Цирк какой-то

***

Тихие игры под боком у спящих людей Каждое утро, пока в доме спят даже мыши Мальчики знают, что нужно все делать скорей И мальчики делают все по возможности тише. Вячеслав Бутусов и Елена Аникина. Тихие игры

5 сентября Питер сел в утренний поезд и отправился в Хилл-Вэлли. Он ехал в вагоне, смотрел в окно на чёрные облачка дыма из паровозной трубы, пролетающие мимо, и думал, что скажет тёте Мэй. В груди теснились любовь к ней, вина за гибель дяди Бена, возмущение её стремительным выбором, ощущение подчинённости перед этой женщиной, упрямая уверенность в своей правоте, сожаление о бедах, которые она на себя навлекла. Он хотел обсудить всё, что с ней случилось за эти летние месяцы, и, главное, попросить прощения, что оставил её. Но когда он сошел с поезда и добрался до города на попутной повозке, то издалека увидел знакомый шатёр цирка на окраине города, и ноги сами понесли его к Уэйду. Он теперь точно знал, что тётя в порядке, и подумал, что можно немножко отложить встречу с ней. Совсем ненадолго. Был тот самый день пятого сентября, когда в городе планировался праздник, посвященный запуску городских часов. Поэтому все в городе гуляли, зрителей у цирка было много уже с утра, и билеты раскупались на ура. Питер едва дождался окончания утреннего представления, отираясь у шатра. Он поймал Уэйда у выхода с арены за кулисами и коротко обнял. — Что случилось? Почему ты приехал? — спросил обалдевший Уэйд. Они вышли из цирка и направились к себе. — Уехать обратно, что ли? — иронично улыбнулся Питер. — Ха, разогнался! Теперь ты от меня так легко не уйдешь! Без десерта я тебя не отпущу. Просто, может, у тебя что-то стряслось? — Ничего ужасного, но случилось. Пойдём, я тебе всё расскажу. — Одни разговоры, а когда же раздача леденцов? — ещё раз намекнул Уэйд. — Не волнуйся, леденцы уже почти затвердели, — промурлыкал Питер. — О, детка! — с придыханием прошептал Уэйд. — Так что же мы ползём, побежали? И они побежали. Сегодня делать всё очень тихо им было особенно трудно, но они неплохо справились.

***

Макет местности получился у доктора Брауна очень условный, но что поделать, времени всегда не хватает. Он объяснил Марти, как он запланировал разогнать Делориан с помощью локомотива, чтобы запустить перемещение во времени. Главное, доку удалось придумать такой план, который позволит всё подготовить за сегодня и завтра, потому что иначе послезавтра Таннен застрелит его. В ворота мастерской постучали. — Эммет! — послышался женский голос. — Это Клара, — узнал док, — Быстрее. Накроем Делориан! Клара зашла в мастерскую, с удивлением оглядываясь по сторонам. Ничего себе кузница! Сколько здесь любопытных приборов и предметов непонятного назначения. Да это не простой кузнец, а наверное настоящий изобретатель. — Когда мои вещи выбросило из повозки, сломался мой телескоп. — начала Клара, протягивая Эммету длинный ящичек. Она не стала упоминать пока Шона, который однажды швырнул этот телескоп на пол во время их ссоры. Дело в том, что Эммет ей понравился. Вчера, после того, как он спас её от падения в ущелье, он провожал её до дома, и они немного разговорились. Это оказался необычный человек. Хоть он и выражался немного витиевато, было заметно, что он очень хорошо образован. Клара подумала, что не стоит отпугивать его и сразу рассказывать о своем неудачном браке. Это сейчас не к месту. Может быть, потом. — Поскольку вы говорили о своём увлечении наукой, я подумала, что вам удастся его починить? — спросила Клара. — Я заплачу, конечно же, — добавила она. Эммет горячо отказался от оплаты, раскрыл ящик и извлёк телескоп. Клара подошла и стала показывать, где поломка. — Если повернуть кольцо так, изображение расплывается. Видите? — Клара заметила, что она стоит совсем вплотную, и ей стало трудно говорить. — А если повернуть в другую сторону… тогда… — Все сразу становится… ясно, — в тон ей вполголоса закончил Эммет. Они оказались так близко, и это было… головокружительно. Друг Эммета смущённо кашлянул, и они вернулись в действительность. Эммет обещал сразу же всё исправить, а Клара воспользовалась этим, чтобы упомянуть сегодняшний фестиваль и спросить Эммета, придёт ли он. Это ведь было даже не приглашение, а просто вопрос. Ничего предосудительного, если хотите. Эммет глядел на неё с восторгом и обожанием и вроде бы согласился. Клара обрадовалась, что он не осуждает её за этот рискованный вопрос и не считает, что она навязывается. — В таком случае увидимся на празднике, Эммет, — с облегчением произнесла она и попрощалась. Стараясь не улыбаться во весь рот, Клара припустила обратно в свой новый уютный домик. Конечно, она опять слишком торопится. Но это же совсем другое дело. Сейчас её разум не затуманен горем, и на этот раз она хорошо видит, что за человек перед ней. Она зорко следит за каждым его выражением лица, за каждым словом. Он совсем не похож на обычных людей. И она не похожа. Это такая редкость. Глупо упустить такой шанс и не узнать Эммета поближе.

