Она не он

Утро встретило мага где-то на берегу океана. Магнус сидел на песчаном берегу и целеустремлённо бросал в воду камушки. Первая ночь после возвращения Александра была благополучно пережита. Соблазны мужественно преодолены. Девочка, наверное, выспалась уже и, проснувшись, вновь стала бесспорной Аликой - прекрасной юной брюнеткой, застенчиво нежной и во всём, кроме, пожалуй, глаз, улыбки, мимики, жестов и прочих милых и таких родных пустячков, абсолютно отличной от его Александра. Но находить в незнакомке проблески души любимого, замечать невзначай повторённые ситуации и ощущать блаженно накатывающее дежавю стало для Магнуса вдруг столь увлекательным, столь желанным, что он непрерывно улыбался: солнцу, океану, деревьям вокруг, каждому камню на берегу. - Сумасшествие не за горами. - Сказал маг самому себе, заметив у ног кучку раковин-жемчужниц. - Пора тебе, друг, возвращаться. Но прежде… Магнус во внезапном озарении создал портал и перенёсся в свой Бруклинский лофт. Побродив по комнатам, которые не навещал со дня бегства, мужчина собрал несколько памятных им с Алеком вещичек, их совместные фотографии, захватил любимую кружку Александра и, упаковав всё это в большую коробку, вернулся в спальню. Там он доложил сверху несколько комплектов нового постельного белья, они с Алеком купили их в последней парижской поездке, и, удовлетворённо окинув взглядом содержимое, телепортировался вместе с коробкой в свой домик в джунглях. Гости ещё спали. Свежий утренний ветерок шевелил занавеси на окнах, играя с тонкой тканью и принося с собой запах цветов и лёгкой сырости. С удовольствием втянув носом прохладу просыпающейся природы, Магнус почувствовал вдруг, как его мир, до вчерашнего дня лишённый красок и блекло серый, начинает расцвечиваться. Маг словно просыпался постепенно от долгого летаргического сна, вновь ощущая звуки, оттенки, ароматы. Обойдя спальню и гостиную, Магнус расставил всюду принесённые с собой милые пустячки из прошлой жизни, застелил постель новым парижским бельём и разбрызгал везде любимый одеколон: на себя и вокруг себя. Этот аромат ассоциировался у него с Алеком и давно забытой атмосферой счастья. - Теперь можно и кофе. - Решил Магнус, с удовольствием оглядывая комнаты, ставшие гораздо уютнее с вещами из лофта. На кухне его ожидал приятный сюрприз в виде двух чашек ароматного латте и улыбающейся Алики. - Я жаворонок. - Как бы оправдываясь, сказала она, застенчиво опушив ресничками свои лучистые глаза. - И кофе я с детства обожаю, именно латте. Все ещё спали, а я так захотела выпить чашечку. Я нашла у вас в холодильнике молоко, а в буфете банку с кофе. Вы же не против? Я и вам приготовила. Точнее, не именно вам, конечно, я просто услышала, что кто-то ещё встал. Но я очень рада, что это именно вы, мистер Бейн. - Я тоже рад, что нашёл здесь именно вас, моя прекрасная гостья. - Наконец, умудрился вставить хоть слово в панический девичий лепет Магнус. - Только зачем же столько официоза? Зовите меня просто Магнус. И на «ты», если можно. - Можно. Алика зарделась и протянула хозяину вторую чашку. - А вы любите латте? Я могу и другое кофе сварить. Какое вы любите? Ты любишь? - Поправилась она под укоризненным взглядом мага. - Я люблю любое кофе… - Ответил тот, добавив про себя: «…сваренное тобой, любимый». Придержав Александре стул, Магнус усадил её в изящное кресло, вдохновенно наколдованное тут же, расположившись со своей порцией напротив . Девушка смущённо подносила к губам чашку, отпивая кофе крохотными глоточками, а Магнус любовался грациозными движениями гостьи, борясь с неистовым желанием дотронуться до рук Алики, коснуться её стройной шейки, провожая каждый глоток - и не только голубыми