Моя неприличная материковая Испания

В ресторане народу прибавляется, когда Джулио все-таки решает, что будет есть. Он останавливается на гаспаччо, салате с неожиданной для меня в нем дыне, сардинах на гриле. Но первым делом Мануэль приносит нам вино. Оно прохладное, но не холодное, как я и люблю. Под него и еду мы болтаем о том, где я успел побывать. У Джулио опыта путешественника крайне мало. Один раз ещё в школе он выбирался с родителями в Париж, но помнит плохо, потому что ему было лет семь-восемь. А ещё он успел там простудиться. Ради интереса пробую из тарелки Джулио кусочек дыни, которую специально прошу положить вилкой в свою посудину, чтобы не провоцировать официанта. Под салатной заправкой фрукт приобретает неожиданный, но приятный вкус. Пристально глянув на наш столик, Мануэль демонстративно берет сигареты в руки и направляется к выходу. Тут же отвлекшись от меня, Джулио смотрит в спину официанта. — Go and talk to him. He is really waiting for you (Иди и поболтай с ним. Он ждёт тебя), — разрешаю сомнения своего «подопечного», легко щелкая его пальцами по носу. Теперь на меня устремлен очередной виноватый взгляд. — Go. Right now! (Иди. Прямо сейчас!), — улыбаюсь, давая понять, что совсем не злюсь. Джулио подскакивает со стула, чешет на выход…и оставляет на столе телефон! Да ну что ж ты будешь делать! Пока парни увлечённо болтают, съедаю из тарелки Джулио всю дыню. Ну, должен же я чем-то компенсировать свои старания. И те, что ещё предстоит приложить. Украдкой разглядываю других посетителей. Есть давно устоявшиеся семейные пары, но много и тех, у кого отношения только начинают зарождаться. Все-таки в самом Камбрильсе повеселее, чем в нашем «закутке». Джулио возвращается счастливый, они с Мануэлем явно поладили. Мы допиваем вино, и я даю понять, что пора собираться обратно. И, конечно, кто-то совсем не хочет уходить. Потому опять дует губы. — Did you like everything? (Тебе все понравилось?), — интересуюсь у паренька, доставая карточку для оплаты. — The dishes were excellent… and Manuel… the service too (Блюда были великолепны и… Мануэль…обслуживание тоже), — рассеяно тянет Джулио. — Let’s drink some coffee? (Может, выпьем кофе?) Понятно, что он хочет протянуть время и ещё поболтать с Мануэлем во время перекура, но толпа посетителей растёт, и уже скоро все официанты начнут сбиваться с ног. Тогда Джулио решит, что разонравился Мануэлю. Определённо пора уходить. — No, the bill, please. (Нет, счет, пожалуйста). Отрицательно качаю головой. Мануэль, видя карточку у меня в руках, приходит со специальной машинкой. Быстро расплачиваюсь и достаю также заранее приготовленные десять евро. — For you… and for your fоne number for him (Для тебя и за твой телефонный номер для него), — киваю официанту на Джулио. Сначала на лице Мануэля проступает недоумение, а потом он со смехом интернационально хлопает себя по лбу, и парни наконец-то обмениваются номерами. Ну, сделано дело! Пристроен пацан. Почему-то я уверен, что официант позвонит Джулио первым где-то на следующее утро, когда отойдет от смены. Все дорогу обратно мальчишка счастливо улыбается и рассказывает мне, как отлично мы провели день, и что его даже не сумеет испортить вдруг откуда-то налетевший дождь. Довольно сильный, из-за которого мы к середине пути промокаем до нитки. Бушует по-настоящему и уже откровенно штормовое море. Удивляюсь шуткам погоды. Как все вовремя. В таком виде, как сейчас, Джулио никогда бы не рискнул завести знакомство и просто войти в ресторан. Это мне в моем возрасте с учетом профессии все нипочем. Но теперь пацану уже все равно. Мы «ловим» автобус, и водитель непреклонно требует два евро, хотя расстояние вдвое короче. На прощание Джулио довольно целует меня в щеку и предлагает завтра продолжить уроки плавания. Но чем он будет заниматься на следующий день, я уже знаю. После звонка Мануэля они протреплются по мобиле около часа, а потом договорятся наконец-то о свидании перед сменой официанта. А за подготовкой к встрече и нервяком перед ней Джулио забудет обо мне. Переодевшись в сухое у себя в номере, заглядываю к матери, чтобы справиться, как у неё дела. Выясняется, что она уже пришла в себя. Даже выходила во второй половине дня по привычке в магазин за продуктами и зашла посмотреть на море. Шторм маменька тоже видела. Взаимно гадаем, сколько ещё продлится непогода. Дождь идёт вот уже второй час. На улице все мокрое. Пластиковые