Цена уступок

      Кажется, этот день никогда не закончится. Ночью возможности поспать не представилось, и я сам удивляюсь, как до сих пор способен что-то делать. Кофе и энергетики работают исправно, но ощущение такое, будто в мозг попал компьютерный вирус.       А впереди еще встреча с Малией.       Горячо надеюсь, что она, как всегда, выкинет очередную глупость, и у меня появится повод отменить все к Тьме, закончив тем самым эти бесконечные сутки.       О том, что я мог в любой момент перенести встречу смс-кой, подумал, только когда искал место для парковки в маленьком дворике. Тьма… Куда проще было бы оставить машину на паркинге и прийти сюда пешком!       Со вздохом тянусь за чашкой кофе. Давненько мне не приходилось работать в аварийном режиме столько времени. Наконец паркуюсь, выхожу из машины и… Только после этого понимаю, что чашка со спасительным напитком осталась в подстаканнике. Ладно, Тьма с ней. Термическая, значит, остыть не успеет.       Уже стоя перед дверью в квартиру Малии, осознал еще один свой промах. Вполне мог позвонить или написать, чтобы она вышла. Тогда не пришлось бы ни парковаться, ни выходить из машины, и кофе остался бы при мне. Вот же Тьма… Обреченно жму на звонок. А что, если по закону подлости сегодня Малия будет паинькой?       Однако переживал явно зря. Дверь так резко распахивается, будто Малия ставила цель не открыть ее, а, скорее, выбить. И заодно треснуть мне по голове. Отступить успеваю в последний момент. Почему я даже ее шагов не слышал?       — Альгет! — Тут же выпаливает Малия, но, видимо, заметив выражение моего лица и положение в пространстве, принимается виновато тараторить: — Ой, простите-простите, я не хотела, я просто…       Дальше я не слушаю. Удивленно смотрю на эту чудачку, не зная, как реагировать. Малия выглядит так, будто только что пережила локальный конец света: вся всколоченная, напуганная, глаза покраснели… И когда это она успела выйти и закрыть дверь?       — Что? — тупо спрашиваю, поняв, что она замолчала и чего-то ждет от меня.       — Может, у вас есть что-нибудь? Просто на обычные анаболики у мамы аллергия, а нужный рядом не продается, может…       Я несколько раз моргаю, с трудом соображая, о чем она. Насколько понял, ее матери нужно какое-то определенное обезболивающее. Вот оно, кажется, и мое спасение. Привезу ей лекарства в обмен на перенос занятий.       — Какое? — спрашиваю. Сгонять в соседний город всяко быстрее стандартной программы.       — Что «какое»? — растерянно спрашивает Малия.       — Название препарата? — уточняю устало и едва сдерживаюсь, чтобы не тереть глаза.       — Названия я не помню, — нервно мотает головой мое горе, — только упаковку. Она, знаете, такая зелененькая, и там еще…       О нет-нет-нет, так не пойдет. Эдак пол-аптеки привезти можно.       — Значит, так, — прерываю Малию. — Я могу отвезти тебя за препаратом и обратно, но заниматься в таком случае будем в другой раз.       В ответ Малия ошарашенно моргает.       — Что… Я… Но маме очень больно и надо быстро, а я…       Тормоз, да, и так знаю, но свои обезболивающие давать не рискну, а нужный препарат без Малии просто не найду.       — А ты прекращай причитать, одевайся и пошли, раз уж тебе действительно нужно быстро, — заканчиваю за нее и начинаю спускаться.       Уже внизу соображаю, что Малия, наверное, предпочла бы лифт. Ничего. Хотела быстро — будет ей быстро.       Это запыхавшееся горе нагоняет меня уже в дверях. Пропускаю вперед, выхожу следом и, подойдя к машине, распахиваю заднюю дверцу. На этот раз Малия садится без препирательств. Захлопываю дверь, обхожу машину, чтобы занять свое место. Через зеркало заднего вида с удовлетворением наблюдаю, как эта мечта водителя пристегивается.       