"Роза ветров"

**** Минако почти не разбирала дороги из-за выступивших слез. Все заволокло серым туманом, грудь давили рыдания. Она прекрасно понимала чувства Ятена. Его обиду и боль. Но как же ей сейчас плохо! Она теряет все, что было ей так дорого. Неужели действительно она так ошиблась? Возможно стоило все рассказать в самом начале? Возможно ли, что в таком случае сейчас она не переживала бы всего этого? И ее дочь была жива? Что она натворила! Как теперь посмотрит ему в глаза? Минако шла, не разбирая дороги. На душе скребли кошки, а в голове полный ералаш. - Решено, - внезапно произнесла девушка, вытирая слезы. – Завтра я снова с ним встречусь и смогу добиться прощения. Он поймет меня, я уверена! Девушка и не заметила, как оказалась у дома Усаги. Вдруг, дверь резко распахнулась и оттуда выбежала ее подруга. - Энма! – Крикнула она, быстро подлетая к девушке. - Уса, что случилось? На тебе лица нет! – Испуганно произнесла Мина. - На Рей и Ами напали! – Воскликнула блондинка. Она была очень взволнована, подбородок дрожал, слезы готовы были политься из глаз. Внутри у Минако все похолодело. Неужели Томое ее выследил и теперь приводит в исполнение свою угрозу? - К…к…как напали? – Заикаясь, спросила она. – Что с ними случилось? - Я не знаю, - задыхаясь выпалила Усаги, - но нам нужно срочно приехать к Макото. Девушки у нее. - Но почему не в больнице? – Удивилась Мина. Они бежали в сторону дома Мако, который находился в нескольких километрах от дома Усы. Еще пять минут и они будут на месте. - Я не знаю, но что-то такое произошло! Я очень испугалась, Ми. – Девушка задыхалась от быстрого бега, на ее бледном лице, отпечатались испуг и волнение за жизнь дорогих ей людей. - Я… не могу… поверить… - Воздуха не хватало в легких, приходилось говорить урывками. – Только… бы… не он! - Не переживай, Ми, я уверена все не так плохо. – Чуть улыбнулась подруга, но улыбка вышла не такой уверенной, как ей самой хотелось бы. Через несколько минут они уже вбегали в многоквартирный дом, где располагалось жилище воина грома. Маленькая, уютная квартирка, рассчитанная на одного человека. Ей много и не нужно было – ведь одинокая девушка почти не появлялась в ней, только если переночевать. Борьба со злом отнимала все свободное время. Взбежав по лестнице на пятый этаж, Усаги несколько раз нажала на кнопку звонка. Почти сразу же дверь открылась. Перед ними стояла Мако, одетая в любимый сарафан и блузку. Девушка молча отошла в сторону и пропустила подруг. - Мако, что случилось? Где Рей и Ами?! – Воскликнула Уса, шаря взглядом по пустой комнате. Мина прошла следом. Кроме них, в квартире больше никого не было. Абсолютно - Я позвонила вам, что бы вы пришли и увидели вот это. – Кино указала рукой на небольшой конверт, лежащий на столике у дивана. – Это послание для всех нас. Но, - брюнетка со вздохом посмотрела на Минако, - я думаю оно больше для тебя, Ми. В животе неприятно булькнуло, к горлу подступила тошнота. На негнущихся ногах, девушка подошла к дивану. Взяв в дрожащую руку конверт, она открыла его и достала несколько фотографий. Ее рот открылся в немом крике. Что бы не закричать, она приложила ладонь к губам. Сердце провалилось куда-то вниз и затихло. - Что там? – Тихо спросила Уса, медленно, словно боясь того, что может увидеть, подходя к Минако. В конверте лежало несколько фотогарфий и короткое письмо. На первом фото была изображена Рей, лежащая на кровати, ее волосы растрепаны, глаза широко распахнуты, а руки связаны за спиной. Все ее лицо было в крови. И если присмотреться, то можно понять – глаза уже давно не видят. На следующем снимке была запечатлена Ами, почти в такой же позе, только не на кровати, а какой-то маленькой кушетке. Желудок Усаги свело, она закрыла рот ладошкой и убежала в ванную. Девушки на снимках были мертвы. - Письмо, - неживым голосом напомнила Мако. Мина чуть не выронила фотографии, пытаясь дрожащими руками открыть сложенный лист бумаги. Ее трясло от увиденного. Не малейших сомнений – это дел рук ее мужа. Она могла и не читать того, что было написано, и так ясно – ее предупреждали. Именно ЕЕ. « Следующие жертвы неизбежны. Стоило подумать раньше. Жди последствий. Я скоро приду за тобой». Мина осела на пол, из рук выпали фото с письмом. Подруга подошла к ней и обняла. Они тихо сидели, оплакивая подруг. - Это все из-за меня. – Сквозь слезы прошептала Мина. – Все из-за меня! я не должна была уезжать! Я ведь говорила, что так и будет!! Я виновата!! – Последние слова она буквально прокричала. Сердце разрывалось от невыносимой боли. – Я убила их! Я! Усаги тоже плакала, но плакала тихо и почти неслышно. За столько лет, что они сражались, девушка видела смерти подруг неоднократно. Каждый раз переживая их с новой болью. Но именно сейчас она осознала, что ее Серебряный кристалл тут не поможет. И девочек уже никогда не вернуть. Сможет ли она пережить этот удар? Сможет ли защитить Мако и Минако? - Мы должны держаться вместе, девочки. – Ее тихий голос словно гром раздался в мертвой тишине комнаты. – Мы сможем пережить и это. Сможем, если останемся вместе до самого конца. - Когда же только все это закончится?! – Уставившись невидящим взглядом в пол, пробормотала Минако. – Я больше не могу. Я не хочу никого терять из вас! Как же так?! – И тут ее осенило, она повернулась к Усе и яростно зашептала. – Я уверена, что если вернусь к Ситори, то он не станет больше никого убивать! Точно! Я сейчас пойду к нему и… - Нет! – Твердо проговорила принцесса Луны, останавливая поток слов. – Мы найдем выход. Но больше никаких жертв не будет! - Он не демон, - простонала Мина, - наши силы тут бесполезны. - Что-нибудь придумаем. – Вытерла слезы Цукино. – Мы не сдадимся просто так. И смерть девочек не станет напрасной. ПРОДКА!! *** Ятен медленно выплывал из черного тумана. Его веки казались непомерно тяжелыми, в горле першило и был неприятный привкус металла. Что с ним произошло? Почему так тяжело открыть глаза? И почему так сильно шумит в голове, словно он пил не просыхая целую неделю? Внезапно яркие образы стали всплывать в больной голове: Мико уходит из квартиры, затем звонок в дверь. Он идет открывать, видит незнакомого человека, а в руке у него… в руке… Темнота, его снова накрывала мутная и липкая темнота. В горле снова запершило, и Ятен хотел было сглотнуть, что бы прогнать это неприятное ощущение, но не смог. Мозг словно взорвался догадкой – во рту было что-то, что мешало говорить – кляп! А