Vivere in nomen

Полтора года спустя — Что это? — Роуди с интересом наблюдал, как Тони Старк увлеченно что-то строчил в толстом блокноте. — Пишу книгу «Почему Стивен Роджерс конченный мудак. Пособие для чайников». Это станет бестселлером, точно тебе говорю! Мужчина покачал головой, присаживаясь рядом. Его старый друг выглядел слишком худым и хрупким, даже для подростка. Последние месяцы превратились для всех них в хождение по конструктору лего — было больно, мерзко и обидно. Уже на следующий день после того, как всех пострадавших забрали с военной базы, к Тони заявилась правительственная комиссия, желавшая всеми силами доказать, что он — не Энтони Старк, а клон, гомункул или брат близнец. В общем, кто угодно, только не сын Говарда Старка, владеющий контрольным пакетом акций от многомиллионного монопольного гиганта в виде Stark Industries, которого было приказано уничтожить, невзирая на последствия. Росс и Фьюри сбились с ног, подключили все свои связи, но единственное, что они смогли сделать, это то, что все тесты были максимально объективными, а Старк получил надлежащую защиту. Две недели они таскали парня по лабораториям, даже не дав оправится от отравления, две недели сторонние врачи пытались понять, как же этот человек вообще смог выжить, учитывая, какую колоссальную трансформацию претерпело его тело, и это без учета того, что у Старка в груди разрастался неоперабельный ботанический сад. Цветы, что по структуре были невообразимо деформированным живым эпителием, сдерживались только дозами микро-радиации дугового реактора, не угрожая жизни Тони, но вызывая периодические приступы кашля и не летальную гипоксию. Правда, хуже всего Тони пришлось на приеме у психологов. Несмотря на то, что он собрал в кучу всю свою выдержку, все свое красноречие, мозгоправы все равно умудрились диагностировать ПТСР, ссылаясь на девиантное поведение, неустойчивые эмоциональные состояния, выливающиеся в разного рода поступки, угрожающие жизни и здоровью пациента, и попытку суицида. Именно на это ссылались правительственные адвокаты, утверждая, что после пережитого, Энтони Старка следует признать недееспособным. Но, они и представить не могли, что Мэтт Мёрдок окажется волшебником похлеще, чем Стивен Стрендж и Локи вместе взятые. Он сумел менее чем за три месяца построить такую линию защиты, что обвиняющая сторона захлебнулась в собственном бессилии. А так как сам Фьюри настоял на открытом процессе, то любая подтасовка результатов грозила бунтом. Наверное, именно это и послужило тому, что Тони Старку вернули его личность, признали его права, с одной только оговоркой, что к своим счетам он получит доступ только по достижению биологического совершеннолетия. Когда он вышел из здания Федерального Суда, толпа ликовала, а Хоукай нежно душил наемного снайпера где-то на крыше ближайшего небоскреба. Вот только это никак не помогло сбросить напряжение среди Мстителей. Шури и Рид Ричардс пытались перепрограмировать Экстремис в теле Гаморы, которая была на грани нервного срыва, ведь она своими руками почти до смерти избила Питера и Дракса… и если бы не Мантис… Вряд ли все закончилось бы без жертв. Но пиком всего этого безумия стало публичное заявление Тони Старка, что в следующей гонке за пост главы государства будет участвовать несравненная Вирджиния Поттс. Все, включая бравого Капитана, вернувшегося из больницы, забились по самым темным коморкам Башни, потому что Тони и Пеппер орали. Хотя нет, они не просто орали, они общались на такой звуковой частоте, что все живое в радиусе километра могло оглохнуть, сойти с ума или обрести просветление через принятие творящегося пиздеца. — Я на такое не подписывалась! — заламывала руки девушка. — Я и так тащила на себе