***

В цирковом городке было тихо и пустынно, вся бурная жизнь переместилась к шатру и на арену. Многие циркачи были заняты в шоу Джека Скеллингтона, а остальные выступали со своими номерами, или были просто на подхвате. Питер и Уэйд прятались у себя. — Так что же у тебя случилось? — разморенный Уэйд растянулся после «леденцов» и приготовился слушать. Питер, тоже более чем довольный, уселся рядом и стал рассказывать: — Когда я сидел один там, я подумал как следует, и понял, что нужно съездить в Сильвер-сити к тёте Мэй, узнать, как она. Оказалось, что за это время она лишилась дома, ушла от мужа и даже овдовела. — С твоей тётей, я смотрю, не соскучишься, — осторожно заметил Уэйд. — И мне даже не удалось там с ней встретиться, — продолжал Питер. — Вчера она приехала сюда, и я иду к ней. — Сюда?.. Уэйд чуть не воскликнул «А, точно!» Но вовремя схватил себя за язык. Клара Клейтон приехала! Четвёртое сентября было вчера. Он же знал, что именно в этот день она встретилась с доктором Брауном, как и написано в его мемуарах. Уэйд спросил: — А можно мне с тобой? Я давно мечтаю с ней познакомиться. Это было правдой. И ещё он хотел держать ситуацию под контролем. Не стоит Питеру пока встречаться с доктором Брауном, а то выплывет, с какой миссией и откуда явился Уэйд. Голоса были с ним солидарны. — Да блин, ты мог бы и вообще ничего не вспомнить до конца своей жизни! — Жёлтый часто принимал сторону Уэйда в сомнительных ситуациях. — Прожил бы счастливо, как нормальный человек, — ворчливо поддержал Белый. — Ну так как? Захватишь меня к ней в гости? — спросил Уэйд Питера. Тот замялся. — Ты только не подумай, что я тебя стесняюсь, — ответил он. — Но мне надо сначала самому. Давай, я возьму тебя к ней в следующий раз? — Почему? — Это сложно объяснить.  — А ты попробуй. Я же у тебя понятливый. Питер собрался с мыслями. — Я заметил, что я всю свою жизнь убегаю, — сказал он, пряча глаза. — Я дезертир по жизни. Я убежал от грабителя и ничем не помог дяде Бену. Я убежал из дома, и не помог тёте Мэй. Я даже в детстве всю жизнь бежал, когда меня поддевали одноклассники. Какой случай со мной ни возьми, даже самый мелкий, я убегаю. Убежал даже в тот день, когда меня дразнили за «куриного бога». Помнишь, я тебе рассказывал. Питер вздохнул. Уэйд приподнялся и уселся напротив. — Подожди-ка. Я знаю одного человека, который ведёт себя совершенно иначе, — с намеком ответил он. — Например, этот человек решился на разборку с Клейтоном, хотя был уверен, что слабее его. Он решился на самостоятельную жизнь без помощи и опеки, и у него это получилось. Он каждый день летает над ареной и не боится разбиться вдребезги. Он решился побывать в Сильвер-сити и всё разузнал. Я тебе больше скажу — он даже смог решиться, чтобы быть со мной. — Как ты сказал? С тобой? А ведь правда. Я тогда думал про «остров», который просто есть. И потом делал выбор, — Питер чуть-чуть приободрился. — Знаешь, выходит, у меня на горизонте новый «остров». Стать тем, кто не убегает. И умеет возвращаться. — Это сильно, — тихо и серьёзно сказал Уэйд. Вдруг он хитро улыбнулся: — Может, этот новый остров понравится тебе не меньше предыдущего? А? Ты же не жалеешь? — он повалил Питера навзничь и прижал его своим большим телом. — Признавайся честно, жалеешь? — потребовал он. — Это вымогательство! — придушенно зашипел Питер, смеясь и понимая, что легко мог бы освободиться, если бы захотел. — Я тебе отомщу! Они стали барахтаться и бороться, опять возбудились, и дело закончилось еще одним отличным трахом.