глаза перетянуты какой-то тряпкой. Парень попробовал пошевелить руками и ногами, но так же безуспешно – они связаны, причем довольно крепко, если судить по тому, как все затекло. Запястья ломило от боли, стопы то и дело сводило небольшой судорогой. Ятен вновь зашевелился, уже более уверенно – туман полностью рассеялся в его голове. Судя по ощущениям, он сейчас сидит, привязанный к стулу, прям как в дурацкий фильмах, которые он так не любил. Наверное, его чем-то усыпили, и скорее всего это был хлороформ. Но кто это сделал и что этим людям надо от него? - По ходу пацан пришел в себя… Над его ухом раздался тихий, грубоватый бас. Кому он это сказал? И кто этот мужчина? - Верно, думаю, пора заняться им вплотную. Другой голос был более приятным, с легким намеком на картавость, и с небольшим акцентом. Ятен услышал негромкие шаги, которые приближались. И тут же кляп, забивавший рот – исчез. Парень быстро облизал пересохшие губы и сглотнул. Горло раздирала сухость после тряпки, голос почти пропал. Ятен попытался задать интересующий его вопрос, но вместо слов раздавались невнятные хрипы. - Тихо дружочек, твое время еще настанет, а пока успокойся и сиди тихо. Картавый, так про себя обозвал его Ятен, снял и повязку с глаз. На момент молодому человеку показалось, что он ослеп, но затем понял – в комнате царит кромешный мрак. - Сколько нам ждать? – Это первый похититель, тот, что с грубым голосом. «Будешь у меня «Грубияном», - дал ему кличку Ятен. - Не знаю, босс сказал, что будет с минуты на минуту. - Может, поиграем немного с ним? – В полной темноте не было видно даже силуэтов похитителей, но Ятен кожей почувствовал, что этот Грубиян указал в его сторону. – Так, для веселухи? - С ума сошел? – Громким шепотом, словно боясь, что их подслушают, зашипел Картавый. – Если с головы этого парня хоть волос слетит – нам крышка! Ты разве не слышал ЕГО приказа? - Да-да, - с явным разочарованием произнес первый грабитель. – Он должен сам все сделать, а наша работа лишь доставить этого парнишу сюда. - Верно излагаешь, - довольно хмыкнул Картавый. – Сядь и жди. Раздались тихие шаги, затем звук отодвигаемых стульев и тихое покрякивание, словно больной ортритом присаживался на низкий стул. - Что… что вам надо? – Ятен наконец смог заговорить. Сухость почти прошла, но губы болели и язык еще плохо слушался его после изрядной доли хлороформа. – К…кто вы? - Заткнись! – Рявкнул Грубиян, полностью оправдывая свою кличку. – Не то снова рот заткнем. Ятен попытался что-то рассмотреть в темноте- глаза уже привыкли ко мраку, но все равно – кроме неясных очертаний скудной мебели и двух силуэтов похитителей, больше рассмотреть ничего не получалось. Ясно было одно – он находился в какой-то каморке, без окон, с одной дверью. Слабый свет проникал лишь из небольшой щелочки под дверью. Не считая стула, на котором сидел он сам, в комнатушке было еще два – для Картавого и Грубияна, плюс стол, стоящий прямо у двери. Больше разглядеть ничего не удавалось. - Послушайте, я дам вам гораздо больше денег, чем тот человек на которого вы сейчас работаете! – Попытался давить на жадность Ятен. – В два, может три раза? Скажите только сколько - я заплачу любую сумму! Я богат – вы ведь должны знать группу… Без единого слова к нему подлетел похититель и заткнул рот кляпом. Затем не спеша вернулся на место и уже после этого заговорил: - Я тебя предупреждал, что б ты не болтал лишнего. Нам не нужны деньги! Этот человек… Тебе еще предстоит с ним познакомиться, так что жди. – И он разразился неприятным, холодным смехом. У Ятена мурашки по коже побежали. Он понял, что все не так просто, и что похитили его не ради выкупа. Тогда что? Что им от него надо? Но не успел он додумать мысль, как дверь с шумом отворилась, заставив подскочить на месте не только его, но двух его «знакомых-приятелей». В дверном проеме остановился мужчина, высокий и широкоплечий, занимавший почти все пространство. Он молча стоял, уперев руки в бока и, суда по всему, разглядывал пленника. - Босс! – Воскликнул Картавый, вскакивая с места. Ятен не смог разглядеть вошедшего, поскольку яркий свет, лившийся из-за спины вновь прибывшего, делал его похожим лишь на черную фигуру. А вот друга-Картавого он рассмотрел, и очень даже хорошо. На лице, под толстым слоем грязи и пыли располагался длинный шрам, от виска до подбородка. Еще один был на лбу, и еще – на переносице. Черные глаза, острый колючий взгляд которых, мог запросто пригвоздить к месту любого, кто осмелится посмотреть на него. Сейчас он покорно стоял и ждал приказа своего «хозяина», подобно послушной собачонке. Больше всего Ятена поразила та преданность, с которой этот мужчина смотрел на вошедшего. Преданность и восхищение. Сразу видно, что этот мужчина (на вид ему было около тридцати пяти лет) готов в огонь и воду за боссом. Решимость на лице похитителя еще раз убедила Ятена, что договориться не получится. Грубиян же напротив, имел довольно привлекательную внешность. В темноте Ятену показалось, что по голосу этому парню никак не меньше сорока лет, теперь же увидел, как ошибался. Да, голос был низким и грубым, а вот лицо молодого, неопытного бойца спецназа – который еще не прошел крещение огнем, но уже считает себя элитой, норовя поскорее доказать всем, что он способен на большее, нежели просто отсиживаться в сторонке. Сейчас, при ярком свете, Ятен дал бы ему около тридцати, с гладко выбритыми щеками, на которых нет и следа грязи, как у напарника. Голубые глаза, в которых плескалась неимоверная преданность своему боссу и готовому умереть за него в любой момент. М-да… с такими трудно будет справиться. Слепое поклонение своему кумиру – вещь серьезная. Они за него глотку порвут. Что же делать? Его мозг лихорадочно искал пути спасения из этой передряги, в которую неведомо как попал. - Молодцы мальчики. – Наконец произнес «босс». Ятену показался этот голос смутно знакомым, хоть и мог ошибаться. – Теперь вы свободны, я сам займусь этим червяком. Грубиян и Картавый молча кивнули и вышли, оставив дверь открытой. Ятен смотрел, как его новый знакомый плавно, подобно кошке, пересекает пространство комнаты и приближается к нему. - Ты думал, что тебе все сойдет с рук? – Тихий, похожий на змеиное шипение голос. Хриплый голос. Ятен точно знал его, но вот откуда? - М…м…м… - Только и оставалось мычать Ятену. Мужчина не стал долго размусоливать и вынул кляп: - Прости, я совсем забыл, что мои мальчики не любят шумную кампанию. Что