твою компанию, пока Питер учился! — Они найдут способ нас всех прикончить! — голос Старка разносился по гостиной, заставляя вибрировать все стеклянные предметы. — Они уже чуть не убили нас! Меня, Стива, Роуди! Ты видела, что было с Питером? Ты видела его руки? А ведь у него регенерация в разы лучше, чем у любого человека! — Тони! Чтобы быть президентом, необходимо образование! Необходима подготовка! — Какая нахуй подготовка?! Да я зуб даю, что с должностью президента США справится даже какой-нибудь неадекватный миллионер-промышленник, который ведет себя вызывающе и эпатажно! — ДА! И ЭТО ТЫ ОПИСАЛ СЕБЯ! — КАК ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ! Я БЫ СДЕЛАЛ ЭТО САМ! НО МНЕ ЕЩЕ БЛЯДЬ НЕЛЬЗЯ АЛКОГОЛЬ, НЕ ГОВОРЯ УЖЕ О ТОМ, ЧТОБЫ ПРАВИТЬ СТРАНОЙ! — Тони… — Пеппер, — парень закашлялся, сплевывая на ладонь кусочки лепестков. — Пеппер, я знаю. Знаю, что бросаю тебя в самое пекло, но поверь мне, если бы я мог, то я бы сделал по-другому, — он сжался в комок, пытаясь пережить приступ. — Я боюсь, что когда-нибудь нас прирежут во сне. Правительство устроило эту свистопляску считая, что я рвусь к власти, но правда в том, что они не оставили мне выбора, кроме как нырнуть в это дерьмо. А так как я пока в абсолютном пролете, то мне нужен был человек, которому я мог бы довериться полностью. Прости меня Пеппер… Наверно, я должен был думать о тебе в первую очередь. Я спрошу Роуди… — Тони, — женщина прижала к себе подростка. — Ты мерзкий, противный, бессовестный манипулятор. Я так тебя ненавижу, — она ласково потрепала его по волосам. — И люблю. Я согласна. В конечном итоге Старк развернул огромную агитационную программу и зарылся в дела, работая как прокаженный. Никто из команды не мог ничего сделать, потому что страх подстегивал его, словно бич надсмотрщика. И даже попытка Стива поговорить привела к еще большей катастрофе. — Тони, — блондин заглянул в кабинет, нагруженный едой. — Ты здесь? На самом деле это был один из самых тупейших вопросов, потому что Джарвис, порой, буквально на руках выносил из кабинета уснувшего над бумагами великовозрастного подростка. — Мммм? — парень потер глаза и слабо улыбнулся. — О! Мой драгоценный звезднополосатый защитник! Да еще и с провизией! Кофе есть? — Мне кажется, — Стив поставил поднос на край стола, чтобы не помять документы. — Тебе стоит прекратить налегать на кофе и начать нормально питаться и отдыхать. — О! Вот оно! — Что? — Твое фирменное занудство и легкий налет родительского контроля! Обожаю, — Тони хитро улыбнулся. — А ну-ка подойди ближе, Мон Капитан! — Да? — блондин подошел к несносному Старку. — И? — Мы с тобой уже месяц не виделись. Последний раз я лицезрел твой божественный торс еще в больнице. Так что я готов отдохнуть, — шатен обвил руками шею своего личного защитника. — Если только ты меня отнесешь в спальню, и продемонстрируешь мне свою легендарную выносливость! — он потянулся за поцелуем, как вдруг… — Погоди! — Что? — Тебе нет восемнадцати и… — ЧТО?! — Мы можем просто спать вместе. Это не… — Заткнись! Закрой свой грязный рот! — глаза подростка яростно сверкнули. — Отлично, блядь! Как просить облобызать тебя на грани смерти — это ты можешь, но вот из тебя вынули пульку, и ты снова засунул в сраку черенок от лопаты! — Тони, ты не так понял! — Роджерс слегка покраснел, не ожидая такой реакции. — Как я, сука, не понял? То есть ты считаешь, что я мало ждал? Что я вернулся к тебе из какого-то мифического прыща вселенной, пережив перед этим самоубийство, Таноса, цветочки в глотке и принудительное омоложение, чтобы услышать от мудня, который пиздел мне о любви, что он не может сделать «это» пока мне не будет восемнадцать? Серьезно? Да ссаный суд признал меня Тони Старком