стулья на балконе приходиться вытирать полотенцем, чтоб посидеть на балконе перед ужином. Зато воздух такой чистый и свежий, что наступает эффект «отравления» кислородом. Внизу привычно ограждают на ночь бассейн от детей и … взрослых навеселе после бара. Я незаметно обрубаюсь в сон на диванчике в кухне под заглушенный трес телевизора из комнаты матери. Без него она не может обойтись даже на отдыхе. И просыпаюсь за час до ужина …весь в песке! Ощущение, что те, кто жили в номере маменьки до неё, приходили с пляжа и тут же падали на диван, даже не моясь. — Мам, я душ у тебя быстренько приму? — засовываю голову в комнату родительницы. — Слушай, диваном на кухне лучше не пользоваться! — Почему? — удивлена она. Выразительно чешусь. — Да, там, блин, просто кухонный пляж! Выдвигай днем на балкон и полный эффект. Мать резво несётся на кухню и кричит оттуда: — Ну, конечно, я так и думала! Ты сбил сверху газетку с песком, который я специально сушила и хотела привезти домой! Он так красиво блестит! — А какого …ты додумалась его туда положить?! — А какого …ты решил завалиться спать на кухонном диване?! — огрызается мать, — это мой номер, я ж тебе не говорю, что делать в своем. Ну, вот, теперь придётся просить у горничных пылесос. Все и вправду теперь в песке! Странно, апартаменты, в которых я останавливаюсь впервые, оснащены всем необходимым для домашнего хозяйства, в ванной есть даже небольшой таз, но вот элементарного веника и совка нет. Потому-то, как выясняется, мать и не убрала за собой случайно рассыпавшийся днем на балконе сахар, а когда вышла подышать через полчаса, увидела кипучую муравьиную деятельность. Сначала приползи «разведчики», потом крупные «солдаты», а затем все нагнали «простых работяг», которым и предстояло таскать «добычу». — Помнишь, в детстве ты очень любил книги и мультики про муравьев? — улыбается мать. — Да, вот прям как знал, что придётся всю жизнь так впахивать! — рявкаю в ответ. — Но сейчас же ты на отдыхе! И судя по тому, как завалился спать, неплохо провел день без меня, — чуть обиженно тянет мать. — Чем занимался? Быстро пересказываю, опустив часть истории с Джулио и Мануэлем, хвастаюсь добытой зарядкой, фенечками, сигаретами и зажигалкой. Последним двум вещам родительница не очень рада. Она втайне надеется, что хотя бы в отпуске я буду меньше курить. Насчёт песка я мать прекрасно понимаю. Сам ради любопытства притащил пакетик ещё из Салоу. Но в Питере песок так, как на Коста-Дорадо, уже не блестел. Быстро принимаю душ, и мы идем на ужин. Там на входе нам вручают… местные легкие апельсиновые коктейли с чем-то вроде рома, долек лайма и тоника. Содержимое в бокалах как будто подсвечивается изнутри. Сегодня испанский вечер с горами хамона и паэльи всевозможных оттенков от стандартной, до черной, которую я пробовал ещё в Салоу, и до красной с томатом. Хорошо, что я не заказал её в ресторане. Вечером под привычные вопли детей сажусь за комп. Дождь с переменной силой все идёт. Этим Испания разительно отличается от других курортов, где в туристический сезон может налететь также на разверзшиеся хляби небесные, но и быстро заканчиваются. Исключение, пожалуй, есть ещё в Греции, в местечке Ханья, куда я больше ни ногой не сунусь. Ни за что. Сколько бы я не любил Грецию. А почему — как-нибудь расскажу в другой истории. Утром, слава Богу, дождя нет. Но нет и солнца. После завтрака мы неторопливо собираемся на пляж. Я бы посидел в номере за компом в надежде на появление солнца, но мать бурчит, что и так потеряла день, а завтра ей на экскурсию. Она отправляется в двухдневный тур в Ниццу, Монако, Сан-Ремо и Канны. По ещё непросохшей улице со стоящими лужами отправляемся на пляж, заранее решая, что берём два лежака, чтоб не подхватить «семейный» радикулит. Мужик-лодочник довольно лыбится и не гоняет за кофе. Сегодня у него «рыбный» день. Лежаки нарасхват. Удивлённо смотрю на море. Оно идеально гладкое! Спокойнейшее, как стекло. — Набушевалось вчера. Натрахалось, — выдаёт, хитро поглядывая, родительница. — Я в смысле — волнами о берега. Вот и доброе. И люди такие же. — Иди уже купайся, Рыба моя, — хмыкаю в ответ, обустраиваясь в футболке на лежаке. И вот она вся двусмысленность Рыб. Без солнца не холодно, но как-то непривычно зябковато. Хотя, может просто срабатывает эффект того, что сегодня нас окружает привычная питерская серость, из-за чего даже не блестит песок. Мать купается очень долго