ты хотел сказать? – В его голосе улавливались почти дружеские нотки, смешанные с заботой. – Я очень хочу тебя послушать. - Кто ты такой и что тебе надо от меня? – Почти выплюнул парень эти слова. - О! Ты меня знаешь, Ятен Коу. Жаль, что я тебя раньше не встретил, иначе ты бы уже давно кормил червей! - Что? – В животе что-то неприятно шевельнулось. Кажется, он узнал этот голос! Это же… *** - Я знала, что он найдет меня! знала, что все так и будет! Это было ошибкой – втянуть вас во все это! Только я виновата в случившемся! – Минако металась по комнате, стискивая голову руками. В глазах стояли слезы. – Боже! Что же я наделала?! Усаги сидела в маленьком кресле, поджав под себя ноги, Макото напротив, на диване. - Милая, ты не виновата, - в который уже раз произнесла эту фразу Макото. - Да, твоей вины в этом нет. – Кивнула рассеяно Усаги. Уже почти час прошел с той минуты, как они узнали о гибели подруг. Слова утешения не возымели никакого действия, и им больше ничего не оставалось, как вяло успокаивать подругу. Девочки сами были на грани срыва, но старались держаться. - Ну как вы не понимаете! – Плакала Мина. Остановившись напротив них, девушка внезапно замолчала. – Вам немедленно уехать из города! Куда угодно! Только подальше отсюда. Да, верно, нужно спрятаться и… - И что дальше, Ми? – Тихо спросила Усаги, поднимая на нее заплаканные, красные от слез глаза. - Что? – Не поняла зеленоволосая девушка, медленно переводя взгляд со стены, на подругу. - Что дальше? Нам всю жизнь прятаться? А как же ты? - А как же девочки? – Так же тихо задала вопрос Мако. – Мы не можем все это так оставить! Надо остановить Ситори! - Мы не сможем этого сделать! – Покачала головой Минако. – Никто его не сможет остановить! - Мамору сможет! Я уверена! – Подскочила Цукино. – Он найдет выход! Он… - Нет! – Резко оборвала ее Мина. – Если ты приплетешь еще и его сюда, то он также будет под угрозой! Ну как ты не видишь, что этот человек ни перед чем не остановится! – Воскликнула девушка. – Господи, я больше не могу! Ну за что мне все это?! Она упала на пол и закрыла лицо руками. Ее плечи тряслись от беззвучных рыданий. Усаги и Макото поднялись и подошли к девушке, молча присели рядом и обняли подругу. - Я только похоронила свою дочь! А теперь и самых близких подруг! – Плакала Мина. – Если еще и с вами что-нибудь случиться, я просто не переживу! И Ятен… Он ведь тоже может пострадать! - Мы найдем выход, я обещаю! – Усаги попыталась сказать это твердым, уверенным голосом, но не особо получилось. Вдруг в дверь громко постучали. Девушки от неожиданности даже вскрикнули. - Кто это может быть? - Удивленно вытирая слезы, спросила Минако. - Понятия не имею, - в тон ей ответила Кино, поднимаясь и направляясь к двери. – Это может быть Сейя или Тайки. Я еще вчера сказала им свой адрес. На всякий случай. Брюнетка скрылась за поворотом коридора и послышался звук открывающейся двери. *** Ятен закричал от невыносимой боли, раздирающей все его тело. Уже почти час продолжалась эта пытка, а его сознание никак не хотело отпускать его в манящую пустоту. Вновь он почувствовал легкое покалывание в правой руке, и тут же игла острой боли пронзила ее. Послышался короткий, удовлетворенный смешок. - Ты даже не представляешь, до чего же мне приятно это делать! – Вновь смешок. – Я так давно мечтал об этом! Слушать твои крики, видеть, как ты корчишься от боли… Просто рай для меня, бальзам для моей души. - Ты… ты мерзкое ничтожество!! – Плюнул в него Ятен, с удовлетворением отметив, что его плевок попал в цель – красная слюна потекла по щеке мерзавца. Но тот, казалось, даже обрадовался такому повороту. С довольной улыбкой вытерев рукавом лицо, тот вновь отвернулся к своему столику, на котором были разложены «инструменты». Так ласково называл этот человек шприц, с подведенным к нему кабелем, скальпель и небольшие ножнички, которыми обычно стригут ногти. - Больной ублюдок! - Да, я такой, а ты разве не знал, чью жену так усердно трахал? – С издевкой произнес Ситори, кладя на столик еще один маленький шприц. Точнее сказать, это и не шприцы были, просто чем-то их напоминали. Небольшие, размером с коробок спичек, продолговатые коробочки, заканчивающиеся с одной стороны острым и тонким лезвием. С другой – к ним вел шнур, который в свою очередь, соединялся с еще одной коробочкой, только побольше. Судя по всему, она вырабатывала изрядную долю электричества, поскольку, стоит только вот такой «иглой» прикоснуться к коже, то по телу пробегал ток в 220В. - Оставь ее в покое! – Из последних сил произнес Ятен. Ему было тяжело разговаривать, язык уже заплетался, кровь из рассечённой брови стекала по веку, заливая глаз. Губы распухли – Томое ударил его несколько раз, прежде чем приступить к своим «играм», как тот сам это называл. - О! – Приподнял левую бровь мучитель. – Ты еще смеешь дерзить мне, мальчишка?! В руке появился скальпель, холодное лезвие блеснуло в свете лампы, мягким и ярким светом которой была освещена вся комната. Ятен поморщился, приготовившись к новой порции боли. - Оставь Мико… - Прошептал парень. Сознание вновь резанула боль, но на этот раз не в измученной руке. Ситори с упоением «расписывал» узоры на груди несчастного. - Знаешь, когда моя жена подалась сюда, якобы к подруге – я сразу понял, что здесь не все так гладко. Проследил за ней… - Вновь сверкнул скальпель и застыл в миллиметре от кожи молодого человека. – Сначала ничего необычного, она действительно общалась с какой-то девчонкой. Видел я ее пару раз в Токио. Но вот потом. – И рука с лезвием рассекла кожу, причиняя новую боль. Легкая улыбка, играющая на губах Ситори поблекла, теперь на его лице была написана такая ярость и злоба, что Ятена передернуло от этого зрелища. В глазах застыла ненависть. – Я узнал, что она переспала с каким-то щенком! Ублюдком, прилетевшим непонятно откуда! Трахалась с ним, словно крольчиха в период брачного сезона! Ситори сплюнул на пол, с отвращением оглядывая своего пленника. Измученный Ятен уже почти не смотрел на мужчину, закрыв глаза, он тяжело дышал. - Нет, ты не достоин был легкой смерти! – Вновь взял себя в руки Томое и еще раз провел лезвием по груди парня. Тот задрожал, слегка постанывая, его голова качнулась и замерла. – Каким нужно быть наглым, что бы посметь приехать в мою страну, и пытаться вести в моем же лагере раскопки! – Откинув голову назад, Ситори рассмеялся, злобным, нечеловеческим смехом. – Знаешь, отдам тебе