Малфои всегда платят свои долги

В поместье Драко прибыл глубоко за полночь. Нет, в каминной сети не было пробок, просто ему нужно было набраться храбрости, которой у него отродясь не было. Разговор с крестным предстоял не из простых: Снейп тренировал свою изворотливость годами, он прошёл через все возможные проверки. Тут надо было или перехитрить, или пойти напролом. Драко заскочил по дороге в один из баров, в котором часто бывал раньше, выпил пару бокалов — больше по привычке, ведь вкус у вина был какой-то неприятный — и попытался выстроить в голове линию поведения. Карты могли бы помочь ему расслабиться, но тогда бы он точно не добрался до поместья… Прислушавшись к себе, Драко с удивлением осознал, что на самом деле ему не очень хочется брать карты в руки. В последний раз он играл в понедельник и после этого даже не вспоминал про игру. Оказавшись, наконец, дома, он направился в свою спальню. Ждать, пока Снейп почтит его своим вниманием, пришлось недолго. — Неужели сбежал? Или соскучился по мне? — губы крёстного вытянулись в тонкую линию, а это означало, что мужчина был в боевой готовности, не было смысла увиливать — поздний визит уже показался ему подозрительным. — Вы были лучшим зельеваром — и остаётесь таковым. Вы же сможете объяснить, что это значит? — Драко поднял свиток, чтобы слова были видны. — Я всё гадал, где раньше видел похожие сочетания, пока не вспомнил, что они были у вас в записях. Я что, участник эксперимента? Странно, но он был спокоен — может, сказывалось действие зелья, или просто дала о себе знать усталость. Ужасно не хотелось снова с кем-то бороться. — Риск был минимален… хотя всё равно был. Большего сказать не могу. Если захочешь узнать подробности, через три дня буду ждать тебя здесь, — и Снейп исчез с портрета. Крёстный не сказал прямо, но это было очевидно: Драко просто лечили от зависимости, умудрившись сочетать два в одном. Это даже вызывало восхищение. Ничего, что ничего не удалось узнать наверняка, в понедельник он точно сможет разговорить Северуса, только для начала нужно выспаться. Последний день рабочей недели начинался прекрасно. Всю ночь Драко проспал как убитый в своей мягкой постели, и даже возвращение в дом Грейнджер не испортило его настрой. Едва не насвистывая, он сменил одежду и уже привычно приготовил завтрак, даже почесал за ушком кота. — Доброе утро, Гермиона. Прошу простить меня за отсутствие, но писем я не получал. Значит, помощь не требовалась? — даже не поворачиваясь, Драко почувствовал присутствие ещё одного человека, словно в помещении стало светлее. — Как зовут твоё домашнее животное? Думаю, звать его Рыжий слишком неуважительно. — Доброе, Драко, — девушка была явно слегка растеряна. — Я зову его Живоглот или просто Глотик. — Необычно, но ему подходит, — поставив на стол чай вместе с пирожными, которые он захватил из дома, Малфой наклонился и насыпал коту корма. — Приятного аппетита, Живоглот, будем знакомы. Кот ткнулся носом в длинные пальцы, облизал их и только после этого приступил к еде. — Драко, у тебя всё хорошо? — Грейнджер посмотрела с подозрением, её явно насторожило такое поведение. — Конечно, Гермиона, — скрыв улыбку, он выпрямился и взял свою чашку с чаем, знакомый запах ударил в нос. — Близящееся окончание обета так действует. Его объяснение успокоило Гермиону, и она спокойно приступила к завтраку. Просто идеальная семья — не хватало лишь маленьких детишек, которые бы с радостными воплями носились вокруг. Двойственность ощущений разрывала Драко на части: с одной стороны, это было то, чего ему всегда не хватало, а с другой вся суть его противилась, отторгая эту картину, как нечто чуждое. Они разошлись по коридорам Министерства, и ему снова не хватило маленькой детали — поцелуя в щёку, как делали все счастливые супруги. Что натолкнуло на такие размышления, Малфой не мог понять. То ли это были побочные эффекты зелья, то ли он начинал сходить с ума… Даже их совместные обеды с трудом можно было назвать нормальными, что не поддавалось объяснению. Уже и коллеги смирились с их посиделками — не все, но многие. Лишь изредка бросали косые взгляды и тихо перешептывались. Другие сотрудники стали гораздо чаще заходить в его кабинет, начиная разговор издалека, задавая какие-то вопросы о работе, а потом переходя на общие темы, однако Малфой был непробиваем и держал всех на расстоянии, не позволяя лезть в свою личную жизнь. Одно дело — наталкивать на слухи действиями, которые каждый интерпретирует по-своему, и совсем другое — подтверждать их словами, от которых не отказаться потом. Вечером, переодевшись после работы, Малфой собрался выйти из дома, когда его окликнули. — Ты куда? — Грейнджер стояла в проёме, тоже избавившись от официальной формы — на ней были штаны, плотно облегающие стройные ноги, и какое-то яркое недоразумение, похожее на свитер. — Всегда в чёрном ходишь? — Хочу сходить за