***

Когда они отдохнули и привели себя в приличный вид, Питер стал одеваться как для выхода в город. — Ты куда? — Я хочу увидеться с ней сегодня. Я, как последний гад, бросил её с Клейтоном, так хоть теперь приду с повинной. Если бы его не зарезали, я бы сам прикончил его, — в сердцах воскликнул Питер. — Осторожнее с такими словами. Убийцу ещё ищут, пусть и нехотя. Хотя — тебя же видели в другом городе в этот день. А вот я видел его перед смертью. Очень удачно, что меня не ищут. Считается, что у циркачей не может быть мотива, и меня не подозревают, — с двусмысленной интонацией сказал он. — А у тебя разве есть мотив? — Питер пристально посмотрел на Уэйда, ощутил оттенок самодовольства в его последней фразе и выдохнул:  — Это… ты?! Парень так и сел. Он в шоке смотрел на Уэйда, видел, что тот ничего не отрицает, и не мог подобрать ни слова. Уэйд посмотрел на него безмятежно. — Ты же сам только что сказал… — О господи, это же просто слова. Как это случилось? Вы подрались? Он напал на тебя? Ты защищался? Или вы с ним стрелялись? Питер судорожно искал какое-нибудь оправдание, на него было жалко смотреть. Уэйд не ожидал, что для Питера убийство — это так болезненно. Дикий запад вокруг, как-никак. Он попробовал рассказать всё по порядку. — Я сидел тихонько в здешнем салуне, в углу, никто не обращал на меня внимания. За соседним столом сидел какой-то щёголь, конкретно бухой, и рассказывал своему приятелю, как удачно продал дом своей жены. А, нет, сначала он спьяну поделился, что прикончил какого-то прохожего из-за бумажника, а пацана его не успел. А уж потом изложил, как увидел его вдову и решил приударить за ней. Я уже тогда был уверен, что слишком много совпадений. Ну, понимаешь, трудно было не догадаться. Но когда пришел твой Дэнни и начал его бить… Вернее, он сначала выяснил, что этого зовут Шон Клейтон. Так что не осталось никаких сомнений. Питер смотрел на Уэйда снизу вверх огромными глазами и дышал через раз. Уэйду стало совсем не по себе. — В общем, ночью я нагнал его на пустой улице и познакомил с одной из моих девочек. — Как ты мог… — выдохнул Питер. — А что? Вообще-то в таких случаях принято радоваться. Ты сидишь на берегу, а мимо проплывает труп врага. Что не так? Питер чувствовал жгучее желание вскочить и убежать подальше отсюда, остаться одному, прекратить это. Но он схватился рукой за край холщового полога и крепко сжал пальцы. Как же ему объяснить? — Всё не так! Нельзя убивать людей! Разве это не понятно? — Больше пафоса! — вклинился Белый. — Мальчик, ты с луны свалился? — удивился Желтый. Уэйд отмахнулся от них. — Подожди, Питер, ты услышал, что я сказал? Это он убил твоего дядю. Он хотел и тебя убить. Он заслужил это, — Уэйд почти рассердился. — Да. Я понял, что ты сказал, — ровно сказал Питер, и продолжил с чувством: — Но всё равно так нельзя! Даже самый плохой человек заслуживает еще один шанс. Не знал я, что ты… Что для тебя это… так легко. — Ну подожди, — Уэйд сделал движение обнять его. Питер осторожно отстранился. — Ну что ты… — огорчился Уэйд. — Может, в твоём мире, на твоей луне принято убивать направо и налево и воскресать как нечего делать. А у нас одна-единственная жизнь. — Вообще-то не принято, — признал Уэйд и убрал руки. — Наверное, у меня профдеформация. — Вот видишь! — Но люди убивают на войне. И в поединке, — задумчиво возразил Уэйд. — Да, и если защищают свою жизнь, или жизнь других людей, — подхватил Питер. — Но ты настолько по-другому мыслишь, что я просто не знаю. Знаешь, что? Обещай мне, что не будешь убивать никого и никогда, кроме вот этих вот случаев. Уэйд крепко задумался. Он как-то сразу понял, что стоит на кону. С одной стороны его суть, его мастерство, его способ жить. Питер просто не знает, с кем имеет дело, когда требует такой клятвы. Но с другой стороны на кону его отношения с Питером. Тоже ведь теперь его способ жить. — Хорошо, — наконец тяжело произнес он. — Я обещаю. Пока мы вместе, никого не убивать. Кроме этих случаев. Парень верит, что можно дать шанс любому убийце. Любому. Они скрепили клятву рукопожатием. Питер был так вымотан этим разговором, что решил не идти сегодня к тёте Мэй. Хватит с него сильных чувств на сегодня. Он присоседился к одному из походных котелков в окрестностях шатра, поел и нашел директора. Он сказал ему, что готов участвовать в обоих вечерних представлениях. Док Финки был только рад.