должное – ты был упорным малым! Но все хорошее заканчивается, ты знал? – Наклонившись почти к самому уху, едва касаясь его, он тихонько прошептал: - После того, как я расправлюсь с тобой, я займусь своей дражайшей женушкой, да. Ятен чуть дернулся, но тут же утих. Он больше не чувствовал рук, ноги уже давно превратились в две деревянные доски, от которых не было ничего, роме зудящей боли. Ситори взял в руки маленький «шокер», ввел тонкую иглу под кожу молодому человеку и нажал на кнопку. По телу парня прошел разряд тока, заставив все тело дергаться в конвульсиях. Через несколько секунд все было кончено. - Твоя игра окончена, ублюдок! Ситори удовлетворенно крякнул и поднялся. Взял со спинки стула, приготовленное заранее полотенце, он вытер руки и вышел за дверь, где его уже ждали верные псы. - От тела избавиться. - Есть! Две пары глаз проводили своего босса, не рискнув задать вопрос, вертящийся на языке. Кем же был этот парень, что так сильно разозлил его, и что же именно он сделал? *** Минако вытерла рукавом рубашки слезы и поднялась, присаживаясь на диван рядом с Усаги. Они слышали тихие голоса, доносящиеся из коридора, но гостя не было видно. Мина повернулась к подруге: - Ятен все узнал, - наконец произнесла она. Ей так хотелось все рассказать ей! Поведать о том, что на душе. – Он не простит меня, Усаги. Я потеряла и его тоже! - Узнал?! – Охнула блондинка. – Но как? - Услышал наш с тобой разговор у моего дома ночью, - вздохнула девушка. – Самые близкие люди, я их теряю. Одного за другим! Если еще и ты с Мако… я…я… - Не думай об этом, - положила свою руку ей на плечо Усаги. – Мы будем рядом. И Ятен простит тебя.он очень сильно тебя любит, а значит поймет. - Верно, - задумчиво произнесла Минако. – Знаешь, ты права. Я сдалась. Перестала бороться. Столько лет живу в страхе. Но сейчас я не стану прятаться. Я отомщу за девочек! Я сделаю все, что бы мы смогли жить спокойно, как и раньше. - Минако… Тихий голос ворвался в комнату, удивив подруг. Сейя вместе с Тайки и Мако вошел в гостиную. На его лице было написано сильное беспокойство. В душе у Минако все перевернулось. - Сейя? - Прости, я… - Он слегка замялся. – Мне Ятен все рассказал еще вчера. Но я здесь по другому делу… Он достал из кармана сложенный лист белой бумаги и протянул его Минако: - Вот это я нашел полчаса назад в квартире, что снимал Ятен. С возрастающей тревогой девушка взяла протянутый листок. Тайки был бледным, как только что выпавший снег, на его скулах ходили желваки, руки сжаты от напряжения. Девушка медленно перевела взгляд на листик и развернула его.там было всего три строчки и подпись. - Ятен пропал, - тихо произнес Сейя, - оставив только эту записку. Мина почувствовала, как перед глазами поплыли темные пятна, в ушах неприятной мелодией раздавался звон, во рту появился соленый привкус. Невидящим взором она уставилась на лист в руках, буквы расплывались, плясали перед ней, но все же ей удалось прочитать эти несколько предложений. «Я не смогу простить тебя за предательство. Это выше моих сил. Жить с этой болью невыносимо, прощай навсегда. Ятен.» Зажав ладошкой рот, что бы не закричать, Минако дочитала страшные строчки. Затем, в глазах окончательно все потемнело, и девушка провалилась в холодную темноту. *** ПРОДОЧКА от 25 июля!! *** - Что же нам делать дальше? Усаги ходила по комнате, постоянно потирая плечи, словно от холода. Уже около часа Минако была без сознания и лежала на кровати, в комнате. Ребята сгрудились в небольшой гостиной, что бы решить, как следует поступить в подобной ситуации. Тайки пожал плечами: - Мы можем постараться отыскать его и напасть. У нас достаточно сил для этого. - Ты забываешь, - подняла указательный палец вверх Мако, - что наши силы не действуют на людей. Ему просто ничего не будет – его даже ветром не обдует, - добавила девушка с грустной улыбкой. Удивительно, но она еще сохраняла слабую способность выдавливать из себя улыбку, пусть и ничем не отличающуюся от оскала. Нервы были напряжены, словно гитарная струна. Каждый шорох в своей собственной квартире заставлял девушку чуть ли не подпрыгивать. А сердце учащенно биться в груди. - Верно, я… я… забыл. – Тайки сел, закрыв глаза ладонями.Сейя примостился рядом, в кресле. Окинув всех взглядом, он осторожно произнес: - А если воспользоваться твоей силой, Усаги? Девушка удивленно заморгала. - То есть? - Ты ведь и раньше исцеляла? Помнишь, еще с Галаксией, ты вернула всех живыми! - Да, но… - В ее глазах на секунду зажглась искорка надежды, но тут же угасла. – В тот раз я всех возродила, потому что смерть была не обычной. Ну как вам объяснить… - Она снова принялась ходить по комнате, жестикулируя руками. – Когда у тебя забирают звездное семя и ты просто растворяешься, это одно. А когда в тебя стреляют из оружия, когда в следствие этого останавливается твое сердце… я не Бог, что бы возвращать к жизни людей, погибших «своей смертью». – Последнее она произнесла с особой интонацией, обозначив ударение на двух последних словах. – Ты понимаешь? - Да, - нехотя ответил Сейя, - я понимаю. - Мне больно от того, что я не могу помочь своим близким, что их смерть мне неподвластна, что я совершенно бесполезная королева! – Она заплакала, слезы боли и отчаяния прорвались наружу.Мако обняла ее и стала утешать. - Но что же… Тайки замолчал, и все посмотрели на него. Взгляд молодого человека сосредоточился на двери, ведущую в соседнюю комнату, а оттуда в коридор и к выходу. - Что, Тайки? – Почему-то шепотом спросила Усаги. – Что ты… - Тссс… Он приложил палец к своим губам, и сделал несколько шагов по направлению к комнате. Все так же прислушались, но никаких звуков не уловили, кроме тиканья напольных часов, которые Макото купила на распродаже в Токио еще два года назад. - Мне показалось, что я слышал чьи-то шаги. – Наконец, произнес Тайки, явно расслабившись. –Но сейчас тихо.