохнул тот, снимая очки и принимаясь их протирать.       Старк всё-таки заржал, привалившись к дверному косяку и прижимая руки к животу, но резко себя оборвал, утёр выступившие слёзы и серьёзно, противореча собственным действиям, заявил:       — Несмешно. И что с ним теперь делать?       Брюс, снова закопавшийся в показатели, что-то невнятно пробормотал, но, получив недовольный тычок в бок от Старка, встрепенулся и поправил очки:       — Мне нужно провести дополнительные исследования, но в любом случае могу предположить, что, даже не делай мы ничего, регенерация Питера справится с проблемой в течение нескольких дней.       Питер едва не взвыл. Какие несколько дней, ему завтра в школу! Контрольная по испанскому! Он и так не силён в языках. Хотя в соседнем ресторанчике готовят отменный говяжий язык под ореховым соусом. Орехи Питер тоже любил. Интересно, а у Старка есть арахисовая паста? Хотя у него, скорее, коллекция…       — Виски, — воскликнул Питер и тут же приложил себя ладонью по лбу. Не то.       — Рановато тебе, — прищурился Старк. — Да и не замечал я за тобой раньше такой страсти к алкоголю.       Ладно, ещё раз. Школа. Занятия. Домашка. Испанский. Да и без испанского можно найти работу, например:       — Стажировка! — может быть, оно? Ну же, мистер Старк, поднапрягите мозги! Раз Питеровы не в кондиции.       Тони честно старался. Он наморщил лоб и потёр пальцами подбородок, но, видимо, нужную волну так и не поймал.       — Куда тебе напрягаться, отлежишься, — он поднял руки, сдаваясь в своих попытках понять загадочную подростковую душу. — Пит, не знаю, что ты имеешь в виду, но никакой работы. И школы. С тётей и директором я порешаю, поживёшь на Базе, скажем, что у тебя важная работа, стажировка, о-о-о, — он запнулся, явно что-то осознав. — Беспокоишься о школе?       Питер восторженно закивал и поднял два больших пальца. Старк хмыкнул.       — Повлияло только на речь, да? Может, обучить тебя языку жестов?       Хорошая идея, но вдруг это ненадолго и скоро совсем пройдёт? Вот его восторг мистером Старком никогда не пройдёт, это точно. Он просто…       — Герой! — заявил Питер, мысленно болтаясь где-то в озере восхищения своим кумиром.       — Я знаю, — самодовольно заявил Старк и, видя пунцовеющего Питера, снова заржал.       Питер попытался спрятать лицо в ладонях. Сгорит же от стыда вот на этом самом месте, только кучка пепла останется. Господи, хоть бы не ляпнуть ничего дикого по этому поводу…       — Ладно, — Тони наконец-то взял себя в руки и отлепился от дверного косяка. — Питер, не думай, что ты избежишь долгой и нудной воспитательной беседы, потому что, — палец Старка обвиняюще указал на сжавшегося и всё ещё красного Паука, — в этот раз ты просто знатно накосячил со своей безопасностью. Но ты сейчас своими репликами совсем меня с настроя сбиваешь, — он снова нервно хихикнул, — так что отдаю тебя на растерзание Брюсу. Поправляйся!       И Старк вышел, помахав на прощанье рукой, а Питер, несмотря на обещание грядущей кары, с тоской глядел на удаляющуюся фигуру наставника, пока за ним не закрылась дверь.       — Обожаю его, — выдохнул он без всякой задней мысли, мечтательно прикрыв глаза. Правда, только затем, чтобы через секунду резко распахнуть их и перепуганно уставиться на Беннера.       Может, идея про язык жестов не так уж и плоха!       Брюс делал в планшете какие-то пометки, попутно бормоча себе под нос:       — Нарушение ассоциативного ряда, возможно, дезорганизация мышления, но бреда, похоже, нет… Что? — он обернулся к Питеру, видимо, почувствовав на себе пристальный взгляд. — А, это. Хм, надо ещё добавить «непроизвольная и непреднамеренная речь», видимо. — И совершенно невозмутимо добавил, обращаясь теперь непосредственно к Питеру: — Успокойся, ничего нового ты мне не сообщил.       А потом внезапно улыбнулся и пробормотал:       — Скучно не будет.