***

Научилась без слов различать голоса, Научилась глазами побеждать глаза, Научилась играть на рваной струне, Покупать весь мир, не спросясь о цене — Женщина всегда она. Ольга Арефьева. Женщина

Клара опасалась, что Эммет не придет на праздник. Он пришел. Он был так очарователен и они так весело танцевали. Вечер был просто превосходный. До того момента, когда явился Бешеный Пёс Таннен и стал глумиться над ними. Он угрожал Эммету, пытался приставать к ней. «Смотри, кто это у нас? Ты не познакомишь меня с леди? Я бы потанцевал». Скотина. Как же это Эммет сказал… «Ни за что. Тебе скорее придется меня убить, Таннен». Вот это сила! О господи, какой мужчина! Бешеный Пёс действительно чуть не застрелил Эммета. Хорошо, что его друг мистер Иствуд оказался таким сообразительным. Он ловко запустил тарелкой прямо в руку Таннена, когда тот целился в Эммета, и спас его от пули. Между прочим, не каждый решится, даже ради друга, перетянуть на себя внимание Бешеного Пса. А мистер Иствуд рискнул своей шкурой и согласился на поединок с этим типом. Клара подумала, что тот, у кого есть такие чудесные преданные друзья, точно не может быть плохим человеком. После праздника Эммет взялся проводить Клару домой. Они шли не спеша, наслаждаясь тёплым вечером. — А я ведь починил ваш телескоп, — сказал Эммет. — Правда? Я так рада! Спасибо! Ой, а можно мне его прямо сейчас забрать? — Что вы, мой дом далеко отсюда и совсем не по пути. — Эммет, это ничего. Давайте прогуляемся! Такой вечер! Смотрите, какое ясное небо, просто идеально для наблюдения небесных тел. Сегодня полная луна, я могла бы и вам показать самые интересные особенности лунного рельефа. — Да? — заинтересованно ответил Эммет. — Я был бы очень рад. Если вы не устали, тогда пойдемте. Уже было совсем поздно, когда они добрались до дома Клары и устроились с креслом и телескопом на поляне. Даже последние гуляки разошлись по домам, и город затих. Но Клара готова была хоть всю ночь сидеть с ним, показывать ночное небо, разговаривать и слушать его голос. У них обнаружилось столько общего, что просто поразительно! И он был такой учтивый и трогательный. Они встретились глазами и поцеловались. И всё-таки наступил момент, когда Эммет стал прощаться. Кларе не хотелось его отпускать. Но если она сейчас пригласит его в дом, это будет совсем неприлично. Они всего три дня знакомы. Что он подумает? Что она согласна с ним уединиться. Хотя именно этого ей и хотелось. Только это слишком быстро. «Клара, ты сейчас опозоришься и всё испортишь», — говорил ей голос разума. Но какого чёрта! Его