Может переволновался… - И он пожал плечами. - Фух! – Выдохнула Мако. – А я уже приготовилась к драке. - Да уж, - так же расслабился Сейя. - Нам необходимо найти Ятена, - добавил шатен, глядя на брата. – Он не мог уйти просто так… Он НИКОГДА бы так не поступил. - Верно, - кивнул Сейя. – Учитывая то, как он переживал смерть Минако… точнее инсцинировку… ну да ладно, это не столь важно. Да, он бы психовал какое-то время, но потом отошел бы. - Само собой, что Ятен никогда бы не оставил Мину, - Тайки подошел к окну. – И теперь надо найти его во что бы то ни стало. Я уверен, что еще жив! Даже если его кто-то и заставил написать эту записку…. – Молодой человек сглотнул подступивший к горлу ком. – Он должен быть жив! Наступила тишина. Тяжелая, гнетущая. Все разом замолчали, пытаясь найти хоть какой-то выход из этой чудовищной ситуации. Но в голову совершенно ничего не приходило. Как можно победить человека? Не демона, а именно человека. Хотя… он сам по себе и являлся чудовищем, и все-таки он был живым… и что возможно сделать в такой ситуации? - Знаете… - начала Усаги, но тут резко оборвала себя. В комнате, где спала Минако послышался какой-то шум, словно передвигали мебель. А потом топот и резкий хлопок. Девочки переглянулись, затем посмотрели на ребят. В голове мелькнула страшная мысль. - Минако… Сейя и Тайки бросились ломать дверь. Это оказалось трудной задачей, поскольку Мина завалила изнутри дверь мебелью. Придвинула комод и стулья, накидала подушек. - Минако! – Крикнула Цукино, совершенно сбитая с толку. – Что происходит?! - Мина! Открой дверь! – Мако присоединилась к ребятам. Через минуту им удалось расширить проем. По крайней мере теперь можно было протиснуться в комнату. По одному они очутились там, где еще пять минут назад мирно спала их подруга. А теперь там царил хаос – мебель сгрудилась у одной стены, там, где была дверь. Очевидно она не хотела, что бы сюда кто-то попал, по крайней мере быстро. Но вот девушки не было нигде видно. Простыни и одеяло смяты, стол Мина пододвинула к окну. И тут все поняли, где надо искать. - Минако!!! Усаги высунулась в окно, но ничего не увидела. - Да как же она…?! – С тем же удивлением смотрел на улицу Сейя. – Ну не прыгнула ведь с 5-го этажа? - Смотрите! Все повернулись к Макото, стоящей у дальней стены и держащей в руках белый кусочек картона, очевидно вырванный из блокнота. - Это записка… - Она переводила взгляд то на Усаги, то на ребят. Слезы покатились по щекам. – От Ми… Все подошли к ней. Цукино взяла из ее рук бумажку и стала читать: «Простите меня! Очень надеюсь, что поймете и не осудите! Я должна остановить все это! Не позволю больше никому пострадать из-за меня. Я очень люблю всех вас, именно поэтому возвращаюсь к НЕМУ. Я отомщу за наших подруг и постараюсь найти Ятена. Думаю, он у Ситори. И в таком случае, я знаю где его искать. Еще раз простите меня. Всегда ваша. Минако.» - Ох, Ми… - Макото плакала, как и Усаги. Ребята стояли в шоке от услышанного. - Постойте-ка… - Первым опомнился Тайки. – Она знает, где искать? Значит, - шатен медленно потер переносицу большим пальцем правой руки, - его дом должен быть где-то в Токио. Точно! – Он поднял вверх руку. – Нам нужен интернет! *** Как холодно. Все тело промерзло до самых костей. От холода дрожали губы, руки не слушались. Хотя… вряд ли это было лишь из-за нечеловеческого холода. Он точно знал, что свое дело тут сыграло совсем другое. Боль. Он испытывал просто нечеловеческие муки по всему телу. Руки и ноги налились свинцом, расплавленным свинцом. Каждая клеточка его тела болела. Глаза не открывались, распухшие до такой степени, что оставались только маленькие щелочки. Рот наполнился слюной, которую невозможно было проглотить из-за кома в горле. Острая боль наполнила его внутренности, когда он попытался сглотнуть. Чуть повернув голову, молодой человек тут же пожалел об этом. Шея заныла тупой болью, в голове взорвались тысячи искр. Что же это такое?! Как все это могло произойти с ним?! Почему?! Ведь он был так близок! А теперь что? Что ему делать? Неужели взять и сдаться? Нет! Если он это сделает, то все будет кончено. Действительно кончено! Его жизнь сейчас не имела никакого значения, лишь одна мысль билась в его голове – спасти жизнь той, кого он так сильно любил, и кого отверг еще вчера днем. Это было самой большой его ошибкой. Он каждую минуту жалел о том, что наговорил ей тогда. Но теперь уже поздно. Сказанного не вернешь. Остается лишь одно – постараться спастись самому, а потом найти этого ублюдка и убить его! Парень постарался пошевелить руками и ногами. Это далось ему нелегко. Находясь в каком-то мешке, связанный по рукам и ногам, двигаться было крайне тяжело. Бросив отчаянные попытки, молодой человек прислушался. Ему показалось, что он различает какие-то голоса. Точно! Ошибиться он не мог. Эти голоса принадлежат тем самым бандитам, что держали его в какой-то комнатушке. Он узнал Картавого, тот что-то очень тихо говорил своему второму дружку, очевидно, Грубияну. - Давай, надо поскорее закончить с ним! – Шептал бандит. – Что ты все возишься?! - Не торопи меня! – Проворчал второй. – Шеф сказал, что бы мы постарались! А значит, необходимо сделать так, что бы его еще долго никто не смог найти! Вместо того, что бы ныть, лучше бы помог! Я не могу один копать быстрее! - Вот еще! – Фыркнут Картавый. – Я должен стеречь этого парня! - Да чего его стеречь? – Разозлился Грубиян. – Он уже подох! Шеф прикончил его, забыл?! Ты просто не хочет пачкать свои беленькие ручки! - Что?! – Очевидно, такое замечание покоробило Картавого. – Вот еще! Не мели чепуху! - Тогда бери вторую лопату и копай! Никуда наш труп не денется. Вот оно значит что! Они копают ему могилу, что бы сбросить туда и зарыть. Интересно, а как далеко они его увезли? Молодой человек попробовал еще немного пошевелиться. Но очень осторожно, что бы бандиты не заметили движения в мешке. Оказывается, они его не очень хорошо связали. А действительно, зачем связывать труп? Так, только если на всякий случай? Как бы то ни было, парень очень быстро смог сбросить веревки с рук, а затем очень медленно и осторожно проделал тоже самое и с ногами. От жуткого холода, он почти ничего не чувствовал. Тело пронизывали тонкие нити боли, отдаваясь эхом в голове. Но парень сумел справиться с этим состоянием, и теперь так же осторожно, по сантиметру, снимал с себя мешок. Чуть отползая, словно змея, сбрасывавшая с себя кожу. Спустя огромное количество времени, часов, а может и дней, как показалось молодому человеку, он, наконец, освободился от грубой ткани мешка. На сколько только смог, он приоткрыл глаза. Мир предстал ему в темных, ночных красках, плоский, словно блюдце. И расплывчатый, как будто он смотрел через очки с огромными линзами. Его «друзья» находились примерно в тридцати метрах, сосредоточенно капая могилу. Уже не видно было голов, лишь малая часть макушки. Что ж, это шанс. Оглядевшись, парень увидел, что вокруг сплошные деревья, да кусты. Значит, его привезли в лес, решили в глухой чаще