Дай мне шанс

— Сколько ты выпил? — Недостаточно, — Истомин забрал изъятую бутылку, допивая ее содержимое, — уйди, зараза. — Денис, тебе нужно бороться с депрессией, а не бухать. — Как можно выйти из депрессии, если тебе не разрешают выпить? Скворцов тяжело вздохнул и подхватил Дениса на руки, чтоб уложить спать. Тот не сопротивлялся, лишь зарывался носом в волосы и вдыхал запах шампуня. — От тебя вкусно пахнет. — А от тебя не очень, — Никита скинул парня на свою кровать и собрался выходить. — Не оставляй меня, — Денис схватил руку развернувшегося Скворцова, — я боюсь, что ты тоже оставишь меня. — Не оставлю, — пообещал мужчина, сжалившись, и лег рядом с другом, обнимая его и прижимая к себе. Истомин дышал ему в грудь и сжимал руками футболку. — Никит. — Что? — Я ведь люблю тебя, — так просто и невинно. — Я тоже тебя люблю. — Нет, Никит, не так люблю, серьезно люблю. Я готов ради тебя буквально на все, если мне нужно будет рискнуть жизнью ради тебя, я рискну, понимаешь? Я хочу обниматься с тобой и целовать тебя, — Денис не переставал говорить. — Ты бредишь. — Да нет же, — с этими словами Денис оторвался от груди мужчины и прижался своими губами к его. Ответа не было, и он просто целовал и целовал, даже когда из глаз потекли слезы. Это был поцелуй, полный отчаяния. — Ну и что мне с тобой делать теперь? — спросил Скворцов, когда Истомин наконец перестал касаться его губ. — Дай мне шанс, — с мольбой в голосе просил парень. Никита не ответил, просто крепче прижал к себе парня, надеясь, что утром он обо всем забудет. Но он не забыл, сидя на кухне, напротив Скворцова, с вызовом глядя на того, Денис повторил ночной вздор, только сейчас было ясно, он не бредит. Истомин выжидающе смотрел на Никиту. Он совсем не боялся быть отвергнутым сейчас, на трезвую голову. Все, что он пережил за последнее время, сильно сказалось на его мировоззрении. Не хотелось таить в себе чувства. Не хотелось утаивать что-то только потому, что кто-то другой не хочет этого слышать. Скворцов прекрасно это понимал и теперь ломал голову над ответом. — Слушай, когда ты молод, ты не всегда понимаешь что к чему, — начал мужчина, — ты, возможно, думаешь, что если я отвечу тебе взаимностью и мы начнем встречаться, все будет отлично. Но пойми, может я и хороший друг, любовник из меня — никудышный. — Ты даже не попробовал! — Не веди себя как ребенок и собирайся на пары, — закончил Скворцов и отправился переодеваться, оставив Истомина со своими мыслями. Холодный ветер задувал под тонкую куртку Дениса. Он курил у подъезда, ожидая своего преподавателя. Сегодня начинались занятия, не то что бы Истомин отошел от всего, что случилось, просто это окончательно его добило и не причиняло такой боли, как в начале. Голова немного трещала от похмелья, но он не обращал внимания. Когда Никита вышел, оба направились к автомобилю. И разделились они только в университете, разойдясь каждый на свое занятие. Денис вошел в аудиторию, Миша и Алена сидели рядом, о чем-то мило щебетали и, увидев Истомина, замолкли. Парень просто прошел мимо них и подсел к Никулину, протянув ему руку, тот крепко пожал ее. Пары пролетели незаметно, и Денис хотел уже идти домой, как его схватили за рукав и оттянули в сторону. Это была Алена. — Надо поговорить, — девушка закусила губу. — О чем? — с надменностью в голосе уточнил Истомин. — О нас… — девушка замолчала, прежде чем продолжить, — я люблю тебя, только о тебе могу думать, мне очень жаль, что я так поступила… — Какое счастье, — прервал ее парень, от чего Смирнова воодушевилась, — целуешь другого, а думаешь обо мне. Господи, какое счастье, Ален. Жаль, что все, что я к тебе испытываю сейчас — это отвращение. — Ты меня совсем не любишь больше? — Не люблю, совсем. — А, вот ты где, я тебя искал, — подбежал радостный Никулин, но, увидев Алёну, перестал улыбаться. Девушка презрительно взглянула на парня и пошла прочь. — О чем говорили? — Она извинилась. — Ты простил? — с напряжением в голосе спросил Артем. — Я и не обижался, только это не меняет того факта, что она сука. Парни отправились в кофейню, находящуюся рядом с учебным корпусом. Денис взял себе американо, а Артем латте со взбитыми сливками и маршмеллоу. Взяв свои напитки, они вышли на улицу, чтоб покурить. Истомин, наконец, почувствовал легкость. Как будто камень с его души кто-то заботливо снял и теперь он, наконец, мог смеяться вместе с другом. Никулин заметил, что Денис прячет шею от холода и заботливо повязал ему на шею свой теплый шарф. Истомин повернул голову и наткнулся на гримасу, искаженную злостью. Ни один жест не был пропущен Скворцовым. Денис вернулся домой к Никите, у мужчины была еще одна пара, поэтому он должен был вернуться позже. Раскидав по столу свои тетрадки, и быстро стянув с себя одежду, студент сел за написание очередного доклада. — Ладно, давай попробуем, — голос преподавателя слишком неожиданно раздался прямо за спиной, поэтому Истомин не сразу понял о чем идет речь. — Что? — Давай, говорю, встречаться, — Никита приблизился к лицу Дениса, обхватил его голову руками и притянул к себе. Он всасывал его губы, облизывал каждую, покусывал, то углублял поцелуй, то вновь отдалялся. И наконец, оторвался, пристально глядя в глаза. — Ты не передумал? — Нет! — крикнул Истомин и кинулся на шею Скворцова, — давай попробуем.