и, позволь заметить, что этому самому Тони Старку уже сорок с гаком! Знаешь что… Пошел ты нахер, Стивен Грант Роджерс! — Успокойся, — блондин дернулся было навстречу механику, но тот, извернувшись дикой кошкой, отпрыгнул в сторону. В тусклом освещении были хорошо видны круги под глазами, бледная кожа и обветренные уголки губ. Он казался таким маленьким, утонувшим в свободной, бесформенной футболке, вот только взгляд его, абсолютно не детский, бил под дых. Стив ненавидел себя за гипертрофированное чувство ответственности. Он хотел сделать все правильно, забыв напрочь, что в этом тонкокостном теле подростка заперт человек, хлебнувший сполна и переживший столько бед, что хватило бы на роту солдат. И мужчина хотел извиниться, но Тони решил по-своему:  — А знаешь что, если ты не хочешь свалить, то уйду я! И до двадцать девятого мая я не хочу тебя видеть!  И Старк сдержал свое обещание, пропадая на работе, днюя и ночуя в мастерской, появляясь только в том случае, если он срочно требовался Фьюри на задании или Питер жаждал общения. Так и тянулись их будни: Стива — на базе Мстителей, по уши в работе, Тони — в кампании. И даже учитывая то, что Клинт, Наташа и Ракета умудрились пробить себе череп фэйспалмами, никто не собирался прислушиваться к их экспертному мнению. Но сегодня все должно было измениться. — Тони, — Джеймс коснулся плеча друга. — Вообще-то меня послали за тобой. Ты уже сколько тут? — Ммм, — Старк вывел очередную строчку в блокноте и довольный захлопнул его. — Шесть дней. Зато, я умудрился усовершенствовать твою броню, броню и стрелы Клинта и даже Наташе сделал электрический хлыст, чтобы она была настоящей Чудо Женщиной: чтоб и в горящую избу, и коня на скаку и мужика заарканить могла! — Тебе нужно иногда выходить. — Я выходил! В душ! И даже в спальню! А совсем недавно у меня был променад до Старбакса! — О, мой бог! — Роуди рассмеялся. — Тогда я приглашаю тебя в длительный поход до гостиной, и я собственноручно нарежу тебе сэндвичей с индейкой и сыром. — Черт! А ты знаешь, как меня убедить, искуситель! — парень вскочил на ноги. Его глаза сияли энтузиазмом. — Но, помимо сэндвичей я жажду кофе! В башне было так тихо. Настолько тихо, что Тони чувствовал себя неуютно. Наверное, он просто успел забыть, насколько огромным было его обиталище, рассчитанное явно не на одного жильца. В воздухе витала какая-то странная нервозность. — Родос, а ну-ка колись, какого черта в гостиной нет света? — Тони остановился перед дверью, как-то насторожено косясь на створки. — ПЯТНИЦА, отчет. — Сэр, там перегорели лампы. Вы давно не выбирались из лаборатории, и я не посчитала нужным вам сообщить об этом. — Ох, ладно, — шатен потер переносицу. — Разберемся! Но стоило ему только зайти внутрь… Включился свет, озаряя украшенное шарами и бантами помещение. Мгновение, и гости с криками выпрыгнули из своих укрытий. — С Днем рождения, мелочь пузатая! — Клинт держал огромный розовый торт с надписью «Нашему карапузу». — Да пошел ты! — Тони искренне улыбнулся и… убрал броню. — В следующий раз я вас «случайно» поджарю за такие шутки! *** Вечеринка была в самом разгаре. Музыка гремела, а алкоголь тек рекой. Впервые, за последний год, все, кому так или иначе был небезразличен Тони Старк, собрались под одной крышей. — Пей! Пей! Пей! — скандировали дружно Уэйд и Джонни Шторм, поддерживая упрямых спорщиков, поглощающих на скорость текилу стопка за стопкой. — Я влюблен! — Человек Факел с широкой улыбкой наблюдал, как Старк с громким стуком поставил на стол стакан, опередив Клинта на пару секунд. — Гони бабки, Уэйд! — Ну так! У меня было много времени на тренировки, — шатен нагло улыбнулся не слишком-то и расстроенному Хоукаю. — А, ты, Уилсон, должен был ставить на