похоронить? Да уж, неплохая идея. Тут его и впрямь никто долго не нашел бы! Если вообще нашел. Медленно отползая назад, молодой человек не сводил глаз с глубокой ямы. С минуты на минуту они уже закончат свое дело и придут за ним. Нужно поторопиться! Превозмогая боль в своем несчастном теле, парень быстро развернулся и пополз к ближайшим кустам. Заметив справа от себя машину убийц, он сначала подумал было на ней сбежать. Но потом понял, что в таком состоянии вряд ли сможет вести машину. Тогда он подполз к двум мешкам, брошенным рядом с передним правым колесом. Тихо порывшись в них, он нашел то, что и хотел – пистолет. Отлично, проверив магазин, убедился, что он полон. Тогда быстро поднявшись, молодой человек бросился в чащу леса. Его поглотила тьма и деревья. Когда незадачливые похоронщики вылезли из своей ямы, то их глазам предстало ужасное ( для них) зрелище – парень сбежал! - Черт! – Выругался Картавый. – Шеф теперь нам башку свернет! - Да как же такое возможно?! – Все еще не веря в то, что у них из под носа труп сам «ушел». – Он ведь был мертв! Бандиты озабоченно стояли у пустого мешка. Им было ясно лишь одно, что теперь им точно не жить, поскольку шеф прикончит обоих. А значит, оставался лишь один выход… бежать. ******* Минако быстро шла, иногда переходя на бег. Ей стоило огромных усилий, что бы не бежать всю дорогу. Она понимала, что если сейчас израсходует все свои силы, то не сможет дать достойный отпор мужу. Ей больше не хотелось убегать. В данный момент, девушка не могла ни о чем думать, кроме как о мести. У нее больше не осталось ничего. Ни дочки, ни любимого человека. Она уже лишилась двух подруг, если потеряет еще хоть кого-то, то просто сойдет с ума. Разум уже отказывался ей подчиняться. Ей постоянно казалось, что за ней следят, что кто-то смотрит ей в спину, идут позади и хотят схватить. Все время оглядываясь, Минако дошла до окраины города. Еще пара километров по проселочной дороге, и она доберется до загородного дома Ситори. Ей был прекрасно знаком этот дом и его окрестности. Поскольку именно там она провела большу часть времени после того, как родила. Болезненные воспоминания снова вернулись к ней. Наоко, такая маленькая, хрупкая, такая жизнерадостная девочка. Ее дочка. Теперь уже не вернуть былые времена. И все, что ей оставалось это вспоминать. Пусть это и причиняло невыносимую боль, но она еще могла попытаться спасти Ятена. Мина была уверена, что Томое прячет его в этом доме. Ждет, когда она придет к нему. Попытается отомстить за то, что та убежала. Но она опередит Ситори. Сама отомстит. За всю боль, за все страдания, что тот причинил ей и ее близким людям. Она сможет спасти Ятена. А потом… Сможет ли она переступить эту черту? Сможет ли убить человека? Не демона, не врага из другого мира… нет. Простого человека… Хоть в нем и не было ничего человеческого, абсолютно ничего… Как ей быть в том случае, если у нее получится все то, что задумано? Как надавить на свое собственное горло и позволить совершиться тому, на то, на что готовит себя всю дорогу? Переживет ли она убийство? Ее руки окажутся в крови. Пусть этот человек и заслуживает смерти, самой страшной и невыносимой, но все же… Готова ли она? Дошла ли уже до такой точки кипения, когда собственные принципы уже ничего не значат? Сможет ли? Минако подошла к воротам, ведущим в особняк Ситори. Железные прутья были метра в три высотой, на подъезде к ним стояла небольшая будка охраны. Двое мужчин вышли к ней навстречу, но остановились примерно в метре, внимательно за ней наблюдая. Они прекрасно знали эту девушку, помнили ее, когда жила здесь. - Пропустите меня к нему. – Тихо сказала Мина, приподняв подбородок. Она старалась не показать того, как сильно ей страшно, но голос предательски дрогнул. Один из охранников кинул взгляд на своего товарища, тот пожал плечами. - Он там не один. – Так же тихо ответил второй мужчина. – Вы уверены, что хотите… - Да, - перебила его девушка. – Я должна. Снова пожав плечами, мужчины отошли в сторону. Нажав на маленькую кнопку на дистанционном пульте управления, первый охранник еще раз посмотрел на жену их босса. Он всегда искренне симпатизировал этой несчастной, поскольку прекрасно знал, что из себя представлял шеф. Но это было не его дело, поэтому вмешиваться не стал. Это не его дело, в конце концов, что бы рисковать собственной жизнью. Минако прошла за ворота и направилась прямо к стоящему дому. Он был большой, со множеством комнат, гостиных, залов и бесконечных лабиринтов коридоров. Томое сейчас в своем кабинете, уверенно подумала Минако. Только там, нигде больше. Почему она это так точно знала, девушка объяснить не могла. Просто знала и все. Руки дрожали, слезы капали из глаз. Вновь вернулся страх, всепоглощающий, темный, как безлунная ночь. И такой же липкий, как паутина, опутывавший ее с головы до ног. Уверенности поубавилось, когда девушка увидела несколько охранников, бродивших по особняку, по его балконам. На плечах висели автоматы, готовые убить любого постороннего, проникшего во двор. Минако подавила приступ паники и смело шагнула в просторный холл. Она помнила, что если повернуть направо – там будет обеденный зал, налево – кабинет. Именно туда ей и нужно было. Подойдя к двери, девушка вновь нерешительно застыла. Назад пути не будет. А что если она ошиблась? Что если он уже убил Ятена, как и ее подруг? «Тогда, - подумала девушка, отбрасывая все трусливые мысли, - тогда я его собственными руками придушу. Я смогу это сделать». Теперь она смогла без страха взяться за ручку двери и повернуть ее. Тихий скрип несмазанных петель, разнесся по пустынному залу. Назад пути нет. ***** Ситори сидел за своим большим письменным столом, сработанный мастерами на совесть. Крепкий, прочности которого позавидует любой камень! На нем было много документов, стоял компьютер и факс. Книжные шкафы, располагающиеся по обе стороны от входа, заставлены литературой разных писателей. Да, муж любил читать. Любил выглядеть самым умным в кругах друзей. Никогда не считаясь с чужим мнением, он предпочитал высказывать свое, показывая при этом не только свою начитанность, но и полное безразличие к остальным участникам дискуссии. У правой стены стоял небольшой диванчик и журнальный столик. С левой стороны от входа – камин. В холодные дни зимы, тут было очень уютно. На полу персидские ковры, поражающие своей мягкостью, красотой рисунков и изяществом. Минако любила тут находиться, когда муж