сегодня чуть не убили. В этом безумном мире разве можно быть уверенной в завтрашнем дне? Она имеет право делать со своей жизнью, что хочет. А Эммет слишком благородный, чтобы начать презирать её за поспешность. И она пригласила его в дом на чашку чая. Бедный Эммет сначала растерялся и стал неловко отказываться, говорил, что не смеет злоупотреблять её гостеприимством. Уже так поздно, и она, наверное, устала. Но Клара, раз решившись, была уверенна и настойчива. Она буквально за руку затащила его к себе домой и, конечно, им стало не до чая. Они долго и сладко целовались, и наконец Клара не выдержала и потащила его в спальню. Эммет оказался нежным и восторженным. Это было так необычно. Никогда у неё ничего подобного не было. Она подумала, засыпая с ним в обнимку, что даже одна эта ночь стоила того, чтобы рискнуть и снова довериться мужчине, хоть она и узнала его совсем недавно. Рано утром она встала первой, сварганила небольшой завтрак и, чувствуя вдохновение и избыток сил, оглянулась, чем бы ещё заняться? Она отцепила от платья свою любимую брошку с надписью «Клара» и, ухмыляясь, прикрепила её на лацкан пиджака Эммета, зажав булавкой цветочек. Хотелось, чтобы ему что-то всё время напоминало о ней. Эммет тоже встал, лохматый больше обычного. Клара засмеялась и попыталась его причесать. Они позавтракали вдвоём, влюблённо глядя друг на друга, и он попрощался до вечера. Эммет вспомнил, что собирался доделать цветные топливные поленья для разгона локомотива и перевезти Делориан на строящуюся железнодорожную ветку. А он ещё не поменял на нём колеса на вагонные, чтобы можно было установить автомобиль на рельсы. Они с Марти сегодня должны подготовить всё к перемещению во времени. Если они не справятся до вечера, завтра Марти будет втянут в поединок с Танненом. Эммет подумал, что сам он, конечно, останется с Кларой. Наплевать на опасность. Кто предупреждён, тот вооружен. Клара еще вчера разобрала все вещи с дороги и привела дом в порядок. И теперь занялась грандиозной готовкой. Она хотела сегодня пригласить Дэнни с семьей на воскресный ужин, ведь она до сих пор не отблагодарила его за хлопоты о её работе. А поскольку у Дэнни гостили родственники его жены, народу планировалось много. Клара сходила на рынок за свежими продуктами, зашла к Дэнни, и сказала, что она всех их ждет к семи часам вечера. Вернулась домой, перемыла овощи и начала их резать. В дверь постучали. Она пошла открывать, на ходу вытирая руки полотенцем. На пороге стоял Питер Паркер. Клара взвизгнула, отбросила полотенце и кинулась его обнимать.

***