меня! Так или иначе, скоро мы станем семьей! Да Питти? — Паркер пискнул что-то неопределенное и, покраснев как рак, поспешил уткнуться в свою тарелку с закусками. — Но помни, Уилсон — воздержание это добродетель, а у меня еще есть чуть больше чем два месяца, чтобы открутить тебе яйца, потому что если твои кривые ручонки окажутся в штанах моего, ставшего с этого дня официальным, сына до его совершеннолетия — тебе каюк! — О нет! Железную мамочку искусал Капитан Роджерс и она превратилась из горячей штучки в зануду! — Дэдпул горестно заламывал руки. — Нужно срочно снять это проклятье! Кто-нибудь, поцелуйте гениальную принцессу! — Не вопрос! — захмелевший Барнс подошел и смачно чмокнул оторопевшего Старка в щеку, под дружное улюлюканье Квилла и Ракеты. — О боже, нет! — шатен схватился за сердце, имитируя священное негодование. — НЕТ! Что ты сотворил со мной? Я ощущаю… Ощущаю в себе желание стать членом партии! Союз нерушимый республик свободных… — с первых же строк ПЯТНИЦА, повинуясь общему веселью включила соответствующую музыку. — Сплотила навеки Великая Русь. Да здравствует созданный волей народов, единый, могучий Советский Союз! Допев до конца, под общий одобрительный гомон и с прекрасной Наташей на подпевке, он шутливо поклонился. — Очень смешно! — Джеймс деланно насупился. — Может не смешно, зато всегда актуально! — парень легонько щелкнул по металлической руке бывшего Зимнего. — Ой, да ладно тебе! По крайней мере, я не подкалываю тебя тем, что тебя искусал Ракета, когда ты вместо нормального врача унес его к ветеринару после заварушки с космическими контрабандистами! — И мало искусал! — енот нетвердой походкой подошел ближе. — Охренел ваш Барнс, сил нет! И если бы не его почесывания, я б его аннигилировал к чертовой бабушке! Слушай, Старк, а где его Снежное величество? Королева ососулившаяся? — Ну, Брюс часа три назад пришел и сказал, что Тор пришел в себя, и Локи унесся в больничное крыло, пытаясь сохранить постную мину. — Жааааааааааль… — Страж почесал ухо. — Я хотел, наконец, признаться, откуда я достал еще один глазной имплант. — Да мы все уже догадались, Пушок. Ты как палатка из Гарри Поттера — внутри просторнее, чем снаружи! Ракета забавно фыркнул и утопал к гостям, где уже порядком датая Романова расстилала поле для твистера. Веселье перешло на новый уровень. Тони глубоко вздохнул и окинул взглядом зал. На самом деле, он уже и отвык от таких сборищ, но это не значит, что он не скучал. Скучал, да еще как. И по шумному Клинту, что кинулся обниматься, даже быстрее, чем это сделал Питер, по мягкому одобрению Брюса или Рида, по неудержимой бесшабашности Ракеты, Джонни и Уэйда, по Ванде и Джарвису, который хоть и навещал его частенько, но был больше поглощён изучением своей «очеловеченной составляющей», по Стренджу, который в данный момент был увлечен беседой с Ридом и очень странным гостем, который представился как Дормамму и, даже, по Локи, которого сейчас не было в зале — по всем тем, к кому Тони уже успел привязаться. И пусть паранойя орала, что привязанности не приводят ни к чему хорошему, но он уже устал всего бояться. Устал от того, что в одиночестве ему так же больно, как и в толпе людей, и что это душное, тянущее и смрадное чувство начинало пропадать только тогда, когда он был рядом с дорогими ему людьми. Как бы он не хотел, как бы ни отрицал все, но эта разношерстная кодла сумела пробраться в его сердце и душу. — Прошу внимания! — Тони скинул задумчивость, с улыбкой глядя на Питера, который, видно хлебнув лишнего, ловко заскочил на стол и отсалютовал присутствующим полным бокалом. — Я хотел бы сказать тост! — он прокашлялся, дожидаясь тишины. — Сегодня один и самых счастливых дней на моей памяти и именно поэтому