отсутствовал. Глядя на пляшущие языки огня, она вспоминала свое детство, своих родителей, подруг, свою жизнь «до». Теперь же этот кабинет показался ей совершенно другим. Словно она попала в другой мир. Здесь больше не было того уюта, что раньше. Здесь не пахло садовыми лилиями, заботливо сорванными и поставленные служанкой Нанами. Теперь тут стоял приторно-сладковатый запах. Такой, словно… Минако поняла это раньше, чем увидела. Кровь… В кабинете теперь пахло кровью. И источником этого были… Мина ахнула и уперлась спиной в дверь, которая захлопнулась сразу, как только девушка вошла. Ситори сидел за своим большим столом и с довольным видом поглядывал на жену: - Я знал, что ты оценишь мои старания. – Смакуя каждое слово произнес мужчина. Руки он сложил перед собой, всем своим видом показывая, насколько рад этой встрече. Словно они были самыми лучшими друзьями, и она пришла к нему в гости. – Я очень рад тебя видеть, моя дорогая. Проходи, полюбуйся, как постарался приукрасить тут все для тебя. Минако все еще прижимала руки к лицу, стараясь подавить приступ тошноты. В ее голове не укладывалось, как такое возможно? Только чудовище будет делать все это. - Зачем? – Прошептала она настолько тихо, что сама себя не поняла. - Что, прости? – Слегка нагнувшись, спросил Ситори. – Я не расслышал. Говорил он весьма довольным тоном. На лице блуждала легкая улыбка, а в глазах застыл лед, который мог бы заморозить любого, кто осмелился бы посмотреть в них в этот момент. Но Мина была больше поглощена тем, что находилось у правой стены. Она не могла оторвать взгляда от страшного зрелища, которое разрывало сердце и заставляло его замереть в ужасе. - Зачем? Она повторила свой вопрос, уже громче. По-прежнему не отрывая взгляда, она двинулась в сторону. Слезы закапали из глаз, падая на дорогой персидский ковер. - Девочки, - простонала она, падая на колени. Она смотрела на двух девушек, судя по фотографиям, присланных Ситори Макото, мертвых. Ами и Рей. Их усадили на диван, сложив руки на коленях и прислонив лбами друг к другу. Словно девочки уснули, болтая о чем-то. И лишь кровавые дорожки на лице и разорванных платьях свидетельствовали о том, что это никакой не сон. Глаза плотно закрыты, тела расслаблены. Картина поражала своей жестокостью из-за того, что именно с ними сделал Ситори. В правой руке Ами был букет цветов, в левой пустая чашка. У Рей в руках были пяльца, словно девушка занималась вышивкой перед тем, как… как… ее убили. На головы девушек были одеты венки из цветов. Каких именно, Минако не поняла, да это и не было важно. Лица их раскрасили, подобно клоунским маскам. Рей нарисовали на лице красной помадой огромные губы, кончики которых заканчивались у ушей. Нос был обведен красным, а на глазах синие тени. У Ами полностью побелено лицо, а на щеках черным нарисованы непонятные иероглифы. - Зачем ты это сделал с ними?! – Закричала Минако, не в силах больше сдерживаться. Весь кошмар данной ситуации проник в ее сознание, заполняя собой каждую клеточку мозга. Оторвав наконец взгляд от этой ужасной картины, девушка посмотрела на мужа. Из глаз лились слезы. - Ну, разве ты не оценишь мои старания? – Словно и не замечая ее состояния, произнес Ситори. Он чуть нагнулся в ее сторону. – Жаль, что твойлюбовничек не дождался тебя. От этого тихого голоса ее пробил озноб. Ятен? Значит, она была права и ее любимый был здесь! Но почему Ситори так сказал? - Да-да, - словно прочитав ее мысли произнес с довольной усмешкой Томое, откидываясь на спинку кресла. – Он был тут. И мы прекрасно проводили время вместе, пока… Он сделал театральную паузу, подняв вверх палец: - Пока он не решил покинуть нас. Жаль, очень жаль. Я немного поторопился. – Сокрушенно покачал головой мужчина. – Только сейчас понял, что стоило остаить его здесь, что бы вы, голубки, смогли попрощаться. Девушка почти не слышала его слов. Все, о чем она могла сейчас думать, так это о Ятене. Неужели Томое его… его… Нет, это было слишком ужасно, что думать так. Она не могла позволить себе потерять надежду. - Зря ты надеешься, что он жив. – И вновь Ситори продемонстрировал чудеса телепатии. – Очень даже зря. Следующая фраза окончательно добила девушку: - Я лично прикончил выродка, но прежде очень хорошо обработал его, что бы уж наверняка. – И снова усмехнулся, обнажая ряд белых зубов. – Это мельница, милая. Мельница Богов. Остаются лишь те, кто умеет крутиться в этом мире. Вот так-то. *** ПРОДОЧКА ОТ 30 АВГУСТА!! Минако так и стояла посреди кабинета, не в силах произнести хоть слово. В голове крутились кошмарные картины – девочки, Ятен… Она никак не могла поверить в то, что это действительно происходит с ней. Так хотелось верить, что все это кошмарный сон, и что она сейчас очнется, лежа в своей кровати. Но нет… - Милая. Вновь этот голос, от которого ее буквально передергивало каждый раз, как слышала. В душе поднималась волна гнева, страшного и неудержимого. Ей вдруг отчетливо представилось как она убивает мужа. Как всаживает ему в грудь нож. А лучше убивать его медленно, что бы он прочувствовал всю ту боль, что испытала она сама за все те годы их совместной жизни. Невыносимо… Это просто невыносимо! - Ты просто тварь… - Ледяным тоном произнесла Мико. И от этого тона даже Ситори на мгновение застыл. – Ты не достоин жить на этой планете, в этом мире, и вообще нигде. Я убью тебя своими собственными руками! Девушка медленно, не глядя на мужа, двинулась к столу, где он сидел. Мужчина слегка отпрянул, явно не ожидая такой реакции от всегда спокойной и послушной жены. - Ты больше никому не причинишь вреда! - А что ты мне сделаешь? – К нему вернулось самообладание, и теперь мужчина встал, направляясь навстречу супруге. – Убьешь меня?! Мина подняла заплаканные, красные глаза и посмотрела на чудовище, за которое вышла замуж. Да уж лучше бы она жила на улице! Как?! Как она могла допустить такую ошибку?! - Ты не все еще видела, девочка моя! – Усмехнулся Томое. – И не все знаешь. К тому же… - Он подошел почти вплотную к девушке. – Ты все равно не сможешь ничего мне сделать. Ты не способна на убийство, ведь так? Он взял ее за подбородок и поднял голову так, что бы их глаза встретились. Мину передернуло от его прикосновения. - Смотри внимательнее, милая. – Он развернул ее в сторону дивана, на котором сидели ее подруги. Девушка крепко зажмурилась, что бы не видеть этого кошмара. – Нет-нет, ты ДОЛЖНА посмотреть! Ситори крепко держал ее за плечи, ведя ближе к