Новая жизнь Драко

Оставалось только слушать происходящее. — Авада Кедавра! Теперь у меня самая могущественная палочка, Гарри Поттер! Что-нибудь скажешь, перед тем, как умереть? — Один из братьев Певереллов хвастался своей палочкой. Его судьба всем известна. — На этот раз мальчик не выживет! Авада Кедавра! Гари Поттер упал, но скоро поднялся. После двум взмахов правой руки Волдеморт и находящаяся рядом змея исчезли. Потом то же самое было проделано и с двумя палочками, правда сначала они были разломаны. Причём всё было проделано молча^. В этот момент все пожиратели смерти схватились за левую руки. Воспользовавшись ситуацией отряд мракоборцев во главе с Кингсли Крепкоболтом* арестовал их. В этой реальности в числе арестованных были все отцы учащихся шестого и седьмого курсов Слизерина. — И как теперь быть? — Не знаю. Но надеюсь, что за год разберутся, кто насколько виновен. С учётом возможного психического состояния учащихся экзамены за шестой курс у слизеринцев были отменены, жаба учащимся седьмого курса Слизрина было предложено сдать летом через министерство. Исключений было только два — я и Гарри Поттер: нам пришлось сдавать все экзамены за шестой курс. — Почему не сработала Томова авада кедавра и что ты тогда видел? — Своего предка — Игнотуса Певерелла — первого владельца мантии-невидимки. Он сказал, что в Томе Редласе, который является моим дальним родственником по Певерелловской линии, почти ничего человеческого не осталось, а значит, он не достоин погибнуть не то что от смертоносного, но даже и от условно боевого заклинания, только от эванеско. Также сказал, что дарительница заберёт только часть его души, а также подтвердил догадку про змею и сказал, что, если кроме тела Волдеморта и змеи никого не буду убивать в течение часа, то в это время буду неязвим для заклинаний и зелий, в том числе с отсроченными эффектами. — Где будешь жить на каникулах? — Конец июня и почти весь июль у родственников, 30 июля вечером отправлюсь в бывший дом Блэков - А почему? Неужели на июль не доверяешь защите бывшего дома Блэков? — Дело в другом. Защита не позволит войти никому из волшебников, враждебных ко мне, а среди таковых могут быть скрытые сторонники побеждённого. Не то чтобы специально стали бы искать моих родственников, но ведь сейчас опасность есть для любых маглов. — Но ведь ничего не мешает таковым прийти 31 июля или в августе. — Я же не разбираюсь в магической защите, а даже если разбирался бы, то попал бы под действие надзора и разумного ограничения колдовства несовершеннолетних с последствиями до лишения палочки и отправки в Азкабан включительно. — Вряд ли бы посмели даже лишить палочки, не говоря уже об Азкабане, но штраф был бы немаленький.