и вылезает из воды, только когда я уже начинаю призывно махать руками. — Иди скорее того, там тепло! Красота! Лучше, чем здесь, — бросает маменька, интенсивно растираясь полотенцем. Пробую ногой воду. И, правда, несмотря на вчерашний дождь, вода теплейшая. И, когда поборешь себя и первый раз нырнешь, вылезать уже не хочется. Впервые за отпуск делаю то, что люблю в купании больше всего. Отплыв подальше от плещущейся около берега детворы, переворачиваюсь на спину и в позе звезды полностью расслабляю все тело, доверив его воде. Кайф. Практически как сразу после секса. А когда переворачиваюсь обратно, то берегу теперь в полотенце скачет мать, махая мне руками. Делаю вид, что послушно гребу назад, а сам захожу на ещё одну дорожку вдоль берега. Плавать сегодня на такой воде одно сплошное удовольствие. Можно легко пробовать все стили. Когда все-таки приходится выбираться из воды, ежусь и покрываюсь мурашками. По питерским меркам двадцать пять, теплище. Но здесь без солнца ощущается совсем по-другому. Мать бросает мне второе сухое полотенце и сама бежит в море. Джулио на пляже, как я и предполагал, нет. Значит, все пошло чётко по намеченному плану. Где-то около часа дня на небе наконец-то появляются первые лучи солнца. Они проглядывают как будто в крохотные оконца, освящая световыми столбами отдельные куски море. Становится теплее, но и на воде уже видна лёгкая рябь. К пол — третьему солнце светит вовсю, а рябь превращается в легкие волны. Мы с сожалением собираемся на мини-обед в номера. Но перед этим мать цепляется языками с какими-то русскими. Краем уха слушаю беседу, как они побывали на Родосе. Надо будет запомнить название отеля. Быстро вбиваю его в планш. Во второй половине дня отправляюсь на разведку в Салоу, а заодно проверить, как там дела у «знакомых». В ту поездку нас, как русских, заперли в номер, выходящий на другой фасад отеля и …помойку за ним. Увидев это «великолепие» из своего окна близкий мне в то время человек решил тут же устроить грандиозный скандал на ресепшен. Но я тонко намекнул, что вариант с первым этажом напротив детского бассейна, который нам предложили в качестве альтернативы, ещё хуже. В итоге мы так осталась с панорамой помойки, неожиданно принесшей «дивиденды» в виде гигантской черной кошки с тремя котятами-подростками той же масти. По вечерам, видно, что опытная «мамашка» регулярно вытаскивала потомство на бумажные картонки тары с продуктами у помойки, а сама отправлялась за пропитанием. Её мы прозвали «Багира» за размеры и любили наблюдать за семейством, заодно подкармливая его из своей столовки. Кошаки благодарно мели все и изредка, словно нехотя, давали себя погладить. Водитель автобуса привычно требует два евро и довозит практически до моего бывшего отеля. Иду по знакомым улицам. На газонах поблизости от отеля в тени лениво развалились три гигантских черных кота, а с хвостом «Багиры» развлекаются два черно-серых котенка. Ну, все в порядке! Дискотеки, где мы нехило отрывались пару-тройку раз, тоже похожи на работающие заведения. Но они ещё закрыты. Выруливаю на торговую улочку, заглядываю в привычный международный «Spar», где беру себе холодное пиво. Вроде, день в целом выдался не такой жаркий, как обычно, но к пяти вечера все равно уже изрядно печет. Асфальт раскален. А пиво в «Spar», естественно, дешевле, чем в общепите. Погуляв по Салоу и оживив воспоминания, снова выруливаю на набережную с пальмами и фонтанами. Вечером, когда стемнеет, там включают потрясающую подсветку. Посидев и отдохнув в кафе с «Мохито», решаю, что доберусь до своих «пенат» пешком. Автобус все время ехал вдоль берега, свернув только к отелю, потому маршрут я запомнил хорошо. Дохожу в итоге за час пятнадцать. Но это моя первая прогулка, потому иду я неспешно и разглядываю все по сторонам. В руках полно пакетов с покупками. Специально для тех, кто любит и ценит шопинг, как я. Не знаю, други, почему так. Но именно в Испании можно купить кучу вполне себе ничего …итальянского шмотья, которого я на родине Цезаря в упор не встретил. На ужин все по-прежнему вкусно. И хотя сегодня коктейлей нет, но есть арбуз и спелые, сочные яблоки, при наличии которого лично мне питье не требуется. Тем более, что в номере у меня имеется заначка в виде бутылки отличнейшего красного вина. Мать, пока возвращаемся в номере, переживает, как я проведу два дня в полном одиночестве. Но кто сказал, что я планирую одиночество?