я стою на этом столе, как один из фарфоровых соусников! Сегодня, в этом, определенно самом дружном геройском кругу на свете, мы чествуем человека, который умудрился сделать невозможное — он обхитрил весь мир и саму смерть. Я поднимаю этот бокал и искренне верю, что вместе мы сможем преодолеть все трудности! С днем рождения, пап! Теперь ты у меня совсем большой! — под громогласное «БУХНЕМ!», парень сделал одно неуклюжее движение и свалился со стола прямо в заботливые объятия Уэйда Уилсона. Тони засмеялся и тоже пригубил из своего стакана. Текила давно уже ударила в голову, и он перестал следить за тем, кто, чем занимается. Разве что сделал исключения для Капитана Америки. За последние часы, Стив не улыбнулся ни разу. Он не подошел к Тони с поздравлениями, как сделали это все остальные, хотя в горе подарков Старк видел и сверток от Кэпа, он не участвовал в идиотских играх и даже Баки после пары тщетных попыток его растормошить, бросил это неблагодарное занятие. Стив не праздновал. Стив надирался до зеленых чертей перед глазами. И от этого зрелища сердце миллионера надсадно ныло. — Блядь, Старк, сделай уже что-нибудь! Мужчина обернулся, встречаясь взглядом с недовольным Джеймсом. — Сделать что-нибудь? — Да не притворяйся ты! Я вообще нихрена не понимаю, что там у вас произошло, но с этим надо что-то делать! — Барнс повертел в руках бокал с «беленькой». — Он мне за этот год все нервы истрепал. Да и всем остальным, в общем-то тоже. Ходит смурной, ни с кем не общается и в комнату его просто не заходимо!!! — Что, разбросанные грязные носки? А я думал у военных так не принято. — Если бы! Да я бы даже мертвой шлюхе в матрасе был бы больше рад, чем его рисункам. — Боюсь представить, что же там такого нарисовал наш непогрешимый вояка. — И не надо представлять! Но знай, от твоих причиндалов, выполненных в акварели, масле, графике, пастели и угле, меня уже конкретно тошнит… Да я даже засыпая вижу твою задницу! И поверь, это совсем не то, что я хотел бы лицезреть перед сном! — Ага, думаю, оскал Ракеты и его пушистый хвост были бы приоритетнее! — Эй, а ну-ка не переводи тему! Мы сейчас не обо мне, а о тебе говорим! — Баки покраснел: то ли от смущения, то ли от гнева. — Стив сохнет по тебе! — Наташа подошла бесшумно, словно дикая кошка. — И ты его любишь! Так иди и сделай что-нибудь с этим! Хватит тянуть кота за яйца! Сморозь глупость, ошарашь эпатажностью и выдери его уже хорошенько! Иначе, от его спермотоксикоза, от нас все новобранцы разбегутся! Тони поднял тяжелый взгляд на двух агентов. — Не думал, что скажу это на американской земле, — Баки улыбнулся, положив руку на плечо шпионки. — Но эта русская определенно права. *** Стивен Роджерс брел по тихим коридорам, ощущая себя слишком старым и подавленным. Весь прошедший год стал для него каким-то лимбом, из которого не было никакого выхода. Вроде вот он, Тони Старк, снова живой, все так же устраивающий скандалы, бодающийся с прессой и правительством. Вот он, Железный Человек, влетающий в толпу врагов, почти не изменившийся, разве что ставший чуть меньше. И все же он был дальше чем при Гражданской Войне, недосягаемее, чем во время заточения за завесой пространства. Стив знал, что испортил все сам. Взял и поломал к чертям собачьим свое счастливое будущее. Вот и сегодня, увидев Тони после долгого перерыва, он понял, что ему нечем дышать. Тот был таким ярким, домашним и улыбался Клинту так, как не улыбался уже очень давно — беззаботно и радостно. Безмерно любимый… и не его. Вот и теперь, Стив, набравшись до состояния не стояния, брел по жилому корпусу, не в силах выносить безумный разгул праздника. Он открыл дверь в свою старую комнату, в надежде свалиться на кровать и проспать ближайшие