продуктами, — Драко оглядел свою чёрную водолазку и такие же брюки, а потом снова посмотрел цветное пятно. — Чёрный выгодно подчеркивает цвет моих глаз. А это, случаем, не подарок мамаши Уизли? — Зато в нём тепло. Я с тобой! Он лишь махнул рукой — пусть делает, что хочет. Интересно всё-таки, Гермиона представляла, как на самом деле живут домовики, или просто изобрела причину держать его рядом как подопытного кролика?.. Скоро Драко узнает правду, так что пока ему стоит сосредоточиться на более насущных вопросах. Опыт похода в магазин был довольно занимательным. Слава Мерлину, Грейнджер пошла с ним — один бы он вряд ли справился со всякими странными приспособлениями, которые лишь усложняли работу маглов. Девушке он доверил выбор продуктов, а сам же выбрал вино — предстояло отметить скорое освобождение. Уж в этом Драко был настоящим мастером. В целом их поход по магазинам был довольно весёлым, и всё же любовь многих волшебников к магловскому миру так и осталась для Малфоя непонятной. Добравшись до дома, он приступил к готовке, однако в теории это выглядело гораздо проще, чем вышло на практике. Это оказалось даже хуже, чем его первая попытка сварить зелье. Например, в рецепте было написано, что надо разогреть сковородку, но не указано, сколько для этого нужно времени, вот Драко и ждал пока, не пойдут пузыри. Вместо этого масло начало плеваться, как василиск. Он должен был поджарить мясо до появления корочки, но в итоге получил лишь обугленные кусочки. Единственным плюсом было то, что он своими попытками рассмешил Гермиону, которая уже приступила к дегустации вина. В конце-концов, сжалившись на ним, она взмахнула палочкой и произнесла заклинание, и стол тут же оказался накрыт по всем правилам. — Спасибо, прекрасный ужин, — Гермиона продолжала улыбаться, приступая к пище. — Рад был стараться, — Драко наблюдал, как медленно, но верно уменьшается количество красной жидкости в её бокале. — Кстати, а как отреагировали блюстители твоей чести на то, что с тобой под крышей живёт бывший пожиратель? — Хмм, — Гермиона отпила ещё, замявшись. — Они не знают об этом. — То есть после всего этого мне ждать в гости двух разъяренных баранов? — Возможно, только одного, — улыбка её стала грустной. — Да и то, Гарри слишком занят сейчас, слишком много всего свалилось. — Неужели слухи были правдивы? — он приподнял бровь, не забывая подлить вина. — Просто… — осушив бокал, Гермиона отвернулась. — Он больше не смог так. Дальше Драко понял и без слов: можно бороться со своими кошмарами, но что делать, когда они мучают дорогого тебе человека, и ты ничем не можешь помочь, со временем начиная чувствовать себя беспомощным, ни на что не годным… Это чувство съедает тебя изнутри, уничтожая всё светлое. — Зачем ты помогла Снейпу? — Драко резко сменил тему, используя минутную слабость девушки — так по-слизерински. — Зачем тебе это? Научный интерес? — Снейп? — Грейнджер растеряно посмотрела на него — взгляд серых глаз предостерегал: не лги. — Я… я не могла отказать Нарциссе. Тяжело видеть мать, которая теряет своего ребёнка и ничего не может с этим сделать. Ей повезло, она ещё могла попытаться вернуть его назад, некоторые же лишены этого. Не было человека в магическом мире, который бы не знал печальную историю Гермионы Грейнджер, что одновременно защитила и потеряла своих маму и папу, став сиротой при живых родителях. В воздухе повисло напряжение, боль ощущалась почти физически. Это чувство было настолько сильным, что Драко, не сдержавшись, протянул руку и накрыл ею холодные пальцы Гермионы. На мгновение она замерла, но тут же отдернула свою руку. — Нет! Не надо! — вскочив, Гермиона случайно зацепила бутылку, которая разбилась, образуя красное пятно. — Не надо! Развернувшись, она побежала наверх, чтобы закрыться своей комнате, однако этого Драко не собирался допускать. Он успел становить дверь, прежде чем она захлопнулась перед его носом. — Хватит убегать от проблем, — Малфой сжал хрупкие плечи, удерживая её лицом к себе. — Если уж мне приходится терпеть принудительное лечение, то и тебе придётся, Грейнджер. Прежде чем с её уст слетел хоть один протест, он пресек все возражения на корню, накрыв губы Гермионы своими. Грубо и властно, подавляя сопротивление, подчиняя. Рука его зарылась в густые волосы, наслаждаясь их мягкостью, чуть оттянула назад. От неожиданности девушка приоткрыла рот, и Драко этим воспользовался, достигая цели, погружаясь в тепло, ощущая вкус вина, который так идеально подходил ей. Губы его скользнули дальше по скуле, останавливаясь около маленького ушка. — Вино на самом деле очень вкусное, — он тут же перехватил руку. — Второй раз этот фокус не пройдет. Расслабься. Он снова её поцеловал, уже нежнее и мягче, приподняв, опустил на кровать, нависая над ней. Гермиона могла приказать ему остановиться, и Драко просто не смог бы воспротивиться этому, но она молчала. Почему?