искорками, бесконтрольно летящими с его пальцев - зарыться в короткие тёмные волосы, ощутив их мягкость и податливость. Поймав себя на фантазии о том, как он меняется местами с молочной пеной, слизываемой девушкой с губ, Магнус негромко хмыкнул. - Извините,… извини. - Алика вновь густо покраснела, но продолжила, насупившись. - Ты так меня разглядываешь, что я с трудом могу глотать. «А я с трудом могу дышать». - Подумал Магнус мимолётно. - Я, наверное, кого-то вам напоминаю? Моего дядю Алека? - Алика потупилась, поймав утвердительный кивок. - Но это ведь не повод заставлять меня давиться кофе. К тому же Део похож на дядю гораздо больше. Смотрите так на него. Магнус сквозь гул в голове и туман в мыслях оценил сердитую шутку и, демонстративно отхлебнув из своей чашки, примирительно заметил: - Вы очень напоминаете своего дядю, так же, как и Гидеон, но я не поэтому так на вас уставился. Хотя, - Магнус усмехнулся, - мы же действительно перешли на ты. Прошу прощения, прекрасная Александра, что заставил тебя давиться любимым напитком. Любое наказание во искупление готов принять ваш покорный слуга. Девушка фыркнула. На этого невероятного человека нельзя было сердиться. Он сверлил её глазами, а в следующий миг покаянно, но так потешно, каялся. Да и выглядел маг, особенно по сравнению с первой встречей, когда Алика даже испугалась суровости величественного незнакомца, совсем как великовозрастный ребёнок, которого допустили в мамину косметичку. Все эти кольца, кафы, цветастые одежды, торчащие волосы, подводка с блёстками… - девушка никак не могла разглядеть за мишурой истинный образ отца Рафы и Макса. А Алика не любила оставлять что-то невыясненным. Тем более, что после разговора с мамой, маг будто переродился, отпустил себя, оставив лишь лёгкую тень недосказанности. И эта «тень» безумно интриговала девушку, заставляя её всматриваться в хозяина дома, столь же неординарного, как и он сам, всё пристальнее и пристальнее. Алика очень тонко чувствовала людские эмоции, а маг и не думал прятать свои, потому сейчас девушка явственно видела, словно нарисованные пастелью, невесомые дымчатые нити, тянущиеся к ней из глаз собеседника. Оттенок нитей менялся, мерцая, от нежно розового до сиреневого и насыщенно синего, а иногда становился изумрудным или карминным. Понимающая улыбка в уголках глаз Магнуса показывала, что он тоже их видит, эти оттенки, а иногда и сам провоцирует смену цвета. Алика покачала головой и снова фыркнула. - Ты дразнишь меня? - Спросила она лукаво. Магнус прижал свои длинные пальцы к губам и помотал головой. - Тогда, как это называется? - Есть такое красивое французское слово - флирт. - Почему? - Может быть потому, что мне это нравится. Алика недоумённо приподняла брови. - Не бери в голову, Александра. Магнуса начала забавлять эта игра в слова. К тому же она отвлекала его от безумных фантазий. Допив кофе одним глотком, он подал девушке руку, приглашая пройти с ним. Алика, замявшись, вложила свою узкую ладошку в тёплую мужскую ладонь и доверчиво проследовала за магом по коридору на второй этаж. Рассветное солнце высвечивало на стенах, вдоль которых они шли, непонятные узоры, складывающиеся в таинственную вязь. - Что это? - Почему-то шёпотом спросила Алика. - Это мои признания тебе. - Ответил Магнус машинально и, тут же спохватившись, поправился. - Это восточная поэзия. Я написал её для одного человека. - Для дяди Алека? - Да. - Грустно улыбнулся маг. - Только он не успел прочесть. - Ты покажешь мне его? У тебя же сохранились фотографии, видео? - Покажу. Магнус порадовался, что захватил фото из лофта. А видео всегда были у него, только он так и не решался посмотреть их. Сегодня был во многом премьерный день.