дивану: - Смотри – это ведь ты сделала, милая. – У Минако ноги подкосились, и если бы муж не держал ее, то, наверное, упала бы. – Ну-ну, спокойнее. Не стоит так реагировать. В конце концов, я уверен, что ты не хотела всего этого, ведь так? - Ты врешь! – Прошептала девушка, пытаясь высвободиться из цепких объятий мужа. – Ты врешь!! - Нет, не вру. И дочь свою ты тоже убила! Голос звучал властно, грубо, обжигал каждым словом. - Я понимаю, что тебе сейчас страшно, больно, одиноко. Но ведь я просил тебя не делать всего этого! Я предупреждал о последствиях. Помнишь? Да, она помнила. Слишком хорошо помнила. И он прав. Это только ее вина, что все так произошло! Только ее. Если бы она не решилась уехать сюда, в Токио, то ее малышка была бы жива! Были бы живы девочки и… и… Ятен. Она расслабилась и буквально повисла в объятиях Ситори. Тот подхватил ее и отнес в кресло, стоящее возле камина и присел рядом, на корточки. - Тебе нехорошо? Принести воды? – Заботливый тон, словно ничего и не было, не было жутких смертей, не было ничего… Как ей теперь жить дальше? Сможет ли она отомстить за подруг, за любимого человека? Сможет ли она УБИТЬ? - Что ты хочешь, Томое? – Голос ее звучал глухо, словно из-за стены. Все внутри девушки кричало от безысходности, от того, что больше нет никакой надежды. - Мы вернемся туда, где жили. И забудем обо всем. – Он смотрел на нее нежным взглядом, обычного влюбленного человека. И если бы здесь был тот, кто совсем не знал этого мужчину, то решил бы, что он самый добрый и заботливый человек на свете. Минако не могла оторвать взгляда от погасшего камина, от черных углей, на которые сейчас была похожа ее душа. Черная, мертвая, холодная. - Хорошо. Может быть потом, когда вся боль пройдет. Когда вновь захочется жить… со временем, она сможет отомстить ему.месть, как говорится, подают холодной. Но сможет ли она вновь жить так, как и раньше? Без Наоко, без Ятена, без девочек. Раньше она знала, что с ними все хорошо, они живы и была счастлива только от одной этой мысли. А что осталось у нее сейчас? Время покажет. А пока… Она так устала, глаза закрываются. От шока и переутомления руки не слушались ее, ноги казались ватными, а в голове постоянно стучала молоточками боль. Нет, она не сможет все так оставить! Просто не сможет жить с этим чудовищем вновь, зная, что он сделал! Вдруг Минако так ясно поняла, что должна сделать, что сама испугалась этих мыслей. Девушка открыла глаза – вся сонливость мигом исчезла. Оставив только ненависть в измученном сердце. - Ну, конечно, милый. – Сладким голосом проговорила девушка, поднимаясь и направляясь к столу. – Мне теперь уже все равно, верно? Ты убил всех, кто был мне дорог. Так что… Она подошла к столу, она знала, что там, среди кипы бумаг лежит тоненький нож для конвертов. Ситори удивленно смотрел ей в спину, все еще сидя на корточках у кресла. Мико повернулась к нему лицом, за спиной шаря руками по письмам и газетам. - Почему бы и нет? – Говорила она громко, что бы муж не слышал шуршания бумаги. Больше она не позволяла себе колебаться. Постоянно отводя взгляд от дивана, приказывая себе не смотреть. Но каждый раз она все равно возвращалась глазами туда, где были девочки. И это придавало ей сил, точнее распаляло костер ненависти и желания мести. Глаза ее сверлили мужа, который, судя по всему совсем ничего не замечал. Он уже поднялся и подошел к ней, радуясь, как идиот. Мико с отвращением подумала, как же раньше могла терпеть его? Как? Ситори обнял девушку и крепко прижал к себе: - Ты умничка. – Опалил он ее ухо своим дыханием. Минако еле сдержалась, что бы не оттолкнуть его от себя. Но тут его губы накрыли ее рот и больно впились в них, требуя ответа. Правая рука жадно водила по груди девушки, а левая поползла под юбку, гладя бедро. Каждая секунда казалась ей вечностью. Но, наконец, ее рука нащупала холодное, тонкое лезвие и крепко сжала его. - Да, дорогой, мы будем вместе до конца. – Она усмехнулась и занесла руку с ножом над беззащитной спиной мужчины. – До твоего конца!! С резким, громким криком, она опустила руку. Лезвие вошло как раскаленный нож в масло, легко и быстро. Минако подумала, что такое сравнение действительно подходит к ощущениям и в книгах не врут. Ситори закричал, отшатнувшись и с удивлением глядя на жену. Его рука потянулась было к спине, пытаясь нащупать то, что так его больно укололо. - Что ты…? – Хрипло произнес он, все еще не понимая того, что происходило. - Ты сказал, что я не способна на убийство?! – Холодный блеск глаз, заставил Томое отшатнуться. – Ты ошибся!!! Она снова занесла руку и на этот раз ударила его в грудь. Снова плавное скольжение. Кровь окрасила руку Мины в красный цвет, но она уже ничего не замечала. Перед ее глазами стояло лишь искаженное ужасом лицо человека, который столько лет был ее мужем. Человека, убившего в ней все человеческое, лишившего ее жизни. Теперь, всему пришел конец. Ее страданиям, ее боли… всему. - Ты сейчас умрешь, дорогой. – Почти весело проворковала девушка, улыбаясь. Она наклонила голову на бок и смотрела, как муж медленно оседает на пол. Еще несколько секунд он смотрел на нее, в глазах стояла ненависть. Не боль, не отчаяние, не страх… Только ненависть, почти такая же, какая сейчас терзала душу Мины. Жаль, что в свои последние мгновения он не плачет и не кричит от боли. Но и так сойдет. Когда глаза мужчины закрылись, что бы навсегда покончить с пережитым кошмаром, Мико упала на пол и заплакала. Она оплакивала свое упущенное счастье, своих потерянных навек друзей, свою любовь, а самое главное – свою дочь. Слезы лились у нее из глаз не переставая. Она не знала сколько прошло времени, но посмотрев в окно поняла, что уже совсем темно. А ведь она пришла сюда, когда было только пять часов. Значит… Да какая к черту разница, сколько времени?! А ведь и правда. Мина встала и подошла к окну, по прежнему сжимая в руке окровавленный нож. Опустив взгляд, она стала рассматривать пятна на блестящем лезвии. Теперь ничего не изменить, она стала убийцей. Она – убила человека! - Простите меня девочки! – Прошептала она, отворачиваясь от окна. – Но теперь все кончено. Она занесла руку и полоснула себя по венам левого запястья. Боль обожгла, растекаясь огнем до самого плеча. Не мешкая, она сделала глубокий порез и на правой руке. Затем села на пол возле своих подруг, прижалась к холодным телам и закрыла глаза. - Назад пути нет. Через несколько минут наступила спасительная темнота.