двенадцать часов без кошмаров. Но когда он включил свет, то сердце его рухнуло с пятки. На постели сидел Тони, уткнувшись в телефон… — Тони, — у блондина подкосились ноги, и он сполз по двери. — Ну наконец-то! — парень вскочил на ноги, откладывая гаджет, и медленно подошел к ошарашенному мужчине. — И где тебя носило? — Я… я думал, что ты все еще на празднике… Что ты тут делаешь? — Я? Я пришел, наконец, расставить все точки над i! — он фыркнул и сложил руки на груди. — Ты ответишь мне честно, о икона Америки? — Да. — Отлично! Ты любишь меня, Стивен Грант Роджерс? Блондин опешил, но тут же взял себя в руки: — Да. — И ты хочешь быть со мной?! — Старк неосознанно повысил тон. — Да. — ТАК ВСТАНЬ И ВОЗЬМИ МЕНЯ, ТРЯПКА! МНЕ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ ВОСЕМНАДЦАТЬ! — Тони… — Стив нервно сглотнул. — Это на тебе что? Матроска? — Ага. Это психологическая атака, на случай если ты будешь против, — парень кокетливо поправил гофрированную мини-юбку и бант на белом топике. — Ты думал, что я откажусь? — Роджерс поднялся, нависая над шатеном. — Ну, черт тебя знает. Ты уже дважды обламывал меня. К тому же, рядом с тобой всегда был его мудачество Баки Барнс. Как я мог быть уверен, что ты не польстишься на его длинные патлы и эмо-макияж, и не забудешь о тощем куренке, в которого я превратился? — Ты серьезно так думал? — блондин наступал на стушевавшегося Старка. — Эй, это ты заставил меня так думать, — Тони понимал, что его теснят к кровати, но он, хоть убей, не понимал, хорошо это или плохо. — Знаешь что… — одним рывком мужчина поднял собеседника, прижимая к себе. — Ни в одном из миров, в прошлом или будущем, нет человека, которого я желал бы больше, чем тебя! И он поцеловал Энтони так, что тот готов был просто растаять на груди у своего Капитана. *** Ночь звенела от сладких стонов, стыдливо пряча лик луны за барашками облаков. Стив ласкал желанное тело глазами, руками, губами. Он целовал мягкий живот, нежа горячими ладонями торс подростка, который казался слишком хрупким в объятиях суперсолдата. Этой ласке не было предела. Он жаждал утопить любовника в первозданной нежности, погружая разгоряченное тело в волны чувственности. Мгновение, и топик, с нелепым красным бантом полетел на пол, вслед за рубашкой блондина. Он целовал острые ключицы, оставляя на них следы собственной страсти, расцветающие космосом синяков от засосов, ласкал языком тонкую шею, прихватывая кожу в том месте, где бился затравленно пульс. Капитан будто подчинялся какому-то странному ритму древнего, как сама жизнь, танца истинной страсти, извлекая из приоткрытых, алых от поцелуев губ партнера искреннюю мелодию разделенного чувства. Тони цеплялся за него, будто боялся, что его голубоглазая мечта вдруг исчезнет, растворится утренней дымкой над небоскребами, осядет горькой морской солью на языке, стонал так сладко, пошло раздвигая ноги. — Боже, Стив, — его пальцы ловко справлялись с застежкой на джинсах любовника. — Тебя определенно стоило ждать, — Старк игриво укусил Роджерса за плечо. — Но больше я не намерен терпеть ни секунды! Он сдернул с того штаны вместе с носками, скидывая их на пол. — Великолепно! — парень ощутимо погладил чужую эрекцию через тонкую ткань нижнего белья, с удовлетворением наблюдая, как Стивен заливается краской. — Давно не виделись, дружок. Хотя, погоди! — шатен отстранился, перегибаясь через любовника, и достал из прикроватной тумбочки тюбик со смазкой. — Как видишь, я был предусмотрителен! Как тебе нравится, — он одним плавным движением стянул с себя черные боксеры. — Оставить юбку, или долой ее? — Оставь, — капитан покраснел еще сильнее, хотя казалось, что дальше уже некуда. — Ммм, а ты оказывается тот еще извращенец, да? — Старк