Выехав со двора и немного увеличив скорость, вспоминаю про кофе. Беру чашку и делаю глоток.       — Да вы что?! — неожиданно выпаливает Малия. Я даже не сразу понимаю, к чему это относится, а когда понимаю — не сдерживаюсь и фыркаю. Когда же она научится мне доверять? В конце концов, пить кофе за рулем никакой не смертельный номер…       Однако Малия, похоже, считает иначе. Даже не отстегнув ремень, она дергает дверную ручку, явно намереваясь выскочить из машины. Вот идиотка!       — Стоять! — рявкаю, в последний момент блокируя все двери.       — Я с вами не поеду! — продолжала верещать Малия, то и дело дергая несчастную ручку. Ну, здравствуйте, приехали. Теперь-то ее никто не спрашивает.       — Поздно, — говорю спокойно. Хотела быстро? Так держись крепче. Сейчас будет быстро.       Малия наконец перестала дергаться и послушно вцепилась в многострадальную ручку. Ну все, теперь можно ускориться.       Мы понеслись по трассе почти вдвое быстрее, чем во время той памятной поездки к травнику. Поначалу я думал, что Малия начнет возмущаться, но та, кажется, даже дышала через раз. На лице застыло выражение дикого ужаса. Вот же…       Машина шла так плавно, что, не глядя в окно, можно было вообще не заметить скорости, однако Малия зачем-то неотрывно смотрела на стрелку спидометра. Сама себе поездку осложняет, ну.       За неполных десять минут пути я успел допить кофе и пожалеть, что купить новую порцию удастся не скоро. Все это время Малия, казалось, ждала катастрофы, стоило мне только потянуться за чашкой. И это несмотря на то, что машин вокруг почти не было. Эх, не видела она еще настоящей опасности. И, надеюсь, не увидит.       Стоило остановиться напротив аптеки, как Малия отстегнулась, выскочила из машины и, вполне успешно захлопнув дверь, понеслась внутрь. Вот что значит мотивация. Не спеша выхожу и иду следом.       Как ни странно, ту самую зеленую упаковку она нашла быстро и тут же полезла… Видимо, за кошельком. В очереди перед нами было всего двое, но и те тут же отошли, едва заметив мой знак. Все еще продолжая рыться в сумке, Малия положила препарат перед аптекаршей.       Я вздохнул и подал серебряный, даже не глянув на цену. Малия и скорость долго вместе не уживаются.       — Сдачи не надо, — говорю, заметив, что женщина принялась считать. И уже этой чудачке: — Пошли.       — Ой, — встрепенулась она, тут же роняя только что найденный кошелек обратно. — Альгет, спасибо, я потом…       Поднимаю руку, заставляя Малию прерваться. Не хватало мне, чтобы она медяки три дня считала. Не обеднею уж, да и вообще… С меня довольно возможности выспаться.       Обратный путь прошел спокойнее. Конечно, Малия по-прежнему вжималась в кресло и не решалась произнести ни звука, но ужаса в глазах, кажется, уже не было. Неужели это потому, что кофе кончился?       — Выходи, — велел я, когда мы подъехали к дому. Во двор заезжать не стал, как и глушить двигатель. Надо думать, не заблудится.       — А? — ошарашенно отзывается Малия, будто только что проснулась. Ну, здорово. Может, вообще не слышала условия?       — Приехали, — поясняю устало. — Домой иди.       Наконец она сообразила, о чем речь, и поспешно отстегнулась, хотя явно загрустила. Ну вот. А кто требовал немедленного спасения матери?       — Спасибо, Альгет, — глухо выдала Малия перед тем, как захлопнуть дверь. — До свидания.       Я кивнул и только потом понял, что она уже не увидит. Ну и Тьма с ним.       Спустя пару минут пути осознаю, какая вокруг темень. Фонари, конечно, есть, но… Кажется, теперь я понял, почему Верт просит Лил отписаться или отзвониться по приходе домой.       Так, и о чем я думаю вообще? Нужно скорее ложиться спать. И, наверное, настроиться на то, что в следующую встречу Малия захочет наверстать упущенное.