Ну, кролик, погоди!

Капиталистические полицейские были не такие, как в «Незнайке на Луне». По крайней мере, некоторые. Пока заяц ожидал Джуди, он попал в лапы санитара, который его обследовал и смазав царапины спиртом, отпустил в холл. В холле имелась стойка, за которой был удивительно толстый гепард-полицейский, оказавшийся добряком. Бенджамин Когтяузер, так звали гепарда, угостил давно не евшего зайца пончиками и колой, а узнав что тот «издалека», стал выяснять что он любит из музыки, что там у них слушают, и что он скажет о Газелле. Последнее сопровождалось показом ролика на экране компьютера. Заяц уже рассказывал гепарду про то, как сам однажды выступал на сцене — переодевшись под известную певицу Аллу Пугачёву.  — Ну ты даешь! И никто не понял? — изумлялся Когтяузер улыбаясь до ушей. Но все веселое настроение вмиг пропало и у зайца и у гепарда. Джуди мрачно прошествовала к кофейному аппарату и налила себе кофе.  — Хоппс, как дела, шеф злой? — сочувственно спросил гепард.  — Дал наконец дело. Пропал зверь, выдра. Никаких следов. Все бы ничего, но я должна найти его за два дня. Или буду с позором уволена!  — Ого, удачи тебе. — сочувственно округлил глаза Когтяузер.  — Разве так можно? — изумился заяц.  — И… это же из-за меня… Я тебе помешал поймать преступника!  — Не говори глупостей! Ты помешал мне не больше чем какой-нибудь фонарный столб. Ты ничего мне не должен. — прервала его Джуди. Хотя и подумала про себя, что заяц-то прав, и на самом деле виноват.  — Подожди меня здесь. Я все-таки несу за тебя ответственность, а у тебя даже документов нет. Надо будет и с этим разобраться. Взяв кофе, лейтенант Хоппс ушла опрашивать миссис Выдрингтон.  — Ух, хороший она зверь. — вздохнул заяц.  — Ага, Джуди она такая, добрая и боевая. Хоть она и недавно у нас, но я ее уж знаю. Думаю, она и за два дня кого нужно найдет. — уверенно заявил гепард.  — Кстати, как, ты говорил, певицу зовут? Элла Пугачева?  — Нет, Алла…  — Странно, в википедии только про Эллу. Барсучиха, уже ей за семьдесят…  — Хм, действительно, не та… — заяц заглянул в экран. Барсучиха была с похожей прической и в такой же странной тунике, но никак не была известной любому советскому зрителю лисой. Значит, он не в будущем, а в альтернативном мире! Хотя и в будущем тоже.  — А откуда ты русский язык знаешь? * — спросил волк у землеройки, сидящей у него на плече.  — Русский? А, это меня папочкин телохранитель научил, он из Северного Союза к нам приехал когда-то. Очень удобно иногда знать язык, которого не знает мой папочка, хи-хи!  — Погоди, Северный Союз? Ты хотела сказать, Советский?  — Нет, я хотела сказать Северный!  — Может Советский стал Северным?  — Нет, Северный и был Северным, ты меня разыграть хочешь? — надулась землеройка. Волк решил что лучше не ссориться с девушкой, у папы которой имеется целый охранник, и попытался исправить ситуацию.  — Нет, ты что! Просто тут у меня много всего приключилось. А может можно карту посмотреть, где я вообще нахожусь? Через полчаса они сидели в кафе для больших зверей, волк за столом, а землеройка — на столе. Волк листал купленный в книжном магазине справочник, а землеройка переводила, посмеиваясь над тем, какой он глупый. Волк был рад, что она заплатила за атлас и за обед, но все же ему было стыдно, что за него платила девчонка. И стыдно, что она смеялась за дело. Если бы он учил английский в свое время, то не попал бы уже во столько глупых ситуаций. Да он даже географию знал не настолько хорошо, чтобы понять, насколько отличается этот мир от родного. Хоть волк и был раздолбаем, но не был дураком, и сейчас уже понял, что их с зайцем забросило в параллельную вселенную. 'Уж кто-кто, так заяц нигде не пропадет» — подумалось ему. Поев и почитав, он с землеройкой отправился дальше. Волка удивило, что в разных кварталах города не только зоны для зверей разных размеров, но и климат. Прокатившись пару остановок на футуристичном метро, они приехали в район, засыпанный снегом, и это при том, что рядом было лето. Это был район для пооярных и просто холодолюбивых зверей — Тундра-таун. Волк согласился с землеройкой, что это интересно придумано. В Советском союзе звери жили в городах все вместе, но северные звери предпочитали жить в северных районах страны, а южные — в южных. И в Москве, например, тушканчику было холодно, а песцу — жарко. Пока обсуждали, подошли к воротам — и волк решил что ему пора — мрачного вида полярные волки и медведи у шлагбаума не внушали доверия. Но землеройка его успокоила, помахав лапкой охране в повелительном жесте — и её сразу же впустили.  — Знаешь, — шепотом попросил волк землеройку, сидящую на плече, — Давай не будем пока никому говорить откуда я.  — Да тебе никто и не поверит, что ты из другого измерения — заявила та. — Думал, я не поняла? Я не совсем дурочка, ты типичный путешественник по мирам. Ладно, никому об этом не скажу. Финник постучал по торчащей из асфальта трубе условным стуком. Подождал минуту, и стукнул еще раз. Ник огляделся — в переулке никого не было. Почему же Мёди не открывает? Наконец раздался щелчок, и решетка, закрывающая полуподвальное окно соседнего дома, сдвинулась немного. Это на самом деле было не окно, а люк, за которым была лестница, уходящая на метры под землю. Впрочем ни у лис, ни у барсуков отродясь не бывает клаустрофобии.  — Мёди, ну что опять? — возмущенно пробасил Финник, когда внутренняя дверь в «бункер» барсучихи отворилась. Мёди, экипированая как на войну, зашикала на него, маша лапами и показывая на что-то.  — Тсс! Они подкинули мне это! Они следят за мной снова! Ник проследил взглядом по направлению, указанному её лапой. Посреди подземного ангара, в месте свободном от стеллажей и ящиков с армейским пайком, лежало нечто напоминаюшее пульт от электролебедки. Уайлд подошел поближе и рассмотрел штуковину. На черной эбонитовой поверхности были две кнопки — «nyck» и «nелeHr».  — Не нервничай, Мёди, я это заберу. А тебе мы мороженого привезли…