провел ладонью по груди любовника. — Можешь не отвечать, у нас еще будет время обсудить самые грязные кинки друг друга. А сейчас, я хочу, наконец, получить Кэпа-младшего в свое полное распоряжение! А так как сегодня мой праздник, то я буду делать с ним все, что захочу! Он запустил руку в трусы блондина, оглаживая полностью вставший член, лаская большим пальцем чувствительную головку. Стив резко выдохнул, ощущая, как Старк легонько прикусил его сосок, спускаясь все ниже, чередуя поцелуи и легкие укусы. Кожа горела, реагируя на каждое прикосновение гулкой вибрацией томления. — Как же долго я ждал тебя, мой Капитан, — шептал Тони, стаскивая с партнера лишнее, в данный момент, нижнее белье. — Пусть весь мир идет нахуй! Я не отдам тебя никому! — он склонился, широкими мазками языка обласкивая сочащийся естественной смазкой член. Стив зашипел, чувствуя, как тело ярко реагирует на ласку. Оторвавшись на секунду от своего занятия, механик выдавил прозрачную смазку, растерев ее по фалангам. Он снова вобрал в рот большой, горячий пенис, чувствуя, как прохладные, скользкие пальцы кружат около входа. Тони знал, что будет больно, в первый раз всегда больно, но желание, что накрывало его с головой, диктовало свои правила. Он растягивал себя, доводя партнера до исступления умелыми движениями языка и расслабленным голом, впитывал всем естеством нетерпеливые стоны блондина. В какой-то момент терпение его с треском лопнуло, и Старк, снявшись с блестящего от слюны пениса, мягко улыбнулся: — Ты мой, Стив. — Твой, — широкие ладони легли на бедра мужчины, сминая синий атлас юбки. — С первого дня и до скончания времен. Шатен глубоко вздохнул, медленно опускаясь на член любовника. Ощущение наполненности, жжение и тупая боль в растянутых мышцах, жар чужого тела внутри — слишком много, для того, чтобы удержаться на краю адекватности. Обвив руками шею возлюбленного, он позволил дрожи охватить напряженные конечности, а из глаз сорвались горячие капли слез, оставаясь соленым счастьем на щеках. — Я люблю тебя, Роджерс. Я люблю тебя! — Люблю, — шепот прозвучал сладкой музыкой, эхом отдаваясь в самой глубине сердца. Они, наконец, нашли друг друга. Первый, робкий толчок, заставил Тони зашипеть от боли и уткнуться лбом в изгиб шеи блондина. Тот не торопился, давая привыкнуть к себе, но даже его терпения не хватало, ведь внутри парня было обжигающе горячо и сладко. С каждым новым движением боль отступала, превращаясь в легкий дискомфорт, а когда Старк сменил угол проникновения, его тело прошил разряд яркого, болезненного удовольствия. С каждой секундой темп становился все менее сдержанным, заставляя шатена с громкими стонами, наживаться на член партнера, чувствуя, как ствол задевает простату при каждом толчке. Они цеплялись друг за друга, словно изголодавшиеся по ласке звери, окунаясь в первобытный жар похоти. Связанные больше чем просто страстью, они отпускали друг другу грехи, исповедуясь на языке далеких предков. Удовольствие скручивалось внизу живота обжигающей спиралью, готовой вот-вот распрямиться, утягивая обоих мужчин в пучину раскаленного добела экстаза. Позвоночник прошило сладкой дрожью. Тони выгнулся дугой, чувствуя, как с протяжным стоном Стив кончил, заполняя его горячим семенем. Это стало последней каплей, заставляя шатена перейти грань дозволенного удовольствия, что осталось белесыми разводами на животе довольного любовника. Уже потом, после водных процедур, когда Тони засыпал в горячих руках своего единственного и неповторимого Капитана, он думал, что теперь-то все однозначно будет хорошо. А с теми, кто будет против, разъяснительную беседу проведут Капитан Америка и Железный Человек. А это — самые убедительные парни на свете, уж поверьте.